осколки прошлого
У меня было отличное настроение, да и сегодня я не стал выпрямлять волосы. Теперь мне нравились мои кудри, и всё благодаря Нейле. Поднимаясь по лестнице, я остановился на площадке. Там стояли Майкл и Изабелла, перешептываясь с хитрыми лицами. Майкл подошёл к краю и перевернул ведро. Какого чёрта он творит? Из ведра потекла краска, а снизу раздался ахнувший возглас. Это Нейла!? Я хотел подлететь к Майклу и спросить, что он себе позволяет, но тот остановил меня, подняв руку.
– Ты должен делать то, что мы тебе сейчас скажем, – нагло заявил он.
Я рассмеялся. Этот подонок возомнил о себе невесть что? Забыл, кто здесь главный? Да одно моё слово, и он вылетит из этого универа, или его попросту изобьют! Какого хрена он творит?
– Ты что-то в последнее время слишком много себе позволяешь, забыл своё место? – прорычал я, приближаясь к нему.
Майкл показал мне телефон, на экране которого я увидел папку.
– Здесь фото Нейлы без её тряпки, – цинично произнёс он, – и если ты не хочешь, чтобы оно разлетелось по всей школе, то сделай то, что мы скажем. Просто подыграй.
Я был готов вырвать телефон из его рук, но Майкл не дал мне этого сделать.
– Фото еще есть у Изабеллы, – добавил он, – так что не советую дёргаться. Одно нажатие – и оно станет вирусным.
Майкл и Изабелла ехидно улыбнулись. Чёртовы шантажисты! А если он обманывает? Времени на раздумья не было. Я буду просто подыгрывать, чтобы Майкл не слил фотографию Нейлы. Это было бы ещё хуже. А потом, когда всё закончится, я сотру этого подонка с лица земли.
Я отпустил воротник Майкла и пошёл вниз по лестнице, а они двинулись в другую сторону. Спускался медленно, пытаясь сделать то самое выражение лица, которое у меня было раньше. Но когда я увидел Нейлу, она была в шоке. Я подошёл к ней, смотрел в её полные боли глаза и понимал, что должен причинить ей еще больше. Мне хотелось ей помочь, но я не мог. Сейчас я должен играть по их правилам, чтобы не причинить ей ещё большей боли.
Она не понимала, что происходит, и начала что-то говорить про друзей. Друзья? Да о чём она говорит? Как мы можем с ней быть друзьями? Я влюбился в неё с самого начала, а она видела во мне только друга или одноклассника. Но сейчас не время для признаний. Мне пришлось говорить эти ужасные слова своей принцессе. Мне было больно ей это говорить, а в её глазах было ещё больше боли. Она всё ещё надеялась, что это какая-то глупая шутка, но это была всего лишь игра, где победителем останусь я… или так мне казалось. Пока же нужно было просто включить все свои актёрские навыки.
Я заметил, как из толпы учеников, собравшихся поглазеть на "интересное зрелище", вышла Изабелла, а следом за ней – Майкл.
Изабелла подошла ко мне и обвила мою руку своими пальцами, словно она моя девушка. Как же я хотел задушить эту змею на месте! Мои пальцы так сильно сжались в кулак в кармане от злости, что я практически ничего не чувствовал. Я должен сдерживаться. Моя рука была так напряжена, что Изабелла вздрогнула, и я это заметил.
Но я не смотрел на неё. Она что-то говорила мне, но я её даже не слушал. Я смотрел только на свою принцессу. Я видел, как она сжала кулаки. Ей было неприятно всё это видеть. Как и мне.
Когда Изабелла начала говорить гадости в сторону Нейлы, я был готов вырвать ей её длинный язык, но мне пришлось просто немного приобнять эту стерву, продолжая этот чёртов спектакль. Да, нет, это уже больше похоже на цирк какой-то. Мне нужно было сказать Нейле что-то такое, чтобы она на время оставила меня в покое. Мне нужно будет разобраться с этой парочкой, поэтому я выдавил из себя, как можно более равнодушным тоном, хотя наверное получилось так себе:
– Между нами никогда и ничего не было. Ты для меня всегда была никем. Просто назойливой тенью. Ты вечно бегала за мной, цеплялась, и это всегда вызывало у меня только отвращение. Твоя навязчивость была мне противна.
Я видел, как она еле сдерживает слезы. Я был рад, что она смогла не показать свою слабость. Это моя принцесса, сильная и гордая. Я верю в неё.
После этого ко мне подошел Майкл. Мне пришлось с ним поздороваться братским хлопком, хотя руки чесались переломать ему кости, а не хлопать. Затем Майкл грубо обозвал Нейлу и толкнул её в плечо. Инстинктивно я сделал шаг вперёд, готов был убить всех, кто причинил ей хоть малейшую боль. Но рука Изабеллы, вцепившаяся в мою, остановила меня. Сейчас это бесполезно. Всё закончится только хуже.
Я смотрел на Нейлу. Она держалась за плечо, на котором, наверняка, останется синяк. А вот у Майкла, думаю будет перелом.
Я видел, как ей больно, но она крепилась. Потом когда я отпустил взгляд, заметил печенье в её руках. Самодельное, с фигурками. Среди них была и фигурка в виде лица, но волосы были кудрявыми, а лицо не нарисовано. Она хотела угостить ими меня? Не успел я опомн, Но в этот момент Изабелла со злорадством ударила по коробке, и та полетела на пол, рассыпав печенье.
