Глава 10. Джулия
За десять минут до произошедшего в Падуле...
На моём телефоне стояла громкая связь, пока я замешивала венчиком воздушное тесто. Мои руки здесь и язык Сантьяго на другом конце трубки — были заняты. Он позвонил мне, когда остался один, и всё это время мы провели за нашей привычной болтовней.
Кая и Аврора были где-то в доме. Они предложили мне свою помощь в готовке, но я отказалась. Девушки взяли пару дней выходных от своей работы, чтобы обезопасить себя на время, пока мужчин не было в стране, а я хотела, чтобы они на славу отдохнули, пока находились здесь.
Они работали для Ндрангеты, пока я просто сидела дома, поэтому мне было не сложно взять элементарные обязанности за всех нас на себя и позволить им спокойно вздохнуть. Мне нравилось заботиться о них.
Но кое-что давило на меня.
То, как воодушевлённо каждая из них рассказывала о своей работе, било меня по плечу, говоря, что я была бесполезна по сравнению с ними.
Хотя я бы тоже хотела найти своё место.
Только я ничего не умела.
После гибели, а точнее убийства Талии, я полностью погрузилась в учёбу, которая заставляла меня забыться, поглощая разум. Мой средний балл был лучшим в классе, и я смогла закончить школу экстерном, только о дальнейшем обучении где-то я и не думала.
Я знала, что Доминик был бы не против, если бы я решила поступить в университет, но я не знала, кем хотела быть и чем заниматься всю свою оставшуюся жизнь. В этом и заключалась проблема.
Жизнь постепенно теряла смысл с уходом близких людей. Я замыкалась, переставала понимать свои истинные желания и стала прощаться с Джулией, которой когда-то была.
Чего я по-настоящему хотела?
Я пыталась вспомнить утраченный свет внутри, чтобы вернуться к прежней себе, но понимала, что это было невозможно.
Я изменилась, и никто ничего не мог с этим поделать.
Только мало, кто догадывался о моих изменениях. Я скрывала их, будучи неуверенной в том, готовы ли были люди принять меня.
Сантьяго, Доминик и Аврора знали что—то одно из совокупности факторов, составляющих новую меня. Когда я осмелюсь рассказать им обо всём?
— Они считают я ни на что не гожусь, — вздохнул парень, вытаскивая меня из своих привычных мыслей.
— Что? — переспросила я.
Я перестала взбивать тесто и остановилась, чтобы нормально поговорить с ним. В его голосе читалось разочарование, но я не видела мужского лица, чтобы сказать точно о том, что он чувствовал.
— С чего ты взял?
— Они оставили меня здесь одного в роли сторожа, Bambino.
Я закатила глаза, хотя прекрасно понимала его.
— Я думал Доминик изменил своё мнение на счёт меня.
— Нет, — ответила я. — Он не сделал этого, потому что ты никогда не был чем-то бесполезным. Во время нашего совместного нахождения в Калабрии ты только подкрепил его уверенность в тебе.
Сантьяго довольно хмыкнул.
— Правда?
— Я не буду повторять, — улыбнулась я. — Твоя самооценка не нуждается в моей поддержке.
— О, — выдохнул он. — Я всегда нуждаюсь в тебе, Малыш Де Сантис.
— Подхалим!
Моя ладонь ударилась о гранитную столешницу, когда из меня вырвался смех.
— Но если серьёзно... — парень задумался.
Я вытерла руки о фартук, взяла телефон и уселась на мягкий стул.
— Она тоже так думает, да?
Ему не стоило называть имя, чтобы я поняла, про кого именно он говорил. Девушкой, засевшей в его голове, была лишь Амелия.
— Что ты наглый льстец?
На другом конце повисла тишина, и я поняла, что моя маленькая шутка не удалась. Я надеялась, он не думал, что я говорила серьёзно... Мы ведь просто шутили, не так ли?
Сантьяго был удивительным, и я не знала человека, который хотя бы немного походил на него. Он обладал тем, чем были обделены многие мужчины не только нашего мира. Его умение сопереживать, вытаскивать со дна и делать всё вокруг красочнее, чем оно было на самом деле, когда-то сильно помогло мне.
Мир не заслуживал его.
И в моменты, когда Амелия заставляла его думать, что он был худшей партией для неё, говорило мне, что и она, также как и все остальные, ещё не заслужила его.
— Может мне стоить перестать? — тише обычного произнёс он. — То, как я веду себя...
— Ты не обязан изменять себе только потому, что не входишь в систему правил других людей, — резко ответила я ему. — Это худшее, что ты можешь сделать с собой.
