Под тенью судьбы.

Гермиона чувствовала себя как человек, который не умел плавать будучи посередине Ниагары. Жизнь подобна реке, что несёт в своём русле бесконтрольно и больно, и для человека, который не умеет плавать, спасение только в одном- расслабиться и попытаться вдохнуть полной грудью, позволив этому воздуху поднять себя над водой всем корпусом, а течение или же судьба уже сами принесут его туда, куда ему предначертано. Именно это и собиралась сделать наша героиня.

Она объявила о своём решении близким — опустила неудобные детали , рассказала про их узы и про свои чувства — все немного приукрасив. Джин, её мама, обрадовалась, а её муж улыбнулся своей гордости и обнял ее. Он был счастлив, что его дочь решилась на брак, что она не стала посвящать свою жизнь наукам, которые для него были недоступны и непонятны. Он встретился вместе с женой с избранником дочери. Малфой хорошо умел получать расположение людей. Он сумел очаровать родителей Гермионы. Они в первый же день знакомства назвали его зятем.

Через неделю Гермиона стояла у алтаря и смотрела на Драко. Он был красив, совершенно необыкновенен на фоне чарующего зала. Он был украшен по размаху Малфоев. Бабочек, которые выбрала Гермиона не было. Были цветы, что пришлись по вкусу Нарциссе Малфой. Она сидела в первом ряду и её вид не выдавал ни грамма от эмоций, как и лицо Люциуса, который сидел вправо от неё. Рядом расположились родители Гермионы и рядом с ними уже сидели её друзья, которые улыбались ей, когда она на них поглядывала. Она сделала это два раза из волнения. Был и Рон. Рон, её чудесный Рон. Они поговорили с ним за день до свадьбы.

Они встретились в парке Кеннингтон в Магловском Лондоне. Они гуляли с Джинни, как в их разговор вмешался Рон, который появился после трансгрессии. За время оказалось, что он стал искусным волшебником.

— Гермиона!

— Рон... Здравствуй. — Он стоял отдаленно и смотрел как-то смущенно. Предстоял разговор двух друзей и людей, которых немало связывало. Он любил её до сих пор и был подобен Снейпу в этой любви, человеку на которого походил меньше всего. Гермиона этого не знала. Она лишь догадывалась, что разбивает ему, возможно, сердце своей свадьбой. Встреча предполагалась неловкой.

— Привет. Чудесно выглядишь. — Гермиона готовилась к свадьбе и потратила много часов за уходом за собой. Изменения были заметны. Рон сменил смущенное выражение лица на улыбку, потом уверенно её обнял. Так обнимают старых друзей. Он действительно не собирался делать её несчастной своими чувствами, которые никуда не исчезли. Гермиона была к нему слишком привязана, чтобы чувствовать иное, кроме как боль, если бы он показал то, что чувствует. Он это знал. Он навëл на себя вид счастливого за сестру брата. У него хорошо получалось. Гермиона на глазах повесела и они хорошо провели время. Он не знал, что происходило в её жизни и почему они пришли именно к этой точке. Потом от Гарри он узнал про магическую парность и понимание того, что у него никогда и не было и шанса на её ответные чувства, больно резануло по его любви, что он хранил в себе очень бережно. Он осознал, что его Гермиона, во времена, когда носила статус его девушки, даже в тот единственный день, она принадлежала Малфою. Магическая парность и Малфой. Он дал себе обещание, что лишит его, его ничтожного существования, если он не оправдает доверия Гермионы.

Он любит её — он это ясно осознавал, так же он понимал, что должен жить дальше. Он должен стать одним из лучших авроров вместе с Гарри, потом женится. Он надеялся на свою судьбу и на встречу с девушкой, которая будет его и будет любить его. Он ещё полюбит, пусть его сердце не свободно, но он полюбит снова. Не так как Гермиону... как Гермиону, такого не будет. Но, он все еще надеелся и готов был посмотреть как все обернется. Они провели хороший вечер- Рон, Гермиона и Джинни. Джинни говорила и говорила до тех пор, пока разговор не начал течь сам по себе, и всем не стало комфортно. Она очень хорошо чувствовала людей.

А мы, Пожалуй, пропустим хорошие качества Джинни Поттер и перейдем к свадьбе, которая стала свадьбой века, как писали в газетах. Фотографии Гермионы в военное время и свежее фото Драко Малфоя украшали первые страницы, целых две недели до их свадьбы. На улице Риты Скритер был праздник. Она сидела в первом ряду и что-то тихо диктовала своему перу. У Гермионы в голове стоял гул перемешаный с её бубнежем и речью колдунала, что регистрировал брак. Драко держал её за руку крепко и это успокаивало. Она не одна, в этом... она не знала, как назвать их брак. Разве можно найти подходящую аллегорию?!