Нейла стояла, поражая меня своей выдержкой. Затем опустилась на корточки и начала собирать печенье. Это выглядело так унизительно, что я едва сдержался, чтобы не подбежать и помочь ей. Злость так окутала меня, что я не выдержал и со всей силы пнул последнее печенье в сторону.
Нейла подняла на меня стеклянные от слез глаза и тихо спросила:
– Зачем ты это сделал?
Я не мог больше это терпеть. Меня трясло от ярости. Я схватил коробку и выбросил её к чёрту. Мне нужно было выплеснуть свою злость хоть куда-нибудь, пока я не избил до смерти Майкла и не вырвал язык Изабелле.
Нейла уже была на пределе. Она наступила мне на ногу, но боль от её шага не шла ни в какое сравнение с той болью, которую причинили её слова:
– Больше никогда, слышишь? Никогда не смей ко мне приближаться, Самуэль Вилсон! Всё, что было между нами до этого, – ошибка. А ты просто придурок, который играет с чувствами людей. Теперь мы просто незнакомцы. Ты мне противен! Я тебя ненавижу!
Эти слова ранили, словно ножом. Мое лицо, которое до этого старательно сохраняло равнодушное выражение, больше не могло его поддерживать. Теперь она меня ненавидит. Да, я добился этого своими действиями
Эти слова, как будто били по голове. И я не знал что делать. И когда она закончила говорить она ушла. А я стоял в ступоре, пытаясь осмыслить что сейчас произошло. Я убрал свою руку от Изабеллы и потер ее, словно стирая с кожи грязь. Майкл подошёл и похлопал меня по плечу:
– Молодец, ты хорошо постарался, – ухмыльнулся он.
– Да пошёл ты – взревел я, сбрасывая его руку с плеча. – Пока я не переломал все твои конечности, которыми ты посмел дотронуться до Нейлы
Я зашёл в школу , круша всё на своём пути: столы, вазы, рекламные стенды. Всё, что попадалось под руку, летело в щепки. Учащиеся знали, что когда я в таком состоянии, лучше держаться от меня подальше, и обходили стороной, как чумного. Дойдя до раздевалки, я в бешенстве. Что я сейчас натворил? Я ударил рукой по шкафчику… и пробил его насквозь. К чёрту всё! Мне плевать, чей это шкафчик и что там внутри. Ярость затмила разум, и я разнёс всю раздевалку вдребезги.
Ко мне сзади на звук подбежали Алекс и Лиам. Они попытались меня успокоить, и у них немного получилось. Задыхаясь от ярости, я объяснил им всю ситуацию, рассказал про шантаж с фотографией Нейлы. Лиам, оказывается, в прошлом неплохо разбирался в программировании, и я попросил его взломать телефоны Майкла и Изабеллы, чтобы удалить компрометирующие файлы. Я отдал Лиаму номера телефонов этих двоих и велел действовать как можно быстрее.
В этот момент меня вызвали к директору. Конечно, кто-то из крыс донёс. Я вошёл в кабинет, директриса явно была недовольна моим поведением, но разве меня это волновало?
– Самуэль Вилсон! Что с вами такое? Вы понимаете, что это ненормально – разрушать всё вокруг? – возмущенно спросила она.
– Я всё оплачу. Это не проблема, – равнодушно ответил я, пожимая плечами.
– Я, конечно, всё понимаю, но я говорю не о деньгах, а о твоём поведении. Постарайся больше так не делать, – вздохнула директриса.
– Ага, – так же равнодушно ответил я и вышел из кабинета.
С этого момента я жил только ожиданием того, когда Лиам напишет мне, что всё готово. Пока этого не произойдёт, я не мог трогать Майкла. Мне нужно было стиснуть зубы и терпеть, чтобы не наломать ему кости раньше времени. Тянулись долгие дни.
Прошёл даже выпускной, на который я, конечно же, не явился. Какая мне разница, если там не будет Нейлы. Лиам и Алекс да бы поддержать меня тоже не пошли
Через две мучительно долгих недели ожидания Лиам, наконец, сообщил, что взломал телефоны Майкла и Изабеллы. Теперь у меня были доказательства, и я мог действовать. Медлить больше было нельзя. Под вечер я пошёл на баскетбольную площадку возле школы. Она была довольно популярна, и там почти всегда кто-то играл. Мне нужно было найти Майкла. И, как по заказу, он тоже был там, играл в баскетбол с другими парнями. Но мне было плевать, кто там еще. В этот момент для меня существовал только он. Я подошёл к нему в самый разгар игры. Он как раз забросил мяч в кольцо, и тот с тихим шелестом коснулся сетки. Послышались тихие перешептывания, взгляды устремились на меня. Он обернулся, самодовольно улыбаясь, полагая, что он одержал надо мной верх, что сломал меня, что я больше не смогу ему противостоять. Но он ошибался. Слишком довольное у него лицо. Определенно, могу его сейчас приукрасить. Не говоря ни слова, я развернулся и в прыжке ударил его ногой по носу, исполнив что-то вроде сальто. Несколько лет занятий тхэквондо не прошли даром. Удар получился точным и сильным. Он рухнул на землю, корчась от боли, держась руками за сломанный нос. Кровь хлынула ручьём.
