Охотник

Людям нравится ощущение страха, если только это игра.

Чон Гук нервно кинул ключи на стол, и вмиг раздаётся звон метала на весь дом. Уставшие глаза указали на диван, куда Кай и Феликс положили Хосока, который явно был под какой- то наркотой. Его закатывающиеся глаза, пересохшие губы, словно он не пил несколько дней и заплетающийся язык ужасно пугали меня. Ранее я не видела людей в таком состояние, и я чувствовала, что если не вывести этот наркотик из его тела, то Хосоку не выжить.
Мне приходится подавить желание скулить от эмоций, чтобы сконцентрировать все своё внимание на Хасока.
—Лиса, аптечка там,—Феликс указывает на тумбочку, которая стоит рядом с входной дверью,—принеси ее, пожалуйста.
Его слова заставляют меня сорваться с места, и вот я уже держу красный ящик с белым крестиком посередине.
—Я не умею лечить. Я не сраный доктор Айболит, я бандит. Это ты должна ему помочь,—Феликс  срывается и Кай встаёт на мою защиту.
—Она тоже не доктор.
В аптечке препараты, названия которых я прежде не слышала. Поэтому я туплю взгляд в пол, пытаясь придумать что-то годное.
—Может, тебе сунуть два пальца в рот и вызвать у него рвоту?— предложила я, а потом добавила:— Это эффективно только если с момента приема препарата прошло не больше часа.
Кай тут же среагировал и сунул два пальца в горло, а Феликс вывалил все содержимое аптечки на пол, подставив ящик, чтобы тот выполнил функцию пакета для рвоты. Кай был серьёзен как никогда.
—У Хосока, кажется, обычное отравление таблетками. Лукас бы не убил Хосока таким глупым способом, как накачать наркотиками. Поэтому делайте, что говорит Лиса, а я найду энтеросорбент и притащу мокрое полотенце,— сказал Чон, размахивая руками в разные стороны, совсем не обращая внимание на ножевую рану на руке.
В жизни ЛЭМК не было и секунды, чтобы здраво что-то взвесить и решить. Наверное, это и делает из людей сумасшедших, нехватка времени, чтобы остановится и разобраться в себе.

* * *

—Ты еще тут?—в комнату потухшим светом, заходит Чон Гук, я еле замечаю его, потому что глаза слепляются от сонливости и усталости. Я почти провалилась в сон, наблюдая за Хосоком, который до сих пор тяжело дышал.
—Где ребята?—спрашиваю я, имея в виду Феликса и Кая.
—Пошли спать. Ребята будут дежурить около Хосока. Тебеже не помешает чуть отдохнуть, сегодня был довольно насыщенный день для всех нас, а особенно для тебя.
Я промолчала.
—То, что ты сделала и на что пошла, было ужасно глупым решением. Если бы я знал, что ты украдёшь оружие и последуешь за нами, я бы приковал тебя к кровати и закрыл все двери, но...
—Как твоя рука?

Перебиваю я Чона, тем самым ошеломив его. Внимательный взгляд Чона бегал по моему уставшему лицу, не найдя лучше ответа, чем просто махнуть другой рукой, мол, пустяк.
—Ты спасла и меня, и ребят, и, главное, Хосока, когда могла сбежать. И это чертовски поразило меня, сумасшедшая.
Чон уставился в пол, перебирая пальцы. Затем уселся рядом со мной на диван, открыл баклажку минералки и протянул ее мне. Отпив глоток, я отдаю ее назад. Чон включает телевизор, предварительно отключив звук, однако от увиденного меня бросает в жар. Чон привстал, сделав громче.
«Сегодня в полицию Лондона поступило заявления о пропаже студентки девятнадцати лет. Ее подруга заявила, что девушка была связана с очень опасной и, что еще важнее, самой разыскиваемый бандой "ЛЭМК". Студентку университета искусств звали Лалиса Манобан. Девушка, которая подала заявление считает, что поиски ее подруги должны начаться прямо сейчас, но, увы, еще не известно,примет ли заявление полиция, которая утверждает, что никаких улик, подтверждающих, что девушка пропала, нет».
От вида моей фотографии на весь экран и вообще всего этого цирка, мой желудок скручивается и я готова бежать хоть куда, но мой взгляд падает лишь на Чона, который молча и спокойно положил пульт на стол и ладонями закрыл лицо. Он переваривал информацию и все это время обстановка была до ужаса накаляющейся. Его брови хмурятся и появляется изгиб с морщинками, я делаю пару шагов назад, ожидая чего угодно от «охотника».
«Зачем, Джису?»
Чон Гук со всей злости кидает баклажку воды в стену, и та сразу лопается.

