Глава 78
Для своей вечеринки, Джо снял небольшой клуб в центре.
Только войдя внутрь, Нина и Джун тут же окунулись в атмосферу праздника. Атмосферу веселья. Атмосферу восьмидесятых. Повсюду были разноцветные сверкающие лампы, стробоскопы, прожектора, неоновые вспышки, яркость, блеск и шик. Официанты в костюмах разносили интересные коктейли, а на стенах высвечивались постеры Лица со Шрамом, Крепкого Орешка, Терминатора, Сида и Нэнси, и других, популярных в восьмидесятые, фильмов. Людей было очень много, заставив Нину удивиться, откуда у Джо столько знакомых. Одни танцевали на танцполе в ярких, броских костюмах и с огромными прическами на голове. Над их головами крутился огромный диско-шар. Другие сидели за столиками, на которых, вместо привычных светильников, стояли лава-лампы различных цветов, с плавающим внутри парафином и блестками. Громкая, ритмичная и заводная музыка, завлекала в танец.
Лучи прожектора высвечивали танцпол золотым, рубиновым и изумрудным светом, в котором было видно поднимающиеся вверх клубы дыма. На сцене были инструменты, но не было обещанной Джун группы. Вместо этого, там за пультом стоял ди-джей, которому официанты постоянно подносили выпивку.
- Вот Джо расстроится. – Усмехнулась Нина, поправляя подол платья. – Никто не оделся в Спасателей Малибу.
- Это он тебе сказал про Спасателей Малибу? – Удивилась Джун.
- Нет. – Улыбнулась Нина. – Блондин... Говорил, что Джо грезит ими.
Джун насмешливо фыркнула.
- Пусть грезит. Мне нравится мой наряд. – Она провела руками по своему платью и крутанулась на месте.
Маленькие каблучки розовых лодочек цокнули и Джун расплылась в улыбке.
- Ну, привет. – Послышался гнусавый голос.
Нина и Джун обернулись.
Позади них, под руку стояли Синтия и Тофер.
На Синтии была розовая блузка, длинная юбка и элегантные коричневые сапоги. На плечах у нее была приталенная кожаная куртка кофейного цвета с рукавами формы «летучая мышь», собранными до локтя.
- Ну конечно, ты – принцесса. – С издевкой сказала Джун. – Разве ты могла бы выбрать иной образ...
- А ты, наверное, такая злая, потому что все забыли про твой день рождение? – Парировала Синтия.
Тофер и Нина с усмешкой переглянулись.
На Тофере были спортивные штаны с пятнами краски, длинный плащ на голое тело и высокие, синие найки Vandals.
- Что ты делаешь здесь с Клэр Стэндиш? – Усмехнулась Нина, глядя на друга. – Ты должен спасать Сару Коннор, разве нет?
Тофер рассмеялся.
- А ты должна лишать мальчишек невинности. – Сказал он, кивнув на наряд Нины.
- Лиза не лишила их невинности... – С некоторым сомнением заметила Нина. – Она их... Только наставляла.
- Мы обе нарядились как персонажи Молли Рингуольд. – Хмыкнула Джун глядя на Синтию.
- И что? – Спросила та.
Джун пожала плечами.
- Не знала, что у нас есть что-то общее.
Синтия фыркнула. Ее большие губы, накрашенные пудрово-розовым цветом, скривились.
- Пошлите за наш столик. – Поспешил сказать Тофер, заметив выражение лица подружки, прежде, чем она ответила бы какую-то колкость.
- А что нам обязательно брать их с собой? – По-детски обиженно спросила Синтия повиснув на Тофере.
Нина прыснула, а Джун закатила глаза.
Тофер многозначительно посмотрел на Синтию.
- Ну ладно-ладно. – Неохотно согласилась та, и потянувшись чмокнуть парня в щеку, послала Нине и Джун взгляд полный недовольства.