Не раздумывая ни секунды, ослеплённый яростью, я начал его избивать. Первым делом я сломал ему руку, той самой рукой, которой он посмел дотронуться до Нейлы, схватить её. Раздался отчётливый хруст ломающихся костей. Затем я вывернул ему плечо, не обращая внимания на его крики. Тот пытался вырваться, отползти, но я был сильнее, намного сильнее. Я избивал его до полусмерти, вкладывая в каждый удар всю свою боль, всю свою злость, всё отчаяние. И, если бы меня вовремя не оттащили, я, наверное, убил бы его на месте, не задумываясь о последствиях.
После зверской расправы над Майклом я просто встал и ушёл, оставив всех в полном недоумении. Наверняка никто не ожидал от меня такой реакции. Уверен, Майкл из больницы раньше, чем через месяц, не выйдет. Теперь нужно было разобраться с Изабеллой, с этой змеёй. Я нашёл её в парке, гуляющей со своими подругами – такими же змеями-сплетницами, как и она сама. Они стояли возле старой кирпичной стены и о чем-то оживлённо болтали.
Увидев меня, все вокруг, как по команде, замолчали и начали перешёптываться, бросая на меня оценивающие взгляды:
– Это парень Изабеллы?
– Самуэль такой красивый!
– Завидую…
Изабелла, нахмурившись и явно недовольная моим появлением, сделала шаг ко мне навстречу.
– Самуэль, ты что-то хотел? – спросила она, делая вид, что ей всё равно.
– Чтобы ты больше не попадалась мне на глаза, и чтобы я больше никогда не слышал твой лживый голос, если не хочешь, чтобы я вырвал твой поганый язык, – прорычал я, глядя на неё сверху вниз, прожигая взглядом.
– Обидно такое слышать, – ухмыльнулась она, явно не испугавшись. – Ведь фото Нейлы у меня ещё есть. И, если ты будешь себя плохо вести, они обязательно попадут в сеть.
Она достала телефон из заднего кармана джинс, как бы невзначай.
– Хочешь покажу? Она даже без платка просто страшилище! – и все они, как по команде, начали истерично смеяться, глядя на меня, словно ожидая моей реакции.
Видно, она ещё не заметила, что её телефон уже давно превратился в обычный кирпич, бесполезный кусок пластика и металла. Изабелла, словно демонстрируя трофей, подняла вверх свой телефон, хвастаясь своей властью надо мной. Не говоря ни слова, я выхватил телефон из её руки и со всей силы швырнул его о кирпичную стену. Раздался оглушительный треск, и осколки разлетелись во все стороны, разлетаясь по всему парку, словно брызги.
Она вздрогнула от резкого звука и моей ярости, которая, казалось, исходила от меня волнами. Остальные девушки, увидев моё разъярённое лицо, попятились назад, стараясь держаться подальше, словно я был заразен.
– Ты что творишь? – закричала она, подбегая к обломкам телефона и очень волнуясь за него, словно он был её самым дорогим сокровищем. – Этот телефон мне недавно подарили! Он столько стоил!
– Надеюсь, ты меня услышала, и поняла, что я серьёзен, – процедил я сквозь зубы, прожигая её взглядом, полным ненависти. – Если ты ещё хоть раз заговоришь про Нейлу, или попытаешься ей навредить, тебе не поздоровится. И телефон будет самым малым, что ты потеряешь.
Затем, развернувшись, я пошел в сторону фонтана. В душе было облегчение от того, что я разобрался с этими выродками. Вот только Нейлу я давно уже не видел. Меня мучило раскаяние и желание исправить всё, что я натворил. Я сел на скамейку, где уже ждали Лиам и Алекс. Я был им безумно благодарен за помощь, и мне стало немного спокойнее. Мы разговорились, и в какой-то момент Алекс вдруг сказал:
– Кстати, я совсем забыл тебе рассказать, Самуэль…
– Что случилось? – насторожился я.
– Я видел Нейлу в больнице, после того дня, в универе. Она лежала на койке… Я узнал у медсестры. Мне сказали, что у неё сильный стресс и она очень устала.
Сердце бешено заколотилось. Тревога сдавила грудь.
– С ней всё хорошо? Она в порядке? Я её так сильно довёл! Мне надо перед ней извиниться. Это всё моя вина… Что теперь мне делать? – в панике забормотал я.
– Позвони ей и поговори, – посоветовал Лиам.
Не раздумывая, я достал телефон и набрал номер Нейлы. Долго шли гудки, но она не отвечала.
Она меня заблокировала? Или удалила мой номер? Тысячи вопросов крутились в моей голове, как рой пчёл. Какой я дурак все таки. Я попрощался с друзьями и побрел домой. Зайдя на кухню, увидел отца, читающего газету за столом. Он выглядел уставшим. В последнее время он очень много работал поэтому взял отпуск на пару дней
– Привет, пап, – сказал я, наливая себе стакан воды.
– Привет, Самуэль. Как университет?
– Все нормально. Ты как? Выглядишь немного измотанным.
Он вздохнул, откладывая газету. – Да, немного. Подготовка к завтрашнему совету директоров. Столько всего на кону...