—Что за...—со стороны лестницы послышался шорох, а потом тяжёлые шаги Кая и Феликса. Парни смотрели на нас в недоумение, переводя взгляд то на меня, то на Чона, то на лужу у стены, в которую полетела невинная баклажка.
—Ты..,— голос парня с белыми локонами и горящими красным оттенком глазами, срывается. Вздёрнутый нос голубоглазого морщится, когда он кидает на меня враждебный взгляд. Готова поспорить, что человека с таким переменчивым настроением вы не встречали.
—Я-я не знаю, честно,— но попытки оправдать себя не выглядели убедительно, поэтому вместе со словами, что сами слетали с моих уст, я медленно отходила назад, пока полностью не прижалась к холодной и мокрой стене.
—Не ври,— грозно взревел Чон Гук, тыча пальцем в мою грудь.
Я прекрасно понимала, что полиция не будет заниматься этим делом, но если они захотят сунуть нос именно сейчас, то с положением Хосока, парни не смогут защитить себя. Чон Гук чувствовал ответственность за остальных участников банды, ведь именно он притащил меня сюда и внушил им, что я идеально выписываюсь в их команду.
Время длилось вечность и я чувствовала как ткань на спине становилась влажной от пота.
Я была такой беспомощной перед ним, что казалось, он разорвёт меня за секунду и я не успею даже пискнуть.
—Чон, подожди, давай выслушаем ее,—наконец говорит Феликс, встав между мной и Чоном. Он был чертовски спокойным , пытаясь взять контроль над ситуацией.
Чон Гук кивает и смотрит на меня, ожидая моей версии в свою защиту. Пока я собираюсь с мыслями, он достаёт из кармана пачку сигарет и зажигалку.
—Это случилось когда ты меня отпустил впервые. Моя подруга Джису... я рассказала ей, но я не думала, что она пойдет в полицию. Я думаю, что смогу все уладить, мне достаточно появиться в полиции и сказать, что это большое недоразумение.
Чон Гук выдохнул едкий дым, прикрывая свои глаза.
—Гук,что ты думаешь?—спрашивает его Кай, который, видимо, поверил мне на слова. Я была так благодарна Каю и Феликск за то, что они не кинули меня на съедение этому голубоглазому безумцу.
—Я не знаю, что сказать. Если полиция начнёт это расследование, мы будем по уши в дерьме, Кай. Не факт, что она сдаст нас полиции, как только мы ее выпустим к ним.
—Думаю,ты прав,—говорит Феликс,— Однако, она нас спасла сегодня. Именно этот факт позволяет мне встать между вами и дать ей шанс оправдать себя.

—Гребанное чувство долга перед Хосоком и состояние аффекта заставило ее отправится за нами,—не сдаётся Чон, вновь выпуская порцию дыма.
—Она чуть не убила нескольких людей. Ее никто не принуждал это делать. Хосок соучастница наших преступлений, очнись. Ей грозит столько же, сколько и нам.
Красноволосый до последнего не сдавался, пытаясь переубедить Чона и, кажется, у него это получилось.
Все эту накаленную обстановку прервал кашель Хосока. Он очнулся.
Мы все сразу рванули к нему.
—Что с ним?—беспокойным голосом спросил Феликс, когда кашель Хосока только усиливался. Я, не смотря на пристальный взгляд Чона, который не собирался даже повернуться к другу, подбежала к Хосоку.
—Таблетка сработала, его организм борется с отравлением. Помогите мне поднять его,—говорю я, и стараюсь чуть приподнять голову .
Когда он, наконец то, успокаивается и кашель проходит, парни опускают его назад на диван.
—Лалиса,—знакомый голос,по которому я уже успела соскучится, заставляет меня покинуть планету ужасов и вернуться хоть на секунду в наш мир.
Глаза Хосока закрыты, но он ворчит себе под нос мое имя.
«Ох, если бы ты только слышал, что происходит, ты бы тоже не простил меня.»

—Ты делаешь все по своему плану. Врешь своей подружке, отвязываешься от копов, а потом проваливай куда хочешь.
Безумным голосом говорит Чон,  кинув мне свой чёрный кардиган и исчезнув из комнаты. От сказанных им слов у меня завязывается тугой узел в груди, сдавливая сердце, а град соленых слез сам посыпался, когда я зарылась лицом в ладони. Феликс последовал за блондином , а Кай похлопал меня по спине, сказав:
—Если хочешь, я отвезу тебя домой. Нет смысла оставлять тебя здесь, Чон будет раздражён и тебе будет от этого хуже.
На какой то момент гнусная тишина повисла в зале, только сопение Хосока спасало меня от стремления сойти с ума. Мое эмоциональное состояние слишком уязвимо на данный момент, но я продолжаю добивать себя ещё более неумными мыслями. Да, я ошиблась, в тот момент моими действиями управляли эмоции и желание жить, но видимо в такой игре не допускается делать осечек и получать второй шанс, поэтому я еле встала, оставляя вещь Чона на диване, и поплелась к выходу.
Мне некуда идти и поэтому как только я выхожу на улицу, падаю на мокрую землю. Мой разум достигает точки «отключится» и я снова даю волю слезам, которые старательно прятала до этого. Лишь дождь скрывает мои покрасневшие глаза и синяки под ними. Я пытаюсь запретить себе думать о случившимся, но всегда появляющееся «но», не даёт сделать этого, пока холодные руки, не хватают меня за плечи, пытаясь поднять с мокрой земли. Я не поддаюсь, поэтому красноволосый парень, с силой поднимает меня, обхватывая мое лицо двумя ладонями.
—Успокойся, слышишь? Пошли в дом, ты никуда не пойдёшь.