Глава 7
Настя лежала в своей ветеранской палате, просверливая грустными глазами потолок. Понятное дело, что в любую больницу попадают не веселиться. Но с Настей происходили какие-то невероятные вещи, которые не могли ее не тревожить. Пока она не понимала, кто сошел с ума - может быть все-таки взрослые?
После утреннего осмотра и больничного завтрака - тарелки густой овсяной каши и пары бутербродов с маслом и сыром Насте стало немного веселее. Возвращаясь из столовой с недопитым, уже остывшим какао - буфетчица Марья Петровна разрешила стаканчик потом занести - в коридоре Настя увидела маму и Александра Алексеевича. Они стояли около ее палаты и о чем-то разговаривали. О чем, конкретно, Настя не услышала, но разобрала фразу «ретроградная амнезия»
- Она полностью здорова, но по всем признакам, у нее ретроградная амнезия. То есть, человек не помнит, что случилось раньше, но при этом находится в здравом уме- пояснил Александр Алексеевич Лилии Александровне. - Впрочем, вы и сами, коллега, это понимаете. А вот и наш найденыш! Давай, давай, мы тебя уже заждались - шутливо сказал доктор Насте.
Завидев маму, Настя ускорила шаг, слегка шаркая тапочками о потертый линолеум больничного коридора.
- Ну, что, мам, может, уже домой пойдем? - сказала Настя, крепко прижавшись к маме. Этот порыв был настолько сильным, что какао за малым не оказался на халате рядом стоящего доктора.
- Мы как раз об этом и говорили, - обняв дочку сказала мама, - ты полностью здорова. Собирайся и пойдем.
- Да-да, а то уже, небось, соскучилась по дому, - поддержал разговор Александр Алексеевич и похлопал девочку по плечу. - Мы бы тебя здесь и подольше подержали, но ладно, так и быть. Веди себя хорошо, слушайся маму, и тогда Дед Мороз под Новый Год принесет тебе хороший подарок!
Пока Настя переодевалась, доктор дал несколько советов Лилии Александровне
- Ну, вы несколько дней постарайтесь хорошенько за ней понаблюдать и постарайтесь не сильно нагружать, а так, в целом...
- А в школу можно?
- В школу даже нужно. Может, быстрее адаптируется и вспомнит, что произошло.
Они уже почти собрались уходить, но тут в палату вошла симпатичная рыжеволосая женщина лет сорока, в милицейской форме. Настя не очень разбиралась в званиях и погонах, но то, что одна звездочка с двумя полосками означает майора, знала.
- Здравствуйте, я ваша участковая, Ирина Петровна Заяц. Необходимо поговорить с потерпевшей.
Она дружелюбно улыбнулась Насте, давая понять, что строгое слово «потерпевшей» скорее шутка.
- Конечно, ответила Лилия Александровна. - Присаживайтесь. Правда, стульев здесь нет, так что придется на кровать.
Участковая присела на матрас противоположной кровати.
- Ну, что, Настя. Ты у нас теперь местная знаменитость, - и Ирина Петровна снова улыбнулась. Улыбка у нее была приятная, располагающая к душевному разговору. Правда, в ее синих глазах слегка угадывалось некое напряжение.
- Я с тобой так, без протокола. Просто побеседовать.
- Конечно, -в ответ улыбнулась Настя, мельком стрельнув глазами на маму, как бы спрашивая разрешения. Мама согласно моргнула веками.
- Расскажи, что с тобой случилось?
- Да вроде ничего. Хотя все вокруг почему-то уверяют меня в обратном, - попыталась пошутить Настя.
- Хорошо. Ну, а что ты помнишь?
Настя добросовестно пересказала свои вечерние приключения, начиная с болезни училки по биологии и до прихода во дворец спорта.
- Подожди, - сказала мама, дождавшись конца рассказа. - Когда ты пропала, вообще каникулы были. Какая учительница?
- Ну, как какая? Наша биологичка, Аннушка. Ну, Анна Семеновна. У ней еще прозвище «стрекоза» из-за больших очков.
Мама растерянно моргнула и сделала непонятный знак участковой.
- Извините, Ирина Петровна, можно вас на два слова?
Они вышли в коридор и заговорили громким шепотом. Настя к двери подходить не стала, так как подслушивать не хорошо, но максимально напрягла слух. Интересно же.
Все, что она могла разобрать из шепота за дверью: « Нет, такой учительницы в их школе не было» и какая-то «градная амнезия»
- Наверное, ретроградная. Вроде доктор так говорил. - вспомнила Настя.