Я присел напротив него. – Все будет хорошо, пап. Ты всегда справляешься. Кстати… – Я замялся, обдумывая, как подступиться к этой теме. – Ты же говорил про того...обманщика, который пытался выкрасть информацию и украсть все твои деньг много лет назад. Как его вообще звали?
Отец нахмурился, вспоминая. – Да, мерзкий тип. Карл… Карл Росси. Итальянец, кажется.
Карл Росси… Это имя пронеслось у меня в голове, словно удар грома. Росси… отец Майкла. Это он. Тот самый обманщик, который чуть не разрушил карьеру моего отца. И это он притворился мусульманином и несколько лет скрывался, а сейчас объявился будто ничего и не было
-Если бы один из моих старых товарищей Моретти не помог, то закончилось все печально-добавил отец
-Моретти!?-переспросил я пытаясь поверить точно ли я правильно услышал
-Да, это мой старый друг, давно я с ним не виделся-вздохнул отец
-он отец Нейлы?-спрашивал я пытаясь осмыслить его слова, точно ли это тот про кого я думаю ?
-Да, Нейла, ей вроде 18 исполнилось, и младшой брат Маттео—От слов отца я был ошарашен. Вот это да.. Это очень неожиданно..
Но все же надо разобраться с Карлом Росси. Он до сих пор пытался красть информацию, и его по-прежнему волновала только репутация. Завтра совет директоров. И мне нужно его как-то разоблачить, выдать все его пакости, все его старые грехи.
**
Я уже ехал в компанию. Забыл добавить то что мой отец стал крупным предпринимателем и из за своего возраста он планирует передать компанию мне, поэтому я часто начал падать сюда. Сегодня было важное собрание. Собирались все директоры и предприниматели со всех компаний. Поэтому мы не исключение. Зайдя в зал заседаний, я поприветствовал директоров. Все дружно поздоровались со мной, но я видел эти хитрые лица. Лицемерные все они. Среди них был ещё и отец Нейлы и я только сейчас его узнал. Она очень похожа на него. Ее отец был очень искреннем. Он дружелюбно поздоровался как и я. Когда мы сели,к проектору подошёл Карл Росси. Он уверенно улыбнулся и включил свою презентацию. Смотря на эту презентацию, мне даже ничего придумывать не пришлось: он сам себе подписал приговор.
С первых же слайдов стало понятно – это работа моего отца. Точнее, украденная часть ее. Карл присвоил себе все результаты многолетних исследований? Я всегда знал что с мозгами у него явно проблемы. Ярость волной захлестнула меня, но я старался сохранять спокойствие.
Презентация шла своим чередом, когда я заметил одну деталь – едва заметный логотип, спрятанный в углу одного из графиков. Это был логотип, который мой отец использовал только в ранних версиях проекта, потом он его изменил. Когда я посмотрел на отца на его лице было непонимание. До него видимо дошло что это часть его многолетних усилий.
Когда Карл закончил свою речь и по залу прокатились одобрительные возгласы, я поднялся.
– Прошу прощения, господа, но я хотел бы кое-что уточнить.
Карл посмотрел на меня с раздражением. – Что такое, Самуэль?
– Вы присвоили себе работу моего отца. Эта презентация основана на его исследованиях.
В зале повисла тишина. Кто-то усмехнулся.
– Не говори ерунды, Самуэль, – вмешался один из директоров. – Все знают, что Карл Росси гениальный разработчик.
– Посмотрите на этот слайд, – сказал я, указывая на график. – Видите этот логотип в углу? Это старый логотип проекта, который мой отец использовал много лет назад.
Никто не верил. Все смотрели на меня с недоверием. А отец даже сперва не понял что происходит, но посмотрев и увидев тот самый им придуманный логотип, у него руки сжались в кулаки.
– Я докажу это, – твердо заявил я. – У меня есть исходные файлы проекта, с историей изменений. Они подтвердят мои слова.
Мне потребовалось время, чтобы подключиться к корпоративной сети и найти нужный файл. Когда я вывел его на экран, в зале раздался тихий вздох. В истории изменений четко прослеживалось, что автором проекта является мой отец, а не Карл Росси.
Дальше всё покатилось, как снежный ком. Я выложил на стол все его предыдущие махинации, случаи, когда он обманывал клиентов, вытягивал из них деньги. Некоторые из директоров, оказавшиеся жертвами обмана, подтвердили мои слова.
В итоге, из-за всех его обманов, Карл Росси был отстранен от должности и не сможет больше работать в этой отрасли. Его репутация была разрушена.
Один из главных директоров поднялся и громко, с расстановкой произнес:
- Ввиду всех выявленных фактов обмана, Карл Росси отстраняется от занимаемой должности и лишается права работы в данной отрасли. Его репутация безвозвратно подорвана. А за проявленную настойчивость и упорную работу, Итан Вилсон получает компенсацию в виде половины акций, принадлежавших ранее Карлу Росси.
Остальные директора согласно закивали, подтверждая его слова.
Карл, красный от ярости, сорвался с места. Его лицо исказилось в злобной гримасе, в глазах вспыхнул неконтролируемый гнев. Он шагнул в мою сторону, тяжело дыша.
– Ты… ты разрушил мою жизнь! – прорычал он, его голос дрожал от ярости. – Я все тебе припомню!
Я инстинктивно отступил назад. Адреналин ударил в голову. Я видел, что он готов на все.
