Никогда
Я стояла так пока вдруг произошло кое-что неожиданное..
В одно мгновение на меня вылилось что-то мокрое, склизкое и отвратительное. От неожиданности я потеряла дар речи, а в нос ударил резкий, тошнотворный запах. Опустив глаза, я увидела, что рукава моей кофты испачканы чем-то ярко-красным. По запаху я сразу поняла – это краска! С ужасом взглянула на коробку с печеньем. К счастью, на печенье почти ничего не попало. Я не могла понять, откуда взялась эта краска. Происходящее казалось совершенно нереальным. Меня охватило чувство мерзкой липкости и отвращения. Краска залила одежду, но на лицо попали лишь мелкие брызги. Вокруг меня на улице по-прежнему было полно учеников, и многие из них уже заметили произошедшее. Вскоре раздался смех и едкие насмешки. Я поняла, что краска вылилась сверху. Медленно подняла голову и увидела Его. Самуэль стоял на крыше школьного крыльца с пустым ведром в руках – тем самым ведром, из которого на меня и вылилась эта злосчастная краска. Я опешила не понимаю что происходит, я впилась взглядом в его лицо и с ужасом узнала то самое каменное, бесчувственное выражение, которое видела при нашей первой встрече. Я продолжала смотреть на него, не в силах отвести взгляд, пока он не оттолкнулся от парапета и не начал неспешно спускаться по лестнице. Руки небрежно засунуты в карманы брюк, он шел совершенно спокойно, как будто ничего особенного не произошло. Я продолжала смотреть на него, а он все приближался и приближался. В его глазах, как и прежде, не было ни единой эмоции. Что с ним такое? Неужели это какая-то дурацкая шутка? Что он вообще творит?
– Самуэль? Что это значит?! Зачем ты это сделал?! – в отчаянии прокричала я, игнорируя нарастающий смех толпы. Сейчас было совершенно не до шуток. Если он и вправду решил так пошутить, то мне точно не было смешно.
Я неотрывно смотрела на него, пытаясь прочесть хоть что-то в его глазах, но он по-прежнему молчал. Лишь нагло и вызывающе смотрел на меня в упор, словно оценивая какую-то бездушную вещь. От его взгляда по спине пробежали мурашки, и мне стало жутко не по себе. Что с ним такое? Что происходит? Для чего он это сдалал?
Неожиданно он разразился громким, холодным смехом, от которого по коже пробежали мурашки. Мое недоумение достигло предела. – Выглядишь ужасно, – произнес он с явным злорадством, словно намеренно подчеркивая, что между нами теперь пролегла пропасть, и мы стали совершенно чужими друг другу людьми. В его голосе не было и следа того тепла и нежности, которые я привыкла слышать раньше. Внутри что-то болезненно кольнуло. Это уже не был тот Самуэль, которого я знала, к которому успела привязаться. Он словно скинул маску и вновь превратился в того холодного, высокомерного подонка, каким был раньше. В одно мгновение все чувства, которые я испытывала к нему, обратились в пепел.
Я продолжала стоять, словно парализованная, не в силах отвести от него взгляд. В моих глазах уже начали предательски собираться слезы, готовые вот-вот хлынуть потоком. Неужели это какая-то жестокая, дурацкая шутка? Если да, то клянусь, я его просто прибью! Я сверлила его взглядом, пытаясь пробиться сквозь эту ледяную маску и хоть что-то понять: что с ним случилось и почему он так поступает.
- Самуэль,что с тобой ?! У нас же в последнее время все так хорошо было.. мы даже стали друзьями, проводили время вместе… Что ты творишь? Это какая-то идиотская шутка? Мне это совсем не нравится! – с отчаянием в голосе проговорила я, умоляюще глядя на него и отчаянно пытаясь найти хоть какой-то намек на прежнего, доброго и понимающего Самуэля, с которым я так сблизилась за последнее время. Неужели все это было ложью? Я просто не могла поверить в происходящее, в то, что все это происходит на самом деле. И отчаянно пыталась найти хоть какое-то логическое объяснение его внезапному, ужасающему поведению. Должна же быть причина…
Напряжение нарастало. Вокруг нас начала формироваться плотная толпа учеников, словно их привлек запах свежей крови. Глаза их жадно впивались в происходящее, как у стервятников, высматривающих падаль, и в каждом взгляде читалось предвкушение зрелища. Я чувствовала, как их любопытство давит на меня, сковывая движения. Периферийным зрением я уловила движение. Майкл и Изабелла, с непроницаемыми лицами, уверенно направлялись в нашу сторону. Их приближение казалось замедленным, словно в кошмарном сне, а каждый их шаг лишь усиливал гнетущую атмосферу, повисшую в воздухе. Что они задумали? Этот вопрос пульсировал в моей голове, заглушая все остальные мысли. На их лицах застыли самодовольные улыбки, от которых становилось тошно. Казалось, авторы этого чудовищного спектакля нашли в его кульминации нечто уморительно смешное.
