Глава 11
— Ты что сделала?
— Я случайно убила Мари.
Мы только вошли в предоставленную нам комнату, которая напоминает номер-люкс в отеле. Нет, не потому что здесь дорогущие шторы, красивые виды из окна и приятно пахнущее постельное белье. А потому что здесь есть общая комната, в которой стоят два дивана и два кресла, и справа и слева по четыре двери, которые ведут в комнаты каждого Представителя. Такого же вида обустроена комната Заместителей.
Давид и Корентайн провели нас сюда, точнее Представителей. Мне они хотели дать отдельную комнату, но Селена настояла, пытаясь не вызвать подозрений, на том, что я буду жить с ними и спать на диване видимо.
Афина выдержала пять секунд, после закрытия двери, и сразу же рассказала остальным о моей маленькой выходке, «ошибке», как она это назвала. Но это не было ошибкой, в какой-то степени.
И после этого заявления на меня налетела Селена. Я еле успела сесть на один из диванов.
— В смысле «случайно»? Как можно в принципе убить «случайно» человека? Да и про что это я? Ты убила не просто человека, а ведьму. Бессмертную ведьму.
— Да. Бывает. — Боюсь, своим безразличием я убью ещё одну ведьму сегодня.
— Нет. В том-то и проблема! Такого не бывает! Что вообще там произошло? Почему ты решила её убить?
— Я не хотела её убивать. Изначально.
— Как оказалось у Мари и Луны есть своя история, про которую мы не знали.
— А ты вдвойне предатель, Афина.
— Мы из-за тебя влипли в какое-то дерьмо, а ты ещё что-то предъявляешь?! — цвет волос Афины с рыжего переходит на красный. Плохой знак.
— Я зашла в разум Мари, намереваясь свести её с ума. Но в какой-то момент планы поменялись, и я уничтожила её рассудок и вместе с тем случайно и её тело.
— Как можно случайно убить?
— У меня это уже во второй раз получается, — я пожимаю плечами. — Сколько, кстати, я пробыла в её разуме?
— Тебя правда сейчас это волнует?
— Секунд пять. Ты вскочила, подошла к ней, я отвлеклась на Лайт и после этого схватила тебя, когда ты уже была в реальном мире. — Я присвистываю.
— А мне показалось, что я там была месяц. Не теряю хватку, — я подкладываю руки себе под голову и ухмыляюсь, глядя на Селену сверху вниз. Даже моё сидячее положение не может позволить ей смотреть на меня свысока.
— Стоп. — За весь наш разговор никто, кроме Селены и Афины не двигался и не говорил. Но Фиолетовой ведьме это надоело. — Лайт видела, что ты сделала?
— Афина, да ты тройной предатель.
Представители начинают галдеть, паниковать и кричать. Мои глаза сами по себе от этого вида закатываются.
— Довольно. — Мой голос тих, по сравнению с тем шумом, который заполнил комнату, но все резко замирают и смотрят на меня. Невозмутимость всё это время сохраняли только Эрида, Аврора и Мара. — Давайте проясним ситуацию. Я убила Мари на глазах Лайт, но мы с ней пришли к соглашению о молчании. Я ей верю. Также она согласилась прикрыть меня, чтобы другие Заместители как можно дольше оставались в неведении. Если же они узнают о том, что произошло, о том, кто я. Это будут не мои проблемы. Мне будет глубоко всё равно, что они будут делать с этой информацией. Это ясно? — я обвожу всех взглядом, задерживаясь на каждом секунд пять, чтобы вбить им это в голову.
— Можно поступить легче, — подаёт голос Аврора и внимание всех теперь направлено на неё.
— Что ты предлагаешь, Аврора?
— Мы приехали сюда для разговора с Мари. Мы сказали, что она может быть ключом к победе над Коли. И мы можем под этим предлогом забрать её в Деревню. А потом всё подстроить так, будто это зверь её убил. Лайт точно будет молчать?
— Да, она не скажет.
— Ты её запугала?
