Глава 20
«Гм... Что происходит?», – рассчитывая, что вслух, спросил молодой человек.
На самом деле он лишь медленно выпутывался из тюрьмы, задавая себе вопросы. Надзирательницей места заключения служила смерть.
«Где я? Почему я почти ничего не чувствую?»
Юноша будто слышал голоса, но они звучали, словно на дне морских глубин. Казалось, что он постоянно проваливается в пропасть.
Не открывая глаз, он попытался определить, где находится. Но в этот момент мысли рассеялись, уступив место жутким воспоминаниям. Артем инстинктивно зажмурился, когда в голове мелькнул яркий свет, а затем его тело сотрясло от кадров столкновения.
Парень резко открыл глаза, несмотря на то, что и это причиняло боль. Но столкнуться с реальностью лучше, чем наблюдать страшную картину.
Он сощурил глаза из-за белого света, вызывающего отвращение. Неуверенно вдохнув, Артем почувствовал агонию в легких и сухость в горле. Но сейчас не это было важно. Пытаясь превозмочь слабость, юноша с усилием повернул голову, которая была тяжела, как шар для боулинга. Взгляд плохо фокусировался, но Шумский увидел рядом с собой силуэт и светлую макушку.
– Марго, – очень тихо произнес Артем.
Девушка дремала очень чутко, поэтому она незамедлительно подняла голову, беспокойно смотря на юношу.
– Артем!
Марго улыбалась, но на щеках появились мокрые дорожки. Красные уставшие глаза источали слезы. Бирюзовый цвет потускнел, уступая серому цвету. Прежде мягкие розовые губы стали потрескавшимися и бледными. Девушка сжала большую мужскую ладонь, а затем прислонилась к ней щекой, ощущая грубоватую кожу.
– С тобой все хорошо? – борясь со сном, который минуту назад отступил, спросил Артем. Он не помнил исход события, которое было... Постойте, сколько он здесь находится?
– Только ты мог пролежать в коме несколько дней, а потом беспокоиться о моем самочувствии, – даже немного злясь, ответила Марго.
– Потому что мне это важно. Что было тогда?
– Давай я позову врача, а потом мы поговорим, хорошо?
Видно было, что девушка не хотела отпускать руку Артема, ведь так было тяжело не слышать его голос, не видеть его открытых глаз три дня, прожитые в бессонных ночах, надеждах, чувстве вины, что это все случилось из-за нее.
Артем кивнул, надеясь, что это короткое движение было заметно. Как только Марго трепетно поцеловала его в лоб и вышла, точнее, выбежала, юноша закрыл глаза, готовясь к тому, что будет говорить врач. Брюнет пошевелил ладонью, затем второй... но самое странное, он не чувствовал, как шевелит ногами, ступнями... Даже пальцами!
Это вызвало волну панику, но с выдохом Артем постарался взять себя в руки. Ага, как же, лежит здесь, шага сделать не может.
Но Артем ни на секунду не пожалел о том, что сделал. Он видел, как здорова Марго, а, значит, все было не зря.
Через небольшой отрезок времени обычная белая дверь отворилась, и в палату, которую Артем не хотел рассматривать, вошел высокий мужчина лет пятидесяти с историей пациента. Его обычные черты лица, приятный добрый взгляд внушали доверие.
Марго присела на небольшой диванчик около двери и, сложив руки на коленях, опустила голову. Она совсем без сил. Казалось, что ее кожа белее, чем этот белоснежный хлопковый халат, обнимающий ее плечи.
– Здравствуйте, я Николай Викторович, ваш лечащий врач. Как вы себя чувствуете? Какие ощущения?
– Отвратительные, – буркнул Артем, повернув голову к большому окну в несколько метрах от него.
– Точнее. Мне нужно знать ваше состояние после операции. Можно ли допускать к вам следователя.
– Операции? – в зеленых глазах отразился шок.
– Да. Вам повезло, что на вас была защита, так бы мы вряд ли вас откачали.
– Почему я не чувствую ног? – на переносице пролегли морщинки, свидетельствующие о внутренней тревоге.
Николай Викторович опустил глаза и, вскинув брови, тихо вздохнул.
