МАРС

Наступило утро. Солнечные лучи пробивались сквозь жалюзи и падали на стол, заваленный бумагами, справками и ксерокопиями. Я ещё раз проверил, что все документы для поступления собраны — паспорт, медицинская карта, заявление, фотографии. Всё было на месте.

Сегодня решающий день.

Надев чистую рубашку и натянув куртку, я бросил взгляд на фотографию Айзека, что стояла на полке.

— Надеюсь, ты бы мной гордился, брат, — тихо сказал я, прежде чем выйти за дверь.

По пути в университет телефон зазвонил — на экране высветилось имя, которое я не мог не узнать: Зануда. Это был Аарон.

— Марс! — послышался его бодрый голос. — Чёрт, мы с тобой сто лет не виделись. Сегодня вечером давай в бар? Я угощаю. Нам с тобой надо выдохнуть.

— Да, я как раз собирался тебе писать. После универа как раз свободен. Встретимся, — ответил я с лёгкой улыбкой.

Весь этот год Аарон был рядом. Он не отдалился, не отвернулся, не исчез. Был со мной, даже когда я сам от себя отвернулся. Настоящий брат — даже если по крови мы не связаны.

Я прибыл в университет немного заранее. В холле пахло свежей краской и кофе. Я подошёл к административной стойке и попросил вызвать Мэттью Грея. Он появился через несколько минут, в своём неизменном пиджаке и с серьёзным выражением лица.

— Рад, что ты не опоздал, Марс, — пожал он мне руку. — Пройдём.

Мы прошли в его кабинет. Я выложил на стол документы, он бегло всё просмотрел.

— Всё в порядке... но, — он откинулся на спинку кресла, — к сожалению, на хирургию мест больше нет. Все квоты закрыты буквально вчера.

Я замер.

— Что? Но... — выдохнул я, — мне... мне нужна эта работа. Я брал кредит, я...

Мэттью поднял ладонь.

— Я понимаю. Но есть альтернатива. Можем оформить тебя на акушерство. Там как раз освободилось место. Зарплата — достойная. Учёба сложная, но ты справишься. В любом случае — это медицина. Профессия востребованная, и ты сможешь работать, зарабатывать, начать сначала.

Я сжал губы. Не то, о чём мечтал. Но выбора у меня не было.

— Хорошо, — кивнул я. — Записывайте меня.

Он протянул мне бумаги, мы всё оформили. Когда я вышел из университета, небо затянулось лёгкими облаками. Я глубоко вдохнул — как будто сделал шаг в совсем другую жизнь.

Уже собираясь сесть в такси и ехать в бар, я услышал позади себя знакомый голос:

— Эй, далеко собрался?

Я обернулся — Дельфин. На ней было простое светлое платье и куртка. Волосы развевались от лёгкого ветра.

— Дельфин? Что ты тут делаешь? — удивился я.
— Я прогуливалась, знала что ты ещё тут.

— Я как раз собирался встретиться с Аароном в баре, — ответил я, — мы давно не виделись.

Она улыбнулась, чуть смущённо.

— А можно... я с вами? Я бы не прочь провести вечер не наедине с парнями с необычным прошлым.
Я усмехнулся.

— Конечно. Я буду только рад.

Мы вместе направились к выходу.
И в тот момент я почувствовал, что что-то в моей жизни наконец-то действительно меняется.

Бар находился в старом районе, знакомом нам с Аароном ещё с подростковых лет. В нём всегда играла приглушённая музыка, пахло кофе, вином и старым деревом. Не было ни громкой толпы, ни дешёвых коктейлей — только уют, тёплый свет и ощущение чего-то постоянного, что не уходит с течением времени.

Я толкнул дверь, впустив в помещение себя и Дельфин. Она озиралась по сторонам с лёгким удивлением, будто не ожидала, что я окажусь в таком... «домашнем» месте.

— Здесь круто, — прошептала она. — Совсем не похоже на обычные бары.

— Это место — как Аарон, — ответил я с улыбкой. — Меньше шума, больше смысла.

В этот момент из-за стойки поднялся он — в джинсовой рубашке, с неизменной ухмылкой и двумя кружками в руках.

— Да ладно, Дельфин! Что за люди в Голливуде. Всё таки зацепил он тебя! — выдал он сразу, не теряя времени.

Я чуть не подавился, а Дельфин засмущалась:

— Зацепил...как человек...и не более— сказала она, но её голос дрогнул.

Аарон подошёл, обнял меня, хлопнул по спине, и мы сели за столик у окна.

— Ну что, рассказывай, как там в университете? — спросил он.

Я покачал головой.

— Мест на хирурга не оказалось. Поступил на акушера.

Он приподнял брови, но не стал смеяться.

— Неожиданно... Но, чёрт, звучит даже круче. Будешь принимать новую жизнь в этот мир, а не только спасать от смерти. Это... достойно.

Я кивнул, сам удивляясь, насколько его слова попали в точку.

Дельфин сидела рядом, держа кружку пива двумя руками, и смотрела на нас. Было видно — ей важно слышать, как я рассказываю. В её глазах не было жалости, только уважение.

Аарон, конечно, не удержался:

— Но если вдруг станешь отцом двадцати детей — знай, я на крещение не поеду.

— Сам сначала стань отцом, — парировал я. — Хотя... учитывая твоё чувство юмора — лучше не надо.

Мы все рассмеялись.

В этот момент я понял: мне не нужно больше притворяться сильным. Эти двое рядом — напоминание, что жизнь продолжается. Мы пили пиво, разговаривали, смеялись.
Пусть я потерял Айзека, но у меня остались люди, ради которых стоит идти дальше.

Музыка в баре сменилась на медленную, джазовую. Я взглянул на Дельфин — и она в ответ посмотрела на меня. Мы молчали, но взгляд говорил больше слов.

И в этой тишине, посреди старого бара, началась моя новая жизнь — не с громких шагов, не с побед, а с искреннего смеха, пива, и людей, которых я не хочу терять.