#InstaDrug

Осень пришла слишком быстро. Время вообще шло с невероятной скоростью. Часы сравнимы с секундами, а минуты совсем незаметны. Лето постепенно покидало город. Участились холодные дожди, солнце стало появляться реже, трава высохла, умерли цветы, деревья пожелтели и осыпались. В какой-то степени осень казалась мне красивой, но, с другой стороны, она угнетала. Осень – время начала проблем и разочарований. Именно в это время года большая часть людей впадает в длительную депрессию. Мы живем только весной и летом. Остальное время просто существуем и выживаем.

С возвращением домой я начала готовиться к предстоящему году в университете. Больше училась, реже выходила. До начала занятий оставалось всего ничего. Моя жизнь остановилась. Ничего не происходит. Из-за графика мы почти совсем перестали общаться с друзьями, лишь изредка выходя вечером в бар или в кафе на чашечку кофе. Иногда я переписывалась с Тео. Мы ведь договаривались поддерживать общение...

О Маэле ничего не было слышно. Кто-то написал, что его нашли в больнице из-за каких-то проблем со здоровьем. Некоторые люди говорили, что он наркоман со стажем и именно поэтому ему частенько становится плохо. Вот и в этот раз в его организме произошло что-то очень плохое, но что – никто не знал.

Вскоре настал первый день моего обучения. Идти мне никуда не хотелось. Я была не готова к новой жизни и новым людям. Я жила в каком-то тумане. Словно все это скучный и тоскливый сон, который длится бесконечность. В университете я выбрала литературный факультет. Почему? Я любила литературу и всегда хотела писать свои книги. А там мы много читали, а потом анализировали прочитанное. Несмотря на то, что я никогда ничего не отвечала вслух, мне нравились мои предметы. Я любила читать, и на уроках царила атмосфера спокойствия и заинтересованности. У нас была не очень большая аудитория. Размером со школьный класс, только чуть уютнее. Спустя неделю обучения я так и не смогла ни с кем познакомиться. Это было слишком трудно, да я и не особо в этом нуждалась. Мне было лучше одной.

Я сидела в кафе и наблюдала за студентами. Народу тут было не очень много, а я, как всегда, заняла место около окна. Рядом сидела какая-то компания, они что-то оживленно обсуждали. Пять девушек. Со стороны сразу было видно, кто есть кто. Одна – очень стеснительная и неразговорчивая, все остальные явно слушали ее и что-то спрашивали. Вторая была самой дерзкой и грубоватой. Наверное, она лидер в их компании. Крепкого телосложения, с крашеными рыжими волосами и черными стрелками. Еще две были очень похожи между собой. Смуглые, длинноволосые, с огромным количеством браслетов на руках. Они держали в руках кружки с кофе и внимательно слушали разговор двух первых. Самая последняя – девушка с модельной внешностью. Высокая, худая, светловолосая. У нее было красивое лицо и аккуратный макияж. Она сидела около рыжей, но не слушала разговор, а ела сэндвич. Вот правда ела она ужасно. Не просто ужасно, а отвратительно. И, кажется, она не понимала, где находится. Она видела перед собой только этот огромный сэндвич. Почему никто даже не скажет ей о том, что у нее все лицо в этом красном соусе? Но они были увлечены разговором с той молчаливой брюнеткой, которая, по-видимому, терялась от вопросов, которые задавала рыжая. За другим столом сидели трое парней с планшетами и не разговаривали друг с другом. Очень «весело»... Я всегда любила наблюдать за людьми со стороны и оставаться незамеченной.

Я смотрела на эту печальную картину и временами прикрывала лицо книгой. До чего же тут скучно...

***

Я сидела в своей комнате перед монитором ноутбука и набирала нужную информацию для работы по поэтам серебренного века . Еще один минус – это презентация, которую мне нужно было делать для реферата. Лучше занятия не придумаешь. Первый курс – это всегда нелегко. Но чем дальше, тем труднее. Деваться некуда.

