Выход
Я лежал в своей палате, все так же немощный на вид, хотя уже мог ходить, правда, с опорой на что-то, словно маленький ребенок. От этого становилось ужасно больно и стыдно. Все мое тело было болезненно худым: четко проявленные скулы, тонкие кисти рук, ноги, торчащие ребра. Голубые глаза казались какими-то огромными на фоне белой кожи и растрепанных темных волос, на правой части лица красовался шрам от лба до верхнего века, из-за чего глаз был чуть более закрыт, чем левый. Множественные царапины по всему были не столь заметны. Спал я довольно плохо, сначала я не мог уснуть, плакал, вспоминая лицо мамы, думал о возможных исходах, в которых бы она осталась жива. Затем наступало уже раннее утро, и только тогда я засыпал. Спалось, конечно, беспокойно: я вспоминал ту аварию каждый чертов сон и каждый раз - по-новому. Со слов медсестер, я кричал в большинстве случаев, что именно - никто из них не разобрал.
В палату зашла белокурая женщина в белом халате. Она любезно улыбнулась мне и присела рядом.
- Алекс, верно? - она уставилась в мою медицинскую карточку.
- Угу.
- Мне нужно провести небольшой анализ того, насколько хорошо ты ориентируешься после перенесенной травмы, хорошо? - ее голос был мягок.
Казалось бы, обычный вопрос, но я почувствовал себя каким-то отсталым.
- Угу, - так же спокойно промычал я.
- Алекс Нил Фарелл - это ваше полное имя?
Тест для детей младшей группы детского сада, ей-Богу.
- Да.
- Ваши родители Джейсон и Амелия Фарелл? - она была очень спокойна, поэтому я тоже старался не реагировать на такие тупые вопросы с агрессией.
- Верно.
- Вы из Аризоны?
- Из Финикса, если точнее.
- Дата вашего рождения?
- Тринадцатое сентября восемьдесят девятого*.
- А сейчас какой год?
- Две тысячи пятый.
Она наотмечала что-то в карточке, после чего снова заговорила.
- Очень странно, Алекс, обычно люди либо не выходят из комы после такого большого срока нахождения в ней, либо их мозг очень плохо соображает, тебе повезло, - очень серьезным тоном произнесла она.
Я был в недоумении. С одной стороны я чувствовал себя спасенным, а с другой - был прикован к кровати.
- Да я же как овощ, с чего это мне повезло?
Она посмотрела на меня таким злым, но в то же время спокойнвм взглядом, видно было, что я не первый такой истеричный пациент.
- Алекс, это все буквально на пару недель и ты будешь ходить. Дай организму привыкнуть дышать естественным путем, все будет хорошо, тебе очень повезло, - она улыбнулась мне, - а теперь мне нужно идти, удачи тебе.
Недоумение сменялось гордостью, радостью, а потом и грустью. Все казалось таким ужасным без нее. Словно мир вдруг потерял все свои краски. Изнутри меня словно убивало чувство вины, я был причиной того, что она отвлеклась, я не справился с ролью хорошего сына...
Стук в палату, затем вошел даже не дождавшись моего приглашения войти. И какой смысл был так делать?
- Хэй, ты как? - он присел на кресло рядом с моей кроватью.
- Практически не овощ, - я улыбнулся, а отец закатил глаза.
- Я просто очень боюсь за тебя, ты - единственный смысл моего существования, Алекс, я не знаю, что бы я делал, если бы потерял и тебя. - Он выглядел отчаяно, весь его вид вызывал какую-то жалость, хоть это и худшее чувство на свете.
Я все еще никак не мог смириться с его изменой, ведь если бы этого не произошло, то родители бы не развелись и вскоре нам с мамой не пришлось бы ехать по тому роковому пути.
- Слушай, я очень рад тому, что ты здесь, правда, у меня никого нет кроме тебя, но мне ужасно плохо, хочется просто побыть Кобейном.
Отец понимающе кивнул. Нет, у меня не было никакого желания покончить жизнь самоубийством, просто хотелось хоть на миг забыть обо всем, что произошло.
- Тебе прислали много открыток, не хочешь прочесть?
Картонные бумажки с текстом вместо личной встречи, прекрасно, но хоть какое-то внимание со стороны, видимо, я кому-то я был небезразличен.
Отец подал мне небольшую стопочку открыток, на душе стало немного легче, когда я увидел знакомые имена.
«Привет, Алекс! Я молюсь за тебя каждый день, вся моя семья молится. Ты очень сильный, я верю в то, что ты вскоре поправишься и мы вновь увидимся в школе. Я очень сильно скучаю.
С любовью, Лили»
Одна из самых милых открыток, улыбку было уже не сдержать.
«Хэй, Алекс, надеюсь, у тебя все будет хорошо. Не хочу писать всякое ванильное дерьмо, просто знай, что ты крутой, честно, ты обязательно поправишься и станешь одной из звезд нашей школьной футбольной команды (сразу после меня, конечно) .
С наилучшими пожеланиями, Лэйт»
Даже самый отбитый школьный качок написал такое неожиданное приятное послание, что, если Лили подговорила его? Ей-Богу, да как бы то ни было факт остается фактом - они помнили обо мне.
«Дорогой мой, Алекс! Я безумно скучаю по твоим комментариям на моих уроках искусства. В прошлом месяце мне удалось навестить тебя, но ты был в коме, надеюсь, что в следующем месяце ты уже будешь снова тем остряком и занозой в заднице (я любя, честно).
Мистер Фрейзер»
Открытка от самого любимого учителя - это очень здорово, было приятно узнать, что он приезжал сюда.
Остальные открытки бвли похожего сожержания от этих же людей, кроме Лэйта, он написал единожды. Сколько бы я не всматривался на подписи, там не было заветного имени. Казалось бы, что все уже и так понятно, но мне было очень обидно.
- Ребекка не звонила? - надежда всегда есть.
Отец виновато посмотрел на меня.
- Она просила передать тебе «привет», когда очнешься, - видимо он заметил как я сменился в лице, поэтому сразу добавил, - не бери ее в голову, хорошо?
И действительно, старая жизнь была окончательно для меня закрыта. Ребекка Донован - имя, которое стоило забыть.
- У меня есть кое-что для тебя, - отец полез под мою кровать и достал оттуда акустическую гитару, самую обычную.
Неожиданные подарки хорошо влияют на настроение, тем более музыка - одна из незаменимых вещей, способная поддержать в трудную минуту, вдохновить, спасти даже.
- Большое тебе спасибо, это очень круто, - я улыбнулся ему.
Память - это самое серьезное оружие массового поражения. Все моменты жизни заключены в черепной коробке, серьезно? Важно оставить после себя хоть какой-то след. Если Ребекка не сочла нужным вспомнить обо мне, то это не страшно, выходит, в ее жизни я был просто массовкой. Всегда забавно, когда такие крепкие отношения рушатся по идиотским причинам или же вообще без них. Для себя я понял следующее: оставляй в позади тех, кто оставил тебя в прошлом.