5 глава
POV Дарья.
В моей бедной голове всё смешалось. За две недели совместной работы с Майером я получила не только первый рабочий опыт и новые знания в своей профессии, но и необъяснимую зависимость к присутствию босса в моей жизни. Если поначалу его присутствие в кабинете мне не мешало, то через неделю я стала ощущать его отсутствие.
Мы мало говорили и очень много работали. Я, кроме основной работы в течение дня, а иногда и вечерами дома, выполняла задания, присланные с курсов по кибербезопасности. Несколько раз в неделю состоялись онлайн-занятия, где поясняли новый материал, здесь же можно было задать свои вопросы и поделиться трудностями. Новые знания я тут же применяла на практике, благодаря чему своевременно вычислили парочку несанкционированных мероприятий, ломая планы нашего вредителя. Иногда все эти выпады противника и мои контрмеры напоминали игру в мои любимые шахматы.
И всё было ничего, я как-то научилась справляться с умственными и эмоциональными нагрузками, но вчерашний вечер отправил меня в замкнутую перезагрузку. Моя квартира, мои вещи, моя любимая техника были изувечены и осквернены присутствием чужих и злых людей. Я в любом случае не могла оставаться в этом месте, так как теперь не было того любимого чувства уединения и безопасности.
Так что, собравшись в кучку, начала решать свою проблему, морально подготавливаясь к крикам арендодателя и сложностям смены жилплощади. Чего совсем не ожидала, так это увидеть своего босса на лестничной площадке. Я в те минуты даже дар речи потеряла.
Его принятое решение насчёт моего дальнейшего существования только усугубило стадию перезагрузки. Когда прозвучали возможные варианты развития событий, стало реально страшно. Для меня, мало сталкивающейся с реальными угрозами, но знающей все эти «прелести» из инета, каждое слово было как приговор.
Но только не успела я взвесить все доводы, как мой привычный мирок снова покачнули. Мужские руки, объятия, запах и тепло тела тропическим дождём нахлынули на меня и мои раскачанные нервы. Я захлебнулась в этом потоке абсолютно новых, но таких приятных ощущений. Это как вернуться домой, только дома у тебя никогда не было. В объятиях Руслана мне не было страшно, не было скованности и чувства чужого, словно это было раньше в виртуальной реальности или во сне.
И потом я всё смотрела на него и пыталась понять, почему рядом с ним я другая. Пыталась в его лице, глазах найти ответ на простой вопрос: «Почему именно ОН?» Его доверие и забота обо мне были чем-то нереальным, даже неправильным. Я спасла его дочь, он подарил мне шанс на достойную жизнь, значит, мы в расчете! Вот только Майер продолжал оставаться со мной рядом, а я стала смущаться его открытых взглядов и вздрагивать от случайных соприкосновений. И даже лучше не вспоминать те моменты, когда он дышал на мои пальцы, гладил по руке или целовал в ладонь, так как там мои мозговые винтики распадались вместе с возможностью нормально дышать.
Руслан Олегович – это почти два метра красоты и статности с бесконечным обаянием, замашками тирана и чувством юмора. Его глубокий голос вызывает внутри меня волнение, даже когда он ругается с переходом на русский матерный. Моя бурная реакция на него была чем-то естественным, так как этот мужчина был практически идеален во всём, кроме усиленного внимания ко мне. Вот тут была несостыковочка!
Я видела его с Жанной, красивой и элегантной, и все уравнения правильно решались. В их тандеме был верно прописан каждый элемент, каждый пиксель стоял на своём месте. Так что стремление этой женщины, удержать моего босса рядом, закономерно и логически верно. Неверным было моё чувство зависти в совокупности с неприязнью, когда Жанна прижималась своим шикарным телом к Майеру, шептала ему сладкие речи. Я так не могла, но впервые мне захотелось обладать талантом соблазнения мужчин.
Уже потом, по дороге с работы домой, ругала себя за такие глупые мысли, понимая, что я другая и меняться не хочу, так как вполне довольна собой. Отругать-то я себя отругала, но смятение в душе не исчезло.
Сейчас, стоя перед большим и красивым коттеджем моего босса, это смятение, уже помноженное от эмоций по дороге, взбунтовалось ещё больше. Даже Матильда начала возиться внутри кармана, чувствуя мою нервозность. Чужой дом, охрана, персонал и самое главное Ульяна. Я боялась не её, а того факта, что она не поймёт, зачем ее отец притащил в их дом какую-то девку с улицы.
Пока стояла с летающими со скоростью звука мыслями, навстречу вышла пара охранников. Повернулась лицом к машине в поиске Майера.
– Ник, машину в гараж, а сумки в гостиную пусть ребята закинут, – прозвучали распоряжения моего босса, копающегося в багажнике.
Мужчины согласно покивали, останавливаясь рядом со мной.
- Конечно, Рус! А это...- начал один из них, что на вид был постарше, но хозяин дома его перебил.