— Ты слишком мудра для своих лет.
Такое зачастую слышали люди, которым стоило купить абонемент к врачу. Может мне стоило взять номер у психотерапевта Авроры?
После смерти родителей со мной занимался психолог, но он не вывел никаких особых проблем, и мы прекратили наши сеансы. Наверное, потому что я натренировала счастливую улыбку перед походами к нему, пока мои желваки не начинало трясти, и знала, как отвечать так, чтобы он не заподозрил, что я лгу.
Обман — величайшее оружие, созданное человеком.
Всё детство родители учили меня и Доминика искусно пользоваться им, а теперь мы выросли и превзошли своих учителей. Большинство до сих пор верило в то, что искренняя улыбка моего брата могла принадлежать кому-то кроме меня, его жены, лучших друзей и детей, и именно поэтому он отличался от всех, кто когда-либо стоял на вершине Главы.
Я тоже была неплоха, и у меня получалось читать мысли людей, которые пытались поймать меня на лжи. Спустя несколько секунд подозрений они всегда думали: «Ты слишком милая, чтобы быть патологической вруньей.»
Мне нравится, пусть продолжают так думать.
Первое время после кончины родителей я только плакала, но Талия провела всё это время рядом со мной. Это был последний раз, когда она видела слёзы на моём лице.
Обе мои ноги были сломаны, я отказывалась есть, и мои веки распухли до таких размеров, что почти не было видно глаз. Она обнимала меня всё время, что была со мной. Талия заталкивала в мой рот еду, разрисовывала гипсы и тогда впервые познакомила нас с фразой, которая стала частью нас обеих.
Я была удивлена, увидев её в виде татуировки на Кристиане и Кае, а после и на Доминике с Авророй. Она находились под их сердцами и означал их полную преданность друг другу.
Но откуда они знали о «Всегда с тобой. Никогда против тебя»?
Моё сердце щемило каждый раз, когда я видела тату на теле обеих девушек.
Могла ли я когда-нибудь стать её обладательницей?
Мы с Талией были слишком малы, чтобы набить их тогда, но человек, который на протяжении каждого дня, что я провела в больнице, спал на соседней койке в палате и залечивал моё искромсанное сердце, заслуживал получить её от меня.
— Ау, Bambino? Ты ещё здесь?
Я смахнула слезинку с уголка глаза и несколько раз хлопнула себя по щекам.
Я не могла позволить людям заставить и Сантьяго поверить в то, что с ним было что-то не так. Мир уничтожал человека внутри Талии. С этим парнем такого не повторится.
— Тебя достаточно для меня, Санти, — прошептала я.
— Джулия...
Он почти никогда не называл меня по имени. Только в редких случаях, когда был поражён, зол или немного разочарован. В остальное время я была его Малышкой. В этом прозвище не было ничего сексуального. Он называл меня так с тех пор, как мы были детьми. Когда я была ниже всех детей знакомых наших семей, Сантьяго сажал меня к себе на плечи, чтобы я могла смотреть на них сверху вниз.
Думаю, где-то в глубине своей души, он хотел иметь младшую сестру, но будучи единственным сыном Мартина Риверо, жизнь сначала обделила его, а затем подарила меня.
Наши отцы были лучшими друзьями, поэтому мы виделись довольно часто, даже живя в разных странах. С ним всегда было весело проводить время, но ещё смешнее было наблюдать за его вечными перепалками с Талией. Повод, чтобы подраться, появлялся при каждой их встрече, но даже будучи ребёнком, Сантьяго ни разу не позволил себе тронуть Талию... Только если не считать тот раз, когда он сбросил её в бассейн на моё девятилетие. Правда, он полетел следом, когда девочка схватила его за лодыжку, пока он был занят собственным смехом.
Я бы хотела вернуться в то время, когда могла видеть их вместе.
— Может, тебе стоит бросить идею Амелии в своей голове?
Я сдерживала своё обещание, потому что сама начинала верить в то, что эти двое были созданы для кого угодно, но только не друг для друга. И у меня была всего одна попытка, чтобы отговорить Сантьяго от этой затеи.
— Нет, — отрезал он.
Провалено.
— Я ждал её слишком долго, чтобы отпускать так легко.
Мои глаза метнулись к экрану телефона, на котором виднелось время нашего разговора.
О чем он говорил? Разве его одержимость ей не родилась при их первой встрече на балу в начале прошлого года? Или он подразумевал под «долго» эти полгода, что он пытается добиться её расположения?
— Объясни, — попросила я.
— Как-нибудь в другой раз.
