Абсурд

Первый день без него.

Выхожу на улицу с надеждой увидеть большой, чёрный джип и оглядываюсь по сторонам. Слёзы сами собираются в уголках глаз и медленно скатываются по моим щекам, когда я понимаю, что его нет.

«Перестань», - приказываю я себе и быстро вытираю непослушные слёзы.

Оглядываюсь ещё раз. Не знаю, для чего я вообще это делаю, но смотрю сначала на право, а потом на лево. Наверное, я просто хочу лишний раз убедиться, что иллюзии в перемешку с наивными мечтами опасная смесь.

Дорога пуста.

Логана нет.

Глубоко вздыхаю, холодный воздух немного помогает, но не настолько, насколько хочется мне. Закрываю лицо руками и мотаю головой, мысленно приказывая себе не плакать. Открываю лицо и выдыхаю, осознавая, что я влюбилась в парня, который медленно сводит меня с ума.

Мысли о нём постепенно съедают, как самый настоящий яд, разрушая меня изнутри. И, что самое обидное, я ничего не могу с этим сделать. Я не могу прервать их непрерывный поток, не могу усыпить свою память, которая отдаёт резкой болью во всём моём теле, когда его образ, как будто издеваясь всплывает у меня в голове снова и снова. И это больно.

«Это можно пережить. Это можно пережить. Это можно пережить», - повторяю я с каждым новым шагом.

Но пустота внутри меня продолжает нарастать и собираться в один огромным ком, который поднимается к горлу, оставляя маленькое, еле ощутимое пространство для дыхания. «Скучать, грустить, тосковать и любить одновременно – это пытка», - осознаю я, идя по улице Рашли. Это наказание, только вот за что?

За то, что у него самые мягкие губы? А может за то, что я постоянно хочу быть в его объятиях? Или за то, что его голос заставляет меня трепетать? А может за то, что я наивно надеялась? Или за то, что я всего этого лишилась?

И когда твоё сознание находится в прострации, пытаясь скрыться от боли, то сердце начинает замещать разум, выкидывая в голову нелепейшие идеи. И это я поняла, когда остановилась в квартале от дома Логана. В нескольких метров от его чёртова дома, в котором я ночевала. Мы ночевали. Как будто сердце сговорилось с памятью и они запустили автопилот.

Быстро разворачиваюсь и бегу в сторону кампуса. «Это можно пережить», - продолжаю повторять я у себя в голове, но мозг отказывается подчиняться командам. Он ищет, хоть какую-нибудь зацепку встретиться с ним. И я знаю, что последней надеждой остаётся только колледж. Но, что я ему скажу? Что влюбилась в него? Таких как я, у него десятки, это глупо. "Он ничего тебе не обещал," — бубнит голос в моей голове. — "Это ты, сама, придумала себе это безумие, а теперь находишься в бессилии", — подхватывает здравый смысл и он чертовски прав, отчего становится только хуже. 

Собрав всю свою волю в кулак, я направляюсь в кампус, приказывая себе при этом, ни при каких обстоятельствах не плакать, настырно убеждая себя, что это можно пережить.

В колледже его нет, а Риз избегает меня, весь день. Девчонки подбадривают, как только могут, даже не до конца всё зная, но это не помогает. Ничего не помогает. Я в полном дерьме. Хотя, и выгляжу я не лучше; припухшие глаза после вчерашних и сегодняшних слёз, помятая и разбитая. Как будто по мне, туда и обратно прокатился каток.

Казалось, что лекции длятся вечность, плюс косые взгляды в мою сторону, от которых нельзя скрыться, давят на меня всё сильнее. Всё и все против меня. «Неужели все всё знают, но откуда?» - задумалась я, наспех оглядывая аудиторию. Или отсутствия Логана и мой внешний вид, говорят сами за себя? Очевидно, что так оно и есть.

В кафетерий я не иду. Во-первых: нет аппетита, а во-вторых: там слишком много людей. Решаю пропустить последнюю лекцию и вру преподавателю, что чувствую себя плохо. Хотя подождите, нет, не вру. Это истинная правда.

Домой я иду одна и на автопилоте, попросив подруг не обижаться на меня, за моё столь отдалённое отношение к ним. Мне необходимо побыть одной, считая, что именно одиночество сейчас поможет мне больше всего. Толком ничего не объяснив подругам, я ссылаюсь на то, что не хочу на данный момент вспоминать это снова и, что завтра, выдам им всё под чистую.