- Это Малинкина Дарья Владимировна, она будет здесь жить. Так что очень внимательно охраняем, она бесценный человек, – слегка улыбаясь, представил меня.
В руке с моей переноской для ноутбука босс шагнул ко мне. Охранники в тот же миг отошли, а Руслан, приобняв меня за плечи, слегка повернул к тому мужчине, что спросил обо мне.
- Дарья, это начальник моей охраны и мой друг по совместительству Сокольский Никита Андреевич. Он у нас любимчик всех женщин в радиусе пяти километров, где бы ни находился. Начнёт флиртовать, сразу говори мне, я его премии лишу.
Этот самый Никита, облокотившись на крышу машины, очень пристально изучал меня, будто как лягушку препарировать собирался. Надо бы узнать информацию о нём поподробнее.
- Рад познакомиться! – наконец-то выдал мужчина, отталкиваясь от авто босса.
- Взаимно, – соврала я, так как пока доверия к нему не чувствовала.
- Всё, хорош! – завершил процедуру знакомства Майер. – Холодно сегодня, пойдём скорее в дом. Надо тебя обустроить, а ещё работы вагон.
Бубнил мужчина, подталкивая меня к воротам, а сам показал кулак начальнику охраны, на что тот только усмехнулся. Вот только я ничего не поняла!
Дом внутри был не менее красив, чем и снаружи, поражая своими просторами. Мне придется карту рисовать, чтоб не заблудиться.
- Ульяшка, спускайся! Я дома, у нас гости! Иди знакомиться! – громко прокричал Руслан, что меня аж передёрнуло, и я потерла пострадавшее от оглушения ухо.
- Ой, Даш! Извини, не рассчитал, – улыбаясь во весь рот, радостно извинился мужчина.
Даже интересно, что его так развеселило?!
-Папа, если это очередная няня-надзирательница, то я не спущусь и обедать с вами тоже не буду! – раздался звонкий детский голосок со второго этажа.
- Дочь, спускайся! Уверен, тебе понравится!
Вот только я сомневалась в успехе этой затеи, но голос биг босса звучал так уверенно. Мы продолжали стоять у подножия огромной винтовой лестницы, когда послышались спускающиеся шаги. У меня возникла шальная мысль о том, чтобы убежать, но стоило мне дернуться в сторону, как мужчина ухватил меня сзади за куртку.
- Малинка, прекращай паниковать, а то держать буду, – вкрадчиво прошептали на ухо.
Пока собиралась с духом, на середину лестницы спустилась Ульяна. Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, а потом она резко вскрикнула и побежала вниз.
- Ну, папа, ты даёшь! Ты ее нашёл! Ух ты! – это была лишь та часть её эмоционального выплеска, которую я смогла разобрать.
Девочка затормозила на последней ступеньке, зачарованно глядя на меня. Вот будто у меня сейчас крылья раскроются, и я полечу, это как минимум.
- Привет, супер-девушка! – выдала она мне, счастливо улыбаясь, прямо как ее папочка.
Что?! Я кто? Мельком взглянула на босса, тот тоже стоял счастливый и молчаливый. Вот когда надо говорить, он, будто воды в рот набрал. И все их счастливые улыбки меня начинали нервировать, словно они что-то знали, о чем я пока не догадывалась.
- Привет, Ульяш!
Общение с детьми меня не напрягало, просто особо не приходилось. По мне, так дети - это маленькие взрослые, так что с ними надо так же общаться, как и с обычным человеком.
- А тебя как звать? – не отрывая от моего лица своего зачарованного взгляда, спросила девочка.
- Дарья, можно просто Даша.
- А ещё у неё ник в интернете Каспер. – вставил свои пять копеек Майер.
Глаза ребенка наполнились ещё большим восторгом, хотя мне казалось, что больше уже некуда.
- Круто! А давай дружить?
Я, соглашаясь, покивала, на что девочка радостно кинулась меня обнимать. Растерянно приобняла ее за плечи, пока детские ручки стиснули меня за талию. Это было такое странное приятное чувство, что моя неловкость и страх прошли.
Видимо, от шума выспавшаяся Мати решила разведать обстановку и, громко пискнув, показалась из своего временного домика.
Ульяна среагировала на писк быстрым осмотром меня на источник звука. И теперь уже взгляды ребенка и белки скрестились в ознакомительном просмотре. И снова писк, только теперь очень радостный и громкий в исполнении Ульяны. Я определенно скоро оглохну от таких диапазонов в этом доме.
- О! Какая маленькая прелесть? Папа, смотри какая офигенная зверюшка! А это кто? Мышка?
- Это белка- летяга, ее зовут Матильда, – представила свою любимицу ребёнку.
- А можно её подержать? А она твоя, да? Ой, а она кусается? А что она ест? И что значит летяга? – вопросы посыпались один за другим, не то чтобы отвечать, я их даже запоминать не успевала.