Я скрестила руки на груди и хмуро смотрела на свой телефон, как будто парень мог увидеть меня и понять, что меня не устраивал его ответ.
— С каких пор ты стал таким загадочным?
Сантьяго не был открытой книгой, как думали многие, но секреты от меня не входили в список его ежедневных дел.
Хотя я не имела права злиться на него, ведь я тоже хранила секреты от него.
Тайны существовали внутри каждой семьи.
— Учусь у Амелии, — хмыкнул парень.
Я глубоко вздохнула, закрыла глаза и облокотилась на спинку стула, чтобы расслабиться.
Понятия не имела, чем всё это закончится. Но последнее, чего я хотела — это то, чтобы Сантьяго вышел из этой игры с разбитым сердцем. Оно и так уже было треснуто после смерти его отца — Мартина, и разломить его на куски сейчас было куда легче, чем обычно. Но он всё равно не собирался сдаваться, чего бы ему это не стоило.
— Мы можем умереть и возродиться, но, в конце концов, в одной из жизней сердце Амелии Риверо будет моим.
Упрямец.
Я покачала головой.
Он был по-настоящему одержим ей, и это было нездорово, но я не переживала за девушку. Знала, он никогда не сделает ей больно.
Но она ему...?
— Чувствую себя жалкой киской, — простонал Сантьяго.
— Эй! — возмутилась я.
Мои губы расплылись в улыбке.
— Прости, Малыш Де Сантис, твоя киска совсем не жалкая.
— Спасибо, — усмехнулась я.
Я слышала отдалённую болтовню девушек где-то в глубине дома, который мы с ними постепенно исследовали, и стала раздумывать о том, как будут складываться наши отношения с Себастьяном после его возвращения.
Он позвонил мне, как и обещал, но мы толком не поговорили, потому что, то Доминик, то Сантьяго лезли в наш с ним разговор, и мне хотелось ударить обоих по голове.
Я уже скучала по нему. Как мы расстанемся, если за несколько дней проживания вместе, я уже настолько привязалась к нему?
Мне не хотелось курить, и завтрак выглядел не таким аппетитным, как обычно. Вещи, которые мы стали разделять на двоих, я больше не хотела совершать в одиночестве или в компании других людей.
— Черт, если бы Себастьян сейчас слышал меня, мой труп уже закапывали бы где-то на пустыре.
Сердце пропустило один удар. Мои глаза резко распахнулись, и я выпрямилась на своём месте.
— Что ты сказал? — быстро спросила я.
— Ты бы видела, как он смотрел на меня в машине, пока я разговаривал с тобой, — возмущённо произнёс парень. — Я практически наложил в штаны!
Стоп. Что?
— Я думал, это слухи, что от его взгляда в венах начинает стынуть кровь, но я почувствовал это, — слегка шокировано поведал он. — Как будто Себастьян пробрался под мою кожу и решил превратить меня в лёд.
Когда мы устанавливали контакт, я, наоборот, чувствовала огонь, раскаляющий мою кровь. Она доходила до кипения, только когда его голубые глаза были прикованы к моим.
— Либо он слишком сильно заботится о своём телефон, либо... — не договорил Сантьяго.
Обо мне.
Чушь. Наверняка, до этого Сантьяго пытался съесть его мозг, поэтому он так смотрел на него. Доминик и Кристиан также чаще всего из последних сил выносили его.
Я разочарованно выдохнула и хотела попросить друга рассказать мне что-нибудь смешное, чтобы избавиться от мыслей о Себастьяне, но резкий свист шин и выстрелы заставили меня замереть.
— Твою мать! — прорычал парень.
— Сантьяго? — подскочив со стула, обеспокоено спросила я.
Я слышала, как разбивались стекла его машины, в которой он всё это время сидел, и неразборчивые крики других людей.
— Сантьяго?! — схватив телефон, попыталась докричаться до него я.
Послышался удар, и я поняла, что его мобильник куда-то упал. Затем шуршание.
— Джулия, отключайся!
Что?
В моём горле пересохло, глаза стали лезть на лоб, а тело покрылось мурашками. Ч-что происходит?
— Джулия, не слушай его!
Звуки борьбы переходили ко мне с той стороны. Ноги вросли в пол, и я перестала дышать, пока спустя время другой знакомый голос не поздоровался со мной:
— Nǐ hǎo, Jìchéngrén [с кит. Здравствуй, Наследница].
Ссылку на покупку полной версии книги можно найти в закреплённых сообщениях Телеграм канала: Иса Белль | АВТОР и МАМА КРИМИНАЛА — или по поиску на платформе ЛитРес: Наследие Пяти Иса Белль