Я решила сделать небольшой перерыв и встала из-за стола, чтобы дойти до кухни. Там я сделала себе зеленый чай и расположилась минут на пятнадцать. Взяв свой телефон, я решила открыть инстаграм. Отсутствие чего-нибудь интересного меня очень утомило. Лента была какая-то пустая, другими словами не скажешь. Последняя публикация была еще пять часов назад. Может, проблема в том, что я мало на кого подписана? Не знаю. Возможно, так и есть. Так как инстаграм пустовал, я решила зайти в facebook. Давно я там не была. Учеба забрала все свободное время и мысли.

Мне хотелось узнать, из-за чего же все-таки пропал Маэль? Что с ним тогда произошло и почему все так стараются это скрыть? Он что, правда наркоман? Или его самочувствие никак не зависит от него? В чем заключаются все его проблемы?

Но вместо того, чтобы найти нужную информацию, я наткнулась на сообщение, которое он оставил на своей стене три часа назад.

«Вот и мой новый клип. Смотрите, голосуйте и комментируйте.»

Надо же. Он продолжает серьезно заниматься своей карьерой, будто ничего и не случилось. Наверное, ему не нравится это обсуждать. С другой стороны, кому это понравится? Если бы со мой случилось что-то, мягко говоря, не очень хорошее, то я бы вообще никому не позволяла это обсуждать.

Я посмотрела его клип и поставила ему голос. Маэль неплохо пел, и с этим трудно было поспорить. В общем-то, за три часа у него набралось довольно большое количество просмотров, голосов и комментариев. Но больше всего меня заинтересовали именно комментарии. Интересно было узнать, что люди думают по поводу его творчества. Но вместо того, чтобы писать о песне, клипе и вообще о чем-то нормальном, большая часть комментирующих обсуждали какой-то диагноз Маэля. Нет, были, конечно, и комментарии его поклонниц, но их было значительно меньше. И это очень странно. Раньше такого не было, а сейчас люди будто узнали некую ужасную правду об этом парне. Я решила прочитать все с самого начала, чтобы понять, в чем дело. Моему взору открылось огромное количество комментариев, которые располагались по дате добавления.

«Чертов придурок!»

«Ужас, лучше бы я об этом не знала.»

«Бедный, мне очень его жаль.»

«Фу, это просто отвратительно.»

«Теперь понятно, почему он так себя ведет.»

«Это так страшно...»

«Больше я не смогу на него нормально смотреть.»

«Вот он урод.»

«Зачем вы все это пишете, он и так родился несчастным.»

«А я то думал, что он наркоман.»

«Теперь все ясно.»

«Вы какие-то ненормальные. У человека такой диагноз, это просто не толерантно и некрасиво по отношению к нему.»

«Это ведь почти то же самое, что и синдром дауна...»

Эти сообщения вызвали у меня множество вопросов. Какой еще синдром? Что за диагноз? Почему они так реагируют на него? Откуда столько ужаса, зла и разочарования? Словно случилось что-то непоправимое.

Я открутила еще чуть ниже, чтобы понять, откуда все это началось. В глаза мне бросилось сообщение.

«Маэль больной. Он родился с синдромом эльфа.»

Синдром эльфа? Что это? Ответа на этот вопрос в комментариях не было, но зато многие писали что-то вроде, «Да, точно, теперь я вижу это! У него даже черты лица подходящие! А раньше он казался мне красивым...» или, «Блин, это прямо как он. Даже поведение такое же.» Кто-то писал, «А мы это всегда знали. Я помню его еще со школы», «Он был таким странным, теперь я поняла почему...»

Я решила узнать про этот диагноз. Что такое синдром эльфа? Можно ли с этим жить и в чем он проявляется?

Вновь поднявшись в свою комнату, я взяла ноутбук и вбила в строке поиска слова «Синдром эльфа». На экране сразу же появилось много разных ссылок, фотографий, форумов и статей. Мое внимание привлекла самая первая ссылка. Там была огромная статья, в которой описывалось почти все, что нужно было знать.