- Ульш! Ну, где твои манеры хозяйки? У тебя гостья, а ты держишь ее в холле и загружаешь вопросами, – подал голос отец этого говорливого создания.
- Ой, точно! Даша, извини. Просто я волнуюсь, что не успею всё спросить, а ты снова уйдёшь. А почему ты не любишь мороженое? Оно ж такое вкусное. Я вот по шоколадному схожу с ума.
Поток речи медленнее не стал, так же как и смена темы вопросов, но я пыталась влиться в темп общения девочки.
- Доча, а Даша пока поживет с нами. Ты же не против? – не теряя времени, решил расставить все точки над i мой босс.
Ульяшка, ухватив меня за руку и потащив куда-то, притормозила.
- Правда?! Папа, так это супер! А можно Даша будет спать в моей комнате? У меня очень большая и красивая комната, тебе там понравится! – последняя фраза уже предназначалась мне.
Счастливый ребенок с ещё большим оптимизмом потащил меня вглубь дома, рассказывая, какой вкусный суп готовит их повар Сан Саныч, а ещё много подробностей про вкусные и невкусные завтраки и противную рыбу. Я лишь кивала и слушала, уже особо не пытаясь отвечать. Руслан Олегович шёл следом.
У меня забрали куртку, отвели в ванную комнату для "помыть руки", сопровождая рассказами обо всём, что попадалось на пути. Когда сели за стол обедать, то неожиданная тишина меня оглушила. Ульяна ела.
- Ульш, радость моя, сбавь обороты. А то Даша от нас сбежит быстрее, чем мы закончим обедать.
Ребенок что-то хотел сказать, но отец остановил её взмахом руки.
- Молчи, забыла, когда я ем... - изогнув бровь, спросил он
Девочка кивнула, продолжая кушать суп. Я тоже приступила к трапезе, чувствуя, что от вкусного аромата уже слюнки собираются. Пыталась вспомнить, когда последний раз ела за эти два дня, и поняла, что если не считать вчерашнюю половину яблока от ужина Матильды, то это был тоже вчерашний традиционный совместный обед с боссом. Так сосредоточилась на еде, что чуть не прослушала рассказ Майера.
- Так вот, Ульяш, Дарья работает у меня в компании и очень мне помогает. У неё сейчас неприятности, и она пока поживёт с нами. Так как она уже взрослая девушка, то будет жить в отдельной комнате, но если захочет, ты можешь показать ей свою комнату и весь дом. И слишком сильно не грузи своими вопросами.
Девочка, вдохнув, смешно сморщила нос и закатила глаза на воспитательную речь отца. Они были такие смешные и милые, что я непроизвольно улыбнулась, вслушиваясь в продолжающиеся препирательства маленького семейства. Мне нравилась Ульяша, ее весёлый нрав и то, с какой лёгкостью она руководила отцом. Руслан с дочерью был совсем иным, словно я видела другого человека. На работе он всегда собран, закрытый на все замки умелый управленец, не гнушающийся крепкого словца, а порою и жестокости в попытках достичь желаемого. Рядом с дочерью мужчина был больше похож на плюшевого заводного медвежонка, который говорил заученные фразы, а в этот момент его хозяйка таскала за лапу, наряжала в платье и ставила в угол за провинности.
Рядом с ними было хорошо и весело. Теперь я была рада, что Майер уговорил меня переехать. Ведь для одинокого Каспера оказаться в тепле семейного круга - это большая удача.
***
Не помню в своей жизни более активных выходных, чем эти, проведённые в доме моего босса в компании хозяина и его дочери. Всю субботу Ульяна таскала меня по дому. Сначала мы выбирали мне комнату, потом девочка решила помочь мне обустроиться и громко причитала, как мало у меня вещей и совсем нет платьев. По ее мнению, у всех девочек должны быть платья и юбки, а ещё шарфики, сумочки, косметика, украшения. Мне на полном серьёзе пообещали исправить это недоразумение в следующие выходные.
Руслан спрятался в своём кабинете, сказав, что у меня сегодня выходной, и отдал на растерзание дочери. Сначала я просто молчала, но потом поняла, что ее моя неразговорчивость нисколько не смущает. Так что попросила девочку задавать по одному вопросу и ждать ответа. Вскоре я ей немного рассказала о себе, а Уля очень много о себе.
Мне было легко с ней общаться, иногда было достаточно просто слушать, будто радио. Уже поздним вечером решила немного поработать и устроилась на своей кровати с ноутом, а Ульяшка рядом с планшетом, заявив, что ей надо ответить на письма. Маленькая бизнес- леди! Мы так и уснули в одной постели.
Утро воскресенья началось с активной побудки, когда девочка, проснувшись первой, тихим топотом вышла из комнаты, а потом также тихо принесла мне чашку кофе. Я была приятно удивлена её заботой. Меня, в принципе, удивили такое очарование мной и постоянный восторг в детских глазах.