Потом у мамы зазвонил телефон:
- Нет, нельзя. - сказала она. - Никак, извините.
И они с участковой снова вошли в палату.
- Ладно, Настенька, не буду пока тебя больше пытать, - снова включила улыбку офицер полиции. Единственно, дай мне, пожалуйста, свой смартфон. Отдам спецам на экспертизу.
Настя уже знала, что непривычное слово смартфон - это ее ментофон, и отдала аппарат Ирине Петровне.
- Вот, - сказала она, - это мой ментофон «Тамагучи».
- Ишь ты, ментофон, - удивилась участковая. - Прямо телефон мента. Надо и себе такой взять. Мы, хоть и полицейские уже, но называем себя ментами, по старой памяти. А где брали?
Вопрос она обратила к матери, понимая, что столь дорогую покупку девочка совершить не в состоянии. Лилия Александровна снова неловко улыбнулась, пожала плечами, но ничего не сказала. Участковая посерьезнела, и, перехватив аппарат двумя пальцами, аккуратно опустила его в пакет, вынутый из кармана.
- На всякий случай пальчики с него тоже снимем, - пояснила она матери. -Если, кроме моих и Настиных еще чьи-то найдутся...
- Найдутся! Вчера Михаил Иваныч его в руки брал, тренер мой.
- Хорошо, что сказала! - рассмеялась Ирина Петровна. - А то потом засадили бы его лет на пять. Надо еще и к нему забежать, пальцы сверить.
- А что, это запрещенный смартфон?
- Не знаю, пока не знаю. Просто процедура обычная, протокольная. Ну, выздоравливай, до встречи.
Рыжеволосая полицейская, попрощавшись кивком с собеседницами, вышла из палаты и бодро застучала каблуками по коридору.
Наконец, Настя, вместе с мамой пошли домой. Шли они старой знакомой дорогой, по которой сто раз ходили вместе, когда Настя дожидалась маму после дежурства. И тут Настя снова начала подмечать некоторые странности в знакомом городе.
- Мам, а вот странно, - показывая пальцем на старый двухэтажный дом, который был в небольших трещинах и поэтому обильно смазанный штукатуркой. - Он разве на этом углу находился? Эта двухэтажка стояла на квартал выше.
Мама успокаивающе погладила Настю по плечу и перевела разговор на другую тему.
- Смотри, какая собачка смешная там бегает. По моему, это шпиц.
- Мам, а где собачка эта собачка бегает - там же должна скейт площадка. А там тренажерка.
- Это у тебя от стресса, - успокаивающе сказала мама. - Это называется ложная память, когда человек помнит то, чего не было.
-Так у меня вроде никакого стресса не было.
- Ладно, давай мы с тобой вечером все обсудим за ужином.
- Мам, а что это за дерево? - подходя к дому спросила Настя. - Я вот раньше внимания не обращала, но, вроде, дерево у подъезда было другое.
-Каштан, - ответила мама. -Видишь, каштанчики рассыпаны.
Настя в упор не помнила, чтобы раньше у подъезда валялись каштаны. Да и дерево было повыше, этажа до пятого. А это едва дотягивало до третьего. Но данную мысль она озвучивать не стала.
Подойдя к подъезду, мама суетливо попыталась нащупать ключи в своей сумочке.
- Да мам, не ищи, у меня ключи ближе.
Настя достала небольшую связку ключей из переднего кармана рюкзака.
Домофон озадачено пикнул, но дверь не открылась.
- Наверное, размагнитился, - сказала мама, уже доставая свой ключ из черной дыры своей дамской сумки.
Эти несоответствия накапливались как снежный ком, и Настя почувствовала себя плохо.
- Может, я реально сошла с ума? - подумала она, сидя за обеденным столом на кухне.
- Мам, может, мне реально к психиатру надо? - пытаясь за неестественной ухмылкой скрыть тревогу спросила девочка.
Мама обняла свою дочь, прижала к груди и заплакала.
- Так, ладно! - вытирая слезы сказала Лилия Андреевна. - Надо нам с тобой праздник устроить. Сейчас я котлеток пожарю, сбегаю, куплю твой любимый яблочный штрудель.
Настя любила больше штрудель вишневый, но решила не расстраивать маму и не пополнять копилку странных несовпадений. Сейчас она уже ни в чем не была уверена.
Но настоящего праздника все-таки не вышло. Когда они сидели за столом, позвонили в дверь. Мама пошла открывать. На лестнице стояла участковая