42
Она выскочила из подъезда высокого нового дома и, хотя на улице была жара, вся тряслась, будто её голой выбросили на мороз. Дрожь волнами проходила по её телу, не хватало воздуха, Луна задыхалась. Ноги сами несли её по тротуару вдоль парка. Она просто бежала, сама не зная куда. Наконец остановившись, девушка согнулась, чтобы отдышаться. Сердце бешено колотилось в груди.
Выпрямившись, она что есть мочи закричала. Это был не победный клич, а скорее вопль отчаяния. Он силой проложил себе путь наружу, выпуская остатки той агрессии, горечи и гнева, которые всё ещё блуждали у Луны внутри. Почему-то она была уверена, что Алёна слышит её.
Девушка не заметила, как вышла на проспект. И ещё долго не могла прийти в себя. Её знобило и трясло, но она шла, куда глаза глядят, не останавливаясь. Заходила во дворы, бродила по улицам, шаталась по детским площадкам. Хотя она и выглядела задумчивой, мозг блокировал любые мысли. Луна чувствовала себя не живым человеком, а привидением, бледной тенью, которая лишилась своего хозяина.
Время шло, уже начало темнеть. Опустошенная и обессиленная, Луна наконец упала на скамейку в сквере у бюста какого-то деятеля. Она вытянула ноги, руки раскинула в стороны, голову запрокинула назад.
В жизни девушка не ощущала такой дикой агрессии, как сегодня. К воспоминаниям об этом примешивалось чувство стыда и еле ощутимые угрызения совести. Поражаясь самой себе, она чувствовала, что выплеснула на Алёну весь негатив, скопившийся в них с Лизой за всю их жизнь — и теперь ей стало намного легче на душе. Полностью расслабив мышцы и отпустив мысли, Луна свободно дышала во всю грудь.
Посидев немного в одиночестве, она встала и лёгкой походкой направилась к метро.
Через полчаса девушка была уже дома. Открывая дверь, она услышала, что звонит телефон и, не раздумывая, бросилась к нему.
— Я бы хотел поговорить с Лизой, — раздался тяжёлый мужской голос в трубке.
В первую секунду Луна была озадачена, но моментально собралась и ответила:
— Я вас слушаю.
— Лиза, это декан факультета. Выяснилось кое-что о... — На мгновение собеседник запнулся, но продолжил. — Об этом неприятном инциденте в женском туалете. Сегодня приходила Алёна и сказала, что это она натравила старшекурсниц на тебя. Эмм... Я пока и не знаю причин, но мы с этим будем разбираться. Нужно чтобы ты написала заявление. Можешь зайти ко мне завтра?
— Заявление? Зачем?
— Чтобы дело передали в прокуратуру. Мы привлечём Алёну и тех девушек к ответственности.
— А если я его не напишу?
— Приказ об отчислении Алёны и её соучастниц уже подписан ректором. Дело будет предано огласке.
— Понятно, — тихо ответила Луна.
— Во сколько тебе удобно?
— Что удобно?
— Зайти в деканат.
Луна замялась и некоторое время молчала. Она вполне удовлетворила свою жажду мести и не хотела больше никого наказывать. Девушка не испытывала больше никаких чувств к Алёне, ей даже стало жалко старосту.
Декан воспринял молчание студентки как обдумывание планов на завтра, но через пару минут, не дождавшись ответа, окликнул её.
— Эмм, наверное, завтра не получится, я уезжаю за город рано утром. Может, позже?
— Хорошо, Лиза, мы будем ждать тебя. Приходи, как только сможешь. До свидания.
И он повесил трубку. Не собираясь писать никакого заявления, Луна сразу же забыла о звонке.
В квартире было темно и прохладно. За стеной у соседей бормотал телевизор. На улице гудели машины. Луна сбросила кеды, уселась на пол, облокотившись о стену, и замерла. Её совершенно не хотелось шевелиться. В этот момент в этом самом месте она почувствовала равновесие и любым движением боялась его нарушить и всё испортить. Затем закрыла глаза.
Всё кончено.
Постепенно шум города за окном стихал. Иногда раздавался стук каблуков о тротуарную плитку. Несколько раз во дворе проезжали и останавливались машины. Через некоторое время соседи выключил телевизор — и всё погрузилось в тишину. Луна сидела на том же месте и еле слышно дышала. Она слышала, как у кого-то за стенкой по радио пробила полночь, отыграл гимн Беларуси и вещание прекратилось.
