«Это не то, что я хотела»

Элис закрыла книгу с семейными фото и поставила обратно на полку. Сейчас бы вновь обнять папу также крепко, как в последний день перед его отъездом, но об этом ей стоит мечтать только в мечтах и снах. Девушка откинулась на спинку кресла, а затем запрокинула голову назад, расплетая свой каждодневный приевшийся к образам хвост. Сняв резинку, пальцами она начала массажировать голову и виски от хвоста. Всё же, с распущенными волосами приносит не так много дискомфорта, в отличие от хвоста, но эти ощущения, когда ты распускает высокий хвост после долгого дня – неописуемые. Может ей пора поменять новый стиль причёски?

Элис смотрит на электронные часы, время на которых было указано под три часа ночи. Сегодня она не могла уснуть после «душевного» разговора с мамой про её нового парня, да или может любовника. Кто знает... Только сама Карен Роуз. Элис поняла, что сегодня не уснёт, поэтому решила она рассмотреть семейные фото в полном составе, хоть чем-то себя отвлечь и наконец заснуть.

Карен спала, это точно, и причём, крепко. Также спал крепко и Томас, и это можно было чётко понять по храпу, раздающегося из его комнаты. Элис могла вовсю разгуливать по квартире и делать всё, что пожелает душа. Хоть кастрюлями греми, брат не проснётся, потому сон для него – это рай. С мамой не прокатят громкие звуки, она сразу выскочит из комнаты и не будет спать всю ночь, что помешает Элис ночной прогулка по квартире. Она хотела побыть одной на кухне, обдумать все свои мысли, которые были у неё во время ужина.

Спустя минуту Элис возвращается в свою комнату с полным стаканом воды и ставит его на стол. Девушка садится на кресло, которое немного проскрипело от сидящего на него веса, и Элис задумывается, уперевшись локтями в стол. Она вспоминает, что у неё есть чудной ящик в столе, в котором она хранит ненужное барахло, которое со временем станет нужным, или это барахло воспоминаний. Элис с этими мыслями открывает нужный ящик. Иногда там попадались старые испорченные конфетки и шоколад, которые она прятала от мамы, особенно если это дарили мальчики на день влюблённых с признанием ей в любви. Она всячески презирала этот праздник и молилась, чтобы никто не подбегал к ней с подарком, или обнаружить валентинку в сумке или учебнике, на что одногруппники издавали пошлые звуки. Что это вообще за праздник? В честь какого Валентина мы его празднуем? Ей богу.

Элис как раз обнаружила валентинки ещё со средней школы и поморщилась не от воспоминаний об этом празднике, а от дикой пыли в ящике. За раз она чихнула три раза подряд; сразу зашмыгала носом, а затем продолжила лазейку, ссылаясь на то, что её никто из родственников не слышал её чихание. Первое, что её поставило в тупик, это почему валентинки всё равно хранились здесь? Зачем? Элис сама не знала ответа на этот вопрос. Может, чтобы через пять лет также обнаружить их в этом же ящике, задаться этим же вопросом и вновь оставить их, что разберёмся с ними чуток позже. И так каждые пять лет... Она нарыла немалое количество рисунков с морем и наилюбимейшими на них крабами. Элис внимательно рассмотрела свои неуклюжие рисунки и горько усмехнулась. Впервые за всю свою жизнь она долго всматривалась в свои детские рисунки, о глубоких смыслах которых она не задумывалась будучи маленькой девочкой. Всё же смысл можно было найти и в бессмысленных рисунков, если добавить своё воображение. Просмотрев все рисунки и уделяя каждому пять минут, Элис заметила ещё один рисунок в ящике. Она вытаскивает его, сдувает с рисунка пыль, а потом только переворачивает его лицевой стороной.

Это был тот самый рисунок. Тот самый день, когда Элис впервые встретила Лив в парке. Тогда, для Элис, Лив была настоящим ярким лучом солнца. От неё исходило тепло, комфорт, убили, хотелось с ней общаться на тему природы, да обо всём на свете. Несмотря на то, что с их первой и последней встречи прошло несколько лет, Элис до сих пор хранит этот рисунок у себя. Она хотела снова встретиться с ней и пообщаться как взрослые люди. Да и вообще, как она сейчас поживает, в каком городе живёт? Смогла ли она отучиться на художника, сбылась ли её мечта? Стоят ли её картины на выставке?

