Паралельные Вселенные

Тишина, обволакивающая комнату, казалась невыносимой. Кассандра уже две недели лежала неподвижно, её дыхание было тяжёлым, а лицо бледнело с каждым днём. Адлан сидел у её изголовья, его рука мягко касалась её ладони, в то время как Доминик мерил шагами комнату, его беспокойство вырывалось в раздражённых взглядах и сжатых кулаках.

— Мы должны что-то сделать, — грубо бросил Доминик, остановившись у окна. — Нельзя просто сидеть и смотреть, как она умирает.

— Ты думаешь, я не пытаюсь? — тихо ответил Адлан, его голос был пропитан усталостью. — Но мы не можем помочь ей... Это не в нашей власти.

Доминик зарычал, словно раненый зверь, не способный защитить того, кто был ему дорог. Его грубая натура сталкивалась с беспомощностью, что заставляло его только сильнее раздражаться.

Внезапно в дверь постучали, и через мгновение в комнату вошёл Маттео. Высокий, с уверенной осанкой, его зелёные глаза моментально заметили сестру, лежащую на кровати, и братьев, замерших в тревоге.

— Тео, — прошептал Адлан, когда тот подошёл ближе.

Маттео кивнул, не говоря ни слова, и присел на край кровати. Его пальцы осторожно коснулись лба Кассандры, как будто он хотел забрать всю её боль себе. Доминик, всегда грубый и дерзкий, неожиданно замер, его взгляд стал более мягким, как будто он понимал, что этот человек способен помочь.

— Она чувствует тебя, — пробормотал Адлан, замечая, как дыхание Кассандры немного выровнялось.

Маттео закрыл глаза, погружаясь в какое-то внутреннее состояние. Его присутствие в комнате заполнило всё пространство теплотой и спокойствием. Время словно остановилось.

— Ей станет лучше, — спокойно сказал Маттео, его голос звучал уверенно и спокойно. — Она сильная, она справится.

И правда, на лице Кассандры появилось лёгкое румянец, её дыхание стало менее тяжёлым. Адлан не мог сдержать слабую улыбку, глядя на неё, его глаза блестели от облегчения. Доминик тоже почувствовал изменение, его напряжённые плечи начали понемногу расслабляться.

— Как ты это делаешь? — не сдержавшись, спросил Доминик, его голос прозвучал тише, чем обычно.

— Она моя сестра, — просто ответил Маттео, не отвлекаясь от Кассандры. — Мы связаны. Я всегда буду рядом, чтобы защитить её, как и вы.

Братья обменялись взглядами. В этот момент они поняли, что Маттео — часть их связи с Кассандрой. Она принадлежала им, но одновременно была частью его мира.

Маттео оставался неподвижным, его глаза были закрыты, но можно было почувствовать, как вокруг него начала меняться энергия. Доминик смотрел на него с новым интересом, словно впервые видел его истинную природу. Ведь Маттео не был обычным человеком. Он — оборотень, и его сила, мощная и древняя, явно влияла на состояние Кассандры.

— Ты использовал свою силу? — тихо спросил Адлан, его голос всё ещё звучал мягко, но в нём появилась нотка осторожности.

Маттео открыл глаза и посмотрел на друзей. Они одинаковые но, такие разные по выражению — один полный заботы, другой настороженности — встретились с его взглядом.

— Чуть-чуть, — признался он, усмехнувшись. — Она ведь человек, и я не могу слишком активно вмешиваться в её состояние. Но я мог дать ей небольшой толчок, вернуть силы, чтобы она начала бороться.

Доминик фыркнул и отвернулся, но его привычная грубость на этот раз была смягчена уважением. Маттео всегда был для них чем-то большим, чем просто друг. Он был мостом между их мирами, оборотнем, что понимал людей лучше, чем большинство его сородичей. Но сейчас это родство, эта связь, было видно особенно ясно. Он чувствовал Кассандру иначе, на интуитивном уровне, как только он мог чувствовать свою человеческую сестру.

— А что будет дальше? — спросил Доминик, теперь уже серьёзно. — Ты не можешь всегда быть рядом. Что, если ей станет хуже снова?

— Я не уйду, пока она полностью не поправится, — твёрдо сказал Маттео, взглянув на обоих братьев. — Но вы должны помочь ей бороться. Вы, как её истинные, связаны с ней сильнее, чем кто-либо ещё. Я лишь дал ей небольшое преимущество, но дальше всё зависит от вас.

Адлан кивнул, чувствуя вес этих слов. Он знал, что его связь с Кассандрой была особенной, но сейчас, когда её жизнь висела на волоске, это ощущение стало почти невыносимым. Доминик, со своей стороны, скривился, но промолчал. Он никогда не был хорош в проявлении чувств, но не мог игнорировать то, что в Маттео был прав.

— Ты как всегда уверен в своих словах, — заметил Адлан, слегка улыбнувшись. — Но что, если мы не справимся?

Маттео посмотрел на него внимательно.

— Вы справитесь, — сказал он, и его глаза снова засияли зелёным светом. — Потому что для вас она — больше, чем просто человек. И для неё вы — больше, чем просто истинные. Это связь, которая идёт глубже, чем вы думаете.

Доминик тихо вздохнул, опираясь на подоконник. Он не любил, когда ему говорили, что делать, но сейчас не мог спорить с Маттео. Его слова были как чёткое руководство, и даже если он этого не признавал вслух, в глубине души знал — Кассандра связана с ними обоими неразрывно.

— Ладно, — пробормотал Доминик, наконец смягчаясь. — Но если что-то пойдёт не так, ты будешь первым, кого я обвиню.

— Договорились, — с лёгкой усмешкой ответил Маттео.

Тем временем Кассандра начала медленно приходить в себя. Её веки затрепетали, дыхание стало глубже, и она сделала первый осознанный вдох за последние несколько дней. Адлан сжал её руку крепче, чувствуя тепло, возвращающееся к её телу.

— Кассандра, — прошептал он, улыбаясь. — Ты снова с нами.

Доминик подошёл ближе, не в силах оставаться в стороне. Его грубость отступила, когда он заметил её медленно открывающиеся глаза. Впервые за долгое время его сердце перестало быть холодным. Она была здесь, и это было всё, что имело значение.

Кассандра медленно подняла взгляд, слабая, но живая. Её глаза встретились с глазами Адлана, а потом Доминика. Она не могла говорить, но её взгляд говорил за неё.

И где-то рядом стоял Маттео, зная, что сделал всё возможное, чтобы помочь своей сестре. Теперь всё зависело от тех, кто был её истинными.