Вечер я провожу у себя в комнате, в гордом одиночестве. Мне не хочется: есть, пить и даже двигаться, только дышать, и то через раз. Папа заходит несколько раз и просит спуститься поесть, но я говорю, что плохо себя чувствую, и что я лягу пораньше. В горло ничего не лезет, там ком, который образовался из пустоты и боли. Сейчас они полностью заполняют и насыщают мой организм. Так я и засыпаю, мечтая о Логане.

Второй день без него.

Чувство грусти и тоски не оставляют меня в покое, преследуя практически везде. Я чувствую потерю и недостаток его. У меня нет стремление к чему-либо, мне безразлично всё вокруг. Я только хочу знать почему он так поступил? Я хочу знать, что я сделала не так? Хочу знать, что я потеряла? Как будто, я выпала из своего маленького, тёплого, радостного мирка, попадая в мир отчаяния в стране отрешения.

Что отличает нас всех друг от друга? Фактов и факторов сотни, тысячи, миллионы. Это проявляется во всём: еда, книги, одежда, цвета, предпочтения, характер... Но есть то, что мы испытываем одинаково сильно: страх, боль, уныние, отчаяние, радость, счастье, любовь и ещё множество чувства и эмоций, которые вспыхивают в нас, как новогодние огоньки и они или греют своим теплом, или испепеляют жаром боли. И мы не можем это контролировать. Мы не можем заставить боль отступить или заглушить желание. Мы не можем просто закрыть плохие, ужасные, и неприятные чувства в самом дальнем закутке своей души, выкинув ключ навсегда от этой комнаты страдания. Увы, но мы не властны.

Сказав папе, что Логан уехал и ужин не состоится, я напрягаюсь ещё больше, когда он начинает расспрашивать меня почему. Но, что я могу ответить, если знаю столько же сколько и он.

Логан забрал с собой моё веселье и стремление, делая мою жизнь пустой и однообразной. Больше всего меня злит, то, что я не испытываю наслаждения от привычных, но любимых вещей, как раньше, и это до чёртиков меня пугает. Я медленно превращаюсь в амёбу. Хочется плакать, но слез уже нет. За эти дни, я израсходовала весь запас этой солёной жидкости.

Иногда меня посещают яркие вспышки воспоминаний, как его мягкие губы целуют мои. Как он обнимает меня, как он смотрит на меня, своими, как лёд холодными, синими глазами. Отчего мне хочется исчезнуть, испариться, лишь бы перестать страдать по человеку, который и близко не знает, как обидел меня.

Я часто задумываюсь: чем он смог, так к себе привязать? Как я пошла у него на поводу? Неужели это навсегда? И почему всё началось так быстро, как и закончилось?
Второй день без него, заканчивается также, как и первый день без него.

Третий день без него.

Грусть и тоска, сменились на ярость и гнев к Логану. Я ненавижу его за то, что он так легко вскружил и запудрил мне голову. И я ненавижу за это себя. Я не хочу больше его видеть. Я не хочу больше ничего о нём знать. Лишь хочу, чтобы он тоже почувствовал всё то, что чувству я, только с удвоенной силой. Я мечтаю, чтобы он страдал. Моя ярость достигла самого острого пика, раскаляя меня до самой высокой отметки. Отчего мне хочется рвать и метать.

Одевшись и высушив волосы, я смотрю на себя в зеркало. На меня смотрят грустные, но уже не пустые глаза, которые сейчас, ещё слегка опухшие от слез.

— Это можно пережить. — Проговориваю я, своему отражению и выхожу из комнаты.

Заставив себя съесть тост и выпить кофе, я одеваю куртку, и выхожу на улицу, где меня ждёт Крис.

Я просто смотрю на неё, через лобовое стекло и она сразу всё понимает, как будто чувствует меня на расстоянии. Конечно я понимаю, что мне нужно все рассказать, выговорится, излить душу, как говорится, но для меня, это всё ещё остаётся тяжёлой задачей. Мне кажется, что если я это вспомню, то я как будто переживу тот вечер заново, отчего все эмоции вспыхнут во мне с новой силой и это окончательно разрушит меня, возвращая к апатии по нём.

   Молча подхожу и сажусь в машину, Крис тоже, как может старается соблюдать тишину. Но хватает её ровно на пять минут.

— Не могу видеть тебя такой, мы все очень переживаем за тебя, — тихо произносит Крис. — Эни, прошу не отдаляйся от нас. Мы лишь хотим помочь. — И меня прорывает после добрых слов подруги.

