Кайрос

Раздался громкий, протяжный сигнал. Восемь утра —  все ученики с пятого по девятый класс идут на небольшое футбольное поле на зарядку. Младшие классы занимаются в школьном спортзале, потому что на улице их обязательно потянет на неприятности. Десятый и одиннадцатый класс ходят на разминку по желанию. Хотя, часовое занятие спортом разминкой не назовешь, да и тренировкой тоже. Но над этим особо никто не заморачиваелся.

Коля положил подушку на голову, стараясь заглушить сигнал громкоговорителя, с помощью которого утром, как оказалось, будят школьников. После вчерашнего небольшого приключения с Лиз поспать получилось не больше четырех часов. Посмотрев по пути в ванную в зеркало, он понял, что это очень заметно.

Спросонья мальчик не обнаружил белобрысую макушку какого-то ученика в кровати около двери. Поэтому спустя пару минут он был, мягко говоря, удивлен. Дело в том, что бабушка ему сказала, что в этой комнате вообще никто не живет, так как она относится к двум корпусам одновременно. Колю туда поселили только потому, что он не учиться в интернате.

Сейчас он пытался сообразить, как сюда поселили кого-то ещё. Его новый сосед зашевелился, просыпаясь только после двух минут динамика.

— О, привет! Мне сказали, что ты тут живешь, но, когда я пришел, тебя не было. И ночью не появился. — Вдруг он заговорщически спросил: — На свидании был что ли?
— Нет! Я тут вообще первую неделю! Какое свидание, за такое время даже подружиться сложно!
— А-а-а, так ты этот, бабушкин внучок? У нас про тебя вся общага гудит.
— Откуда они узнали?
— Ну ты даешь! Это же загородный интернат! Тут любая новость — сенсация! Как тебя зовут хоть, а?
— Коля. А тебя?
— Ну мы прям как в детском саду знакомимся. Тим я.
— Тимофей что-ли?
— Ага, щас! Ещё раз так меня назовёшь — оперативненько Николаем станешь!
— Хорошо, Тимофей, как скажешь.

Сосед побелел от злости, и Коля подумал, что он сейчас драку начнет, но, на удивление, злость на лице сменилась заинтересованностью.

— А ты ничего так. Не мямля точно.

Мальчику было все равно, что там думает его сосед. Ещё вчера утром он узнал, что ему тоже необходимо посещать зарядку и все такое. Это в данный момент волновало больше. Поэтому сейчас, набрав в бутылку воды, он, наконец, нашел обувь. Надев кроссовки и оглянув комнату, Коля пошел к двери, как Тим сказал:

— Эй, Николай! Меня подожди!

Через пять минут они вышли, чуть не пропустив начало занятия. На него пришло довольно много учеников. Но парочка сов все равно ещё спала в общежитии. А судя по лицам ребят, вздремнуть хотя бы полчаса хотелось многим, если не всем.

Лиз тоже потягивалась и зевала. Она не спала вообще. Почему-то ночью раз за разом в голове звучал голос Коли вперемешку с совсем недавними воспоминаниями. Девочка упорно занимала свою голову чем-то другим и в итоге не сомкнула глаз ни на минуту. Зато к ней пришло вдохновение. И это не значит, что она играла всю ночь напролет или столько же писала стихи, нет. Ее творческий порыв выражался наушниками, плей-листом и карандашом об руку с бумагой. В результате к ее тайной папке добавилась средневековая леди в черно-красном платье, которая с пустым взглядом стоит на мостовой среди толпы людей. А под глазами появились синие разводы. Но это того стоило.

Кстати, о глазах. Есть одно событие, произошедшее около месяца назад.

Лиз в очередной раз закатила глаза. Как же ее бесят эти соседки! Уже час ночи, а они все ещё обсуждают все сплетни. Интересно, как они не заканчиваются? Ладно, произойди такое один раз. Но полгода действовать на нервы, это слишком! Девочке очень хотелось как-нибудь отомстить, но она себя сдерживала.

— Эй, карлик! Не надоело одно и тоже носить? Смени образ! — обе подружки засмеялись, явно довольные шуткой.

