🌔Глава 56🌔
Рулю, слушаю музыку, жую жвачку, замечаю, что за мной следят.
Такси едет, не отстает всю дорогу, водителю, возможно, как в фильмах наплели, что выслеживают мужа и любовницу, и это не такая уж неправда, ведь у котов есть законные жены.
Сворачиваю на парковку у супермаркета. Белый седан с рекламой по борту заезжает следом.
Паркуется рядом со мной.
Ну что за цирк.
Выбираюсь из машины. Подхожу к такси и рывком открываю заднюю дверь.
Как и думала - на сиденьях торчит Настя. У Марины-то своя машина, да и не станет она за мной кататься, не ее уровень.
Наверное.
- Хорошо сидим, - киваю. - Сказать, может, куда еду? А то вы волнуетесь, перестраиваетесь, один раз чуть не упустили меня.
Настя мрачно молчит.
Заглядываю в салон. Водитель - молодой парень с бледным перепуганным лицом. Боится, похоже, что нарвался на бабскую драку.
- Чего тебе? - сажусь внутрь. Разглядываю ее. Она не уложила свою гладкую чёлку - та кудрявится, значит, либо торопилась, либо всё совсем плохо, если уж на прическу плевать.
- Ничего. Ехать некуда, - ногтями она царапает коленку, обтянутую черными джинсами. - Андрей когда из больницы вышел - дома не жил. Не знаю, где был. Неделю почти. Пришел сегодня ночью только. И вот, - она кивает назад, - в багажнике чемоданы.
- Езжай к отцу, - смотрю в ее несчастное лицо. Глаза красные, без косметики. Из-за Андрея. Она и раньше ревела из-за него. Когда думала, что не дождется предложения, что он ее бросит, когда находила в его машине чужие трусы и заколки. Тогда я ей сочувствовала.
Давно это было.
- Не хочу к отцу, - она отворачивается к окну. В стекло говорит. - Я не понимаю просто. Их же трое. Почему все тебе? Несправедливо, нет?
- А бить людей по голове в подъезде справедливо? - машинально трогаю лоб. - Рюкзак мне, кстати, верни.
Она не отвечает. Пальцем размазывает воду по стеклу. Оборачивается и вздыхает:
- Я его отдала. Марине.
- Зачем? - от неожиданности подаюсь вперёд. Я знала, что это Настя. То есть, я знала, что кроме них с Мариной некому больше. Но ведь она даже не отпирается. - Ты думала, вообще, что убить меня могла?
- Салатом? - она криво улыбается. - Бред.
- Несколько дней в больнице с сотрясением, - улыбаюсь в ответ. - Ерунда.
- Да я разозлилась, - она косится на водителя.
Тоже смотрю на него. Парень пялится в зеркало, развесил уши, чем-то хрустит.
- Андрей тогда в больнице лежал, - понижает голос Настя. - И посылал меня, когда я приходила. А тут...старый новый год. Ну праздник. Собрала там. Мандарины, салаты, всякое. И принесла. Он сказал: Настя, мы разводимся. Если сейчас не уйдешь - я тебе эту банку с оливье на голову надену. Я и ушла.
- Ко мне в подъезд, - добавляю шепотом.
- Потому, что бесит. Он из-за тебя со мной разводится?
Вспоминаю, как он обещал мне это через решетку обезьянника. Тогда мне было дико, а теперь думаю о той ночи и внутри тепло, и грустно, словно ностальгия. Безумная ночь, веселое утро в баре, несколько дней в уютной квартире Морозовых старших. Кухня со светильником в виде большой чашки кофе, завтраки кашей, когда на улице уже темно, и меня кормят с ложечки.
В сумке звонит телефон.
Вздрагиваю.
Господи.
Я опаздываю.
- Рюкзак почему у Марины? - открываю дверь, вываливаюсь на улицу. - Там вещи. Очень мне нужны.
- Например, флешка.
Оборачиваюсь. Настя скалится. Ну, конечно.
- Посмотрела?
- Посмотрела, - она кивает. - Вроде бы разобралась даже. Мужика какого-то с должности сняли, и на его место Алан сел, да? А мужик тот крышевал склад. С наркотиками.
- Это в ноябре ещё в новостях было, - кошусь на водителя. - Того сотрудника посадили. И флешка ценности не имеет.
- А папа Марины по-другому решил, - Настя хихикает. Откидывается на сиденье. - Так что развод вряд ли что-то изменит. Тебе-то братья все равно не достанутся, если расследования начнутся.
Каблуком топчу ямку в снегу. Кусаю губу.
- Ездить за мной не надо, - говорю водителю. Со всей силы хлопаю дверью. Нашариваю в сумке удостоверение и угрожающе шлепаю ему в стекло.
Тот пробегает глазами документ. Быстро кивает, мол, понял.
Вот.
Сажусь к себе. Слушаю несмолкаемый звонок телефона и торопливо выруливаю на дорогу, наверняка, секретарь, я уже должна была входить в кабинет начальства.
Надеюсь, из-за опоздания мне не откажут.
А если и откажут.
Я ведь собиралась заниматься тем же самым, чем мне только что угрожала Настя. Расследование против Морозовых, и флешку я хотела отдать, все так.
А они ещё не знают. Я не сказала. И Алан такой заботливый потому, что подставы не ждал. Может быть, отца ребенка сама толкаю в тюрьму, и не будет там пьяных дедов Морозов и проституток, которые стыдят котов за кису, все по-настоящему будет, надолго.
Лезу за телефоном.
Могу теперь хотя бы предупредить, и все, наверное.