Глава 28
Даниэла Бианчи
«Но мы всегда были чем-то особенным друг для друга, Эндж. Всегда будем. Вы с Марко должны быть вместе, ты родишь ему детишек, вы будете счастливы, а я буду смотреть и улыбаться. Только улыбаться, глядя на ваше общее счастье. Ты заслуживаешь самого лучшего. Ты та, в которую я влюбился как мальчишка.
Потому что Анджелина Алькьери — не просто девушка. Анджелина Алькьери — это любовь. Это всегда было любовью.
Ты — мой маленький ангелочек. Я благодарен судьбе, что встретились два года назад. В моей жизни никогда уже не будет никого, похожего на тебя. Именно поэтому ты заслуживаешь того, кто будет лучше меня.
Твой Поло».
Читая последние строки письма Поло, я постепенно начинала все понимать, но не до конца. Стюардесса сменила уже третью упаковку платков, столько же выкинув. Поток слез не останавливался. Мой папа так сильно любил мою маму, что отпустил. Сам сказал, что они с Марко должны быть вместе.
Их любовь была особенной, трогательной. Но и любовь мамы с Марко такая же. Я видела ее каждый день. Казалось, будто с каждым днем их чувства друг к другу только становятся больше и крепче. Нас — пятерых детей — они любят не меньше.
Чтобы было, если бы мой папа остался жив?
В голове все не укладывалось то, что они спокойно спали втроем. Они любили друг друга. Мы с мамой созванивались часто, как только появлялось свободное время. Она мне больше рассказала про их жизни до нашего рождения. Мамочка на вид действительно выглядела, как маленький ангелочек, как написал в письме Поло, и я никогда не могла подумать о том, что мама творила в моем возрасте. Анджелина Алькьери в Чикаго участвовала в гонках — сидела на пассажирском сидении — занималась сексом по телефону с Марко, когда они даже еще не были вместе. Хотя, это еще цветочки. Секс на речке не раз и втроем. А когда они были на Ибице она, уже будучи беременной, но не зная этого, выпила не мало текилы и была без нижнего белья, чтобы потом сделать сюрприз братьям Бианчи.
Мама совсем ничего не скрывала.
Мы вылетели из Ланкастера в восемь утра по времени Англии. Прилетев в Чикаго, на часах было четыре часа дня, но здесь только начиналась жизни. В Чикаго только восемь утра. Кто-то спешил на работу, кто-то в школу. Мне не хотелось ничего, кроме как проспать весь день и отдохнуть.
Письмо папы, Теодор.
Я уже скучала по нему. Находясь на расстоянии трех тысяч миль, я чувствовала больше опустошение и холод. И все же, мне очень обидно, что он так поступил со мной! Выйдя на трап самолета, я глубоко вдохнула прохладный, сырой воздух. Погощу неделю у тети Кэтти и все встанет на свои места. Разобравшись с багажом и регистрацией, я вышла на улицу, где меня ждала Кэтти, облокотившись на свой Инфинити.
Годы идут, а Кэтрин МакКалистер-Ли не меняется.
— Детка, ну что ты там застыла? Беги быстрее ко мне, я ужасно по тебе соскучилась! — подбежав к ней, мы крепко обнялись, а после Кэтти отстранилась и начала расспрашивать меня. — Милая, со дня в день ты становишься все лучше! Неужто кто-то появился? — она прищурилась.
Ну вот, ничего не скроешь!
— Да... — расплылась я в улыбке. — Я расскажу сразу же, как только высплюсь.
— Конечно, милая! Садись в машину, — она обогнула машину и села на водительское сидение.
Захлопнув двери, мы тронулись с места. Кэтти была отличным водителем, хоть и превышала постоянно скорость. Усмехнувшись, я уставилась в окно. Чикаго. Большой мегаполис и даже чем-то напоминает Нью-Йорк. Но здесь особенная атмосфера.
Город ветров.
Возможно, если бы я хотела переехать в штаты, то переехала бы сюда. В городе много парков, музеев, исторических памятников. И находится он на берегу озера Мичиган. Самое лучшее для комфортной жизни.
— Дани, знаешь, что я вспомнила? — вдруг перервала тишину тетя. — Как двадцать один год назад я забирала также Анджелину из аэропорта. Даже не верится, как быстро время пролетело... Тогда у меня еще была резвая малышка Порш, но после той страшной трагедии, я навсегда забыла о ней...
— А мама была какой по приезде сюда? — неожиданно для себя, задала я вопрос.
— Она была стеснительной, о-о-очень злилась, когда я говорила о братьях Бианчи. Но я...
— Быстро ей оказала сестринскую психологическую помощь, в виде клуба и бутылки текилы, — мы в унисон рассмеялись.