Когда Элис находится в том самом парке, она всегда надеется её увидеть под тем же самым деревом, как тогда. Но место под деревом, под которым сидела Лив, пустовало или сидели дети маленького возраста. С другой стороны Элис думала, вдруг у неё теперь уже есть свой дом, своя семья и ей нет дела до Чикаго и до этого парка. Хоть они с ней и не были так хорошо знакомы, всего лишь были знакомы пять минут, но за этот короткий промежуток времени Элис поняла, что Лив – просто доброе солнышко. Элис интересовало, а помнит ли её Лив вообще? Она думает, что да. Как не запомнить не заплаканную девочку с ободранными до крови коленями. Тогда Лив ей сказала, что она борец для своего возраста и не пустили ни единой слёзы. Элис узнала, что у неё появилась ещё одна мечта, которую она поведала только что, а именно встретиться с Лив.

Девушка откладывает рисунок в сторону и, облокотившись на стол, долго его рассматривала, будто пыталась переместиться в то время. Будь она сейчас в теле ребёнка, попросила бы у Лив номер телефона, и девушки бы общались весь день напролёт в социальных сетях, без ума делилась бы разными фотографиями. Глаза стали неистово слепляться и через несколько минут Элис уже была погружена в сонное царство.

На следующий день Элис нехотя открывает глаза и натыкается на деревяшку перед лицом. Она тупит в неё несколько минут, а потом только заставляет себя нормально сесть на стул. Только сейчас девушка поняла, что всю ночь она проспала за столом в неудобном положении. В голову резко пошла острая боль, напоминающая ей о тех днях, когда в один день она завалила экзамены и оповестили о болезни мамы. Элис перекашивается в лице от боли в голове и потирает покрасневший лоб. Элис, потирая виски, пытаясь утихомирить таким образом головную боль, и смотрит на часы, которые показывали двенадцатый час дня.

— Хоть проси Венди будить, пусть поварёшкой об кастрюлю херачит, — прошептала себе под нос Элис, пока с большими усилиями встаёт со стула.

Доходя до своей двери, она успела сделать мини-разминку шеи и спины до хруста, который давал девушке какое-то наслаждение, будто она переродилась заново. Но спина вскоре завыла, из-за чего Элис тоже завыла, но не от боли, а от того, что её спина надоела болеть. Каждый день она принимает медикаменты, прописанные врачом, и делает каждый день упражнения на спину, чтобы её укрепить, но боль оставалась неизменной. Элис стала замечать, что спина стала приносить меньше болей, но они та кто продолжали быть невыносимыми. Элис жмурится от боли и подкладывает руку под поясницу, будто бездейственная рука даст лучший результат.

— Что ни понос, то золотуха, — прошипела Элис и вновь стала потирать виски.

Девушка открывает дверь и, очутившись в коридоре, поняла, что дома никого нет, только она и Тимми, который уже успевал вовсю тереться об хозяйку толстой мордочкой, усы на которой слегка щекотали ноги Элис. Она легко поднимает Тимми на руки и начинает его расцеловывать, одновременно прижимая к себе сильнее в своих объятиях. Кот не сопротивлялся, а наоборот мурлыкал от долгожданной ласки и прикрыл свои голубые глаза.

— Ты его ещё в жопу поцелуй, — неожиданно за её спиной отозвался знакомый женский голос из-за чего Элис вздрагивает, чуть не роняя питомца на пол.

— Блядь, Венди! — хватается за сердце девушка. — Не пугай так, — злится Элис и опускает Тимми на пол, а тот убегает в сторону кухни.

Венди была одета в тёмного цвета худи, которое ей по размеру было в разы больше, чем она сама. Спортивные лёгкие штаны того же цвета и заплетённые в одну большую косу рыжие волосы с красным приливом. Вид у неё был точно не в её стиле, когда она ходит обычно в юбках и платьях, в общем, одеваться можно, но сейчас её можно наблюдать в другом стиле. Элис сразу поняла, к чему такое спешное изменение стиля. Подруга, в отличие от Элис, выглядела более выспавшейся и была бодрячком, и Элис это поняла по её энергичному и одновременно нервному постукиванию ступнёй по полу.

— Доброе утро, соня-засоня, — проворчала Венди и окинула взглядом Элис.

— Ага-а... — прозевала Элис. — Подожди, — сразу не понимает Элис, — а как ты...

— Я проходила мимо твоего дома и случайно встретила мисс Роуз. Ну и она предложила мне, что я могу зайти к вам, пока она не уехала на работу и разбудить тебя. Ну и во-от, я тут, — в конце она миловидно улыбается и руками обводит себя и коридор.

— Ясно, — прозевала Элис и пошаркала тапками на кухню, будто и не заметила присутствия Венди.

— А я смотрю ты в конкретный отруб ушла, — усмехается Венди и идёт следом за ней, засунув руки в карманы.