Это стало последней каплей. «Будет вам смена образа!» — пронеслось в голове у Лиз.

Как только главные сплетницы интерната улеглись спать, она зловеще улыбнулась. Выждав для верности ещё десять минут, девочка встала с постели и аккуратно дошла до тумбочки одной из вредных соседок. Верхний ящик со скрипом отодвинулся. Ее глаза хищно блеснули.

Сейчас она хмуро смотрела на Софи и Лию: они явно что-то затевали. Времени на раздумья не было. Учительница физкультуры, которая по своему обыкновению пришла в красном спортивном костюме, дунула в свисток, да так сильно, что у многих заложило уши.

Дисциплина тут же была восстановлена.

Обычно все делились на группы по классам. Допустим, все седьмые классы занимались вместе, делясь на команды мальчиков и девочек. Так как сейчас лето, нужно было идти в ту группу классов, в которую переходишь. Лиз об этом было прекрасно известно, все-таки не первый год в интернате. Встав у цифры восемь, она заметила в толпе и соседок, и Колю с... Тимом? Ладно, в конце концов, они давно не ссорятся, наверное.

Их разногласия возникали из-за нормативов, которые сдавали в конце, начале и середине учебного года. Тим каждый раз сдавал с лучшим результатом, у Лиз же со спортом было раз на раз — как повезет. Лиз видела, как новоиспеченные друзья смеются, смотря в ее сторону, и ей почудилось, что речь снова о нормативах. Возможно, их будут сдавать сегодня, точных дат никто не называет.

Снова свисток окатил резким звуком все футбольное поле. На этот раз ученики выстроились в одну линию. Учительница, скрестив руки за спиной, ходила туда-сюда и объясняла план занятия.

— Значит так. Сначала разминка, потом растяжка. Дальше все дружно тренируем выносливость, ну а в самом конце ваше любимое — нормативы по бегу.

Лиз с каменным лицом завязала длинные черные волосы в хвост.

Началась разминка. Все лениво крутили руками и ногами то в одну, то в другую сторону. Софи и Лия, как обычно, стояли рядом и словно понимали друг друга через переглядки. По телу девочки пробежал пронеслись, царапая кожу, мурашки: а вдруг кто-то узнает, что она сделала той ночью?

Времени на мрачные раздумья явно не хватало. Тамара Игоревна, учительница по физкультуре, начала раздавать небольшие подставки для растяжки. Многие ученики предвкушая боль пытались отмазаться от растягивания, но ничего не вышло. Тим с Колей придумали, как можно перехитрить Тамару Игоревну:

— Короче, Николай, делай вид, что тебе очень больно.
— Гениально, как я сам не догадался?! — он иронично выгнул бровь.

Когда все позы сумасшедшего йога закончились и должен был начаться следующий этап занятия, кто-то из мальчишек крикнул:

— Давайте сейчас нормативы, а после упражнения? Нормативы! Нормативы!

Его слова подхватили остальные дети. Тамара Игоревна строгим взглядом окинула всех, выждала пару минут, а после махнула рукой, давая тем самым свое согласие.

Всех спрашивали по списку. Лиз была в самом конце и отпросилась в туалет.

Идя по школьным, теперь практически пустым, коридорам, она никак не могла отделаться от мысли, что за ней идет кто-то ещё. Она как раз мыла руки, как на ее плечо опустилась чья-то рука.

— Поговорим? — прозвучал голос Лии.
— О чем?
— Ну, хотя бы о том, что ты никак не вернешь мне мои линзы.

Лиз сглотнула, шепча не очень хорошее слово.

— Да. Ты же их украла! — сказала Софи.

Девочка закатила глаза. И она здесь.

— Допустим. Вы этого все равно не докажете.
— Мы не хотим докладывать. Зачем ты так поступила?
— Да потому что...,  — она набрала в грудь побольше воздуха, — потому что вы никогда меня не слушали! Нарушали правила, и вам не попадало! Знаете с что говорили учителя и другие ребята? Софи такая талантливая! А Лия? Вообще отличница! Что же говорили про меня? Что я отброс общества, что они не понимают, как я сюда попала и
— Постой, — перебила ее Софи, — Ты завидуешь?