После завтрака Ульяну увезли на плавание в бассейн, а мы с боссом погрузились в работу. Руслан был сегодня немногословен, лишь спросил, не мешает ли мне его дочь. Получив мой ответ о том, что девочка абсолютно меня не напрягает, мужчина загадочно улыбнулся и уткнулся обратно в свои бумажки.
После возвращения маленькой хозяйки жизнь внутри этого улья снова закрутилась, зажужжала. Мою персону снова похитили и разлучили с любимой техникой, так как Ульяна объявила день Матильды. Вчера моя любимица не особо охотливо выползала из укрытия и даже в клетку не вернулась в виду смены среды обитания. Вот девочка и решила в знак поддержки зверька устроить пир и веселье. В ее комнате мы накрыли детский столик, где были разложены все любимые яства Мати. Белка не выдержала и капитулировала, бросив флаги о всемирной голодовке. Вот только я так и не поняла, кто больше был счастлив: бесстыдно лопающая вкусняшки Матильда или наблюдающая за ней и подающая кусочки Ульяна. После демонстрации полетов в исполнении зверюшки на фоне восхищённых криков ребёнка я предложила всем «заподушиться» на тихий час. Меня отпустили взять ноут только после тройного обещания вернуться и загадочного ритуала на пальцах клятвы дружбы.
После сна был бал у кукол, чаепитие в зоопарке, а потом просмотр любимых мультфильмов, где я успела снова поработать, правда, детский смех и вечные вопросы отвлекали, но я вдруг осознала, что мне это нравится. Нравится абсолютно всё! Я, будучи закоренелой одиночкой, полюбила живое общение, хотя рядом с таким замечательным ребёнком, наверное, любой нормальный человек расцветёт.
Вечер воскресенья снова проходил в моей комнате, на широкой кровати. Ульяша сетовала на трудности жизни пятилетнего ребёнка, в частности наличия в этой жизни детского сада и противных нянек-надзирательниц. Я поняла, что как бы мне ни хотелось лезть в душу ребёнка, но вот он момент для того самого разговора, о котором меня просил босс почти две недели назад. Он помог мне, теперь моя очередь.
- Ульян, а в чём проблема? Может, эти няньки тебя обижают, ругают?
Девочка отложила в сторону свой планшет, но молчала, не поднимая глаз и теребя кружевной край платья.
- Уверена, что папа тебя тоже об этом спрашивал. Он очень тебя любит и хочет, чтобы у тебя всё было хорошо, – продолжила я, убирая с коленей комп.
- Я знаю, но... - и она замолчала.
- Не знаю, Ульш, я не специалист в области психологии, в ваших детских проблемах ничего не понимаю, но мне кажется, ты просто капризулишь.
- Нет! – крикнула она, вскидывая голову с грустными глазами. – Нет! Это не каприз, мне плохо. У меня нет мамы, а моя любимая няня Полина, что всегда была со мной, уехала в другой город, а папа не хочет даже попытаться её вернуть. Вместо неё приходят эти противные тётки, которые при папе гадко улыбаются и ржут как лошади.
- Так скажи об этом отцу.
Девочка от всплеска негодования аж на кровати подпрыгнула.
- Так я говорила, но как он может меня понять, если сам дружит с этой гламурной уткой!
Я нахмурилась. Утка?
- Ульяшка, ты о Селезнёвой Жанне говоришь? – на всякий случай решила уточнить.
- Ну, конечно! А о ком же ещё! Я тогда в торговом центре специально от неё сбежала, чтоб ей от папы попало. Она не любит папу, я слышала ее разговор по мобильнику с какой-то Леночкой.
- И о чём они говорили?
- Что Жанна устала терпеть капризы моего папы, а меня отдаст в закрытую школу для девочек, где из меня сделают настоящую леди, как только станет моей мачехой.
На глазах у ребёнка показались слёзы, а голос стал в конце совсем тихим и обречённым.
- Ульш, ты папе это говорила?
- Нет, он мне не поверит. У них же эти...как это...ааа отношения, – совсем сникла она, падая спиной назад на постель.
- Это ты зря! Папа тебе поверит, это, во-первых, а во-вторых, он порвал с Жанной эти самые отношения. Я была живым свидетелем. Могу поклясться на пальцах, – добавила в конце о ритуале, в который малышка свято верила.
- Так это круто! – подскочила девочка, усаживаясь на колени. – Надо ещё убедить папу вернуть мою Полюшку! Давай ты мне поможешь? А? Ну, пожалуйста! – жалобно попросила она, сложив молитвенно ладошки перед собой.
- Хорошо, я поговорю, но ничего не обещаю. Мне кажется, если бы твой папа мог ее вернуть, то твоя Поля уже была бы здесь.
Девочка-то не в курсе, как ее гордый отец на работе чуть головой об стенку не бьётся, пытаясь угодить дочери и понять её проблемы.
- Ой, спасибо! Как здорово!
