Глава 26
*Кармэлла*
Было уже два часа ночи, когда я уложила Джейка и сидела на кровати, рассматривая свои подарки. Они все были прекрасны и все были безумно дороги для меня. И слово «дороги» здесь в двух смыслах. Понятия не имею, как я буду уживаться с этими предметами, потому что ни Фальконе, ни Скудери обратно их не возьмут. Они меня даже слушать не станут.
Раздался стук в дверь.
— Войди, Массимо, — прошептала я, уже зная, кто это.
— Как ты узнала, что это я? — он вошёл в комнату с улыбкой на лице.
— Твоя комната к моей ближе всех. Да и ты единственный кто стучит. Девочки в мою комнату врываются, парни здесь не ходят, а взрослые так тем более.
— Как ты уже выучила нас, — парень усмехнулся и подошёл к кроватке, в которой мирно спал Джейк. — Почему он так мало болтает? — я усмехнулась и перевела взгляд с кровати, на которой были подарки, на племянника, умиляясь его щечкам.
— А ты хочешь, чтобы он тараторил так же, как Франческа?
— Увольте! — воскликнул шепотом парень и тихо рассмеялся, в упор смотря на меня. — Ты чего не спишь?
— Не могу отойти.
— От чего?
— От подарков, от твоего особенно, от дня в целом! Это было волшебно, спасибо вам огромное, — прошептала я и улыбнулась парню. Желание обнять его выросло в разы, но я это сегодня уже делала и не раз...
— Каждый твой день рождения с этого момента будет лучше предыдущего, — Массимо закрыл глаза и кивнул головой, намекая, что так оно будет всегда. Хоть я в это и не верила.
— Не забывай, что скоро я накоплю на квартиру и съеду от вас, — я подмигнула ему.
— Никуда ты не съедешь, девочка, — он лёг на мою кровать, положив руки под голову, — и снова на глаза попадается его прекрасно накаченное тело с татуировкой на левой руке.
— Откуда такая уверенность? — я наклонилась к нему, продолжая шептать. Если этот умник разбудит мне Джейка, то будет его укладывать сам.
— Начнём хотя бы с того, что у нас в запасе есть ещё несколько месяцев, чтобы влюбить тебя в нас, — он подмигнул мне и поднялся на ноги, сверкая своей второй татуировкой передо мной. — Спокойной ночи, Кармэлла.
— Спокойной, — прошептала я, смотря ему в след.
— И да, — он остановился в дверях. — Перестань переживать на счёт количества подарков. Они по праву твои, — он улыбнулся и закрыл дверь.
Мой телефон начал вибрировать на кровати. Я нехотя перевела взгляд с двери на дисплей телефона и застыла. Он все продолжал и продолжал звонить, а имя человека продолжало высвечиваться.
Я знаю, зачем он звонит, но слышать не хочу. И все же я беру трубку.
— Привет, Кармэлла, — раздаётся грубый голос на конце провода и на глаза уже наворачиваются слёзы. Зачем я только подняла трубку?
— Здравствуй, отец.
— С днём рождения, дочка, — последнее было явно лишним. Я никогда не была их дочерью, а они настоящими родителями. Он мог вообще не звонить, я бы не расстроилась, ведь так он и моя мать поступали шесть лет, верно?
— Спасибо, — сухо ответила я, не желая продолжать этот разговор.
— Как дела?
— Пока, отец, — я скинула звонок, пытаясь унять дрожь в теле.
Ну и как мне теперь заснуть?
*Массимо*
Две недели.
Столько времени у меня не вылетает из головы день рождения Кармэллы и ее счастливое лицо, которым она пользовалась на постоянной основе ещё три дня. Семья Фальконе спокойно выдохнула, как только Мия приехала за сыном и подарила нам тишину. Но я так же спокойно, как и все остальные, выдохнуть не смог.
Исчезла только одна проблема - Джейк. Но вторая осталась - Кармэлла.
Какой день я не могу перестать думать о том, что теперь домой надо покупать не только шоколадное с клубничным мороженое, но и с бабл-гам. Какой день я не могу перестать чувствовать в каждом уголке комнаты аромат любимых духов Кармэллы. Какой день я не могу пройти мимо библиотеки, не ожидая там увидеть Руссо. Какой, по счету, чертов день я не могу выкинуть девушку из головы. И это неудивительно, ведь я вижу ее буквально каждый день. Подвожу ее до работы каждый день. Я вижу ее постоянно и это сносит мне голову.
Раздался стук по двери в мой кабинет.
— Войдите, — стоило мне вернуть взгляд к бумагам, как раздался наигранный кашель. Мне даже не надо была пытаться понять, кто это. — Анджелина, ты не вовремя, — я осушил залпом рюмку с виски и налил себе ещё.
Работа - единственное, что меня спасает в дни, когда я зацикливаюсь на чём-то одном. Сейчас это Кармэлла.
— Фальконе, ты ахринел? — я изогнул свою бровь, поднимая взгляд на девушку, которая была моей любимицей в этом клубе.
Анджелина мастер своего дела, и без рвотных рефлексов.
— Я сказал тебе, ты не вовремя. Уходи, — мой стальной голос, который я вырабатывал лет с семнадцати, снова вошёл в строй и я мог использовать его направо и налево.
Я совершенно забыл, как им пользоваться за этот месяц. За месяц, а может и больше, который провёл с Кармэллой.