– Карл, успокойся, – попытался вмешаться один из директоров, но Росси оттолкнул его в сторону.
– Ты пожалеешь, что родился! – заорал он, замахиваясь на меня кулаком.
Времени на раздумья не было. Я успел только выставить руку, чтобы блокировать удар, и почувствовал резкую боль в предплечье. Удар был сильным, и меня отбросило назад, я чуть не упал.
В зале поднялся шум. Кто-то кричал, кто-то пытался остановить Росси. Но он был неудержим. Он бросился на меня снова, его глаза горели ненавистью.
Я увернулся от следующего удара, и он промахнулся, чуть не упав. Воспользовавшись его неустойчивым положением, я оттолкнул его в сторону и попытался выбежать из-за стола.
Но он схватил меня за пиджак, дернув так сильно, что пуговицы оторвались и разлетелись по полу. Я потерял равновесие, и мы оба рухнули на пол.
Росси оказался сверху, пытаясь меня ударить. Я выставил руки, чтобы защититься, и почувствовал, как его кулак с силой врезается в мою щеку.
– Остановитесь! – кричал мой отец, пытаясь прорваться сквозь толпу директоров, которые с ужасом наблюдали за происходящим.
Я попытался оттолкнуть Росси, но он был тяжелым и сильным. Его лицо было в нескольких сантиметрах от моего, и я видел в его глазах только злобу и ненависть.
Внезапно, кто-то схватил Росси за шиворот и оттащил от меня. Это был мой отец. Он отбросил его в сторону с такой силой, что тот врезался в стол.
– Не смей трогать моего сына – закричал отец, его лицо было красным от гнева.
Пока отцу помогали подняться, Росси, шатаясь, поднялся на ноги. Он посмотрел на нас обоих с ненавистью и презрением.
– Вы еще поплатитесь за это! – выплюнул он, прежде чем попытаться выбежать из зала.
После этого все произошло очень быстро. В зал вошла охрана, вызванная одним из директоров. Они начали опрашивать свидетелей. Я чувствовал себя разбитым и измотанным. Щека горела, а в ушах звенело от шума и напряжения.
Отец подошел ко мне
– Ты в порядке? – спросил он, его голос был полон беспокойства.
– Да, пап, все хорошо, – ответил я, немного устало потирая переносицу -в последнее время все так накопилось.
Теперь, когда все закончилось, я чувствовал странное облегчение. Правда вышла наружу. Ложь была разоблачена. Я разрушил жизнь Карла Росси.
К моему отцу подошёл один из главных директоров и сказал:
-Я вижу GTI (Global Tech Innovations) достигает больших высот. Я поражаюсь, как всё растет прямо на глазах. Ваша работа, Итан Вилсон, впечатляет, хотя и была омрачена деятельностью Карла Росси. Уверен, под вашим руководством компания достигнет еще больших успехов.
-Благодарю за высокую оценку. GTI всегда стремилась к совершенству, и то, что мы видим сейчас – лишь закономерный результат упорного труда всей команды. Карл Росси пытался нас остановить, но ему это не удалось. Его действия лишь закалили нас. Мы продолжим создавать будущее уже сейчас
Что будет дальше? Будет ли Росси мстить? И как это отразится на моей жизни и жизни моей семьи? Эти вопросы не давали мне покоя. Но я думаю что после такого он не посмеет нас трогать.
***
С того дня минуло долгих семь месяцев, но образ Нейлы по-прежнему преследовал меня, не давая покоя. Бессонница стала верным спутником. Все эти месяцы я почти ежедневно звонил ей, надеясь услышать её голос, но каждая попытка разбивалась о глухое молчание.
Сегодня я пошёл в кафе, чтобы встретиться с одним важным для меня человеком.
– Угадай, кто? – подбежала ко мне девушка, закрывая глаза руками. Только это точно не она.
– Алессия, не занимайся ерундой, – вздохнул я.
Она убрала руки и села напротив меня.
– Ну, разве ты не рад меня видеть? Почему так? Я уезжала за границу, и мы столько не виделись! Даже объятий в знак приветствия нет. Ты совсем по мне не скучал? – обиженно протянула она.
– Конечно, я скучал по своей любимой сестрёнке, Алессии Вилсон. Ты так выросла, тебе же уже 18 исполнилось
– Девятнадцать, – поправила меня Алессия.
Алессия – моя родная младшая сестра. Она училась за границей по программе обмена, а теперь захотела вернуться и учиться в моём университете.
Мы заказали перекусить и вышли на улицу.
– Сэмушка, купи мне мороженое, пожалуйста! Я хочу пойти себе косметику посмотреть, – заканючила она.
– Тебя только это и волнует, – усмехнулся я.
– Ну, купишь?
– Куплю, куплю, иди уже, – отмахнулся я.
– А ты помнишь, какое я люблю? – крикнула она, убегая.
-Алессия!
- все убегаю- она сорвалась с месте и пошла в магазин косметики
Я взял себе обычное ванильное мороженое, а Алессия шоколадное.
Я стоял ещё так две минуты. И ко мне подбежала Алессия с двумя пакетами.
- эй шопоголик, от тебя скоро ни одного магазина не останется
- ну и пусть, сказала она выхватывая у меня мороженное пробая его.