— Нет, Жива. Просто у неё слишком доброе сердце и возможно она любит приключения и тайны. А я и есть тайна. Аврора, — теперь я полностью концентрируюсь на Жёлтой ведьме, — план хороший. К тому же, Лайт не придётся прятать тело от остальных.
В комнате наступает молчание. Все пытаются переварить наш разговор.
— Селена, ты сможешь контролировать её труп?
— Думаю да, но для этого мне придётся выйти ночью для того, чтобы накопить энергию.
— Значит так и поступим.
Может и не все девочки смирились с тем, как обстоят дела, но они это сделают и чем раньше, тем лучше.
— О, и, кстати, я не собираюсь спать на диване.
— Пойдём, — Эрида хватает меня за руку и ведёт в одну из комнат. — Эта комната наша. Луна будет спать со мной.
***
— Может, расскажешь, почему ты хотела причинить вред Мари?
— Очень вовремя ты решила задать этот вопрос, Афина. — Сейчас мы всей нашей группой во главе с Лайт идём в столовую. Мы уже находимся в бункере второй день, но Давид настаивает на сопровождающем. Я же захожу с Афиной несколько раз в день в комнату Мари, будто мы обсуждаем какие-то планы. — Нас могут услышать.
— В этой части никого нет, кроме нас, поэтому не беспокойтесь.
— Спасибо за заботу, Лайт, — говорит Серая ведьма, обнимая её за плечи. — У тебя точно всё в порядке?
— Да! Но мне правда интересно узнать причину, по которой ты убила Мари.
— Я не планировала её убивать! Это вышло само, но не то, чтобы я жалею о таком исходе событий.
— Мы ждём истории, — доносится сзади голос Деваны.
— Мне было тринадцать, когда я поняла, что Мари - это образ, а не она настоящая. Я поняла, что она притворяется. Когда она решила меня запугать своим сумасшедшим видом, — на двух последних словах мои пальцы взлетают в воздух и делают кавычки, — я выдала ей, что раскусила её, что её безумие - подделка, — я вздыхаю, вспоминая свой страх и беспомощность в тот момент. — Она схватила меня за руку и потащила в лес. Мы шли минут двадцать, пока не оказались в самой гуще. Я пыталась бороться, кричать, но её магия блокировала любые мои попытки сопротивления.
***
— Хватит дёргаться! — кричит Мари, оттягивая меня за рукав белого платья.
— Хватит меня тащить в лес! — вторю ей, но, наверное, сейчас не лучший момент для этого. Мари кидает меня вперёд, и я ударяюсь о дерево, почти падая, когда ее красная рука хватает меня за горло, сжимая.
— И это Синяя ведьма?! Это ничтожество, которое даже не может дать нормальный отпор?
Даже, если бы я хотела и знала, что ответить, я не могла. Её рука перекрыла мне доступ к кислороду. Мои собственные руки хватаются за её предплечья. Из глаз текут слёзы. Я молю Морану, свою магию появиться и помочь мне, но никто не откликается.
Мари отпускает моё горло, но я не успеваю сделать и вдох, когда другая её рука даёт мне пощечину, и на этот раз я падаю на землю.
— Я до сих пор не понимаю, почему Представители не убили тебя. Они говорят, что это за тем, чтобы знать, в ком находится Синяя магия, чтобы контролировать тебя. Но, как по мне, это бред. Тебя надо уничтожить как можно раньше.
Пока она это говорила, я попыталась отползти, но она хватает меня за волосы и отбрасывает назад. Красная ведьма нависает надо мной. Её волосы, руки и глаза красные. Во взгляде полыхает ненависть, злоба и раздражение.
Она обхватывает мою голову, сдавливая. Я брыкаюсь, плачу и пытаюсь выбраться, но её хватка слишком сильна. Спина, руки и ноги поцарапаны ветками и мелкими камешками. А Мари всё давит и давит.
Ужасно больно. Чертовски больно.
