Ride

Мне суждено быть с тобой рядом. Я долго ждала, когда ты обернешься и заметишь меня, а сейчас ты здесь и мы держимся за руки.

Человек, образ которого заполнил мое тело. Грудная клетка вздымается с каждым шепотом его имени, пальцы дрожат, желают коснуться его кожи. Сейчас мой организм неподвластен мне. Я обезумела благодаря единственному силуэту перед моими глазами. Хочется стонать от боли, что прутьями сдавливает сердце. Я загнала себя в оковы, не позволяя никаким внешним чувствам горячо прикасаться ко мне.

Мои глаза неустанно продолжали украдкой смотреть на его лицо. Черты Гарри были необычайно мягкими сейчас. Я не могла знать, о чем он думает, но зеленые глаза замечательно сияли блеском и мой разум пугался этого, потому что видеть парня в таком состоянии мне не доводилось никогда.

Гарольд шагал совсем рядом. Молчание поглощало нас, и я не была против, ведь это было частью нашего общения. Странная привычка, что известна только нам, но я не думаю, что парень придает этому большое значение, он не выглядит достаточно озабоченным этим и, наверное, я благодарна ему за подобное. В моей голове нет тем для разговора с ним, но есть десятки вопросов, на которые он не ответит мне.

Широкая палуба. С правой стороны был вид на прекрасный океан, который давал мне некое облегчение и комфорт. Сумерки сгущались, и мне было сложнее рассмотреть некоторые маленькие детали вокруг нас. Я волновалась, мои пальцы слегка дрожали, потому что Стайлс ведет меня куда-то, а я как глупец следую за ним, потому что интерес берет вверх.   

- Поверь, Лилиан, если бы я захотел убить тебя за то, что ты со мной порвала не и-за чего, то я бы сделал это еще вчера. - неожиданно произносит Гарри хрипловатым голосом и ухмылка очерчивает его алые губы. 

- Да, я понимаю. - робко говорю я, заправляя ледяными пальцами пряди своих волос за ухо. - Гарри.

Его плечи слегка напрягаются, когда он слышит, как я довольно громко произношу его имя. Нервно съёживаюсь, ведь я не хотела подобной реакции и я не хотела произносить его имя, но губы сами говорят это.

Мы подходим к черной дверке, и кудрявый поднимает голову вверх. Он осторожно открывает массивные двери и за этим следует тягучий скрип. Такие мелочи заставляют волноваться меня еще больше, но я пытаюсь взять себя в руки, хотя всё это напрасно, я не помню, когда могла контролировать свои эмоции в последний раз, слишком крепко жизнь обхватила меня своими ладонями и мне трудно дышать.   

- Ты следуешь за мной, когда кричала, что хочешь, чтобы я исчез. - тихо говорит Гарри, когда он поднимается темной лестницей, и я следую за ним. - Я сделаю это, но только, когда смогу показать тебе кое-что.

Мои глаза растеряно бегают по его широкой спине. Данные слова заставили меня глубоко вдохнуть воздух помещения. Он загадка для меня, но я так привязалась к этой загадке, что даже если мне не удастся её раскрыть, я всё равно захочу держать её при себе. Сейчас только пришло осознание, что я не хочу, чтобы он исчез, пускай его алые губы, будут бросать  комментарии в мою сторону, пускай его взгляд, будет чертить линии на моем теле, но эти все мелочи поселились во мне, осели, словно едкая пыль.

Приятный пастельный голубой цвет на стенах, черно-белые детали мебели, высокие потолки. Всё было слишком изящно и чисто. Меня удивило подобное, и я с интересующим взглядом рассматривала маленькие детали вокруг. 

- Лилиан. - обращается ко мне он. 

Я нечего не понимаю. Что эта за комната такая, которая выглядит по лучше, чем наши каюты. И откуда у парня ключи от двери? Черт, это слишком странно. Неожиданно его тонкие и теплые пальцы вцепляются в мое тонкое запястье. И я глупо зажмуриваю глаза, будто что-то больно ударило меня в грудь. Мне больно от прикосновений, особенно таких решительных. Это своеобразная особенность, которую я ненавижу. Прошлое, что снова вернулось ко мне в виде воспоминаний, они разобьют меня. 

Парень тянет меня за руку, призывая следовать за ним, и я делаю это. Мы проходим в небольшую комнату, с огромными окнами в ней. Вздох вырывается из моих губ, когда я вижу, чем увенчаны стены комнаты. Фотографии. У меня рябит в глазах от количества цветов, и ладонями я протираю свои усталые веки. Гарри медленно подходит к широкому окну в бежевой раме. Он резко открывает его и холодный ветер влетает в помещение, радуясь, что здесь он может обезуметь. Парень садится на пол у высокой стены, что покрыта только большим количеством снимков. Его ладони тянуться к карману джинсов, и он достает сигарету. Маленький огонек искрится в сумраке комнаты, но снова угасает, в то время как туманные клубы дыма исходят из искусанных губ.   

