Абсурд

Логан.
Не могу привести мысли в порядок, я буквально закипаю от ярости. Ещё сильнее сжимаю руль, да так, что костяшки на пальцах начинают белеть. Резко торможу машину. Мне нужен воздух. Грёбанный, свежий воздух. Почему её слова, так зацепили меня? Нет. Они бесят, раздражают.

Выхожу из машины. Вздыхаю, оглядываюсь. Грёбаная ночь. Грёбаная машина. Грёбаная Эни. В голове сразу всплывает её образ. Разъярённая, но такая прекрасная, она кричит на меня. Она в бешенстве, но всё равно милая. Глаза тёмно зелёного цвета, каштановые волосы слегка закрутились на концах и ветер раздувает их в стороны. Нижняя губа девушки, более пухлей, чем верхняя и она постоянно её облизывает, чем приковывает моё внимание к своему рту. Боже, она такая сексуальная, когда злится. О чём, чёрт меня дери, я думаю.

— Дерьмо! — кричу я в тишину и ногой бью по колесу.

Какого черта я вообще о ней думаю? Ещё никто и никогда не повышал на меня голос. Не говоря уже о всём том дерьме, что она кричала мне прямо в лицо. И тогда мой гнев возрос до неимоверных размеров. Да, я нахер чуть ни слетел с катушек, еле сдержал себя, пока слушал её грёбаную триаду. Мне пришлось приложить не человеческие усилия, чтобы убраться от неё, как можно подальше. Но моё естество хотело накинуться на неё. Нет, я никогда не бил девушек, но в тот момент, я почти потерял последние крупицы здравого смысла и был готов душить Эни, пока бы её хорошенькое личико не начало синеть.

И вот, я стою здесь: один, ночью, на пустой дороге. Я должен ехать дальше, я могу вернуться к Мелиссе и закончить с ней эту ночь. Могу поехать к друзьям, а потом завалиться с ними в клуб. Могу много чего, но, твою ж мать, я всё ещё стаю на этом чёртовом шоссе. Делаю вдох, выдыхаю.

Да, я был с ней груб и может, даже слегка перегнул палку, но я только припадал этой самоуверенной выскочки урок, что бы в следующий раз, она лучше думала: кому, когда и, что она говорит. Я не должен стоять здесь и думать о ней, но продолжаю делать это снова и снова, снова и снова. Как будто в моей больной голове, просто не осталось места для чего-либо другого. Как будто эта девчонка, напрочь вытеснила всё, что было в моей голове до неё. Всё, но только не то, что связаны с ней.

— Дерьмо! — повторяю я.

В голове крутится её фраза: "Ты даже волоска моего не достоин ". Она совершенно не знает меня, почему она так решила? Я не моральный урод, как считают некоторые. Хотя, мне глубоко срать, что считают некоторые. Конечно, я не "пай–мальчик" и иногда веду себя отвратительно, но только с теми людьми, которые этого по-настоящему заслуживают. "А она, этого уж точно не заслуживает", — подсказывает мне, моё воспаленное подсознание. Нет не заслуживает, он чертовски прав, как и она. Я не стою даже её ноготка. Все, кто находятся рядом со мной — страдают. Им всегда плохо. И, когда они понимают причину, то бегут от меня сломя голову.

— Блять! — опять бью по колесу.

"Мужик, ты уже реально начинаешь сходить с ума из-за этой девчонки. Успокойся. Возьми себя в руки. Садись в машину и езжай домой." — Говорю себе.

А как доберётся она?

А вдруг к ней кто-нибудь пристанет?

Она слабая, хрупкая девушка, которая не сможет за себя постоять. Хотя, сейчас я уже сомневаюсь в этом, она достаточно смелая, чтобы вступиться за себя, по крайней мере - словесно. Но противостоять мужчине или парню по силе, она точно не сможет. Эта мысль, как пуля влетает в мою голову, а желудок болезненно скручивает до тошноты. Осознания того, что её будет кто-то трогать, лапать – приводит в бешенство. Никто ни имеет право к ней прикасаться, никто, кроме меня.

Сажусь в машину, завожу её и дёргаю ручник, чтоб быстрее развернуть тачку. Главное, чтобы я успел, главное чтобы с ней всё было в порядке, главное, чтобы она была в безопасности.