-Мм, вкусно, спасибо Сэмушка.
Я разрешал назвать себя так только своей сестре, ну точнее меня так больше никто не называл, даже родители.
Она протянула мне мороженное
- на, попробуй
Вдруг я услышал знакомый голос неподалеку. Моё сердце пропустило удар. Это голос Нейлы? Или мне уже мерещится из-за того, что я думаю о ней постоянно? Я повернулся на звук, надеясь, что мне не показалось.
Я повернулся и действительно увидел Нейлу. Она стояла и смотрела на меня с Алессией. И по её глазам я прочитал, что она до сих пор меня ненавидит. Она же сейчас не то подумает про Алессию... Черт! Я хотел пойти к ней, но она убежала, очень быстро скрывшись в толпе. А я стоял, как вкопанный, и смотрел ей вслед, не в силах пошевелиться.
-Сэмушка, ты хочешь попробовать мое мороженое?
-Нет
-Аа, а можно мне твое попробовать?
-держи- я дал ей в руку свою мороженое-ешь, только медленно, ещё не хватало чтобы ты болела.
- ага- сказала Алеси уплетая два мороженого за обще щеки, как хомячок
После этого я не мог забыть ее ненавистный взгляд. Я давно уже поступил в университет и сейчас уже буду учиться на 3 курсе, а я даже не знаю, куда пошла учиться Нейла. Сегодня я решил позвонить ей ещё раз, я хотел рассказать все, что произошло, выложить все карты на стол. Я набрал ее номер и пошли гудки, тягучие, мучительные.
1...2...3... Она ответила, и с другого конца я услышал ее голос.
-Ало?
Когда я услышал её голос, язык словно прилип к гортани. Я даже слова сказать не смог. Я просто молчал, да молчал как идиот. Все подготовленные фразы мигом вылетели из головы, и я не мог найти подходящих слов для этого.
- это кто?
Но я также ничего не говорил, парализованный внезапной возможностью и страхом одновременно. И видимо, терпение Нейлы кончилось, она, должно быть, подумала, что это какой-то розыгрыш, и отключилась. Вот дурак! Это был первый раз, когда она ответила за все это время. И я все равно промолчал... И теперь, после этой короткой тишины, после этой упущенной возможности, я понял, что потерял не только возможность извиниться, но и, возможно, последний шанс на ее прощение. Шанс, который, возможно, больше никогда не представится. Меня словно окатили ледяной водой.
Больше я не звонил Нейле после этого. Я понял, что это, скорее всего, бесполезно. Каждый звонок только бередил старые раны и, возможно, делал только хуже. И в последние три месяца я вообще ее не видел. Лето заканчивалось, унося с собой последние надежды на какое-то чудо. На то, что все как-то само собой наладится. Но чуда не произойдет.
Сегодня, в десять часов вечера, я ехал на байке. За последнее время я часто начал кататься, словно пытаясь убежать от своих проблем, от прошлого. Мама из-за этого сильно переживала, говоря, что это ненадежно и опасно. У моей мамы были проблемы с желудком, и она волновалась за меня каждый раз, когда я выходил из дома. Хотя, честно говоря, я больше волновался за нее. Боялся, что однажды что-то случится, и я не смогу ей помочь. Банка, внезапно прилетевшая в меня, заставила резко затормозить. Я остановился и увидел толпу парней, ухмыляющихся в мою сторону.
– Ой, извини, – саркастично протянул один из них, ухмыляясь.
– Хорошо, – ответил я, вскипая от злости. Подняв валявшуюся рядом банку, я прицелился и кинул её прямо в голову тому, кто "извинился". – Ты забыл мусор забрать, возвращаю твоё.
– Ах ты… – взревел тот, в которого я попал, хватаясь за голову.
– Что, правда глаза колет? – огрызнулся я, заводясь все больше. – Ответить за свои слова сможешь? Или только банку в безоружного кидать герой?
Понимая, что сейчас начнется драка, я запрыгнул на байк и дал газу. Они бросились за мной, с гиканьем и улюлюканьем. Я рванул в переулки, надеясь оторваться от этой гоп-компании. В какой-то момент, в свете фар мелькнула какая-то девушка. Чтобы не врезаться в неё, я резко свернул в сторону. Байк повело, я не удержал равновесие и рухнул на асфальт, чертыхаясь сквозь зубы.
– Вот черт! – выругался я, отплевываясь от песка.
Попытавшись сесть обратно на байк, понял, что колесо, кажется, погнулось, да и времени у меня особо не было. Эти отморозки не отстанут. Нужно бежать. Я просто вытащил ключи из замка зажигания, на автомате, которые потом, как я понял, в суматохе выпали из кармана. И бросился наутёк, надеясь, что смогу оторваться от них в лабиринте переулков.
Я услышал, что сзади меня ещё кто-то бежит. Резко обернувшись, я увидел ту самую девушку, которую чуть не сбил. Приглядевшись, я узнал ее. Так это же Нейла! Что она тут делает в такое время? Эти бандиты могут ей навредить! Мысль об этом пронзила меня как молния. Я уже хотел было развернуться и побежать к ней, чтобы защитить, но она, словно прочитав мои мысли, свернула в другой переулок. Убедившись, что с ней все в порядке, я продолжил бежать прямо, не сбавляя скорости. Бандиты не отступали, продолжая преследовать меня с яростными криками.