Девочка кинулась с объятиями ко мне на шею, в ответ тоже ее обняла, погладив по голове с длинными локонами. Она многое не сказала мне вслух, но я точно знала, что было скрыто между слов. Боль одиночества, ущербность без любви матери, страх потерять единственного близкого человека, обида, ревность. Эти отнюдь не детские чувства рвали ее сердце напополам, как и мое когда-то, как и сейчас иногда.
- Я знала, Даша, что ты меня поймёшь. Ты, наверное, мой ангел. Я слышала, что у всех деток есть ангелы- хранители. Вот у меня теперь два. Мамочка на небесах меня охраняет, а ты здесь, как тогда в магазине. Я так испугалась. А ты раз и всё!
Её доверительный шепот мне на ухо звучал внутри меня громким набатом. Я закрыла глаза, чувствуя, как слеза скатилась по щеке. Каждое ее слово отщипывало кусочек от моего сердца, страдающего за эту девочку.
- Я не ангел, Ульяшка! – стараясь не показывать слёз, прошептала я.
- Ой, я забыла, что ангелам нельзя об этом рассказывать, – легко согласилась со мной она, продолжая меня обнимать.
Я перетащила ее к себе на колени, стиснув в объятьях. Да, я не была ангелом, но ради этой девочки могла стать кем угодно. И было неважно, что я знаю её второй день, что между нами нет ничего общего, кроме одной боли всех детей, растущих без мам.
- Я тоже росла без мамы. Они с папой ушли на небеса, когда мне было три года. Я их почти не помню, – призналась я.
А то, что помнила и что теперь снится иногда по ночам, лучше бы забыть.
- Ой, Даш! А как ты выросла одна? – с изумлением в голосе спросила девочка.
- Меня забрала моя тетя.
- Здорово! Пусть она тоже приходит к нам в гости.
- Она не сможет, тётя тоже теперь живёт на небесах.
Девочка молчала, и я подумала, что, возможно, она уснула.
- Значит, ты совсем одна? – вдруг раздался детский голос.
- Получается так.
- А давай я попрошу папу, и он тебя ... как это называется... «дочерит», – наконец-то вспомнила девочка.
- Удочерит, – поправила её. – Боюсь, не получится. Я уже взрослая, чтобы твой папа стал моим отцом.
Детская головка резво поднялась с моего плеча с недовольно сложенными губками. Эта принцесса придирчиво осмотрела моё лицо, пальчиком стёрла остатки слёз со щеки и с загадочным блеском в глазах и улыбкой торжественно произнесла.
- Даш, ты не плачь! Я что-нибудь придумаю, и ты больше не будешь одна.
- Ты решила стать моим ангелом? – не сдерживая улыбки, спросила у неё.
- А что? Разве я не похожа на ангелочка? – она сложила ручки под щёчку и похлопала ресницами.
- Очень похожа. Ты и есть ангел! – подтвердила ее слова, после чего ребёнок счастливым упал на кровать, видимо, изображая полет этого крылатого создания.
От переизбытка эмоций моя нервная система отключилась, так что, сползав в ванную комнату, легла спать. Уже сквозь сон почувствовала топот ножек по полу, а потом тихое сопение на соседней подушке.
- Даш, а можно я с тобой посплю? – вкрадчивым голосом спросила Ульяшка, которой, видимо, не спалось в своей комнате, куда я ее отправила ещё полчаса назад.
- Ага, – снова проваливаясь в сон, ответила я.
- А можно я завтра с тобой поеду на работу?
От детского вопроса открылись глаза.
- Я работаю с твоим папой в одном кабинете. И не думаю, что это самое хорошее место для маленькой девочки.
- Ну, Дашуль! Один разок, а во вторник я обещаю, что пойду в этот противный садик, – выдвинула условия малышка.
- А в среду и остальные дни? Нам с папой твоим надо много работать.
- Хорошо, завтра с тобой и потом до выходных в сад, – вздохнув, пообещала она.
- А на следующей неделе? – решила я идти до конца.
- Один день в неделю я с тобой, остальные в сад, но только пока папа не привезёт обратно моя Полюшку.
Определенно это растёт истинная дочь своего отца. Последнее слово всегда остаётся за ней.
- Хорошо. Договорились, а теперь спать. На работу надо рано вставать.
Возможно, завтра я выслушаю речь от босса за превышение своих полномочий. Мне было велено только поговорить с его дочкой, а не обещать выполнение всех ее желаний. Но, на мой неопытный взгляд, это был неплохой выход из ситуации, тем более, что компромисс идёт со стороны ребенка. Грех побрезговать таким подарком судьбы.
***
Утром шла на завтрак, как на расстрел. Ульяну разбудила, отправила собираться «на работу» и напомнила, чтобы не забыла покормить Мати, которая сегодняшнюю ночь мирно спала в своей клетке. Девочке очень понравилось кормить зверюшку, так что наделила ее обязанностью - следить за рационом белки.