Это ее легендарная речь. Все в семье знают, какими они были хулиганками. Особенно Майкл, который много раз вытаскивал их из полицейского участка.
— Кстати, а где Тина?
— Малышка сейчас на занятиях по скрипке. Представляешь? Ей только двенадцать, но она определилась куда будет поступать. Она хочет поступить в Венскую Консерваторию.
— Она очень смышленая, если бы у Этана было немножко ее сообразительности, он бы не дулся из-за того, что я люблю назвать его «малыш».
— Запомни, дорогая. Мы девчонки — всегда будем на процент, а то и больше, умнее и хитрее мужчин. Кстати, ты же приедешь на день Благодарения?
— Я не смогу... У меня учеба, еще нужно проработать эскиз и скульптуру на сдачу практики.
— Как интересно! Отправишь потом фотографию! — радостно воскликнула она.
За это время мы успели приехать к жилому комплексу, где жили МакКалистеры. Мне всегда нравился их пентхаус, правда мы тут были редко. Здесь открывается очень красивый вид на весь город. Прилетая в Чикаго всей семьей, сразу ехали в загородный дом. На выходные и праздничные дни МакКалистеры предпочитали уезжать из центра города.
Как только я легла на кровать — мои глаза тут же закрылись. Не было сил переодеться. Перелет, смена часовых поясов очень утомляет. Резко проснувшись, я плакала навзрыд. Не могла остановить весь поток слез. Господи, эти сны... они меня так пугают.
— Дана... — обнимала меня Тина. — Не плачь, мама сейчас придет. Не плачь, пожалуйста, я тоже хочу плакать...
Я усмехнулась, но слезы все не останавливались.
— Звездочка, иди в свою комнату, — вошла в комнату тетя Кэтти со стаканом воды.
Тина вышла из комнаты, обеспокоено посмотрев на меня. Трясущимися руками я взяла стакан воды. Какое как сделав несколько глотков, стало легче. Кэтрин сидела рядом, обнимая, поглаживая по спине. Она ждала, пока я сама начну все рассказывать.
— Кошмары. Они наследственно передаются и наступают в какой-то определенный момент? — усмехнулась я. Тетя все слушала, не перебивая. — Может они мне снятся, чтобы я что-то поняла? Вынесла какой-то урок?
— Что тебе снится, милая?
— Всегда разное, но всегда папа. Я не понимаю, он что-то хочет мне этим сказать? «Жизнь непредсказуема, и мы никогда не знаем, что случится завтра. Может я умру молодым, но ты всегда помни меня таким. Да, я не лучший брат, но люблю тебя и готов отдать всю свою жизнь за тебя» — одна из фраз, которую я запомнила. Будто он говорил это Марко. Но... но я не понимаю. Почему мне это снится? — взглянула я на Кэтрин. Она была обеспокоена.
— А в какой момент они начали тебе сниться? — задумалась она. — Зная причину кошмаров Поло, нужно выяснить твою...
— Когда встретила его, начала сближаться с ним, раскрываться...
— Может его появление в твоей жизни не случайно? Благодаря нему ты можешь сама добраться до всей правды, — предположила Кэтрин. — А ты запоминаешь еще фрагменты из снов? — я кивнула. — Может попробовать собрать их воедино? Как паззл. Даже если не хватит какой-то части, то все равно смысл будет уже понятен, как обычно бывает при собрании паззла. Попробуешь?
— Это сложно. Вспоминать все сны, собирать их воедино...
— Ты не обязана делать это сейчас. Ты ведь приехала отдыхать, а не думать. Займись этим потом? Ты можешь писать или звонить мне, говорить свои догадки, а я тебе помогу. А можешь это все обсудить со своим молодым человеком... — она ухмыльнулась, проиграв бровями.
— Я буду писать тебе, с ним не хочу больше ничем делиться... — нахмурилась я, вспомнив Теодора. — Да и какой молодой, дед старый. Вот кто он!
— Говоришь, как Анджелина про Майкла! — засмеялась тетя Кэтти.
— Ой, — замялась я, не подумав, что у Кэтрин и Майкла разница больше. — Тогда не дед. Но все же десять лет...
— Милая, цифры — это пустяки. Что ты чувствуешь рядом с ним? — заботливо спросила она.
Я задумалась, стараясь подобрать слова всех ощущений. Может правда встреча с ним не случайна? Все два года меня тревожило, что я не знаю всей правды. Но рядом с ним тревога испарялась, появлялась легкость. Появлялось то, существование чего я начинала забывать.
— Спокойствие...
Только рядом с ним я его ощущаю.
Ощущала...