Они пробирались сквозь толпу танцующей молодежи в ярких и разнообразных нарядах, поражаясь тому, что каждый из них действительно выглядел так, словно воспользовался машиной времени и перенесся сюда из восьмидесятых годов прошлого века.
Парни и девушки в джинсах с высокой талией, лосинах из лайкры, боди, майках-борцовках, водолазках, кожаных пальто и куртках. В пышных юбках, топах и футболках с невероятными, пестрыми принтами. С огромными пластиковыми и позолоченными украшениями, начесами и ярким макияжем.
Когда они наконец пробились сквозь толпу танцующих к столику, за ним обнаружился Джо. Джун тут же кинулась обнимать его, а Нина присела рядом.
Тофер с Синтией приземлились на свои места, а Джун наобнимавшая своего парня, расселась у него на коленях, обняв Джо за шею.
На Джо были потертые джинсы, кроссовки, голубая майка без рукавов и голубо-белый бомбер. Перед ним стоял бокал с мартини, в котором плавала оливка, а Тофер и Синтия, судя по их наполовину пустым бокалам, пили Космополитен.
- Ну и как вам? – Гордо спросил Джо, оглядев друзей.
- Невероятно. – Покачала головой Джун.
- Действительно здорово. – Не могла не признать Нина.
- А коктейли могли бы нести и побыстрее. – Фыркнула Синтия.
- Давай я сам сгоняю.
Джо поднялся на ноги.
- Нет-нет, я схожу... – Начал было Тофер, но Джо остановил его.
- Вы ж мои гости, чуваки. – Улыбнулся он. – Так что будете пить?
- Мне еще Космополитен. – Заявила Синтия. – Два! – Она самодовольно улыбаясь, показала Джо два пальца.
- Без проблем. – Улыбнулся Джо.
Нина оглянулась и огляделась.
Странно, Джо здесь, а Лэндона нет. Они ведь лучшие друзья, а Джо тусуется с Синтией и Тофером, вместо блондина... Хотя, может быть блондин занят со своей новой подружкой?
Нина нахмурилась, поворачиваясь обратно за стол и невольно следя за большим, малиновым пятном парафина, плавающем в лампе.
- Нина! – Окликнул ее Джо.
- А? – Выпала из ступора Нина, подняв взгляд на Джо.
- Что пить будешь, говорю? – Поднял брови тот.
- А, да. – Опомнилась Нина. – Можно мне... – Она призадумалась, а затем улыбнулась. – Гранатовый сок.
Джо хмыкнул.
- Мы в клубе, а ты берешь сок? – Изогнул брови он. – Я для кого бухлишко покупал-то?!
Нина виновато улыбнулась, а Джо тяжело вздохнул.
- Сразу видно, что вы брат и сестра...
- Чего? – Нина подняла голову.
- А? – Джо уже собиравшийся идти в бар, оглянулся. – Я говорю Лэндон с тех пор как приперся только и делает, что хлещет этот дурацкий гранатовый сок.
- Так он здесь? – Удивилась Нина.
Синтия с ухмылкой покосилась на нее, но предпочла промолчать.
- Конечно, он здесь! – Рассмеялся Джо. – Разве Лэндон пропустит вечеринку, на которой хотел... – Он осекся, глядя в недоумевающее лицо Нины. – Выпить... – Широко улыбнулся Джо. – Не важно. Я пошел, закажу напитки. – Он чмокнул Джун и быстро испарился.
- Что он хотел сказать? – Нина посмотрела на Джун.
- Понятия не имею. – Призналась та.
- Лавы-лампы такие клевые. – Заявила Синтия, привлекая внимание к себе.
Она наклонилась вперед и длинным острым когтем, постучала по лампе.
- Парафин – не рыбы. – Фыркнула Джун. – Он не отреагирует.
Синтия передразнила ее.
- Я не уверен, что лавы-лампы были популярны в восьмидесятых... – Заметил Тофер.
- Конечно были. – Кивнула Джун.
