~ 10 ~
Меган
Я выхожу из кухни и направляюсь в зал, где нас уже ждёт Адам. Мужчина, как всегда, в классическом костюме и туфлях, в которых можно было бы разглядеть собственное отражение.
В этом доме все слишком дорого. Белоснежный диван, который занимает все свободное пространство, кажется произведением искусства. На нем выстроены огромные подушки, будто их украли из какого-нибудь музея, посвящённого людям голубых кровей. Мягкая ткань, а на ней золотыми нитками вышита виноградная лоза.
На противоположной стене весит домашний кинотеатр, а по правую руку от меня стоит низкий стол и два кресла. В них садятся хозяева дома, а остальные располагаются на диване. Я аккуратно сажусь на него, боясь испачкать кровью, но она, к счастью, уже засохла.
Рана на ноге напомнила о себе, когда я по привычке начала бить пальцами по бедру. Сморщившись я сжала пальцы в кулак и усмехнулась. Этому мерзавцу удалось нанести мне всего одно короткое ранение ножом, когда я изуродовала его лицо. Только сейчас мне в голову пришла мысль о том, что за такое могут и посадить, но это не пугает меня. Я уже давно хожу по краю, живу прошлым и не хочу видеть будущее.
Не знаю, что было бы, если Чарли и Бертольд не пришли вовремя, но я благодарна им за то, что остановили меня. Они вломились в квартиру урода именно в тот момент, когда я готова была нанести сильный удар мужчине в висок. Хорошо, что парни быстро среагировали и оттащили меня.
— Вы тоже садитесь, — велел Адам своим сыновьям, когда они зашли в зал.
Парням удалось сохранить спокойствие, когда они разместились на диване, а вот меня начинало это все напрягать. Если хочет отчитать меня, то пусть делает это без свидетелей. Да и с какой стати он вообще решил мне тут нравоучения читать?
Видимо, мое недовольство было написано прямо на лице, поэтому мужчина тяжело выдохнул и налил себе коньяк, который стоял на маленьком столике.
Да, я бы тоже от выпивки не отказалась.
— Кажется я четко дал понять, что в моем доме не должно быть никаких ссор. Но вы каким-то волшебным способом перечеркиваете все мои слова, будто они для вас ничего не значат.
— Простите, — тихо говорит Иззи, виновато опустив голову.
О, нет, ей действительно не за что просить прощение. Здесь во всем виновата только Дженнис.
— «Простите»? — зло выплёвывается Адам, которого мы явно довели своим поведением. — Вы живете у меня дома и будете делать то, что я вам скажу. Драки? Никаких драк! Ссоры? Никаких ссор! Мы стараемся жить дружно и поддерживать друг друга, но вы все рушите...
— Хватит, — не узнав свой собственный голос, произнесла я.
Мужчина запнулся и недоверчиво посмотрел на меня. Я же подняла голову и заглянула прямо в его глаза, давая понять, что не боюсь Адама.
— Что, прости?
— Ты не спрашивал нас хотим ли мы здесь жить или нет. Скажешь, что так мы выплачиваем долг Дженнис? Окей, я в таком случае соглашусь с тобой. Но ты не просишь ничего в замен, так ведь? — мужчина растеряно кивает, а я продолжаю. — Хорошо, тогда засунь свои правила куда подальше. Мне тоже много чего не нравится, но я думаю, что мы сможем потерпеть друг друга год. Как только я закончу школу, то уеду. И ещё, в каждой семье бывают ссоры. Да, мы отличается от «нормальной» семьи, но то, что делаешь ты, ещё хуже. Хочешь чтобы в твоём доме была иллюзия счастья, но так не бывает.
В зале наступает тишина. Белла удивлено смотрит на меня, хлопья своими большими глазами. Парни напряжённо всматриваются в пол, сжимая при этом руки в кулаки. Не знаю точно, но мне кажется, что я затронула что-то очень важное и поэтому сейчас у всех такая странная реакция на мои слова.
— Моя дочь — философ, – Дженнис начинает смеяться, запрокинув голову назад.
Ее смех, словно карканье вороны, такой же хриплым и зловещий. Я видела, как Чарли удивлённо посмотрел на мою мать, а потом перевёл взгляд на меня.
«С ней все в порядке?» — говорили его глаза.