– Я не уверен, что вы сможете ходить. Но есть шанс восстановиться. Я лечил многих людей, которые возвращались к нормальной жизни, – врач поспешил заверить в том, что шансы велики.
Артем судорожно вдохнул, слыша, как аппарат запищал быстрее, не скрывая от всех быстрый пульс молодого человека.
Внутри все горело, словно в бурлящем котле.
Нет, он не может стать инвалидом. Нет!
– Артем Дмитриевич, успокойтесь. Все будет зависеть от вашего настроя. Вы поправитесь и будете ходить, как прежде. Я, не зная вас, уже вижу вашу силу воли, которую стоит направить в нужное русло.
– А спорт?
– Это вряд ли. Вам хотя бы на ноги подняться. Да, я сказал в начале, что не уверен в выздоровлении... Но я сделаю все возможное, это мой долг. Сейчас отдыхайте, попозже к вам придут следователи.
Врач кивнул и поспешил к другим пациентам.
Артем молча, с огромным желанием опять впасть в кому, разглядывал белые квадраты на потолке.
– Тём... – шепотом произнесла Марго, сев рядом и снова крепко взяв парня за руку. – Ты поправишься, я обещаю.
– Мар, это не зависит от тебя, – горько усмехнулся юноша.
– Артем, ты не должен был этого делать, понимаешь? На твоём месте должна быть я.
– Глупая. Ты бы лежала в гробу, тебя бы не спасли. И больше не думай об этом. Все произошло так, как надо. – Артем немного помолчал, но потом спросил. – Кто был в той машине?
− Я не знаю... Все, кто там был, скрылись. Тём, как только полиция выяснит, кто эти придурки, я сделаю все, чтобы им дали большой срок.
− Какая разница, если я останусь таким. – Артем всплеснул одной рукой.
− Неправда. Ты еще побегаешь, вот увидишь. – Девушка улыбнулась, погладив тыльную сторону ладони парня.
− Ага, − насмешливо ответил Артем. Он не знал, на что злится. На себя или Марго? Нет, он был до сих пор уверен в правильности своего решения. Может, на жизнь, которая принялась за старое. Хотя и это глупо − винить время и случай.
− Мар, оставь меня, пожалуйста, − спустя несколько мгновений попросил Артем. Он не хотел видеть, как девушка сидит и жалеет его.
− Что? Тём, ты пришел в себя десять минут назад. Я три дня не знала, что с собой делать во время ожидания. Я не могу уйти, − нахмурилась Марго, подвинувшись еще ближе к юноше.
− Но ты хочешь. Зачем я тебе такой? – прямо спросил брюнет, и его губы изогнулись в кривой линии.
− Артем, как ты можешь так говорить? Я все так же люблю тебя, ты нужен мне. Я не собираюсь тебя бросать, только потому что ты стал... Ты...
Девушка замешкалась, и сильно покраснела.
− Давай, скажи это. Инвалидом. Ну же! – повысил голос Артем, выдернув руку.
Марго дернулась, и прикусила губу, чтобы не заплакать. Она не могла избавиться от чувства вины.
− Нет, не−еправда, − запинаясь, произнесла Марго, проглатывая ком в горле.
− Правда, Мар, правда. Ты смотришь на меня, как на инвалида, что бы ты ни говорила. А теперь уходи! Мар, я не могу тебя выпроводить за руку. Уйди, − настойчиво сказал Артем металлическим голосом.
− Я зайду через час, как приедет твоя мама. Мне все равно на то, что ты говоришь. Ты самый дорогой человек в моей жизни. И я не позволю тебе этого изменить. Ты живой, и для меня это главное. Отдыхай.
Девушка посмотрела на брюнета, который сразу же отвернул голову в другую сторону. Она встала, нагнулась, чтобы поцеловать Артема, а затем вышла в коридор.
Артем тоскливо посмотрел ей вслед. Он не понимал сам себя. Естественно, парень хотел, чтобы она была рядом, но ему было стыдно за свой вид. Он ненавидел, когда к нему относились, как к слабому. Жалость к самому себе была противна.
Самое ужасное, из-за чего и был полон злости парень, это то, что он не мог ничего исправить. Ничего. Только положиться на врача и собственный организм. Но если не доверять самому себе, как можно довериться кому-то?