После церемонии и долгого дня, они, под эхо поздравлений, отправились в фамильный коттедж Малфоев во Флоренцию. Гермиона считала, что это подходящее место для медового месяца. Там, по крайней мере, было тихо. Драко, казалось, ничего не волновало. Он и вправду отдыхал. Они здесь действительно стали супругами, своеобразными, но супругами. У них все случилось в первую ночь, Малфой не стал себя мучить, ведь воздействие связи было сильно. Все было хорошо и все повторилось в последующие дни. Гермиона чувствовала себя волшебно, она действительно ощущала сильную влюбленность в такие минуты. Потом приходило понимание того, что её чувство суррогат и того, что оно в полной мере не ответно. Но Драко не давал ей долго думать. Они любили друг друга, как это делают возлюбленные, при этом, разговоров, частых, долгих бесед между ними не было, но парная тяга и наваждение сглаживали этот недочет. Их связь крепла и даже молчание рядом с друг другом, делалось самым комфортным времяпрепровождением.

Они прошлись по магловской части города. Гермиона сказала, что город очень красив. Драко про себя подметил не так много красоты, но ему, удивительным образом, понравилась магловская часть города. Несмотря на религиозность, дух магловской части города был особенным, люди здесь были терпимее друг к другу. А вот, город для магов, действительно был волшебным. И черта между двух мирами оказалась такой тонкой, что удивило Драко.Стоило им вступить на мост Понте- Веккьо и пройтись рукой вдоль закрытой перегородки они попадали в магическую часть города. Там процветали торговля и туризм - туристов англичан и американцев было намеренно. Драко довелось вести беседу с волшебником американцем, который оказался католиком. Для него это беседа стала познавательным открытием, ибо он не знал ничего из религиозных откровений и таинств.

Они много времени провели и в коттедже. Во дворе был сад, который простирался на акр земли. Они любили проводить время в тишине порознь. Взаимодействие их было обыденным, за исключением моментов любви. Гермиона по вечерам читала в библиотеке, большую часть времени на диване, а Драко предпочитал кресло перед журнальным столиком. Они сидели так после обеда до самого вечера. Перед ужином, Гермиона вставала и шла готовить. Оказалось, что она хорошо готовила. После ужина Драко помогал ей с посудой. Магию Гермиона не применяла. Драко удивился такой её домашней привычке, но он и сам перенял её, это успокаивало. Он усердно гасил в себе мысли о любви. Старался, но получалось плохо. Вся любовь, на которую он был способен, принадлежала ей, теперь его жене, но при этом она не владела правом знать об этом. Мысли о том, кто он, воспитание, убеждения, ожидания его родителей побеждали. Но не смотря на все сомнения и терзания Драко о родителях, о магической аристократии, их связь цвела, и казалось, это было началом чего-то ценного. Иногда, их стихийная магия вырывалась и проносилась волной приятного тёплого воздуха с ароматом гиацинта по всему дому. В тот период, Гермионе казалось, что она может действительно стать счастливой в этой жизни и в этом браке. Она была опьянена и это пьянство нельзя было сравнить ни с каким дурманом. Оно исходило от самой её магии, а магия её ликовала, она нашла источник себя. Так прошёл первый период жизни двух предназначенных друг другу людей.

Через три недели, они вернулись в Англию. Драко переселился в отдельную комнату и стал старательно жить жизнью, которую он представлял будучи ещё подростком. Работа в Министерстве Магии, регулирование активов семьи. Гермиона тоже не бездельничала, но ещё она ждала, ждала действий от мужа, ждала его любви. Она её так и не получила, лишь объяснение его холодного расчета. Он рассказывал о работе, о возможностях, о своих действиях для достижения чего-то из важного. В их жизни была страсть и свершения, но обоим этого было мало, но и действий для воплощения своих грез в жизнь они не совершали.

Через полгода, Гермиона впервые почувствовала боль от измены пары. Она испугалась, к вечеру того же дня, она поняла что это было. Библиотека Малфой-Мэнора оказалась содержательней библиотеки Министерства. Предки Драко были очень дотошны, если речь шла о редких фолиантах. Она не предъявила ему никаких претензий и требований. Она подумала тогда, что возможно, на это имеет право лишь любимая жена? Она ею не являлась. Ещё, она не хотела, чтобы он подумал, что она привязывает его к себе. Её проклятая гордость.

Драко чувствовал себя ужасно после первого похода к представительницам древней профессии. Потом он понял, что это действительно помогает. Он хоть и чувствовал обжигаюшую магию в своей груди, после, его немного отпускало и к Гермионе хотелось не так сильно. Он принял это на заметку и начал вести новый образ жизни, который раньше он считал отвратильным. На протяжении трёх лет жизни в браке с Гермионой, он так и не образумится.

****

Раздался хлопок трансгрессии.

Поттеры вернулись домой.