Я кивнула и опять посмотрела на Адама.
— Что сегодня случилось? — устало простонал он, теребя свою бороду.
В помещении возникла тяжёлая тишина. Многие знали, что именно случилось, но никто не хотел говорить это в слух. Мне сделать это было расплюснуть, но я думала о том, как будет чувствовать себя Иззи, если рассказать всю правду при посторонних. Это в первую очередь ее травма и только она решит: говорить или нет.
Младшая сестрёнка начинает нервничать и я замечаю, как к ее глазам подступают слёзы. У меня и у самой ком в горле встаёт от сложившейся ситуации, поэтому я беру девушку за руку в знак поддержки и легонько сжимаю.
— Меган, почему у тебя на ноге рана? — переключает своё внимание на меня Адам.
— Связалась с плохим человеком, — спокойно отвечаю я.
— Ты участвовала в драке? — глаза Адама хищно сужаются.
— Ага, — пожимаю плечами в ответ.
— Не надо врать, — тихо просит Иззи.
Я смотрю на неё и понимаю, что девушка не сможет сказать правду. Своим взглядом она просит сделать это меня.
— Уверена?
Мой голос звучит тихо, но сестра понимает и кивает головой.
— Окей, — уже громче говорю я. — Дженнис подкладывает Иззи под мужичков, которым она не может заплатить за наркоту.
Пожалуй, такая моя правда сбивает с ног каждого, кто здесь сидит. Но, я никогда не понимала зачем тянуть время, если намного легче сказать все сразу же и как есть.
— Закрой рот, Меган, — голос матери повышается до визга, но ее перебивает Адам, подняв свою огромную ладно вверх.
— Это правда, Дженнис?
Я была уверена, что Дженнис начнёт оправдываться, но она молчит. Вопросительно смотрю на неё, но упускаю момент и теперь женщина сидит тихо, будто немая. Она смотрит куда угодно, только не на нас. Со стороны может показаться, что Дженнис стыдно, но этой падшей женщине не бывает совестно. Она очень хитрая и коварная, готова идти по головам ради своих целей. Даже по головам собственных детей.
Резкий вздох привлекает мое внимание и я наблюдаю, как срывается с места Бертольд, подходя к панорамному окну. Его так злит то, что я сказала или наше никчёмное нахождение в этом доме? Пожалуй, этот парень навсегда остаться для меня загадкой.
— Сколько это длилось, девочки? — нежный голос Беллы возвращает меня к разговору.
— Она начала принуждать Иззи спать с мужчинами сразу же после смерти отца, — говорит Салли.
Она встаёт со своего места и идёт наливать себе коньяк.
— Я тоже хочу, — подаю я голос, но сестра меня игнорирует.
— Дженнис, как ты можешь так поступить со своим родным ребёнком? Ты же мама, ты должна оберегать их, — Белла печально смотрит на нас, будто мы побитые котята.
— Кристиан никогда бы не позволил этому случится, — сжимает в руке стакан Адам и ледяным взглядом смотрит на мою мать. — Он всегда знал, что у тебя есть кто-то на стороне, но ничего не говорил. Мой друг всегда старался сохранить семью.
— Он разрушил все сам, — с лихорадочным огнём в глазах женщина поворачивается к мужчине. — Твой друг никогда не спрашивал меня, чего я хочу. Он хотел много детей? Вот ему дети, а где он сам?! Пусть приходит и забирает их, но нет, этот урод сдох, погубив мою жизнь.
— Не смей так говорит об отце, — зло бросаю я, сжимая кулаки.
Дженнис вскакивает со своего места и надвигается на меня. Алкоголь совсем затуманил ей разум, но сейчас в глазах женщины читалась такая четкость, будто она действительно верила в то, что говорит.
— Ты! Ты так похожа на него и это меня бесит! Самый нежеланный ребёнок, так ещё и больной на голову. Сколько хлопот ты доставила мне! Лучше бы я тебя вообще не рожала!
Рядом тихо охает Иззи, прикрыв рот рукой. А я остаюсь на своём месте не в состоянии переварить все то, что сейчас услышала.
— Закройте свой рот, — внезапно рычит Чарли, вставая передо мной, тем самым разделяя нас с Дженнис.