Холод проникал в самое нутро, скользкий ужас сковал позвоночник, заставляя волосы встать дыбом. Отчаянно хотелось, чтобы Самуэль вмешался, как бывало прежде, защитил. Но он оставался неподвижен, смотрел сквозь меня, словно я была призраком. Я стояла, униженная и промокшая до костей, тщетно пытаясь склеить разбитые осколки гордости
Друзья? Ты и я? - Его смех стал резким и злым. - Да ты хоть в зеркало на себя смотрела? Думала, я с тобой дружил? Какая нелепость. С такими, как ты, даже в одном помещении находиться противно, не то что дружить. Кто вообще на тебя посмотрит?
Я замерла. Всё вокруг словно покрылось ватой, звуки приглушились, а очертания фигур расплылись. Она чувствовала, как кровь отливает от лица, оставляя лишь ледяной холод. Дыхание стало поверхностным и быстрым, но в легких словно не хватало воздуха. Её взгляд остановился на точке за плечом Самуэля, но она ничего не видела.
Я сжала кулаки, пытаясь справиться с дрожью. Нельзя показывать, что больно. Нельзя, нельзя, нельзя. В голове всплывали оскорбительные слова Самуэля, одно за другим, словно раскалённые угли. Я запомнила каждое его слово. Я глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Сейчас главное – сохранить лицо
Изабелла, с лучезарной улыбкой, приблизилась к Самуэлю и обвила его руку своими пальцами. Этот жест, полный близости и, казалось, нежности, пронзил меня, словно электрический разряд. Внутри всё похолодело, а к горлу подступила тошнота. Наблюдать за их взаимодействием было невыносимо. Майкл тем временем приветствовал Самуэля крепким рукопожатием и несколькими дружескими хлопками по плечу. Все было как в дурном сне.
-Сэм, разве можно быть таким эгоистом? Мы тоже хотим посмотреть на это представление. Я уверена, все получили огромное удовольствие от этого цирка, - пропела Изабелла, ехидно поглядывая на меня.
Я в оцепенении смотрела на них. Особенно меня ошеломляло поведение Самуэля – казалось, он всегда терпеть не мог Изабеллу.
Выглядишь отвратительно. И воняешь так же, - с гримасой отвращения процедила Изабелла. Майкл поддержал её выпад грубым хохотом. Самуэль, словно в подтверждение её слов, обнял Изабеллу за талию, притягивая её к себе. Она тут же прильнула к нему, словно пиявка, присосавшаяся к жертве. Я стояла, словно парализованная, наблюдая за этим мерзким спектаклем.
- Между нами никогда и ничего не было. Ты для меня всегда была никем. Просто назойливой тенью. Ты вечно бегала за мной, цеплялась, и это всегда вызывало у меня только отвращение. Твоя навязчивость была мне противна.
Все внутри меня сжалось от боли и унижения. Я больше не понимала: это шутка? Или реальность? Он просто пытается как-то пошутить? Или он говорит это на полном серьезе?
Я пристально вглядывалась в его лицо, отчаянно пытаясь уловить хоть малейший намек на скрытый смысл, но он оставался непроницаемым, словно ледяная маска.
- Самуэль, скажи, что ты просто пошутил. Это уже переходит все границы! - В душе все еще теплилась какая-то надежда, я ожидала, что сейчас он улыбнется, как обычно, и скажет, что это всего лишь глупая шутка. В этот момент мне бы стало намного легче. Но этого не произошло. Наоборот, с каждой секундой становилось все хуже и хуже.