Я поднимаю взгляд на небо, чтобы последним, что я увижу, было звёздное небо, а не глаза Мари.
Моя голова скоро взорвётся. Я перестала что-либо чувствовать. Понимая, что это последний раз, когда я делаю вдох, я говорю:
— Я уничтожу тебя. Я обещаю, Мари.
Мои глаза закрываются, давление на голову ослабевает и передо мной простирается тьма.
***
— Но я очнулась на следующий день и пошла к Представителям. Они мне не поверили, а Мари сумела выкрутиться, — заканчиваю рассказ я, в котором пропустила детали о боли и моей беспомощности.
— Но ты не была на тот момент бессмертной, так?
— Мне было тринадцать, конечно нет, Дивия.
— Тогда, как ты выжила?
— Может она тебя не убила, а ты просто потеряла сознание? — Жива и Мара задают те же вопросы, что и Представители прошлого.
— Я видела Морану. Сомневаюсь, что она показывается живым. И вернуть меня из мёртвых могла моя магия.
Девочки открывают рты, чтобы снова что-то спросить, но я успеваю первой:
— Закрыли эту тему. Я не хочу больше говорить об этом.
До столовой мы дошли в гробовом молчании, но я кожей ощущала, что Жива хочет обсудить со мной Богиню Смерти.
Столы и стулья поставлены в беспорядочном порядке, из-за чего их сложно обходить. Здесь имеются и столы для двух человек и для двадцати. Возле дальней стены стоит самый большой стол, на котором расставлены тарелки с едой и кувшины с напитками.
Мы с Представительницами сели вместе с Заместителями. Так уж вышло, что справа от меня находится Миша, слева Лайт, а напротив Екатерина. Однако мне повезло с местом.
Из еды я взяла гречку, курицу и компот. Как бы я ни надеялась на спокойный ужин, я его не получу. Я хотела уйти в комнату, но мне запретили. Самой смешно от этого. Поэтому сейчас я сижу и слушаю балаган столовой.
Больше всего за нашим столом кричал Миша, пытаясь донести какую-то смешную историю до Рины, которая всё это время смотрела на Заместителя, как на клоуна. На меня же она ни разу не взглянула. Спасибо хоть на этом.
Поняв, что он ничего не дождётся от Красной ведьмы, он переключается на меня:
— Как Вам в нашем дворце?
— О, он прекрасен. Самый живописный, яркий и хорошо обустроенный, по сравнению с теми, где я была.
— Ого, — он прикладывает ладонь к сердцу, — я рад, что Вам здесь нравится. Я старался всё обустроить для наших гостей в наилучшем виде.
— Милорд, я очень это ценю.
— Милорд? Не-не-нет. Для вас я - Ваше Величество.
— Вот как, значит, мы заговорили, Ваше Величество?
— Именно. — Он смеётся, но его смех резко обрывается, когда я беру кусок хлеба и кидаю в него. — Ну всё, Вы сами начали эту войну.
Мы начинаем бороться. Лайт кричит, когда я случайно на неё падаю, но присоединяется к нам. И вот теперь стол для еды больше похож на свинарник. Те, кому не нравилось, что происходит, уходили или же молчали. В числе ушедших были Брайт, Екатерина и Давид.
После нашей кровавой бойни, мы пошли все принять душ. Откуда здесь система водоснабжения и вентиляции, не спрашивайте, сама не знаю и не хочу знать.
Выйдя из комнаты, я столкнулась с Лайт, Мишей и Корентайн.
— Что за сбор?
— Как мы поняли, ты любишь нарушать правила, - говорит Корентайн.
— Есть такое, а что?
— Чтобы не свихнуться в каменных стенах, мы создали отряд Шута.
— А теперь поясни, Миша.
— Мы втроём входим в него. И разыгрываем остальных. Но никто не знает об этом.
Я, молча, выжидающе смотрю на них.
— Что надо делать?
***
Я беру Мари за руку, после того, как мы попрощались с Заместителями.
Пробыли мы здесь в целом пять дней. Для чего? Не понятно.