- Не-а. – Сказала Нина, наваливаясь на стол. – Популярность к ним пришла в середине шестидесятых, держалась в семидесятых, а в восьмидесятых они популярны не были. Популярность вновь вернулась к ним в девяностых.
Синтия показательно зевнула и улыбнулась, когда заметила взгляд Нины.
- Просто факт. – Сказала Нина.
- Заказала бы ты себе Секс На Пляже, вместо сока. – Фыркнула Синтия. – Уверена, когда ты выпьешь, с тобой будет гораздо веселее. – Гнусно улыбнулась она.
- Не помню ни одного раза, что б Нина напилась. – Улыбнулся Тофер. – А ты? – Он посмотрел на Джун.
Джун задумчиво хмыкнула.
- Пытаюсь припомнить...
- Ничего не выйдет. – Широко улыбнулась Нина. – Потому что я – никогда не напивалась.
Она мысленно порадовалась, что Джо ушел за напитками, иначе он бы точно вспомнил ее неудачную попытку стриптиза на вечеринке в его доме, откуда ее увез Лэндон, и конечно припомнил бы тот случай, когда блондин напоил ее до такого состояния, что она даже не поняла, как они оказались у Джо.
- Ну и чем тут гордиться? – Фыркнула Синтия. – Когда твои дети спросят тебя, что ты им расскажешь, м?
- А по-твоему, я должна буду рассказать им «пьяную» историю? – Прыснула Нина.
- В качестве предостережения. – Важно заметила Синтия. – Чего не надо делать. – Она лукаво улыбнулась. – Например танцевать на столе, пытаясь стянуть с себя свитер...
Заметив взгляд Нины, Синтия подмигнула ей, и Нина вздрогнула.
Ну конечно же Синтия была на той вечеринке, ведь они с Джо приятели.
- Думаю... Чисто теоретически... Если бы кто-то по пьянее танцевал на столе, он бы не хотел, чтобы об этом вспоминали. – Выразительно посмотрев на нее, сказала Нина.
- Может тогда этому кому-то стоит немного выпить и расслабиться? – Поинтересовалась Синтия.
Тофер и Джун недоумевающи переглянулись.
- Вы вообще о чем? – Спросил Тофер, поочередно посмотрев на Синтию и Нину.
- Ни о чем, пупсик. – Синтия чмокнула его в щеку и стерла помаду, которой заляпала Тофера. – Где уже Джо с нашими напитками? – Фыркнула она, вытягивая шею и пытаясь разглядеть Джо у бара.
- У меня есть это... – Джун вытащила из сумочки фляжку.
Глаза Синтии загорелись.
- Водка? Текила? Бурбон? – Жадно поинтересовалась она.
- Бурбон. – Самодовольно улыбнулась Джун.
Синтия потянула руку за фляжкой, но Джун отодвинула свою руку. Синтия обиженно взглянула на нее.
- Признай, что ты сучка и я дам тебе выпить. – Заявила Джун.
Нина прыснула.
- Джун, ну зачем... – Добродушно начал Тофер.
Но, Джун и Синтия не сводили друг друга глаз.
- Ладно. – Сквозь зубы ответила Синтия. – Я – сучка. – С какой-то невероятной, необъяснимой гордостью в голосе произнесла она.
Нина и Джун переглянувшись рассмеялись.
- Теперь ты дашь мне выпить? – Недовольно поинтересовалась Синтия.
Джун протянула ей фляжку.
- Спасибо. – Жеманно ответила Синтия, приникая к ней.
- Там Blondie играет, не хочешь потанцевать? – Предложила Нина Тоферу.
Тофер не успел ответить, как Синтия возмущенно фыркнула.
- Ты что клеишь моего парня, Эльсгард? – Прищурилась она.
- А ты ревнуешь? – Улыбнулась Нина.
- Да. – Синтия надула губки, посмотрев на Тофера и насмешив всех.
- Знаете что... – Сказала Джун. – Скоро будет выступать группа, я хочу их послушать, так что давайте выпьем до начала.