- Я говорю это совершенно серьезно, - отрезал он, рассмеявшись он закатил глаза, и в них что-то промелькнуло, но также и быстро испарилось. Его глаза были холодны и неприступны
- Ты оглохла что-ли? Совсем тупая?- Майкл злорадно расхохотался и с силой толкнул меня в плечо. Я не удержалась на ногах и врезалась в стену, чувствуя, как острая боль пронзает меня. Инстинктивно схватилась за плечо, которое горело огнем. Удар был такой силы, что я знала – синяка не избежать. Унижение и боль переплелись в один клубок.. Я отвела взгляд от самодовольного лица Майкла и посмотрела на Самуэля. Что-то неуловимое, но совершенно чужое промелькнуло на его лице. Сердце сжалось от боли. Запоздалое осознание обожгло, как кипятком: он с самого начала был частью этого кошмара. Он просто играл со мной, развлекаясь моими чувствами
- Не прикасайся ко мне, - процедила я, стараясь держаться как можно дальше от Майкла. Презрение и отвращение боролись во мне с желанием разрыдаться.
– Ого, а это что тут у нас? – ехидным голосом протянула Изабелла, приближаясь ко мне. Я даже не успела ничего предпринять, как она с размаху ударила по коробке с печеньем, и все мои кулинарные шедевры рассыпались по грязному полу. От обиды у меня сжались кулаки, ногти впились в ладони, причиняя боль. За что Самуэль так со мной? За что они все так со мной поступают? Что с ним случилось? Или он все это время притворялся? Он ненавидит меня? Но тогда зачем он был так добр ко мне, зачем делал все эти вещи? Вопросы крутились в голове, но ответов не было. Я опустилась на корточки, да было унизительно, с тяжелым сердцем я начала собирать рассыпавшееся печенье с пола, а в ответ услышала лишь смех и издевки. Слезы рвались наружу, но я упорно сдерживала их. Уже хотела поднять последнее печенье, как вдруг Самуэль с силой пнул его ногой. Я вскинула на него взгляд и, собравшись с духом, быстро поднялась, держа в руках коробку с грязным печеньем в руках.
– Зачем ты это делаешь? Самуэль, что с тобой происходит? – выкрикнула я, отчаянно пытаясь понять происходящее.
Самуэль, не удостоив меня ответом, вдруг выхватил коробку из моих рук. Я изумленно замерла. И он… выбросил ее в мусорку! Это стало последней каплей. Мое терпение лопнуло. Я не выдержала и со всей силы наступила Самуэлю на ногу. Сегодня на мне были туфли с небольшим каблуком, поэтому боль ему точно причинила. Самуэль, скорчившись от неожиданной боли, немного наклонился, и наши лица оказались совсем близко друг к другу. Собрав всю свою волю в кулак, я злобно прошипела:
– Больше никогда, слышишь? Никогда не смей ко мне приближаться, Самуэль Вилсон! Все, что было между нами до этого, – ошибка. А ты просто придурок, который играет с чувствами людей. Теперь мы просто незнакомцы. Ты мне противен! Я тебя ненавижу!
Но в самый миг триумфа я заметила, как насмешливый блеск в его глазах дрогнул, словно отражение в зыбкой воде, а самодовольная ухмылка потеряла прежнюю уверенность. Лицо его исказила гримаса ярости, желваки заходили ходуном. И эта мимолетная слабость стала для меня не просто победой, а лучиком надежды в кромешной тьме. Что-то во мне окончательно остыло. Я повернулась и пошла, куда глаза глядят. Все мои чувства разбились вдребезги, он сломал ихна мелкие кусочки. Больше не было смысла что-то доказывать или объяснять. Сквозь расступающуюся толпу я увидела Лиама и Алекса и их обеспокоенные взгляды, точнее фальшивое беспокойство. Они такие же как и Самуэль с Майклом просто притворяются хорошими.
Я шла, не зная куда, ноги сами несли меня прочь от этого места. Что делать дальше? Куда идти? В голове была лишь пустота. Я очнулась, когда увидела знакомую автобусную остановку. Домой? Наверное. Родители на работе, там всё равно никого нет. Но сейчас это казалось единственным вариантом. Бездумно запрыгнув в подошедший автобус который был практически пустой, я уставилась в окно. Пустой дом встретил меня тишиной и полумраком.