  Подъезжаю к месту, где её высадил. Выхожу из машины, осматриваюсь – Эни нет. Сердце колотится, как у бешеной собаки, которая пробежала несколько миль, а не приятное чувство в районе груди, доводит до паники. Быстро сажусь в машину и срываюсь с места. "Она не могла далеко уйти", — успокаиваю сам себя. "Она в порядке и её никто не трогал. Никто!"

Кручу головой по сторонам, пытаясь разглядеть её силуэт в темноте. Бинго. Торможу, выхожу из машины. Она сидит на присядках, босая, сам от себя не ожидая, срываюсь к ней. Она вскакивает и несётся от меня со всех ног.

Неужели, я так напугал её?
Блядь!

  Догоняю её. Обхватываю за талию и разворачиваю к себе. Лицо Эни всё заплаканное, а в глазах очень много паники и ни с чем несравнимый испуг.

— Почему ты не такая, как все?! Почему?! —  кричу я.

Больше не могу терпеть и овладеваю её губами. Они такие же мягкие, как я себе и представлял, а ещё, они соленые от её слёз. Провожу языком по её сомкнутым губам и, когда она приоткрывает их, чтобы вздохнуть, проникаю внутрь. Углубляю поцелуй. И просто теряю грёбаный рассудок. На вкус она напоминает спелую, сочную вишню. А сама пахнет, как сладкая ваниль. И в этот момент, мне не нужен даже секс. Да кого я обманываю? Я хочу её, до боли во всём теле. Никогда и ни к кому, я ещё не испытывал такого желания - поистине дикое, животное. А этот поцелуй, эта близость наших тел, это лучшее, что случалось в моей грёбаной жизни.

Она обнимает меня за шею. И меня тут же, пронзает электрический заряд тока. Делаю поцелуй нежнее, хочу насладиться ею. С губ Эни срывается стон и я улыбаюсь, понимая, что она хотела этого, так же сильно, как и я. Моё тело почти вибрирует от этого сладкого звука.

Отрываюсь от неё, хотя сделать это оказалось намного сложнее, чем я предполагал, не могу насытиться ей сполна. Хочу ещё и ещё. Перевожу дыхание в более ровное и смотрю на её припухшие губы, внутри уже борясь самим собой, чтобы снова не накинуться на них. Возбуждение, как горячая лава начинает расходиться по крови. Я пытаюсь себя успокоить, но мой член, начинает жить отдельной от меня жизнью. Предатель. Поднимаю взгляд к её ошалевшим глазам. Эни быстро и часто моргает, но на губах появляется лёгкая улыбка и я снова хочу её поцеловать. Мысленно даю себе пенок под зад. Нет, не за то, что поцеловал её, а за то, что мне это до чёртиков понравилось. "Тупой трах", - напоминаю я себе.

— Давай, я отвезу тебя домой, уже поздно. — Она только кивает.

Всю дорогу молчим. Эни в вжалась в сидения автомобиля, как испуганный котёнок и крепко держит свои босоножки и сумку в руках. Подъезжаем к её дому. Она выходит из машины и идёт до двери своего дома, даже не оборачиваясь. И меня это жутко злит. Всё должно было быть совсем не так. Эни, должна была пригласить меня к себе. Обманом затянуть в комнату с самой большой кроватью, а потом... потом она должна бы была умолять меня, поцеловать её ещё раз и ещё. Должна вымаливать, чтобы я оказался глубоко внутри неё, ещё раз и ещё. Она должна выкрикивать моё имя ещё раз и ещё, всё громче с каждым новым моим толчком... Только от одной этой мысли, мой член судорожно дёргается в штанах.

Она будет моей, чего бы мне это не стоило. Ох, детка, ты даже не представляешь себе, во что ты влипла. Вызов брошен.

Просто трах, и всё. Просто трах, и я выкину Эни, из своей головы.

От мыслей о ней, меня отвлекает телефон.

— Да!

— Где тебя носит? Товар уже давно в порту. Все здесь.

— Не ори, Маркус, буду через десять минут.

— Ты звонил отцу?

— Нет. Я же сказал, пока он мне не нужен! — рычу я.

— Ты не понимаешь, с ним открываются новые горизонты. Новые клиенты.

— Тебе старых не хватает? Почему ты вечно хочешь к нему подлизаться?

— Просто подумай.

Я отключаюсь. Бросаю телефон на сиденье. Долбанный Маркус, и откуда он только взялся на мою голову? Если я и обращусь к отцу, то только за тем, чтоб убрать Маркуса с моего пути. Я знаю, он что-то замышляет.