— Хэй, посмотри на меня, — девушка подняла мою голову, тем самым заставив отвести глаза от бумаг, направляя их на свои зелёные, буквально изумрудные.
Они не золотые.
— Массимо, ты сам не свой, — она села на стул и наблюдала за мной испуганными глазами.
— С чего ты решила, детка.
Детка. Не девочка.
— С того, что ты никогда на меня так не реагировал, — девушка успокоилась и устроилась на стуле поудобнее, испепеляя меня взглядом. — Я тебя больше не возбуждаю?
— Ты несёшь чушь, — я встал со своего места и опрокинул в себя...какую по счету рюмку? Шестую? Седьмую? Неважно.
— Массимо, я уехала из города на три месяца. Я знаю, что я твою любимица. Не думаешь, что это странно?
— Что именно? — я потёр переносицу и взял бутылку, отодвинув к черту стакан в сторону.
— Что ты не набросился на меня, как только я вошла? — ее слова ввели меня в небольшой ступор. Доля истины в них была.
Анджелина часто уезжала к родным, которые знать не знали, об источнике ее заработка. Она могла спокойно находиться рядом с семьей и не беспокоиться, что встретит клиента.
Такие поездки у неё случаются раз шесть-семь за год, но не на долго. Не больше недели. И я постоянно накидывался на неё, как голодное животное. Первым делом опуская на колени. А сейчас прошло целых три месяца...
Переведя взгляд с пола на девушку, я прищурился.
— К чему ты клонишь?
— По-моему я говорю совершенно понятным языком, Фальконе, — она наклонилась вперёд. — Ты нашёл себе новый предмет обожания, и он точно превзошел меня.
Я стукнул бутылку о стол, ставя ее на место.
— Иди проспись, Анджелина. Ты не думаешь, что говоришь, — я снова взял бутылку в руки и сделал большой глоток, поворачиваясь к панорамному окну.
Свет луны освещал ночной город, который блистал золотыми огоньками.
Золотые огоньки.
Золотые глаза.
— Массимо, — я почувствовал руку Анджелины на своём плече, — кто она? — на ее лице расцвела улыбка, которую я видел на лице Кармэллы, когда та увидела Алессио и Лотту идущих в дом за руки. Но улыбка Анджелины совершенно не такая, как у Кармэллы. Они совершенно разные.
— Нет никого.
— Ты обманываешь самого себя, парень, — девушка села на мой стол, играя ногами. — Я жду описание той, которая растопила льдинку Массимо Фальконе, которую все называют сердцем, — Анджелина снова улыбнулась, ее светлые волосы упали каскадом на плечи и я совершенно не видел в ней Руссо, за что был благодарен. Я тяжело выдохнул и опустил голову, упираясь взглядом под ноги.
Я ведь обещал себе решить этот вопрос. Обещал себе найти выход из этой ситуации.
Ещё две недели назад, когда стоял в душе, когда вспоминал тот дивный смех Кармэллы в первый день ее приезда. Я обещал самому себе не входить в число влюблённых нашей семьи.
— Её зовут Кармэлла, — я поднял голову, смотря на девушку.
— Кармэлла, — произнесла она, будто пробуя на вкус. — Какое прекрасное имя, — она улыбнулась с закрытыми глазами.
— Не буду спорить, — я улыбнулся, позволяя образу обладательницы этого прекрасного имени появиться в голове.
— Какая она?
Я улыбнулся ещё шире.
— Она доходит мне только до груди, может чуть выше, у неё каштановые волосы, которые на солнце переливаются в рыжий и звонкий смех. Она напоминает мне ребёнка и я называю ее «девочкой», но только до тех пор, пока не взгляну на ее тело.
— Сколько ей?
— Две недели назад исполнилось девятнадцать.
— Потянуло на малолеток?
— Помолчала бы, ты сама всего на года два старше, — кинул я ей и сделал ещё один глоток.
— Продолжай.
— Безумно добрая и заботливая. Однажды она ночью захотела кушать и решила приготовить себе синнабоны, но тут домой зашли мы и ей пришлось с нами делиться.
— Вы ее голодной хотя бы не оставили? — девушка посмотрела на меня хмурым взглядом и я усмехнулся.
— Голодными остались Невио с Алессио. Мы убежали с ней в беседку, — мы вместе рассмеялись.
— Массимо.
— Что?
— Ты влюблён.
Я сразу оклемался и поставил бутылку на стол. Хватит на сегодня алкоголя.
— Бред. Она мне...просто симпатична, — ответил я с запинкой, скидывая все на алкоголь, который на меня даже не подействовал. Главное, чтобы Анджела поверила.
— Это не далеко от влюблённости, — девушка махнула рукой в мою сторону. Она склонила голову на бок и улыбнулась, как ребёнок, который задумал что-то интересное. — Какие у вас отношения?
— Я могу бесить ее, а могу быть и губкой для ее слез, — вспомнив тот день, когда я увидел ее на кладбище, я понял, что могу быть кем или чем угодно, если ей это понадобится.
Если нужно будет - стану кладбищем ее секретов.
— Она плачет при ком-то другом? Не из-за смеха или счастья, а из-за горя? — не припомнив таких ситуаций я отрицательно качнул головой. — Тогда и ты занимаешь не последнее место в ее жизни, — девушка похлопала меня по плечу и двинулась к выходу, оставляя меня одного с багажом мыслей.