Я рассказываю ей всё со слезами на глазах. Как будто заново, но на быстрой перемотке вижу этот вечер со стороны, только теперь я более или менее к нему готова.

— Мне так жаль, — шепчет Крис.

— Поверь, последние, чего я сейчас хочу, так это чтобы меня жалели. — И на моих глазах, опять блестят слёзы. «Это можно пережить». Отвернувшись к окну я пытаясь успокоить острую боль, которая возникает при любой мысли о нём, быстро проморгала слёзы. «Это можно пережить».

Крис паркуется у дома Шауны и поворачивается ко мне. Она долго смотрит на меня своим тёплым, сочувствующим взглядом, а потом берёт меня за руку.

— Эни, — громко и чётка начинает она. — Он чертов мудак, что обидел тебя, но ни ты, ни я, никто либо другой кроме него самого, не знает что случилось.

— Ой, Крис давай не будем утрировать.

— Я просто хочу помочь тебе. Я хочу, чтобы вернулась прежняя Эни, которая умела рассуждать логически.

— Я пыталась, я надеялась, но ни один из моих ответов самой себе, не может меня утешить. Это невозможно переиграть.

— Нет ничего невозможного, — ухмыляется Крис, — и хватит уже этой безнадёги. Завтра мы летим в Нью-Йорк и там, ты забудешь про это дерьмо. — Я только киваю ей в ответ, но на душе всё таки становится легче. То, что так сильно тяготило меня последние два дня, постепенно исчезает. — Эни, всякая трудность, которая происходит в нашей жизни - это новый шаг вперёд, увереный, твёрдый шаг. Это испытание на прочность, на устойчивость. Да сейчас тебе плохо, но ты знаешь из-за чего и больше этого не допустишь. Это возможность изменить себя и многое вокруг, а то, что сейчас кажется пугающим, станет лишь воспоминанием. Уж поверь мне, — с сочувствующей улыбкой проговаривает она.

— Я влюбилась в него, как наивная маленькая девочка, а теперь ненавижу его за это, — шепчу я.

— И эту трудность можно пережить. — Сжимая мою руку, подбадривает она.

Задняя дверь открывается и в машину садится Шана.

— Эни как ты? — сразу же спрашивает она, сильно хлопая дверью.

— Сейчас лучше.

— Это хорошо, это чертовски хорошо, — выдыхает Шани.

— Я так сильно вам благодарна, спасибо вам, — всхлипываю я и сразу же утираю слёзы.

— Иди сюда, — раскрыв руки для объятий, проговаривает Крис, с всё той же сострадающей улыбкой на губах.

И я тянусь к ней, думая: «что мои девочки, самые лучшие в мире подруги».

Люди, которые рядом с вами всегда, те люди, которые излечат ваши раны, те люди, которые заставляют вас улыбаться, именно те люди, которые ограждают и накрывают вас своей заботой и называются – друзья. Пусть не до конца, но они рядом и это главное. За это я им и благодарна, за их помощь и заботу, которую они оказывают мне всегда.

— Я думаю, что нужно сделать некоторые покупки перед поездкой, и да, как я могла забыть у Пола сегодня вечеринка, так что нам  нужно подготовиться, — говорит Шани.

— Вы помирились? — оживлённо спрашиваю я.

— Да и всё благодаря тебе. Ты лучшая. Я готова убить этого смазливого ублюдка, который так сильно обидел тебя.

— И не сомневайся, она это сделает. — Улыбаясь, добавляет Крис.

— А я в вас, никогда не сомневалась.

Бесполезно отрицать или пытаться, хоть как-то подавить в себе мысли о Логане. Но с девчонками, мне легче. Я не хочу плакать, я не хочу грустить. Я даже проголодалась, учитывая то, что два дня у меня не было аппетита.

— Может перекусим? — предлагаю я.

— Только после того, как выберем тебе платье на сегодняшнюю вечеринку. — Говорит Крис и заводит машину.

— Только не короткое. — Улыбаюсь я.

— Отлично, я рада, что ты снова в строю.

— А где Натали?

— Она вчера улетела в Нью-Йорк, подготовить все к нашему приезду.

— Какие то проблемы? — интересуюсь я.

— Нет, всё отлично. Ты же знаешь, ей просто нужно всё проконтролировать. — Нервно улыбаясь, говорит Крис.

Прогуляв весь день в торговом центре, мы выбираем наряды не только на вечеринку. Крис настояла, что в Нью-Йорке мы должны быть неотразимы, поэтому мы покупаем много вещей. Начиная от кружевного белья и заканчивая различной обувью, которая не слишком удобная, во всяком случаи для меня.