«Синдром эльфа» — синдром, возникающий как следствие наследственной хромосомной перестройки, страдающие которым обладают специфической внешностью, проблемами сердечно-сосудистой системы, и характеризуются общей задержкой умственного развития при развитости некоторых областей интеллекта.

Это было основное определение. Мне потребовалось несколько раз перечитать его, чтобы понять основную суть. Я не верила в то, что это каким-то образом относилось к Маэлю. Какой-то бред.

Я продолжила читать дальше.

«Больные имеют особое строение лица, в специальной литературе называемое «лицом эльфа», поскольку оно напоминает лицо эльфов в их традиционном, фольклорном варианте.»

Прочитав особенности внешности, я испытала шок. Все это более или менее подходило Маэлю.

Далее я продолжила читать про психологические особенности.

«Для этого синдрома характерен дефицит наглядно-образного мышления. Можно отметить большое сходство психопатологической картины дефекта у всех больных: при значительном снижении интеллекта речь у детей довольно хорошая, больные имеют относительно большой словарный запас, очень словоохотливы, склонны к подражанию. Вместе с тем всегда страдают пространственные представления, организация и планирование деятельности. Практически всегда имеется хороший музыкальный слух даже при выраженном интеллектуальном дефекте. Нередко выявляются неврозоподобные нарушения — страхи, навязчивые действия.

Некоторые больные могут учиться во вспомогательной школе, они овладевают чтением и письмом.»

Я не знаю, как объяснить словами то, что я испытала, читая все это. Я просто не верила. Не верила в то, что Маэль болен. Что он родился таким. Это... так странно. Трудно принять такое, особенно, когда жила с мыслями о том, что это абсолютно нормальный, здоровый и талантливый парень, хоть и со странностями, которые могут быть у любого человека.

Но с каждым днем этот образ разрушался. И сегодня он разрушился окончательно. Для меня больше не было прежнего Маэля Эйнсворта. И от этого внутри образовалась какая-то убивающая пустота. С другой стороны, почему я верила кому-то? Не сам ведь Маэль сказал о том, что он больной. Хотя с его синдромом он вряд ли будет что-то объяснять.

Но я продолжила читать про этот синдром дальше. Меня заинтересовало это. Я жила и даже не подозревала о том, что существует и такая болезнь, если это так можно назвать. Да, это была болезнь. Редкое хромосомное заболевание. Я решила прочитать про причину возникновения такой патологии.

Но больше всего меня интересовала лишь одна вещь. Сколько такие люди живут и можно ли как-то вылечить его.

«Лечение: Специфической терапии не существует. Поэтому основное место занимают симптоматическое лечение и коррекционно-воспитательная работа.»

«Прогноз: относительно благоприятный, возможна частичная социальная адаптация.»

Частичная социальная адаптация. Не очень-то успокаивало.

Маэль болен и это факт, от которого никуда не уйти. Но самое ужасное то, что люди издевались над ним и оскорбляли.

Я прочитала еще несколько статей о «людях-эльфах». Они по своей природе очень ранимые и чувствительные, а плохое обращение оказывает на них сильное и негативное влияние. Ни в коем случае нельзя с ним так разговаривать. Никогда. Такие как он должны быть окружены любовью и добром.

Я вернулась к комментариям и увидела сообщение от Маэля.

«Да, я и правда родился с этим синдромом. Надеюсь, теперь вам станет спокойнее.»

У меня в голове возникло очень много вопросов. Маэль казался мне слишком развитым для этого диагноза. Да что там говорить, иной раз я думаю, что он намного умнее обычных людей. Но как, если он больной?

Я забыла о работе по реферату и полностью увлеклась поиском разнообразных статей по его диагнозу. Видимо, ночью мне будет не до сна. Слишком многое я хотела узнать.