Мой новый герой | Турбо

Я так же сидела в углу того страшного, темного подвала, будто брошенный, никому не нужный котенок.

— Зачем ты их всех зовешь? Зачем ты солгал что вас тут много, — я прошипела мужику, что сидел в нескольких шагах от меня,—ты же один здесь.

Он обвел меня строгим взглядом, заставляя меня сомкнуть пальцы сильнее и запылать паникой.
— Мне надо всех твоих Универсамовских псов здесь.— он наклонился, сложа руки у себя на коленях и хитро поднял уголки губ.

Я не могла понять его следующих действий. «Чего он ждет? Почему до сих пор не убил меня... Если же придут Универсамовские а он здесь один его же убьют. Чего он хочет?»

В подвал с громких звуком ворвался Валера. Он быстро влетел, заставляя тяжелую дверь захлопнуться за ним. Он испуганным стеклянным взглядом провел по помещению и бросился ко мне. Весь мокрый из-за ужасной погоды во дворе, он торопясь приблизился.
Бакир даже глазом не моргнул, когда тот вошел, а все так же оставался сидеть рядом, гордо наблюдая за нами.

Турбо подбежал и упал ко мне, прижимая большими ладонями к себе. Будто пряча меня от этого жесткого мира. Мое дрожащее тело растворилось у него в руках, я крепко сомкнула веки, заставляя слезы политься по куртке на его плече. Я уткнулась в его теплую грудь, пытаясь будто спрятаться в нем. Валера окутал меня теплом, нежно проводя ладонями по волосах и наклоняя к себе. Его дыхание было неимоверно частым, казалось он задыхался. А этот миг в его объятиях показался вечностью. Я не могла отпустить его, только сильнее впилась в кожаную куртку. Глубоко вдохнула родной запах, пытаясь насытиться. Окутало ощущение, что нас разделили на годы, оставили одних оторванных друг от друга, и только эти объятия были тем, что должно было спасти, уберечь, сохранить друг друга. Боязнь потерять родного, колючее, режущее чувство. Прости меня, мой милый.
Прошел миг в его руках.

Послышался щелчок заряжение пистолета в руках у парня, что уже стоял сзади и целился в спину Валеры, который полностью закрыл меня ею. Время остановилось, сердце замерло.

— Я люблю тебя,— дрожащим голосом тихо сказал мой Турбо смотря в мои заплаканные испуганные глаза, которые просили и пощаде, о помощи. Они кричали остаться, застыть этом моменте, не желая знать что будет дальше.

Сейчас он был беззащитен, обезоружен. Только я в его объятиях и дуло пистолета на затылке. Одно движение и его бездыханное тело упадет на меня. Палец медленно спустился на курок. Я собрала все силы, что у меня только были и двумя руками оттолкнула Валеру, он от неожиданности отлетел в бок.

Бакир дожал курок и выстрелил.

Его темный взгляд растерялся, а рука с пушкой медленно опустилась. Валера сидя у стены, судорожно переводя взгляд от мужика на меня полез в карман, достал оттуда свой пистолет и не сомневаясь пустил пулю в противника, оставляя его тело лежать рядом и истекать кровью.
Серые глаза не были налиты ненавистью. Там была безысходность, то чувство, когда месть не была сладкой, а бессмысленной.

В ушах прозвенело, руки задрожали еще больше. Турбо подполз ко мне, заглядывая в большие глаза.
— Это засада,— я еле выронила слова,— беги.

Он схватил меня за куртку и положил к себе на грудь, крепко прижимая. Его хриплый голос шептал что он не оставит меня. Я прижалась к нему, словно ища в его объятиях утешение и поддержку, то тепло что только он мне мог дать. В этом мгновении мы были одним целым, и ничто не могло разлучить нас, потому что наша связь была крепче любой боли и страдания, даже если мы будет не рядом. Родные глаза полные слез всматривались в мои, что уже почти сомкнулись. Его мягкие черты лица были сомкнуты в страхе и боли. Моя кровь отпечаталась на его руках. Он наклонился и мягко, почти не касаясь нежно поцеловал меня в губы.
— Нет, нет,— он держал меня будто ребенка на себе,— Прошу, родная,— его голос задрожал и тихо хрипел. Слезы полились по щекам, а дрожащие большие руки погладили меня по лицу.