Лиз глубоко вдохнула. Она понимала, что нужно извиниться и отдать линзы, но что-то темное в ее душе не позволяло так сделать.

— Нет. Чему тут завидовать.
— Я не понимаю. Ты же вместе с Тимом защитила меня перед Кириллом, так ведь? — девочка нехотя кивнула. — А зачем, если так сильно ненавидишь меня?

Лиз решилась. Решилась наконец-то поступить правильно. Конечно, она не верила во все эти россказни про то, что сразу станет легче, если сказать правду, но попробовать стоило.

— Я не ненавижу тебя. Ты классная, если честно. Вот линзы, и простите меня, — опустив голову, сказала она, снимая лишний цвет глаз, кладя их в коробочку и протягивая соседке.

Она ждет насмешек.

Подружки долго молчали. Лия несмело обняла Лиз, а через секунду точно так же поступила и Софи. Черноволосая явно была в шоке. Но ещё большее удивление ее постигло после следующей фразы:

— Ты тоже классная. Не каждый может признать вину.

По щеке Лиз скатилась слеза. Она быстро смахнула ее и порывисто прижала к себе Софи, а после и Лию. Последняя, забрав коробочку с протянутой руки, неуверенно произнесла:

— Может, нам попробовать начать сначала? — Дождавшись кивков от девочек, она продолжила: — Тогда для начала новой дружбы скажу настоящую правду. Лиз, серые глаза идут тебе намного больше.

После этих слов она много чего поняла. Первое: нелепые россказни это правда. Плакать по пустякам ей больше не хотелось. Второе: почувствовав поддержку, она поняла, что ей не важен результат нормативов.

— Спасибо вам обеим. Наверное, нужно возвращаться?
— Да, пойдемте.

• • •

(Несколько лет назад)

Рыжеволосая женщина включила кран с водой на полную, чтобы ее маленький сын и муж не слышали наполненных болью рыданий. Она не знала, что делать. Бледные, покрытые веснушками руки начали трястись от истерики. Желтая лампочка, словно жалея ее, пару раз мигнула, а потом и вовсе погасла. Ванная комната погрузилась в темноту, но Маргарита этого даже не заметила, судорожно ища выход из страшнейшей ситуации.

Экран телефона загорелся. Пришло какое-то сообщение. Маргарита, взяв себя в руки, открыла экран телефона.

«Одно новое сообщение от пользователя Железный Босс.

Я не шучу, дорогая. Если не будешь подчиняться, твой сын и муж сегодня же погибнут. Мои люди уже на пути в Питер. Твое первое задание придет завтра в два часа дня и ровно через минуту удалится, оставив только карту в заметках телефона. Если я заподозрю тебя в предательстве, ты очень сильно пожалеешь.

До встречи на новой работе,
коллега».

Маргарита пустым взглядом, наполненным лишь осколками, смотрела в стену. Просидев так минуты две, она решительно мотнула головой, включила свет и, оперевшись руками о край раковины, посмотрела на себя в зеркало.

— Я справлюсь. Что бы ни случилось и как бы больно ни было, я смогу обезопасить Андрея и Колю. Отработаю кредит и вернусь домой.

Несколько раз прошептав эту мантру, которая станет девизом на долгие годы, она вышла в коридор. В тот вечер женщина что было сил обнимала и целовала своих домашних. От мысли, что скоро они будут ее ненавидеть, слезы не наворачивались, просто где-то в районе груди что-то с оглушительным треском ломалось и крошилось.

На следующее утро она оставила документы о разводе, которые так любезно за пару часов подготовил глава мафии, последний раз окинула безжизненным взглядом, в глубине которого таилась любовь, квартиру и сделала шаг, ведущий в неизвестность...

(Наше время)

Женщине, чьи волосы раньше горели огнем, а сейчас были связаны в неброский пучок, пришло уведомление.

Прямо как тогда.

Только не от Босса, а от полиции. Скоро начнется операция по захвату мафии. Она и ещё несколько пострадавших должны были сбежать, нарочно оставив следы.

Что ж, посмотрим, что из этого выйдет.