Она взяла фляжку у Синтии и сделав большой глоток, протянула Тоферу. Тот тоже сделал глоток и вопросительно посмотрел на Нину.
- Эльсгард, не будь занудой! – Заканючила Синтия.
- Ладно-ладно, черт с вами! – Нина взяла фляжку, делая пару глотков и морщась.
- У меня вопрос... – Тофер оглядел девушек. – Если бы это правда были восьмидесятые то...?
- А что бы ты сделал? – Улыбнулась Нина.
- Я? Я бы отрастил волосы и стал глэм-рокером. – Заявил Тофер, рассмешив всех.
- Я знаю, что сделала бы Синтия. – Усмехнулась Джун. – Стала бы группи.
Тофер и Нина залились смехом.
- Пошла ты! – Синтия скомкала салфетку и запустила ею в смеющуюся Джун. – Если бы это были восьмидесятые, я бы стала актрисой! – С важностью сказала она.
- Фильмов для взрослых? – Давясь смехом, уточнила Джун.
Синтия оскорблено посмотрела на нее.
Нина и Джун прыснули, а Тофер с теплотой посмотрел на Синтию.
- По-моему это было бы здорово. – Заметил он.
Синтия поймала его взгляд и мгновенно переменилась в лице. Улыбнулась в ответ, совсем не типичной для нее улыбкой: мягкой, доброй... В этот момент, Нина вдруг поняла, что у этих двоих и вправду были чувства друг другу. Не заметно для самой себя, она улыбнулась, глядя на них.
- Я бы сыграла «принцессу» в Клубе «Завтрак», Сару Коннор в Терминаторе... – Принялась перечислять Синтия. – Эллен Рипли в Чужом и Чужих, жену главного героя в Бездне... О, и еще в Рейчел в Телохранителе. Нет, погодите... Телохранитель же был в 90-х, так?.. Хотя какая разница, я бы выскакивала с самолета и целовалась с молодым Кевином Костнером под «I Will Always Love You», в моем исполнении!!! – Горячо закончила она, смеша друзей.
- Ну, а что ты? – Спросила Нина, посмотрев на Джун.
- Ммм... – Задумчиво протянула та, делая еще глоток из фляжки. – Стала бы шить модную одежду и запретила бы эти жуткие плечики! – Смеясь сказала она. – А ты?
- Вышла бы за Пера Гессле из Gyllene Tider, а потом бы поехала с ним в мировой тур Roxette. – Улыбнулась Нина. – Не знаю... – Пожала плечами она. – Наверное, просто наслаждалась бы жизнью. Ходила бы на концерты групп, которые уже распались. Или на премьеры фильмов, которые сейчас считаются классикой. Общалась бы с людьми, которых сейчас уже нет, и надеялась бы, что когда-нибудь Джон Кьюсак появится с бумбоксом и под моим окном.
Не успела она договорить, как запыхавшийся Джо подскочил к их столику с подносом и поставив его, сбивчиво сказал:
- Мне надо... Я скоро...
И испарился в толпе.
- Куда это он? – Удивилась Синтия.
- Может, в туалет захотел. – Усмехнулась Джун.
Они разобрали бокалы, но прежде, чем успели попробовать коктейли, перестала играть музыка. На сцену упал широкий луч прожектора, и перед стойкой с микрофоном появился Джо. Он щурился, и держал руку козырьком у лба.
Нина вопросительно посмотрела на друзей, но те тоже выглядели удивленными.
- Вы наверное знаете меня, как хозяина этой потрясающей вечеринки! – Без доли скромности заявил он, заставив толпу ответить ему положительным возгласом. – Но помимо того, что я отличный организатор праздников, я еще и басист в не менее потрясающей группе!
Нина краем глаза заметила ухмылку Джун.
Она напрягла мозги припоминая вечеринку в доме Джо, на которую ее затащила Кэрри и вдруг пришло осознание.
- Он же басист в группе... – Начала было Нина.
Но голос Джо, эхом прокатившийся по залу, заглушил ее слова:
- Леди и Джентльмены – The Boys of Summer!!!