— Вечеринка в девять вечера, но я заеду к тебе к семи. — Проговаривает Шана, помогая мне вытаскивать пакеты с обновками.

— Хорошо. — Отвечаю я, тащась с пакетами к дому. Их так много, что я практически не вижу куда иду.

Благодаря девчонкам и шоппингу, я отвлеклась. Я возвращалась в строй, как сказала Крис. Решаю прибраться и приготовить ужин, чтоб отвлечься, а также подлизаться к папе, как бы извиниться перед ним за свое поведение, за эти три дня, я берусь за дело.

Время пролетает незаметно. Мы с папой ужинаем и я начала убирать со стола, понимая, что скоро придёт Шани. Всеми силами я стараюсь избежать любого разговора об этих днях, своего саморазрушения с отцом.

— Сегодня ты превзошла себя, лазанья была великолепна, — ставя пустую тарелку в раковину, хвалит папа.

— У меня был хороший учитель.

— Не сомневаюсь. Лучший из лучших, — гордо улыбается он.

— О-о-о даже так. — Смеюсь я.

— По-другому и быть не может. И да, вот билеты, завтра в три дня вылет.

— Спасибо Пап, чтоб я без тебя делала. — Обнимая его, говорю я.

— Как дела у Логана? — доставая баночку колы, как бы невзначай спрашиваю отец.

— Не знаю, наверное хорошо. Я не видела его уже три дня. — Как можно спокойнее и безразлично, проговариваю я.

— Я думаю хватит тебе сидеть и страдать по нему. Пойди прогуляйся, тем более Шауна уже поднимается по лестнице. — Отходя от окна, добавляет отец.

— Спасибо Пап, и да я не страдала, а просто приболела.

— Ну надеюсь, что сейчас ты выздоровела окончательно и чувствуешь себя лучше. Иначе поездку придётся отложить. Вдруг это заразно?

— Сейчас намного лучше.

Заразно. Интересно, если собрать всех обиженых и брошенных девушек Логана, их любовь или злость будет передаваться воздушно капельным путём? Господи, что за бред у меня в голове.

Папа открыл Шани дверь и мы проследовали ко мне в комнату.

— Хочу сказать тебе спасибо, если бы не ты, я бы никогда не помирилась с Полам. А теперь давай рассказывай, что натворил этот гавнюк? — обнимая меня, говорит она.

Рассказываю всё как есть, какое прекрасное было свидание, какой нежный был Логан, что я влюбилась по уши в него, понимая что с его стороны никогда не будет взаимности. И конец вечера, который подтвердил мои догадки.

— Знаешь, я думаю тебе надо с ним поговорить.

— И что это даст? Он не объявлялся три дня, он просто пропал. И тем более, я не хочу навязываться ему. Просто хочу, чтоб моя жизь продолжалась, только уже без него или снова без него.

— Я не хочу читать тебе морали, но если сложить руки и сидеть на попе ровно, ничего не добьешься.

— А чего я должна добиваться? — одевая платье, удивлённо спрашиваю я.

— Эни, неделю назад я думала как ты, я считала, что меня предали и, что я не хочу копаться в этом дерьме. Но благодаря тебе, я поняла, что за своё нужно бороться.

— Ты это поняла, когда врезала Джанин?— улыбаюсь я.

— В тот момент я ощущала это, как никогда остро. Просто если бы изначально, я выслушала Пола, было бы легче с этим разобраться.

— Просто с Логанам всё намного труднее, — подойдя к ней и повернувшись спиной, чтобы она помогла с молнией, я продолжила. — Из часа проведённого с ним, я счастлива десять минут, остальное время я пытаюсь угадать его и не поругаться.

— Просто подумай над тем, что я сказала. Окей?

— Окей. Я подумаю. А теперь пошли нам уже пора. Сегодня я хочу повеселиться. — Кладя телефон в сумку, проговорила я.

Третий день без него, прошёл
намного лучше, чем предыдущий.

Бывают периоды, когда кажется, что все безнадёжно, но если сделать усилия над собой, то можно изменить ситуацию или отношение к ней. Я избавилась от обиды и гнева на Логана, понимая, что это ничего не поменяет. Эти эмоции, только съедают меня изнутри. Я перестала находиться в режиме ожидания, стараясь жить в настоящий момент. И радоваться тому, что у меня есть сейчас.