— Пусть знает правду! — не перестаёт кричать она. — Пусть знает, что я ненавижу ее всем своим сердцем. Я хотела сделать оборот, но этот мерзавец не позволил. Я курила, пила, только лишь бы эта уродина не появилась на свет. Но она выжила! И так благодарна за жизнь!
Чувствую, как по моему телу опять проходит жгучая боль. Мне не впервой слушать такие разговоры, но сейчас, находясь в окружении этих людей, мне больно.
— Дженнис, успокойся, ты не понимаешь, что говоришь, — пытается привести в чувства мою мать Белла, но та лишь ещё сильнее злиться.
— Это ты не понимаешь, Белла! Она исчадие ада. Больная девочка, которой самое место в психбольнице. Хочешь я расскажу, что именно ты сделала, Меган?!
Дженнис отталкивает Чарли в сторону и нависает надо мной. Она кричит и ее слюни летия мне в лицо.
— Сказать?!
Я застываю на месте, боясь пошевелиться. Нет, пусть не говорит. Пожалуйста.
Но поздно, Дженнис уже ничем не остановить.
— Она причиняет людям только боль. Она убила своего парня. Убила и живет, как ни в чем не бывало.
Теперь все ошарашено смотрят на меня, а мне хочется куда-нибудь сбежать. Почему она говорит все это? Почему опять переводит все на меня?!
— Меган никого не убивала! — кричит рядом Иззи, но ее голос будто совсем далеко.
Я начинаю задыхаться. Мне отчаянно хочется сделать глоток свежего воздуха, но не получается. Кружится голова.
— Она довела его до самоубийства. Это Меган виновата в том, что он сбросился с крыши дома. Если бы не ее влияние – этого не было.
Да, она права. Это я виновата во всем.
— Не говори глупостей. Если бы у него самого была здоровая психика, то он никогда бы так не поступил, — вступается за меня Салли.
— Скажи, Меган, а как ты считаешь? — напирает на меня Дженнис.
Я растеряно смотрю на Беллу, неосознанно ища у неё поддержки. Мне нужна поддержка. Пусть хоть кто-нибудь ещё скажет, что я не виновата. Мне нужно поверить в это.
— Дженнис, ты отвратительная женщина и мать из тебя никакая, — тихо говорит Адам, вставая со своего места.
Мужчина нависает над моей матерью и его взгляд способен разрушить тело женщины на куски.
— Ты не жил моей жизнью, чтобы так говорить.
— Тебе известно как много мы потеряли и через что прошли.
Рядом со мной опять садиться Чарли и нежно сжимает мою холодную руку. Он смотрит на меня с такой нежностью, что я начинаю приходить в себя. Его зелёные глаза такие тёплые, будто утренняя трава после дождя. Они меня успокаивают, заставляюсь глубже дышать.
— Хватит себя так вести, Дженнис, — тихо просит Белла.
— Я принял решение и надеюсь, что девочки поддержат меня, — Адам посмотрел на меня, что-то обдумывая, а потом продолжил. — Ты знаешь, Дженнис, что у нас с тобой всегда были плохие отношения и терпел я тебя только из-за друга. Да, после смерти Кристиана мы редко виделись, но я играл важную роль в жизни девочек. И ты это знаешь. Я присылал вам деньги каждый месяц, но к несчастью, мне не довелось подумать о том, чтобы проследить куда они исчезают.
— Я должна тебе в ноги кланяться теперь что ли? — с вызовом спросила Дженнис, вскидывая голову.
— Мы не говорим об этом, милая. Адам и я переживаем за девочек, — подала голос Белла.
— Я не отказываюсь от слова данного Кристиану. Поэтому, девочки останутся здесь и закончат обучение. Я буду их содержать и поддерживать. Но ты, Дженнис, уедешь из моего дома.
Окей, к такому я не была готова. И, видимо, Дженнис тоже.
— Ты не можешь отнять у меня детей! Ты им никто.
— Да, — спокойно отвечает хозяин дома. — поэтому мы сейчас пойдём и ты подпишешь кое-какие бумаги. А потом уйдёшь из этого дома.
— Нет.
— Я дам тебе деньги, Дженнис. Буду платить каждый месяц.
И Дженнис соглашается. Она уходит и даже не оборачивается, чтобы посмотреть на нас в последний раз.