Я приехала домой. И забежала в ванную. Я стояла у раковины смотря на свое отражение. Я была вся в краске. Я сразу начала плакать. Почему он так поступил? Что с ним случилось за этот день? Что-то явно поменялось, это уже не тот прошлый Самуэль, которого я знала. Такие как они не меняются. Смыв с себя грязь и краску, я, обессиленная, упала на кровать. Физическая чистота не принесла облегчения – душевная боль разрывала на части. Я лежала, захлёбываясь слезами, пока не поднялась, как лунатик, и не села за стол. На меня смотрел плюшевый медведь – подарок Самуэля. Ярость захлестнула меня с новой силой. Я ненавидела его! Ненавидела за ложь, за предательство, за ту боль, что он причинил. Держа мишку в руках, я злобно комкала его, словно желая задушить в нём все воспоминания. Прямо над столом висели фотографии с той последней прогулки. На одной из них – мы с Самуэлем. Он смотрит на меня с такой нежностью, с таким участием… Как будто это был совершенно другой человек. А может, это был лишь хорошо сыгранный спектакль? В голове не укладывалось, как он мог так измениться. Или это просто проснулась его истинная сущность – та самая, которую он так тщательно скрывал? Он вернулся. Снова стал тем подонком, которым был всегда
Пальцы дрожали, когда я открыла телефон и уставилась на список контактов. В каждом имени, в каждом сообщении – его тень. Надо было покончить с этим раз и навсегда. Прокручивая экран, я нашла его имя и, не раздумывая, заблокировала и удалила его номер. Мгновенное, окончательное решение. Больше никаких переписок, никаких звонков, никаких напоминаний о нём. Я вычеркнула его из своей жизни. Навсегда.
***
На следующее утро я проснулась, словно после тяжёлой болезни. Каждое движение отдавалось мучительной болью во всём теле. Я не могла даже пошевелить ни рукой, ни ногой. Казалось, что все силы покинули меня, оставив лишь измождённое тело. В комнату вошла мама. Её лицо выражало привычную усталость и раздражение.
-Нейла, ты время видела? Ты в школу опаздываешь, – сухо констатировала она, даже не взглянув на меня. Затем, словно опомнившись, она посмотрела на меня, и присела на край кровати, обеспокоенно посмотрела на меня.
- Нейла, что с тобой? Ты совсем бледная! - встревоженно спросила мама, приглядываясь ко мне. - Ты плохо себя чувствуешь? - Она приложила ладонь к моему лбу и тут же отдёрнула руку. -у тебя жар! - Мама вскочила с кровати, охваченная паникой. - Так, быстро собирайся! Я позвоню на работу и скажу, что сегодня не приду. – Она торопливо помогла мне одеться, словно боясь потерять драгоценное время. Вскоре мы уже мчались в больницу. Я лежала на больничной койке, ощущая полную беспомощность. Рядом со мной сидела врач, внимательно смотрела на меня.
- Вероятнее всего, это всё из-за сильного стресса, – равнодушно сказала врач, даже не взглянув на меня. – Сейчас вот и температура поднялась. Так, дня четыре-пять точно придётся соблюдать строгий постельный режим. Обязательно пусть пьёт вот эти витамины для быстрого восстановления сил, – она указала на упаковку таблеток, лежащую на столе. – Наверное, эти ваши экзамены так повлияли… Уже были такие пациенты с похожими симптомами. Ничего серьёзного, просто переутомление.
Я лежала на больничной койке, глядя в потолок. Мама что-то оживлённо обсуждала с медсестрой, но их голоса казались далёкими и нереальными. Я просто хотела забыть всё, что произошло за эти ужасные дни, и провалиться в сон. Что ж, желание исполнилось и я уснула. Когда я проснулась мы с мамой отправились домой. Лечение продолжалось, но таблетки лечили лишь тело, а не душу. В школу я больше не собиралась. И на этот дурацкий выпускной тоже не пойду. Зачем? Что там делать? Притворяться счастливой? Нет, спасибо. Пусть другие радуются окончанию школы. Моя жизнь на этом закончилась. Скука заставила меня взять в руки телефон. Бессмысленно листая страницы в интернете, я вдруг наткнулась на сайт нашей школы. И тут же похолодела от ужаса. Прямо на главной странице – видео. Я, вся перепачканная краской, стою, как оплёванная, а потом… Майкл с мерзкой ухмылкой толкает меня, и я врезаюсь в стену. Смех за кадром. Меня выворачивало от отвращения. Я швырнула телефон на кресло, словно он обжёг мне руку. Я их ненавижу! Зачем они так поступили со мной? Никогда больше не позволю им испортить мою жизнь. И больше Самуэля я тоже видеть и слышать не хочу. Никогда.
__________________________________
Интересно все на этом и закончится? Или будет продолжение? Как считаете?