А мне предстоял разговор с папой веселой малышки. В столовой никого ещё не было, хотя стол уже был сервирован беззвучным и незаметным обслуживающим персоналом. Вот что значит профессионалы своего дела. Направилась на кухню, откуда доносились мужские голоса. Переодеться я не успела, так как хотела успеть переговорить с боссом до появления Ульяны. Потуже затянула пояс на махровом халате и вошла на кухню.
Справа, в зоне готовки, сновал шеф-повар Сан Саныч и несколько его помощников, заканчивая приготовления к завтраку. Майера вместе с его другом Сокольским нашла в другой части большого помещения, которые, прислонившись к барной стойке, пили кофе.
- Здравствуйте! – чересчур громко начала я.
Повара затихли, уставившись на меня, но после хлопка Сан Саныча снова принялись за свои дела. Мужчины же уставились на меня, будто впервые видели. Всё-таки надо было переодеться, вид у меня наверняка сейчас убийственный. Я так торопилась, что даже в зеркало на себя не взглянула.
- Доброе утро, Руслан Олегович! Здравствуйте, Никита Андреевич!
На моё приветствие начальник охраны, как раз делающий глоток кофе, чуть не подавился им. Хотел что-то сказать, но сильный хлопок по спине от моего босса прервал его потуги высказаться.
- Доброе утро, Малинка, – оставляя свою чашку на стойке, шагнул ко мне Майер. – Мы не ожидали тебя ... так рано.
- А это Уля рано встала. Руслан Олегович, я хотела бы поговорить с вами наедине.
Не придав значения тому, как слегка поморщился мой босс при звуке своего полного имени, я настороженно посмотрела на Сокольского. Мужчина неотрывно следил за мной, что очень напрягало мой центр безопасности.
- Конечно. В мой кабинет... или, может, на теплую веранду пройдем, там красиво, цветы? – спросил у меня Руслан, показывая в сторону балконной двери.
На кабинет времени не было, поэтому согласилась на веранду.
Как только за мужчиной закрылись двери, начала говорить, пока не передумала.
- Руслан Олегович, возможно, вам не понравится, но я уже пообещала Ульяне.
Мы стояли напротив друг друга, так что пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть прямо в глаза.
- Даш, давай поподробнее. Что именно мне не понравится? – с лёгкой улыбкой на губах спросил мой босс, присаживаясь на край деревянной резной тумбочки с цветами.
Так мне было намного удобнее, когда он не возвышался надо мной, как недоступный Эверест.
- Мы договорились с вашей дочерью, что один день в неделю она ходит со мной на работу, а в остальные дни в детский сад, пока вы не вернёте ей няню Полину, – высказала всё на одном глотке дыхания.
- Малинка, ты чудо! И почему мне это должно было не понравиться?! Всё замечательно, вот только один минус. Я не могу вернуть Полину, – грустно добавил он.
Я нахмурилась. У меня были соображения на этот счёт.
- Вы с ней спали, потом поссорились, и она не хочет вас видеть?
На мужском лице возникла полуулыбка.
- Даш, скажи честно, ты уверена, что я сплю со всеми женщинами в округе?
- Нет. Вы сами сказали, что по этой части ваш друг Сокольский. А повторяться – это дурной тон.
Руслан усмехнулся, сложив руки на груди. Я вообще заметила, что это его любимая поза. Сейчас, когда основная тревога улеглась, я могла позволить себе немного расслабиться.
- Тогда откуда такие эротические мысли у неопытной девушки? – его пристальный и тягучий взгляд не отпускал меня, требуя ответа на вопрос.
- А откуда такая убежденность насчёт моей неопытности?
Решила, что проще соврать, чем, краснея и запинаясь, рассказывать о своих предположениях.
- То есть ты намекаешь, что я ошибаюсь на твой счёт?! – приблизившись ко мне в один шаг, низким голосом спросил мужчина.
Ой! Что- то раньше я такой интонации от босса не слышала, аж мурашки по голове и вниз по шее проскакали. Руслан, не расцепляя своих рук, наклонился к моему уху. Любит он вот так разговоры вести, ну, со мной точно.
- Не слышу ответа? Мне расценивать молчание, как знак согласия? И это означает, что ты опытная и развращенная секси девочка?!
От мужского горячего дыхания на моей шее пульс скакнул вверх, а во рту пересохло так, что казалось, язык к нёбу прилип. Так что я просто молчала, пытаясь ровно дышать.
- Мне кажется, Малинка, ты нагло врёшь, – продолжил он так близко ко мне, что его губы слегка задевали мочку уха. – Вот только интересно, с какой стати ты решилась на ложь?!
Это просто пытка какая-то! Не знаю, чего хочу больше: то ли оттолкнуть этого посягателя на мою личную зону, то ли схватить его галстук и притянуть ещё ближе.