— Как раз-таки и думала о тебе, — поворачивает голову Элис. — Не хочешь стать моим будильником? А то это лето, ну-у... Плохо влияет на меня, — она берёт стакан с полки и наливает в него прохладной воды из-под крана, залпом она её выпивает до дна.

— Ой, да ладно тебе! Ты наслаждайся, что можешь спать по двенадцать часов, — вздыхает громко Венди и дружески хлопает ей по спине

— Кха! — давится Элис и начинает громко откашливаться.

— А за это прости, — девушка поднимает ладно. вверх и камнем падает на ближайший стул в расслабленной позе.

— Мя-яу, - издал умилительный звук Тимми, напоминая о себе, что уже как несколько минут ждёт своего завтрака. Он подходит к Венди и начинает тереться об её ногу.

— Ты мой сладкий котё-ёнок! Комочек ты серый! Пушистик! — Венди хватает кота и начинает его отнимать и расцеловывать. — Да-а-а, Элис ужасная хозяйка, не кормит тебя...

— Ты его ещё в жопу поцелуй, — дублирует Элис фразу подруги тем же тоном и включает чайник с уже наполненной в нём водой.

— Уж мой поцелуй будет ему намного приятнее, чем твой, — передразнивает Венди и показывает ей язык.

— Иди, покорми его, — Элис указывает ей на нужную полку, где стоит коробка сухого корма для котов. — Я нам чай заварю, — отворачивается девушка и усмехается с улыбкой, — любовь всей его жизни.

— Пошли, моя сладкая попка, покормлю тебя, — нежно проговаривает подруга и выпускает животное из своих объятий.

Венди с лёгкостью достаёт рукой до нужной полки и берёт коробку с сухим кормом. Элис мирно наблюдала за процессом, ведь чтобы ей совершить данную задачу, нужно было ставить стул, а потом только что-то доставать с верхних полок. Для неё это было большой проблемой и для мамы. Когда Венди открывает коробку и насыпает корм в миску Тимми, Элис расставляет на столешнице две кружки. В одну она положила чайный пакетик с зелёными травами, а в другой насыпала пару чайных ложек кофейных зёрен.

— Мне кофе, — тихо проворчала Венди.

— Кофе? Ладно, — поднимает плечами Элис. Затем она хмурит брови и оборачивается к ней с удивлённым взглядом. — Подожди, кофе?! Ты же не любишь.

— Просто налей мне кофе, я не проснулась, — протараторила та.

— Всё-всё, — Элис вытаскивает чайный пакетик из кружки и кладёт её обратно в коробку из под чая и за место чая она насыпает в кружку чайную ложку кофе.

Как раз раздался звук чайника об окончании работы. Элис хватается за ручку чайника и наливает кипяток в обе кружки. Девушка относит напитки на стол, одну из них продвигая ближе к Венди. Она обратно возвращается к полкам и еле достала сахар, а из другой полки достала печенье и конфеты. И последний штрих - она втыкает чайную ложку в сахар.

— Спасибо, — ответила Венди, что-то усердно высматривая в телефоне, даже не взглянув на Элис.

— С кем чатишься? — полюбопытствовала она, придвигая свой стул к подруге, и потихоньку заглядывает в её телефон.

— Новости читаю, — не отрываясь от телефона, ответила Венди.

— Хм, — задумалась Элис. — Давно я свой любимый «Chicago Tribune» не читала, — вспоминает она. Читала она газету в последний раз два месяца назад и осознала, что читает новости больше в интернете. Похоже, ещё не все потеряно у пенсионерки Элис Рутиер.

— В интернете почитаешь, — без эмоций ответила та. Элис вскинула брови на ответ подруги, а та хитро улыбнулась, понимая, о чём идёт речь. — А-а-а, ты же у нас пенсионерка с потрохами, которая не знает о существовании интернета?

— Да пошла ты! — выкидывает Элис и с улыбкой отпивает глоток крепкого кофе. Венди, опомнившись, что подруга заварила кофе, глотнула его и сильно поморщилась.

— Реально пенсионерка! Ты как это вообще пьёшь?! — Венди высовывает язык, будто горечь моментально сойдёт с языка, но позже понимает, что это бесполезно. Она вскакивает со стула и наливает себе стакан воды, а затем жадно выпивает. Элис на все происходящее просто повела одним плечом и допила до дна свой кофе. — У меня ж задницу свело! — взвыла Венди и усаживается обратно.

— Привыкла.

