Chapter 46
Когда я открыла глаза, то рядом не было привычной пустоты и таких надоедливых стен. Несмотря на то, что время было чуть больше восьми утра, я отлично выспалась, так как мне ночью потребовалось пару секунд, чтобы уснуть. Я настолько истосковалась по теплу его тела, что мы практически не давали друг другу передышки, и сейчас мне не хочется выбираться из теплой постели, а просто нежиться в утренних лучах солнечного света. Солнце уже совсем не греет, но светит так ярко, словно сейчас уже июль, а не декабрь. В Далласе всегда тепло, и я даже зимой не надеваю шапку. Осадки выпадают редко, хотя мне так хочется снега. Много снега в Рождество, и когда-нибудь мы с Китом на Рождество уедем в такое место, где снега будет по колено, и тогда я почувствую настоящее Рождество. Ведь в Хьюстоне тоже не выпадает много снега, хотя там прохладней, чем в Далласе, поэтому я буду уговаривать его поехать на Рождество в снежный рай.
Я обнимаю Кита за спину, а он недовольно стонет. Я знаю, как он любит подольше поспать, но я не могу сейчас его не беспокоить, потому что жутко соскучилась по его улыбке и по его угрюмости, когда я бужу его с утра. Но мне так нравится это, и когда-нибудь Кит прибьет меня за такую дурацкую привычку.
- Мне тебя сильнее выматывать, чтобы ты поспала хотя бы до 10, Лили? – пробурчал Кит, не поворачиваясь ко мне. – Или давать тебя успокоительное?
- Не дуйся, - я слегка укусила его за плечо, от чего он поежился. – Я просто соскучилась.
- Я вот тоже соскучился, но я так мечтаю выспаться, - он наконец-то повернулся ко мне, крепко обнимая. – Доброе утро, принцесса. Но если так будет каждое утро, я буду подсыпать тебе успокоительное, помяни мое слово.
Я лишь рассмеялась на этом, продолжая лежать в его теплых объятиях, которые заменяли мне одеяло.
- С тебя завтрак, я устал сам себе готовить, - я усмехнулась, выбираясь из его объятий. – Родители ничего не сказали, когда ты объявила, что поедешь ко мне на ночь?
- Нет. Папа просто сказал, чтобы я была осторожной и всегда думала головой. Это самое главное.
- Кстати, насчет твоей головы, - он приподнялся на локтях, смотря на меня своим сонным взглядом, - Ты уверена, что ты хочешь пойти к врачу уже в Хьюстоне?
- Да, - твердо ответила я, потирая глаза кулачками. – Это просто мигрень от переживаний и эмоций, я не думаю, что атм что-то серьезное. Потеря аппетита тоже относится к этому, да и тошнота главный признак мигрени.
- Это да. У меня мама страдает такой фигней, и я вижу, как она постоянно пьет таблетки, чтобы ее просто не тошнило.
- А я познакомлюсь с твоими родителями? – заинтересованно спросила я, чувствуя, как его взгляд пронизывает меня, пробираясь к самому сердцу.
- Конечно. Без этого никак.
Утро было таким, словно мы снимаем романтический фильм, только наша съемка не окончится сегодня. И выглядит это все так нереально, хоть и не всегда идеально. Мы можем с ним повздорить, и даже в его отсутствие мы порой ругались и обижались друг на друга, но это нельзя назвать плохими вещами в отношениях, ведь не ругаются только дураки, или те, кто не любит друг друга. Я всегда была такого мнения, и придерживаюсь ему до сих пор.
Пока Кит нежился в душе, я приготовила нам чай и подарила яйца, подумав над тем, что ему нужно поехать за продуктами. Когда мы будем жить вместе, эта ответственность переляжет на мои плечи, но я люблю ходить по магазинам, конкретно по продуктовым. Выбирать вещи это пытка, и в этом я убедилась, когда выбирала всем подарки. Черт, совсем скоро нужно будет вручать друг другу подарки и получать их, и это очень волнительное событие, а для меня это словно впервые. Когда родители развелись, у нас не было крупного Рождества и этой торжественной части, когда вручают подарки, и за три года я успела от этого отвыкнуть. Думаю, с Китом у нас будет все также торжественно, когда мы останемся вдвоём, в своём маленьком мире внутри Хьюстона.