— Беги,— я прошептала,— это ловушка.
— Я не брошу тебя,— он снова прижал меня к своей груди, задыхаясь от боли.
— Прошу, беги, со мной все будет хорошо,— я попыталась сквозь режущую боль ласково улыбнутся ему. Моему сильному мальчику.

Боль овладела мною, словно огненные когти, проникающие в самые глубины моего существа и рвущие меня на части. Каждый вздох приносил новую волну боли, и сердце мое, словно разрываясь, кричало о помощи в тишине пустоты. Это была боль, которая не знала границ, и я чувствовала, как она медленно поглощает меня, как черная дыра, поглощающая свет и жизнь вокруг. Мне не было больно от раны. Мне было больно отпускать руку моего родного Турбо.

— Прошу,— я умоляла его уйти, убежать со всех ног отсюда.
С той стороны двери, снаружи, послышались звуки нескольких машин, с включенными орущими мигалками.
— Я люблю тебя,— я отпустила его теплую ладонь и не отводила глаз от его испуганного и разбитого вида.
— Люблю больше жизни, родная,— серые глазки сверкнули на меня, заставляя закричать от боли. Взгляд скользнул по лицу любимого, словно я пыталась запомнить каждую черту его лица на всю вечность. В моем сердце разверзлась бездна горечи и тоски, но она старалась улыбнуться, чтобы подарить ему хоть каплю света в этот мрачный момент. Я только увидела как он выбежал из помещение. Силуэт скрылся из моего вида. Мои глаза крепко сомкнулись а тело упало на пол, рядом с трупом того парня.

Это был очень продуманный план. Хабиров Бакир, член группировки Хади-Такташ, сын того самого Харибова Михаила, директора завода, который контролирует Универсам. Не чудом он вышел из тюрьмы, а по сотрудничеству с милицией. Это была засада, ловушка. Не зря он сказал по телефону дабы спасать меня пришли и остальные. Все было подстроено, чтобы словить и остановить преступную деятельность пацанов, но кто же знал что все выйдет так.

Первое что я увидела перед глазами когда очнулась это была яркая лампочка на белом потолке. Мой взгляд медленно перетек в бок, где рядом со мной сидел взволнованный брат и медсестра — Наташа. В больничной палате, пациентов кроме меня не было. Вова нежно держал меня за руку, не сводя глаз.
Я хмуря брови, пыталась вспомнить как я здесь оказалась но мне не удавалось. Вдруг в голове снова заиграла паника.

— Где он?— я поднялась на локти, срываясь на истощенный крик,— где Валера?
— Тише, Маш,— брат тихо попытался уложить меня обратно.
— Где он?!— мои глаза снова набрались слезами, и большой комок застыл в горле,— Он убежал? Он успел?
— Да, Маш, он успел,— брат мягко попытался улыбнуться мне,— все хорошо. Тебя на милицейской машине привезли.
Я тяжело вздохнула, кладя ладонь на лоб.
— Пуля слегка задела твое плечо,— блондинка рядом, опуская взгляд сказала,— никакие органы не задеты, только шрам останется небольшой.

Мне было все равно какие у меня раны. Радовало только то что тот Бакир не выстрелил мне в сердце, а оставил жизнь, которую я должна разделить с моим Турбо. «Он же без вещей, замерзнет, мой мальчик. Где же он будет прятаться..?»

В палату с глав врачом зашел Маратка, с белым халатом на плечах. На нем не было лица, он не сказал ни слова, только тяжело стал рядом, осматривая меня.
— Рану зашили,— мужчина с листом бумаги мягко проговорил,— все хорошо, без усложнений. Вы потеряли много крови, но беременность сохранена.
Я открыла рот от удивление, пытаясь сделать вдох, я уставилась на врача, будучи в шоке от его слов.
— Ч-что?— я снова задрожала.
— Беременность, срок три недели,— он повторил, ласково улыбаясь.
— Спасибо большое,— Вова поднялся и пожал мужчине руку, провожая его из помещения.

Я закрыла лицо руками всхлипывая. На меня все обрушилось как гора снега, я не знала как мне реагировать, что делать, где искать любимого?

— Ты же понимаешь, некоторое время ему нельзя будет появляться в городе?— Старший брат снова мягко положил свою ладонь на мою.
Я громко зарыдала, не сдерживая эмоций, будучи полностью обессиленной. В груди меня будто пронзил ток, а тело горело от боли. Я хотела смеяться от счастья и плакать от того, что не знаю когда увижу горящие глазки моего любимого, когда он узнает, что одну с его мечт я осуществлю.