— Ну нахер! Пожалуй, остановлюсь на чае с ромашками, — она берёт свою кружку и без жалости выливает свежезаваренный кофе в раковину, а затем засовывает тот самый чайный пакетик, который ранее отложила Элис.

Элис всё это время молчала и улыбалась одним краем губ. Пока Венди топталась у чайника и выкидывала оскорбления в сторону супер-пупер крепкого кофе, Элис задумалась над тем, как бы ей сейчас было бы скучно без подруги. Без Венди её жизнь не стала бы более красочной и яркой. Элис бы не стала видеть во всём позитивное, а лишь чёрную бездну проблем, которые только и опускали её на дно. Венди будто милом вытягивает Элис из этой бездны и показывает своим видом, что всё не так уж и плохо – жить можно. Всё всегда можно решить любым способом, на всё можно найти выход даже из нелёгкой ситуации. Да, может и не найти выход, но хотя бы облегчить ситуацию, чтобы можно было решить мирным путём и менее проблематично. Да, у каждого человека бывают неудачи, бывает, что из-за них ты роняешь слёзы, но стоит ли ради этих неудач губить себя? Стоит ли просто опускать руки и одним шагом закончить на этом всю пройденную жизнь? Нет. Надо бороться до последнего, быть сильным и показать всем, что ты не тряпка и не слабак. Ты можешь перетерпеть и пережить всё больное, что есть в этом мире. Досказать всем, что ты способна на многое. Как давно слышала Элис в одной статье про независимость женщин: «Покажешь свои чувства – и ты просто эмоциональная женщина, которой нельзя доверять. Будешь держать их в себе – и ты холодная сука, которой нельзя доверять. Выбирай, что тебе больше нравится».

— Уже начало июля! — Венди обратно усаживается на стул и делает небольшой глоток только что сделанного зелёного чая, чему она удовлетворительно кивает. — Ты подала документы в медицинский университет? — задала она вопрос и откусывает кусочек песочного печенья, смотря на подругами глазами цветом моря.

— Да, но только в академию полиции, — поправила её Элис.

Венди только хотела вновь глотнуть чай, но она останавливается, держа кружку перед губами, а потом с непринуждённой улыбкой ставит её на стол. Судя по реакции подруги , или она забыла, что Элис колеблется между двумя профессиями, или она пребывает сейчас в непонятном шоке? А вдруг она сейчас осудит её? Вдруг она всё время молчала о своём мнении и сейчас выскажет его напрямую, тем самым поставив Элис в окончательный тупик, из которого она больше не выберется? Если это вовсе и произойдёт, то Элис окончательно запутается во всём и тем самым потеряет свой смысл жизни на Земле.

Она, конечно, знала, что мнение родителей и собственное мнение гораздо важнее, но в таком случае Элис просто-напросто вычеркнула из списка «выслушать мнение» мамы, потому что та всегда противоречит решениям своей дочери. С братом обсуждать своё будущее не имело смысла. Остаётся только Венди, которая всегда была готова выслушать до мелких деталей и выразит своё мнение, которое будет сходится с мнением Элис, из-за чего она чувствует чуть ли себя не самой счастливой девушкой на свете, что даже и не нужно иметь мужчины с обручальным кольцом на одном колене.

Пока Элис уходила в свои мысли, паникуя насчёт подруги, и витала в облаках, Венди, тем самым, всё также оставалась в той же позе. Элис уже начало казаться, что способна ставить моменты на паузу и обдумывать верный алгоритм своих решений. А вдруг она ещё умеет перематывать время назад, если она сейчас ляпнет? Ну уж нет, такого точно не произойдёт. С каких это пор она вовсю боится обсуждать тему поступления с любыми людьми? Это все из-за мамы, которая только и задавала эти вопросы о поступлении на каждом ужине. Это всё мама.

— Ты серьёзно подала в академию полиции?! — с небольшим шёпотом замешкалась Венди.

Ну вот и настал конец начала твоего вот-вот определённого будущего. Да здравствует начало потерявшейся жизни!

— Да, я подала, — с тем же полушёпотом ответила Элис и немного подалась вперёд. Её зубы сжались так, что челюсть была готова сломаться от применимой силы. Девушка сжалась вся внутри и морально приготовилась к отрицаниям. — Не знаю, я...

— И как? Прошла? Поступила?! — поток вопросов застал Элис в ступор.

Последний вопрос прозвучал немного громче предыдущих из-за чего Элис сильнее взимается в стул, впиваясь ногтями в ладони, которые будто насквозь протыкали руки. Элис вздыхает и делает последний глоток кофе, который уже почему-то давно остыл на дне чашки.

— Я поступила.