- И для сведения я не спал с няньками дочери по той причине, что я с ними вообще ничего общего не имел, а няне Полине было пятьдесят восемь. Это точно перебор, а с учётом того факта, что в последнее время меня тянет на молоденьких, так просто нереальное предложение.
Из всего изобилия информации самой безопасной показалось тема прошедшего времени в высказывании про няню.
- Почему «БЫЛО пятьдесят восемь»? – мой голос непривычно охрип под влияниям распирающих меня эмоций.
Вот живёшь себе спокойненько, а тут на тебе «клавой» по голове и «крысой» в глаз. К моему огромному облегчению, или нет, я ещё не поняла, но Руслан выпрямился. Вернувшись на своё прежнее место, мужчина наконец-то ответил, вот только его глаза были хитрыми и опаляющими.
- Полина Александровна решила переехать к своей заболевшей старшей сестре, но спустя неделю мне сообщили, что она сама умерла от сердечного приступа. Ульяне я не стал говорить, понятно из каких соображений.
Вот же полный «крафт»! Значит, мне придётся сказать малышке всю правду и в ближайшее время один раз в неделю таскать ребёнка на работу.
- Как тебе удалось достичь этого соглашения? – спросил Майер, не сводя с меня глаз.
-Она сама предложила, поэтому я согласилась, подкорректировав условия. Вот только теперь... - я снова задумалась, как лучше рассказать.
- Я сам поговорю с дочерью. Надо было сразу всё ей сказать. Просто я не знал, что она так хочет вернуть свою прежнюю няню. Хорошо, что теперь во всём разобрались.
Я вспомнила пересказ девочки про Жанну, но мужчина уже направился на выход, так что решила отложить беседу о бывшей пассии до лучших времён. Я шла следом за боссом, обдумывая наш разговор, от которого меня до сих пор потряхивало. Когда Руслан неожиданно остановился, я со всего размаха врезалась в его спину.
- Черт! – воскликнула я, хватаясь пальцами за мужскую рубашку на широкой спине, дабы избежать падения ласточкой на пол.
Следом послышался треск тонкой ткани, не выдержавшей моего хоть и небольшого, но достаточного веса, и звук падения пуговички, как выстрел в тишине веранды.
– Простите, Руслан Олегович! – прошептала я.
- Ничего страшного, Малинка. Мне даже приятно, что ты уже готова рвать на мне одежду. С виду такая крохотная, а столько... энергии, – усмехнувшись, якобы успокоили меня. – И да! К теме про одежду. Даш, ты это завязывай в халатах щеголять по первому этажу. У меня тут вечно то охрана слоняется, то ещё какой-нибудь мужской пол. Не надо в них будить эротические фантазии, да и во мне тоже, – выдав короткий экскурс, босс открыл двери на кухню.
Я же, зависнув, пыталась расшифровать намёки Руслана. Эротические фантазии и я несовместимы, как вирус и антивирусная прога. Вышла следом, стараясь не обращать внимания на смеющееся лицо начальника охраны.
Сокольский что- то тихо говорил на ухо моему боссу, при этом глядя на меня. Сегодня я была спокойнее, так как неплохо подготовилась к обороне против этого любимчика всея Руси, ее женской половины.
- Малинка, выезжаем через сорок пять минут. Я переоденусь и ещё на досуге отчёты почитаю в кабинете.
- Конечно, Руслан Олегович! Мы соберёмся.
Никита, заржав, хлопнул друга по плечу, на что мой босс отбросил его руку и вышел из кухни, бормоча под нос явно что-то нецензурное.
Я, приняв вид отключённого сервера, стала наливать себе кофе. Сбегать не было смысла, так как мои напряжённые нервы чётко чувствовали желание Никиты о том, чтобы поболтать по душам.
- Значит, Дашенька, вы у нас дитя-гений! – начал мужчина, подходя ко мне ближе и опираясь рукой на каменную столешницу.
- Я не дитя, – спокойно поправила его, продолжая не спеша насыпать сахар в чашку.
Сладкий чёрный кофе был моим допингом в течение дня, особенно после полночных раздумий.
- Правда?! А так сразу и не скажешь, что взрослая. По мне, почти ребёнок.
Я посмотрела на него. Красивый, сильный и уверенный в себе он явно что-то задумал на мой счёт.
- Мне сейчас радоваться, что я не попадаю в сферу вашего магнетизма, или всё-таки случаются приступы "педофилизма", так что мне пора прятаться?
Сделав маленький глоток напитка, продолжала смотреть на мужчину. Он резко шагнул ко мне, что моя чашка уткнулась в мужское тело. Нависнув надо мной, Сокольский лишил меня любимого свободного пространства, что в один миг всколыхнуло панику.
- Люблю дерзких девчонок. Пойдём со мной. Зачем тебе мучить несчастного босса? Я моложе и сильнее, а у него вон неприятностей куча, да и с багажом он. А денег у меня тоже много, ты не смотри, что охранник.