Нина подозрительно оглядела друзей.
- Вы это подстроили?! – Поинтересовалась она.
- The Boys of Summer? – Неубедительно удивилась Джун. – Первый раз слышу. Не знала, что Джо играет с ними. А ты? – Она посмотрела на Тофера.
Тофер тоже отрицательно помотал головой.
- А я знала. – С нахальной улыбкой заявила Синтия.
Зал тем временем взорвался аплодисментами, а на сцену вышли остальные участники группы, включая высокого, светловолосого вокалиста, который держал в руках акустическую гитару.
На Лэндоне была однотонная футболка и клубный пиджак Джорджо Армани. Льняные брюки и мокасины на голую ногу. Солнцезащитные очки Рэй-Бэн, застряли в его непослушных, вьющихся волосах.
- В кого это он нарядился? – Поинтересовалась Синтия.
- Санни Крокет. – Не отрывая взгляда от Лэндона, ответила Нина: – Полиция Майами.
Синтия недоумевающи посмотрела на Тофера.
- Его Дон Джонсон играл. – Сказал тот. – Игру GTA: Vice City построили на этом сериале.
- Мой кузен Макс обожает Дона Джонсона. – Хмыкнула Джун. – Он намного старше меня и моих сестры с братом, и сидел с нами в детстве, заставляя нас смотреть свой любимый фильм «Харлей Дэвидсон и ковбой Мальборо». – Джун смеясь закатила глаза. – Боже, я просто ненавидела Дона Джонсона и Микки Рурка! И Макса заодно!
- Ааа... – Протянула Синтия. – Дон Джонсон, это отец той телки, что в «Пятьдесят Оттенков Серого» играет. – Кивнула она.
Джун передернуло.
- А я только начала верить, что тебе нравятся нормальные фильмы... – Притворно вздохнула она.
- Опять на меня наезжаешь?! – Вспыхнула Синтия.
- Тише, милая... – Мягко шепнул Тофер.
Но Нине было не до разворачивающейся за их столом драмы. Она продолжала смотреть на Лэндона.
- Не парьтесь. – Дружелюбно сказал тот в микрофон. – Мы сыграем только одну песню и вернем вам музыку восьмидесятых.
Толпа одобрительно загалдела.
- Ты знала. – Кивнула Нина, обращаясь к Джун, но по-прежнему глядя на сцену. – Вы все знали.
Тофер и Синтия переглянулись улыбнувшись друг другу, а Джун беззастенчиво скалясь, приложила палец к губам и указывала на сцену.
- Тс-с.
- У нас для вас есть кавер одной мало известной, но отличной песни. – Сообщил Лэндон. – Сегодня в зале присутствует моя сестра. – Он вдруг указал прямо на Нину.
Считавшая, что он ее не видит, Нина вздрогнула и неловко улыбаясь, собиралась сесть пониже, но не тут-то было. Не успела она сдвинуться с места, как ее высветил прожектор.
Щурясь, Нина прикрыла глаза рукой.
- Вот козел. – Пробормотала она, понимая, что все на нее пялятся.
- Песня называется «Little Sister». – Объявил в микрофон Лэндон, доставая медиатор и проходясь им по струнам, добавил: – И она для моей сестры.
Нина ощутила как что-то екнуло в животе и у нее захватило дух. Наверное, было глупо отрицать, что это и есть пресловутые «бабочки». Ее бросило в дрожь, а Лэндон вдруг улыбнулся ей, заставив вздрогнуть. А затем он заиграл и запел.
Говорили всегда,
Что мы с тобой брат и сестра.
Но, мыслили обоюдно –
Ничто в жизни, не давалось так трудно.
Сегодня, все обещания нарушу,
Не пущу пустоту в свою душу.
И вечером, прекрасным одним,
Давай новые обещания друг другу дадим.