Кто бы мог подумать, что депрессия отступит лишь благодаря парню из социальных сетей. Могла ли я сама подумать об этом, когда впивалась ногтями в собственную кожу, да и было ли мне дело для любви? После расставания с Коди я считала, что сейчас не время влюбляться, ведь я пыталась не причинить боль себе, а в отношениях нужна забота и о своей половинке. Я не была к этому готова, но сейчас... сейчас все по-другому, и я не устану повторять то, что Кит перевернул мою жизнь с ног на голову. Если бы у меня было много знакомых, в части и девушек, то они говорили бы мне, что я глупая, и только и делаю, что говорю о своём прекрасном парне, но это не так, потому что я бы не говорила о нем, а думала. Много думала. Даже Цветочек иногда обижается, что я не всегда рассказываю ей про Кита, но и с другой стороны она понимает меня. Я рассказываю ей что-то поверхностное, а какие-то личные темы и личные ситуации я сама не осознаю, что уж говорить о том, чтобы рассказать это кому-то... Все придёт со временем. Мое время наступает.
- О чем задумалась? – Кит обнимает меня сзади слегла влажными руками, а я вздрагиваю от резкого нарушения моих мыслей. Он это заметил, крепче меня обнимая. – О чем думала?
- О своих проблемах... о том, что депрессия прошла так быстро и почти безболезненно, словно я прошла курс лечения с хорошим врачом.
- Любовь – прекрасное лекарство, милая, - он подмигнул мне, когда сел напротив меня. Мы не ходили по дому полуголые, как это показывают на экранах, хотя, Кит частенько не даёт мне одеваться.
У нас все не так, как на экранах. У нас лучше.
***
Завтра Рождество. Черт возьми, я даже не заметила, как быстро пролетело время. Я упаковываю последние подарки, попутно собирая остатки своих вещей, пока Кит выбирает подарки и договаривается по телефону с людьми, которые будут загружать наши вещи. Они увезут их раньше, чтобы в день нашего приезда они уже были в квартире. Удобная вещь, кстати.
- Марта придёт завтра на рождественский ужин, - Макс зашёл в комнату, и, Боже, как же хорошо, что его подарок уже был упакован, остался только для Кита, который состоял из двух частей. – Ему понравится.
- Буду рада познакомится с ней, - я прикусила губу, пытаясь заклеить ненужные выступы. – Я знаю, что он примет любой мой подарок как за самый лучший, потому что сам так сказал, но я все равно волнуюсь. Я словно отдаю ему часть своей души.
- Разве ты не отдала ее уже? – Макс усмехнулся, и я подхватила. А ведь он прав. Отдала уже...
Первая часть подарка состояла в электронной рамке, где фотографии чередовались с фразами, которые мы часто друг другу говорили, и которые я хочу говорить ему как можно чаще. Там были не только наши фото, но и фото с его профиля с семьёй, с друзьями, с любимой собакой, которая сейчас у родителей. В общем получилось около 70-ти фотографий и больше 20 фраз, которые будут появляться меж фотографий.
А вот вторая часть... Никто не знал, что я время от времени писала дневник, в котором прятались мои сокровенные мысли и послания демонов для меня... так вот, я вырвала оттуда некоторые листы, где было все слишком ужасно, а на их места лепила скриншоты наших первых сообщений, и по ним было видно, как развивались наши с ним отношения. Многие записи я оставила, особенно те, где я писала про появление в моей жизни парня, который должен скоро уйти, поняв, с кем имеет дело. Последний скриншот содержал новость о его победе, а предпоследний был о том, когда он сказал, что хочет увидеть меня... Не знаю, насколько это растрогает его, но меня однозначно. Я пшикнула на вещи духами, завернув в красивую бумагу каждый подарок, а их вместе положила в одну коробку.
- Точно понравится, - Макс приобнял меня за плечи, показывая темно-алый шарф и коробку с духами. – Это для Марты.
- Ух ты, - это была чёрная реакция. Шарф казался мне замечательным, и Макс очень хорошо выбрал цвет. – А это понравится ей.
Ей, правда, понравится. Марте повезло с Максом, и я это понимаю, как никто другой.