Но могу сказать вот что: Екатерина действовала мне на нервы своим всезнающим взглядом, а я в ответ называла её полным именем; Миша постоянно находился рядом со мной и шутил, его компания была приятна; Брайт не отпускала никуда Лайт в одиночку со мной, за исключением того, когда помимо нас двоих были ещё люди, за это я её уважаю; Виктория пыталась меня игнорировать, поэтому я в свою очередь пыталась всё чаще появляться в её поле зрения и называть Викой; Давид до сих пор относится ко мне с подозрением, но с его сестрой Корентайн мы поладили.
Теперь же мы спускаемся по горе и будем снова идти два дня по лесу.
— Всё я больше не могу и не хочу это делать, — говорит Селена, и тело Мари падает, своим весом пытаясь утащить меня за собой.
— Можно было предупредить.
— Это было предупреждение. Эрида убери облака с неба, мне нужен лунный свет.
Фиолетовая ведьма выполняет указания Селены, и теперь наш путь освещают луна и звёзды, помимо солнечных светильников. Мы пошли в путь ночью, чтобы Селене было легче контролировать Мари. Но именно в этот момент небо должны были закрыть тучи.
— Дай мне рюкзак, Девана.
Я беру его, роюсь. Оттуда достаю спальный мешок и хочу упаковать в него Мари с помощью магии, когда восклицает Дивия:
— Нет, Луна! Это мой спальный мешок!
— Поздно. — Мешок застёгивается, и я кидаю тело в рюкзак, который отдаю в руки Селены. Теперь мы идём под ворчание Дивии.
В какой-то момент Эрида останавливается и вытягивает руку в нашу сторону. Её взгляд направлен на вершину. Я поступаю её примеру и смотрю туда, используя магию. Но я ничего не вижу.
— Что случилось? — спрашивает Селена.
— Быстро вниз.
Что мне нравится в Представителях, то это то, как они доверяют друг другу и выполняют указания без лишних вопросов. Конечно, когда это не касается меня.
— Луна, идём, — кричит Жива.
— Я остаюсь. Что случилось? — вопрос адресован Эриде. Она смотрит на меня, её глаза фиолетовые, как и волосы.
— Слушай, — шёпотом проговаривает она. Мне еле-как удаётся расслышать её из-за потока сильного ветра со снегом.
Я слушаю. Сначала ничего не меняется, но потом я слышу толчки, и как что-то скатывается.
Лавина.
Однажды Эрида, когда нам было по семь, сказала, что самый страшный враг Фиолетовых ведьм - это природа.
— Накрой нас куполом, — кричит она, закрывая своё лицо руками. Ветер усиливается. И стоять на склоне почти невозможно.
Я расставляю ноги, пытаясь сохранить равновесие. Вытягиваю руки вперёд, веду ими вверх и назад. Теперь ветер не так сильно мешает.
— Это всего лишь лавина и сильный ветер. Я справлюсь, а ты иди к девочкам.
— Это точно природное явление, а не выходка какой-нибудь ведьмы?
— Точно. Всё нормально будет.
— Я останусь и посмотрю на шоу, — я улыбаюсь, и Эрида возвращает улыбку.
Фиолетовая ведьма скидывает ненужную и мешающую одежду, оставаясь в ботинках, штанах и топе. Завязывает свои фиолетовые волосы в тугой хвост и выходит за пределы купола.
Ветер слишком сильный, почти сбивает с ног Эриду. Она вытягивает руки в стороны, ноги подгибаются в коленях и она, взлетая, перепрыгивает вперёд на дальнее расстояние.
Моё зрение начинает различать огромные потоки снега, которые движутся на нас. Я смотрю назад и вижу, что Афина установила стену, чтобы снег не смог пройти дальше.