Он пел глядя на Нину, то с тоской, то нежно улыбаясь ей, но не отрывая от нее глаз. И Нина не отрывала глаз от Лэндона, пока на ее губах расплывалась растроганная улыбка. Он пел, и на это мгновение, весь остальной мир перестал существовать. Был только блондин, его голос, гитара и его янтарные глаза...
Мы в игры играли,
Но, кто победитель – всего лишь детали.
Смеялись и лгали,
Что другие, печалей не знали...
Нина вдруг вспомнила, как они с Лэндоном застряли в лифте. Как было холодно внутри кабины, и как крепко блондин обнял ее, чтобы согреть. Нина неуклюже жалась к нему, чувствуя неловкость, но именно тогда, она осознала, что его объятия были действительно приятными. Даже несмотря на то, что блондин был весь вспотевший.
- Я горячий. – С ухмылкой похвастался тогда он. – Так?
- Горячий. Как бабушкина грелка. – Рассмеялась в ответ Нина.
- Тупица. – Добродушно усмехнулся Лэндон.
От него пахло сладким, ванильным, коричным, мандариновым... А он сам опустил подбородок ей на макушку, заявив, что от нее пахнет колбасой.
- Я знаю. – Улыбнулась в ответ Нина.
- Из-за тебя мне кушать захотелось. – Пожаловался Лэндон.
- В журнале есть пакетик семян кошачьей травы, можешь поесть.
- Су-у-пер! – С поддельным энтузиазмом, но добродушно протянул Лэндон.
Какое-то время они просто молчали, и Нине начало казаться, что она засыпает. Лэндон тоже засыпал. Он начал сипло мурлыкать под нос какую-то мелодию, время от времени, пропуская звуки.
- Ты поешь себе колыбельную? – Шепотом поинтересовалась Нина, подняв голову.
Ее щека все еще лежала на груди Лэндона и она чувствовала, как бьется его сердце.
- Ммм... – Лэндон убрал ее волосы, попавшие ему в рот. – Тебе. – Сонно отозвался он.
Нина улыбнулась, ничего не ответив. Она вдруг почувствовала себя особенной.
Блондин засыпал, но кое-как сквозь сон мурлыкал песню... Для нее...
Сегодня, все обещания нарушу,
Не пущу пустоту в свою душу.
И вечером, прекрасным одним,
Давай новые обещания друг другу дадим. *
Музыка еще не кончилась, но Лэндон уже допел.
- Я скучаю по тебе, Мазарин. – Громко и беззастенчиво вдруг сообщил он в микрофон, глядя на Нину глазами щеночка.
Так же на нее смотрел только Макфлай, когда просил добавки, виляя при этом хвостиком и поскуливая.
- Каждый день, что ты не рядом, я так скучаю по тебе, что дышать больно. – Без доли сарказма заявил Лэндон, положив руку себе на грудь.
Нина обернулась к Джун, подозрительно посмотрев на подругу, но та вместо слов, толкнула ее из-за стола.
- Иди к нему, дура! – Воскликнула она.
Нина перевела взгляд на Тофера и Синтию.
- Иди. – Улыбнулся Тофер.
- Вперед, Эльсгард. – Улыбнулась Синтия. – Всем бы такого брата...
Нина обернулась, вновь глядя на Лэндона. Прожектор высвечивал его и ее.
Лэндон улыбнулся и видя ее нерешительность, вновь поднеся микрофон к губам, добавил:
- Да, я полный дебил, и полный лох... – Развел руками он. – Но я влюбился в свою сестру. И не могу без нее жить.
Толпа тут же отреагировала на него, а Нине показалось, что земля ушла из-под ног. Голова закружилась и она была готова рухнуть в обморок... Ровно до тех пор, пока Джун не пнула ее под зад.
- Эй... – Нина с возмущением обернулась.
- Иди к нему, тупица! – Хором воскликнули Джун, Тофер и Синтия.
- А-то я вылью на тебя коктейль, Эльсгард! – Пригрозила Синтия подняв бокал.