-Остановись- кричал один из них весь запыхавшийся
Я побежал вглубь переулка, лавируя между мусорными баками и темными углами, надеясь оторваться от преследователей. Сердце колотилось как бешенное, в висках стучала кровь. Вскоре я услышал вой сирены вдалеке. Полиция! Отличный шанс. Сейчас они разбегутся. Но когда я собирался выйти из укрытия, чтобы сдаться полиции и отделаться легким испугом, я услышал голоса, доносящиеся из-за угла. Это был один из бандитов.
– Где он? Говори, где этот ублюдок? Куда он побежал?
Я замер, словно кролик, попавший в свет фар. Они спрашивали у Нейлы про меня. Что они с ней сделают, если я не покажусь?
– Если он не ответит, ответишь ты! – прорычал другой голос, полный угрозы.
Сердце бешено заколотилось в груди. Нельзя допустить, чтобы они причинили ей вред. Я выскочил из-за мусорного бака, словно выстрел из пистолета. Нейла стояла ко мне спиной, но даже так было видно, как она дрожит всем телом. Она отходила назад, пока не врезалась в меня, не ожидая, что я окажусь рядом. Повернувшись, она вздрогнула и подняла на меня заплаканные глаза. Она была очень сильно испугана. С какого хрена они вообще с ней так разговаривают? Кто они такие, чтобы угрожать ей? Ярость волной захлестнула меня.
Она хотела убежать, наверное, подальше от меня и от всего этого кошмара, но я увидел, как один из бандитов замахнулся, готовый ударить её. Инстинктивно, не раздумывая ни секунды, я отдернул её, схватившись за шиворот ее куртки, стараясь даже при такой ситуации не прикасаться к ней. Отвернув Нейлу за свою спину, я тут же обрушил свой гнев на замахнувшегося. Мой кулак с силой врезался в его челюсть, заставив его пошатнуться. А затем, не давая ему опомниться, я вывихнул ему руку, от чего тот взвыл от дикой боли, корчась на земле. Если надо будет, буду ломать каждому кость за костью, кто посмеет поднять руку на эту принцессу.
Я встал, отряхнул свою одежду от несуществующей "грязи", хотя руки тряслись от адреналина. Повернулся к Нейле, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, но замер, увидев её лицо. Она закрыла рот рукой, словно пытаясь сдержать крик, и смотрела на меня расширенными от ужаса глазами, будто я какой-то монстр, вылезший из-под кровати. Видимо, я пугал её своим поведением, своей жестокостью. Я хотел уже начать говорить, объяснить, что не хотел её напугать, но она вытянула руку перед собой, давая понять, чтобы я молчал. Поэтому я не стал ничего говорить. Если она этого не хочет, я не буду навязываться. Она смотрела на меня, словно я какая-то сложная задача, которую нужно решить, уравнение со множеством неизвестных. После она быстро повернулась и убежала, скрывшись в темноте переулка. Я не стал бежать за ней. И так делаю ей больно, одним своим присутствием.
Я подошёл к своему мотоциклу, который валялся на боку, и вспомнил про ключи. Пошарив по карманам, я понял, что их нет. Выронил, наверное, когда падал. Я посмотрел вокруг себя, но на земле, где я упал, их не было. Вдалеке, в полумраке переулка, я видел Нейлу. Приглядевшись, я увидел в её руках связку ключей. Это были мои ключи.
– Принцесса, ключи! – закричал я, надеясь, что она услышит. Но она даже не обернулась, продолжая бежать куда подальше от этого всего. Ну ладно. Пусть оставит себе. Что мне, жалко, что ли? Мне для неё ничего не жалко.
Я поднял байк и пошел пешком. Когда я пришел домой, я был таким уставшим, что сразу завалился спать.
***
Я стоял в универе, у главного входа, когда вокруг меня собралась привычная уже толпа девчонок. Что-то эта внезапная популярность мне уже начинала надоедать. Что в школе, что здесь, в университете, все бегают за мной, и это откровенно раздражало. Такие назойливые, как мухи на мед. Они спрашивали автографы, пытались узнать мой номер телефона. Но я кому попало свой номер не даю. Да и что им вообще нужно? Некоторые из них даже про моего отца спрашивали, про его бизнес, про его жизнь. Он был довольно известным предпринимателем, часто давал интервью, да и даже при своём возрасте выглядел молодо и хорошо. Такое ощущение, что они скоро будут ко мне домой вламываться, чтобы с ним познакомиться.
– Самуэль, пожалуйста, продиктуй свой номер, я тебе хочу написать,
– Извините, я свой номер никому не даю, – ответил я, стараясь быть вежливым.
Они продолжали наседать, чуть ли не прыгая на меня, пытаясь дотронуться, заговорить. Это становилось невыносимым. И когда я случайно повернулся в сторону входа, я мельком увидел Нейлу. Она стояла в стороне, наблюдая за происходящим с каким-то странным выражением на лице. И по этому выражению я понимал, что она опять подумала не то, что нужно. Я ей не нравился, и это было понятно, потому что я сам так сделал. Сам оттолкнул её от себя. Стоп! Она что, тоже будет учиться со мной в этом университете? Вот это да... У меня будет шанс исправить все, шанс на её прощение. Есс! Но мне пришлось отвлечься, так как одна из назойливых девиц тыкала мне в лицо своим дурацким листочком, требуя автограф. Я быстро расписался, почти не глядя, и повернулся обратно. Но Нейлы уже не было. Она словно растворилась в толпе.