Венди насупила брови и тоже подалась вперёд. Её лицо выражало то ли непонимание, то ли удивление, скрытое под маской недопонимания. Было сложно понять.

— Ты поступила?! — громче переспросила она.

— Да, я поступила! — громче неё ответила Элис подруге как капитану.

— Ты поступила?! Охренеть, Элис! — Венди вскакивает со стула и крепко заключает в объятья Элис, тряся её в разные стороны. — Я тебя поздравляю! Я знала, что ты сможешь! Ты большая молодец! А ты сомневалась...

— Я думала ты меня в могилу сведёшь, — немного смущается она и прикрывает глаза, взаимно обнимая подругу.

— Почему это? — хмурится Верди и немного отстраняется от девушки, чтобы поймать зрительный контакт с ней.

— Не знаю, — горько усмехнулась Элис, когда встречается взглядом с подругой. Вскоре она первая проигрывает в зрительном контакте и уводит взгляд в сторону.

— Эй-эй, всё нормально? Посмотри на меня, — Венди аккуратно кладёт руки на скулы Элис и медленно поворачивает её лицо к себе. Элис не сразу переводит свои глаза на её. — Я тебя никогда не осужу за твой выбор. Это твоё право выбирать, как ты будешь строить жизнь. Не я!

— Я боюсь, что я делаю что-то не так. Вдруг это не то, чего я хочу? — в горле пересохло от держания поступающих слёз в глазах, а голос предательски вздрогнул.

— Ты большая молодец. Знаешь, как я тобой горжусь? Ого-го-о! Да я горжусь тобою как за сестру! — она потряхивает Элис за плечи, пытаясь приободрить её, а Элис нелепо улыбается.

— Мама меня закопает заживо... — сухо произнесла Элис, смотря куда-то мимо лица подруги.

— Ничего, выкопаю, — твёрдо ответила Венди и качнула голову, на что Элис усмехнулась, смахнув с щеки первую горькую слезу. — Знаешь, даже хорошие люди могут совершать плохие ошибки. Все могут совершать ошибки и продолжают жить с этим так, будто ничего и не происходило. Ты понимаешь, к чему я веду? 

— Угу, — промычала та.

— Ты же не убила старушку на пешеходе? — неожиданно выдаёт Венди из-за чего Элис слегка приоткрывает от удивления глаза, а потом усмехается неожиданной шутке, скрытая под чёрным юмором. — Знай, все ошибки исправимы. Ну не понравится это, ну и ладно, за то знаешь, какого работать в этой сфере. Так что давай, не распускай нюни, а то я сейчас тоже распущу, — она заканчивает дрожащим голосом и утыкается в плечо Элис.

— Спасибо... Спасибо, Венди... — слёзы предательски потекли по щекам, Элис шмыгает носом и прижимается щекой к виску Венди. — Это то, что я хотела слышать... Спасибо тебе, — прошептала ей на ухо. Венди лишь смогла молча кивнуть, всё также уткнувшись в плечо.

Сейчас они вдвоём пребывали с непонятными чувствами, но они обе прекрасно понимали, что именно чувствуют. Они словно читали друг друга. Элис началось казаться, что именно с этого момента её жизнь стала на один процент счастливее. Сейчас она пребывала в некой эйфории, спокойствии, которого ей так давно хотелось ощутить.

Все дни после сдачи экзаменов стали неизмеримо тянуться, потихоньку вытягивая все твои последние существующие нервы, на которые ты надеялась, что они пригодятся в будущем. В тот день, когда Элис узнала о парне матери, последний нерв будто не вытянули, а моментально куда-то испарился, из-за чего Элис больше не смогла себя сдерживать и подалась истерике своих наполненных эмоций и чувств за последние года после смерти папы. Джон Рутиер – тёплое и яркое солнышко, отгораживающее Элис от холодной и опасной тьмы, которая пыталась обвить маленькую девочку, а Джон отгонял эту тьму от дочери, показывая этим, что никому и никогда не даст её в обиду. Элис вновь хотела бы почувствовать присутствие этого солнышка и побыть защищённой от всего хотя бы на долю секунды.

С этой секунды она стала понимать, что все имеют право на ошибку. Венди всегда будет рядом, а маме всё же придётся рассказать сегодня о поступлении в совершенно другую сферу профессии, пока есть настрой на разговор. Она углубилась в себе и поняла, что поменяла свою позицию не чтобы побесить своими новостями маму. Она делает это ради папы, которого безжалостно убили и не дали съездить на море семьёй на долгожданном для всех его отпуске. Море было её мечтой. Тогда было мечтой, а сейчас считает явью.