Нина рассмеялась и приложив руку к губам, обернулась к Лэндону. Казалось, все происходящее, на самом деле происходило во сне. Но это было наяву.
Она убрала руку от лица и направилась к нему. Луч прожектора последовал за ней, и толпа расступалась, пропуская ее к сцене. Кто-то даже аплодировал...
Лэндон снял гитару и направился к ней на встречу. Нина вскочила на сцену и Лэндон поймал ее в свои объятия.
- Это правда, блондин? – Отстранившись спросила Нина.
- Что я дебил? – Улыбнулся Лэндон.
Он согласно покачал головой, а Нина рассмеялась, хотя в ее глазах уже почти стояли слезы.
- Ты можешь обойтись без своих тупых шуток хотя бы один раз... – Покачав головой, взмолилась она.
Лэндон широко улыбнулся.
- Вот тебе вся правда... – Сказал он, выставив перед Ниной ладонь. – Гляди. – Лэндон кивнул на свою ладонь. – Моя «подружка» Кэсси просила меня помочь ей с цветами для ее девушки, на день влюбленных. – Лэндон загнул первый палец, и улыбнулся, заметив удивление на лице Нины. – Я хотел поцеловать тебя в Швеции. На крыльце под омелой. Я почти сделал это... – Он загнул второй палец, получая удовольствие от реакции Нины. – Да, я люблю эти чертовы мазарины, ох, и этот миндаль в них... Боже... – Лэндон закатил глаза в удовольствии, а затем, загнул третий палец, улыбаясь смеющейся Нине.
- Я так и знала, блондин! – Воскликнула она, хлопнув его по груди ладошкой.
Лэндон вздохнул и загнув четвертый палец, едва слышно прошептал:
- Я – шатен. – Он стрельнул глазами по сторонам. – Никому ни слова!!!
- Ты серьезно?! – Смеясь прошептала Нина, глядя на Лэндона и не в силах оторвать от него взгляд.
И хотя их высвечивал прожектор, свет, что был в Лэндоне заставлял его гореть и светится и без всяких прожекторов.
- И что же пятое?! – Не в силах удержаться от улыбки, спросила Нина.
Лэндон улыбнулся глядя на Нину с таким теплом, с каким кажется не смотрел еще никогда прежде.
- Я люблю тебя. – Без доли сарказма, сказал он. – И далеко не так, как брат любит сестру.
Нина улыбаясь отвела глаза в сторону, и Лэндон заметил, что по ее щеке сбежала слеза, которую она тут же смахнула. Он рассмеялся.
- Ну, и чего ты плачешь, глупый Мазарин? – Умилившись поинтересовался он, проведя пальцами по щеке Нины.
Нина посмотрела на него и улыбнулась, чувствуя дрожь во всем теле.
- Блондин, я... – Начала было она, а затем осеклась и рассмеялась. – Блин, а я ведь так и знала! Да, черт возьми! Я знала, что ты красишь свои пергидрольные...
Но Лэндон не дал ей договорить, притянув ее за шею и впившись в ее губы поцелуем. Нежным, но пылким, ласковым, но уверенным. Поцелуем наполненным желанием и любовью. Сводящим с ума и заставляющим все эмоции вспыхнуть как фейерверк и гореть. Толпа разразилась аплодисментами и криками.
Оторвавшись от губ Нины, Лэндон чмокнул ее в нос и рассмеявшись, подхватил, закружив.
Услышав что-то в толпе, он схватил микрофон, и смеясь, добавил:
- Не-не-не, я не извращенец! Она мне не родная сестра!
Он увидел как это насмешило Нину и отбросив микрофон, вновь обнял ее, закрывая глаза и пряча лицо в ее волосах.
- Ты пахнешь потом, шатен. – Рассмеялась Нина, чуть отстранившись и заглядывая в лучистые глаза Лэндона.
Лэндон рассмеялся.
- А ты – салями, Мазарин. – С любовью сказал он, вновь обнимая Нину.
* Jean-Philipe Verdin – Little Sister