Эрида расставляет ноги в боевую стойку, чтобы равновесие распределилось на всё её тело, делает режущее движение, из-за чего поток снега делится надвое, обходя нас. Ведьма отводит руки назад и резко двигает вперёд, снежный покров замирает, взмывает в воздух и уже движется над нами. И сейчас, я вижу перед собой не свою подругу, а настоящую погодную ведьму. Волосы, мокрые от ветра и снежинок, развеваются в хвосте. Повернувшись в мою сторону, я вижу цвет её глаз, весь зрачок покрылся фиолетовым покровом где, если приглядеться, заметишь бурю, молнии, вихрь. Эрида снова поднимается в воздух, останавливаясь параллельно лавине, правой рукой она проводит линию, далее выдвигает и левую, сжимает кулаки, отпускает, разводит руки в стороны и ждёт.
Лавины больше нет. Снова смотрю назад и вижу ров в том месте, на котором была стена Афины, в нем скапливается весь снег, который сошел.
— Можешь убирать купол, — говорит Эрида, одеваясь.
— Как-то раз я услышала одну фразу: единственные достойные и смертоносные противники ведьм - природа и стихии.
— Ага, а также и охотники. Особенно, которые имеют собственную магию. — Моё сердце пропускает несколько ударов и всё весёлое настроение, как ветром сдуло, но я не подаю вида.
— Что за охотники?
— Не парься, их не существует. Жива зовёт их Золотым отрядом. Это она про них рассказала.
— Понятно, — я облегчённо выдыхаю и мы с Эридой отправляемся к девочкам.
***
Эрида снова уснула у меня на коленях, Девана ведёт автобус, остальные спят. Я же смотрю в окно и думаю о том, всё ли хорошо в Деревне. Я беспокоюсь об Александре и Жене. Чёрт. Морана, до чего я докатилась.
Мой взгляд устремлён на луну и звезды. Я закрываю глаза, поняв, что мне сейчас нужно.
Я оказываюсь в комнате Александра. Его кровать застелена чёрным постельным бельём, слева стоит стол из чёрного дерева и дверь, ведущая в ванную из такого же материала. Он всегда был помешан на этом цвете. Я цокаю, закатывая глаза.
Подхожу к изголовью кровати и кладу свою призрачно-синюю руку на его лоб. Я не смогла бы переместиться сюда своим телом, потому что Представительницы заметили бы моё отсутствие и плюс мог сработать защитный механизм, поэтому я переместилась сюда духом. И это будет первый раз, когда наша ночная встреча будет сном.
— Что ты здесь делаешь? — спрашивает Александр, сидя на кровати с книжкой в руках. Серьёзно? И это его сон?
— Ты не рад меня видеть?
— Я думал, что моё подсознание перестанет подкидывать тебя ко мне во сны, раз уж настоящая ты появилась в Деревне.
— Чтобы подсознание прекратило это делать, ты должен захотеть это остановить. Ты хочешь этого? Тебе не приятны наши встречи?
— Я хочу, чтобы это была реальность, а не плод моей фантазии.
— Так сделай это реальностью.
— Она меня ненавидит! — он откидывает книгу в сторону. — Она меня терпеть не может.
— Разве? — пытаюсь намекнуть ему о той ситуации в магазине. — Может тебе следует поговорить с ней?
— Прекрати меня преследовать.
Я подхожу к изножью кровати и становлюсь коленями.
— Я никогда не прекращу тебя преследовать.
Александр хватает меня за руку и тянет на себя. Наши губы в сантиметре друг от друга.
— Почему ты ненастоящая? Почему всё это должно быть снами?
— Ты задаёшься этими вопросами на протяжении тысячи лет.
— Я никогда не получу ответа, да? — он гладит мою щеку, а затем целует. С яростью, ненавистью из-за, как ему кажется, несправедливости.
Александр переворачивает нас. Теперь он нависает надо мной.
— Никогда не исчезай. Никогда, — говорит он между поцелуями, задыхаясь. — Потому что я не смогу без тебя.
Возможно, завтра я буду об этом жалеть, о том, что поддалась слабости или злиться из-за того, что всё это было сном, а не как обычно. Но это завтра. Сейчас я хочу чувствовать.