– Извините, но мне уже пора, – сказал я и быстро ушел от этой толпы.
Начал глазами искать Нейлу и нашел ее, вот только она стояла с каким-то парнем и мило о чем-то беседовала. Это что за самодовольный индюк? Ручка, которая была у меня в руках, сломалась от злости. Я хотел было направиться к ним, на телефон пришло уведомление.
Это был мистер Браун. Он отправил фамилию Нейлы, чтобы я показал ей институт и я радостно улыбнулся.
– Ты чего так лыбишься? – спросил Алекс, подходя ко мне.
– Я буду показывать институт Нейле!
– она будет учиться здесь? Ого. Не упусти шанс извиниться перед ней, – сказал Алекс, но я уже летал в облаках, предвкушая встречи с ней.
– Влюблённый дебил, – пробормотал Алекс.
– Иди ты– отмахнулся я.
Лиам и Алекс тоже поступили в этот университет, ведь он считался одним из самых престижных. Алекс как и я выбрал экономический факультет, а Лиам, всегда отличавшийся оригинальностью и тягой ко всему новому, предпочёл юридический.
Я доиграл в баскетбол с ребятами и направился в университет. Подойдя к нужному кабинету, я начал ждать. Вскоре подтянулся мой одногруппник, мы обменялись крепким рукопожатием, и я продолжил выжидать. Прозвенел звонок, и из кабинета вышли Нейла и Белинда, расходясь в разные стороны. Заметив меня, Нейла явно растерялась. А я был несказанно рад её видеть. Она явно не горела желанием со мной разговаривать, поэтому направилась к моему другу. Ну вот облом, не получилось. Ведь университет должен был показать ей я, а не кто-то другой. Оторвавшись от него, она огляделась. Определённо не хотела приближаться ко мне. Упрямая. Не стал ждать. Решил действовать сам.
—Ассаламу Алейкум. Не ожидал тебя здесь увидеть, принцесса...
—Ваалейкум ассалам, – огрызнулась она. – А я вообще не хотела тебя видеть, и разговаривать с тобой тоже не хочу. Просто покажи мне университет, и всё.
Мне было неприятно слышать такие слова. Она до сих пор не простила то, что я натворил.
—Кто тот парень, с которым ты во дворе болтала? – ревниво спросил я. Почему этот тип вообще с ней разговаривал? Что ему нужно? Они знакомы?
—Тебя это не касается, – отрезала она. А чего я ожидал? Что она мне всё расскажет? Хотел настоятельно выяснить, что это за парень, но, не дослушав, она просто развернулась и пошла в противоположную сторону, не обращая на меня внимания.
—Ты не туда идёшь, – крикнул я ей вдогонку.
—Я знаю, – уверенно ответила она, не оборачиваясь. – Просто... Неважно.
Опять это упрямство. Не оставалось выбора, я побежал за ней и повёл показывать институт.
Когда я показал ей всё, неловкое молчание повисло в воздухе. Я не знал, что ещё сказать, боялся нарушить хрупкое равновесие.
—Всё, на этом закончили? – спросила она, когда я, наконец, замолчал.
– Вроде бы да, всё показал.
—Ну и хорошо, спасибо, – добавила она, пытаясь повернуться и уйти. Но я слегка потянул её за рукав куртки, вспомнив, что хотел ещё показать молельную комнату, которую обустроил лично.
—А, подожди, я кое-что забыл, – сказал я.
—Что? – с раздражением спросила она.
—Пошли, – коротко ответил я.
—Куда?
—Давай без лишних вопросов, – отрезал я, стараясь скрыть волнение.
Я повёл её вниз, на минус первый этаж, в самую дальнюю комнату. Это была небольшая молельная комната. Я знал, как неудобно будет искать подходящие места для совершения намаза, поэтому решил помочь своей принцессе.
—Что это за комната? – спросила она, с любопытством оглядываясь по сторонам.
Мы зашли внутрь. Это была небольшая комнатка без окон, с тусклым светом, льющимся откуда-то сверху. Было понятно, что до источника света ей не дотянуться – потолок слишком высокий. Поэтому я указал на табурет, стоявший в углу.
— Видишь, в углу табурет? За ним – коврик для молитвы. А сам табурет поможет тебе включить свет. А то ты у нас слишком маленькая, не дотянешься, – поддразнил я её.
Она посмотрела на меня, закатив глаза.
—Это комната для молитв? – изумлённо спросила она.
—Да, но о ней почти никто не знает. Здесь нет никого, кто читает намаз. Так что это… твое личное место.
—Ого… А как вообще удалось получить разрешение на такую комнату?
—Связи решают всё, – ухмыльнулся я.
—Не всё, – возразила она, но в голосе уже не было прежней резкости.
—Ну, здесь это сработало, – пожал я плечами.
—Красиво… Мне очень нравится эта комната, – призналась она, и я почувствовал проблеск благодарности с её стороны. Но это длилось недолго. Словно испугавшись своего признания, она поспешно выбежала из комнаты, желая как можно скорее прекратить этот разговор и больше со мной не общаться.