Ещё несколько минут, часов, моментов тишины - и Луна смогла разобрать самый малейший шорох. Она вслушивалась в свой покой. Умиротворение наполняло её организм. В какой-то момент девушке послышались шаги в комнате бабушки. Луна настороженно прислушалась. Некоторое время ничего не было слышно, но потом шаги повторились, и к ним добавилось мягкое шуршание штор.
Луна, не вставая, на четвереньках, стараясь создавать как можно меньше шума, подползла к двери и легонько приоткрыла её. Комнату освещал мягкий лунный свет. Оказавшись внутри комнаты, девушка поднялась на ноги и, взглянув в окно, опять увидела тот же силуэт старой женщины за шторами. Ноги онемели, Луна застыла, не веря своим глазам. Она нервно провела рукой по лицу, но силуэт не исчез.
Шторы легко колыхались от небольшого ветерка из открытой форточки. Луна стояла, уставившись на тёмную невысокую тень в окне. Шторы начали плавно раздвигаться, отчего девушка, сглотнув слюну, ещё больше напряглась. Ей хотелось бежать прочь, но она не могла сделать и шага.
Луна попыталась закрыть глаза, но веки её не послушались. Секунды длились вечность. Когда шторы оказались полностью раскрытыми — перед ней предстала та самая индианка, которую девушка встретила в Лас-Вегасе. Её длинные седые волосы были распущены и свисали по плечам. Голову украшала нитка с несколькими нанизанными перьями. С плеч спускался длинный, до самых ног балахон с красивым орнаментом. Лицо гостьи оставалось в тени, и Луне пришлось напрячь глаза, чтобы лучше рассмотреть его, но ничего не выходило.
— Не бойся, — мягко произнесла женщина.
Голос её показался девушке до боли знакомым. Он успокоительно подействовал на Луну, и та с силой выдохнула, чувствуя, как плавно отходит от шока. Весь страх как рукой сняло. Она сделала пару шагов навстречу и только теперь узнала в этой индианке бабушку Лизы.
— Бабушка, — облегчённо выдохнула Луна.
Индианка в ответ лишь улыбнулась. Она безмолвно смотрела на Луну мудрыми и полными доброты и тепла глазами, а та стояла перед ней не в силах сдерживать слёзы, её губы дрожали.
— Что со мной такое, бабушка? — потерянно спросила Луна. — Почему я не такая как все?
— На всё есть свои причины. Это испытание твоего духа. Не плачь. Я всегда рядом, — сказала женщина — и в одно мгновение растворилась в воздухе.
Луна стояла, тяжело дыша и хлюпая носом. Только что обретённое равновесие опять куда-то испарилось. Сильно разболелась голова и захотелось курить.
По пути на балкон она зашла в ванную и включила воду. Выкурив две сигареты подряд, Луна вернулась в квартиру и залезла в тёплую воду. Сидела в ванной почти два часа, пока вода совсем не остыла. Затем, закутавшись в полотенце, девушка уселась на кровать и уставилась в окно. Уже начинало светать.
Ей было страшно. Слова бабушки звучали в её голове, медленно прокручиваясь, как магнитная плёнка, ещё и ещё раз. Что они значили? Миллион вопросов рождался в мозгу.
Луна вытерлась и переоделась в длинную майку. Она решила лечь в постель — и будь, что будет. Может теперь у неё получится поспать. Девушка устала от вопросов, и не осталось больше сил, чтобы думать. Завесив шторы, она забралась под одеяло и закрыла глаза.
Через пару минут Луна почувствовала, насколько её тело устало за это время. В комнате было тихо и спокойно. Постепенно она начала терять контакт с реальностью и проваливаться в сон. Несколько раз ловила себя на том, что ещё немного — и она окончательно заснёт.
Вдруг девушке показалось, что её кто-то зовёт.
— Лу-у-у-у-уна, — ещё раз она услышала своё имя.
Из темноты к ней приближалась невысокая девушка с длинными взлохмаченными рыжими волосами. Луна смотрела на неё и пыталась прочитать по её губам, она ли её звала, но та молчала. Незнакомка подошла на расстояние шага, и Луна поняла, что перед ней стоит Лиза. Она улыбалась.
— Проснись! — вдруг резко крикнула Лиза, и Луна открыла глаза.
В дверь звонили.
Луна поднялась с постели и, ничего не надевая на себя, вышла в прихожую. Открывая дверь, она потирала левый глаз. «Наверное, кто-нибудь пришёл узнать, когда вернётся Лиза», — вот первое, что пришло девушке в голову. Но на пороге, широко улыбаясь, стоял Эндрю. Его зелёные глаза светились радостью.
— Далеко же ты улетела, Большая птица...