Его шёпот мерзких словечек и удушающий запах парфюма перевесили панику, выпуская на волю злость.
- Сокол ясный, лучше отойди подальше, пока я свой горячий кофе тебе в трусы не вылила. Придётся все денежки пустить на апгрейд своего инструмента всевластия.
Мужчина шагнул назад, а я наконец-то выдохнула.
- И не надо больше ко мне подходить, а то вдруг случится такое, что чей-то тайный счёт на тех самых тайных островах исчезнет.
В мужских глазах промелькнуло изумление, но затем последовала лишь ухмылка. Я специально заикнулась про счёт, пытаясь проверить его реакцию. Но либо он хорошо играет, либо и правда не имеет к проблемам в компании никакого отношения.
- Выходит, хороша в своём деле?! – то ли спросил, то ли утвердил Никита.
- Просто кто-то несильно прятался.
Он улыбнулся и легонько щёлкнул меня по носу. Я от неожиданности чуть кофе на него не пролила.
- Эй, эй! Мне мой...как ты там сказала?
- Инструмент всевластия, – напомнила я, рефлекторно потирая кончик носа.
- Ага! Точно! Так вот он мне ещё очень нужен, – уже смеясь, закончил фразу Сокольский, отходя от меня. – Ладно, не обижайся! Это я шутил. Ты, вроде, как хорошая девчонка, а я хороших не обижаю.
Интересно, а что этот активист с плохими делает? Держит в подвале и псалмы им читает для изгнания беса?!
- Можно дать бесплатный совет? – уже собираясь уходить, спросил начальник охраны.
Он продолжал улыбаться, так что кивнула с надеждой на позитивное пожелание.
- Прекращай Руса по имени отчеству величать. Ты его этим Руслан Олегович в могилу скоро сведешь.
Я от удивления аж глаза распахнула. В могилу?
- Дашка, Дашка! Всему вас неразумных учить приходиться, – глубокомысленно произнёс этот учитель года. – Рус и так зациклился на вашей разнице в возрасте, так ты ещё доканываешь своим Олегович. Вот назови его просто по имени и увидишь, как осчастливишь мужика.
- Но он же мой работодатель, - как-то неуверенно произнесла я.
- Ага. Сама и то уже в этом сомневаешься! Давай, завязывай этот аристократический балаган, пока у Майера глаз не начал дёргаться.
Я кивнула. Сокольский, подмигнув пресловутым глазом, вышел из кухни.
Подумать над советом не успела в виду энергетического разряда имени Ульяша. Отведенное время капало, так что в сопровождении малышки подалась в свою комнату собираться. Вспомнила про указ насчёт запрета хождения в халатах, и в голове появилась бредовая мысль. Развить ее не успела, так как меня экстренно вызвали на собрание в детскую комнату. Уля не могла решить, какой пиджак ей надеть, а потом своими неумелыми ручками плела девочке две косички. Матильду было решено взять с собой, так что засунула зверюшку за пазуху. Не знаю, уложились мы в отведённые сорок пять минут, но, когда вышли к машине, Майер уже нас ждал.
- Замечательно, все в сборе. Девочки быстренько «пакуемся» в автомобиль, а то опоздавших лишу премии.
Малышка, закатив глаза, полезла на заднее сиденье БМВ Руслана, где уже стояло детское кресло. Я решила сесть с ней, но не успела заправить ногу, как была подхвачена под локоть.
- Малинка, ты едешь впереди.
Руслан открыл мне другую дверь, усадил и уже собрался ремень пристегнуть, но я выхватила металлическую пряжку из его рук.
- Я справлюсь.
- Да, да, пап! Даже я умею сама пристёгиваться, а уж Даша точно сможет.
- Так попрошу не учить главу семейства. Совсем распустились, – пропыхтел мужчина, кидая строгий взгляд поверх моего плеча на дочь.
Окинув меня взглядом, выпрямился и закрыл дверцу. Я же потерла локоть, где до сих пор чувствовала прикосновения мужчины. От его двухсекундной близости, пока он пытался меня пристегнуть, дыхание участилось, а сердце, кажется, даже в ушах отдавало громким стуком.
- Даш, ты на ворчание папы не обращай внимания. Он, когда нервничает, всегда ворчит, как бабушка старенькая, и грозится всех лишить премии или оставить без сладкого, – поддержала меня малышка.
Майер задержался, беседуя с Сокольским, так что развернулась лицом к ребёнку.
- Думаешь, нервничает?
- А то! Во-первых, я еду с ним на работу, во-вторых, у него с бизнесом неприятности, я подслушала как-то, а в – третьих, папа любит, когда его слушаются.
Ответить малышке ничего не успела, так как нервный глава семейства уже мастился за руль. Так что села, как примерная девочка: колени вместе, поверх них сумка с ноутом и руки замочком. Мало ли какие букашки водятся у биг босса в голове, а то не только премии лишит, но ещё и без сладкого оставит.