Я робко подхожу к нему, сажусь рядом и поднимаю взгляд, замечая на снимках белокурую девушку с широкой улыбкой на розовых устах. Она улыбается на каждой фотографии и почему-то мое тело покрывается волной мурашек. Её глаза сияют блеском, и когда на одном снимке я замечаю улыбающегося Гарри, замираю и кусаю губы до алых бусинок на них. Когда я осторожно бросаю взгляд на парня, то замечаю, как дрожат лиловые губы, в которых зажата горькая сигарета. Он снова выдыхает дым с рваным вздохом. И когда он докуривает, его рука тянется к стене, и он со сжатыми зубами тушит окурок об один с данных снимком, уродуя светлые волосы девушки. Он ударяет один раз ладонями об стену, и глухой стук разносится по комнате.

Моя грудь быстро поднимается и опускается, а глаза наполняются испугом. Мое сердце слишком больно ударяется об грудную клетку и мне кажется, что синяки останутся на бледной коже, напоминая о том, каким я видела его разбитым.

Я резко вцепляюсь пальцами в его футболку, прижимаясь грудью к его спине и утыкаясь холодным кончиком носа в его шею. Он теплый и пахнет мятой, а его тело продолжает содрогаться.  Гарри поворачивается ко мне и лицом прислоняется к моей шее. Безумие наполняет меня, когда его горячие губы совсем невесомо соприкасаются с моей молочной кожей. Он крепко прижимает меня к себе, и я не помню того, когда слезы скатывались с моих впалых щек, теряясь в шоколадных волосах Стайлса.   

- Пожалуйста, не уходи от меня. - шепчет кудрявый парень, дрожа в моих объятиях. - Я вывернут наизнанку.  

Наши тела содрогались от ледяного ветра, что влетал в открытое окно. Был слышен шорох белых занавесок, которые медленно колыхались, иногда касаясь нашей кожи. Синий ветер, что приводил мои чувства еще к большей агонии. И я с силой сжимала глаза, пальцами вцеплялась в мягкую ткань футболки парня, когда он тихо напевал песню, почти шепотом. Пряди моих волос касались его щек, но он продолжал неподвижно смотреть на темную палубу, что усыпан крохотными огнями. Только алые губы приоткрывались, издавали мелодичные звуки и снова сжимались со всей силы. 

Я не знаю, что произошло между нами, может, просто не могу понять. Но сейчас я не хочу размышлять над этим, моё сердце просто желает этой близости, которой не было у меня так давно. Мне было немного больно и кажется, что пальцы обжигались, каждый раз касаясь кожи парня.

- Холодно. - тихо говорит Гарри.

Киваю, но никто не тянется и не пытается закрыть окно. Просто так хорошо, когда что-то пытается отвлечь тебя от внутренней стихии. Мы замерзаем, оставаясь горячими внутри. 

- Теперь ты увидела меня. - шепчет он.

- Но видеть таким разбитым кого-либо никогда не приносило мне облегчения, Гарри.

- После каждой болезни должно последовать выздоровление. - хмурится он. - Я не так тяжело болен, Лилиан.

- Тебе дороги все эти фотографии? - спрашиваю его, зная, что этот вопрос довольно глупый.

- Именно они причина моей болезни. - говорит Гарри и его кончики пальцев касаются моей щеки, что сразу же покрывается малиновым оттенком.  

Я смотрю в его глаза, которых так боялась. Они были ночным полотном, утканным золотыми бликами. Когда ты сталкиваешь ликом к лицу со страхом, твои пальцы дрожат и сейчас это происходит именно со мной. Но это ведь он - уязвимый сейчас и с неловкими касаниями пальцев к моему лицу. 

- Почему они здесь? - снова задаю ему вопрос. Уголки его пухлых губ невесомо поднимаются вверх.

- Потому что они были единственной причиной и любимой мелочью до тебя, Лилиан.   

Внезапно его горячие губы касаются моей бледной щеки, а я сильнее пальцами сжимаю его футболку. Он сейчас так слаб и хочет получить эту маленькую близость. Парень оставляет маленькие, влажные поцелуи на холодной коже, но после этого она начинает пылать алыми красками. Гарри превращает меня в маленькую звезду, что была такой колючей, но постепенно могла зажигать серебристый огонек на собственном теле. Это перерождение было таким болезненным, что мне нужно восстановить своё внутреннее, хрупкое тело.  Я просто на ощупь кончиками пальцев ищу его лицо. Осторожно очерчиваю контур мягких губ, и он целует мои пальцы, заставляя меня тихо улыбнуться. Что-то новое для нас обоих или же просто позабытое в пыльном углу.

- Ничто не делает меня сильнее, как твоё хрупкое и ледяное сердце. - он говорит это так тихо, что я едва могла бы расслышать это. Но тишина, что окутала нас, могла позволить насладится мне этими словами.

И я только обрамляю ладонями его лицо и целую в уголок губ, первый раз наблюдая за тем, как он робко отводит взгляд.


Каждое его прикосновение - фраза меняющая смысл.