Глава 17. Разочарование
Мелисса
В её глазах читалась неподдельная ненависть, потеря и боль.
Нет, она не выдавала себя какими-либо действиями, напротив, строила из себя стервозную личность, которой всё ни по чём. Все бы сочли её такой, но в глазах Хлои я разглядела нечто большее.
— Хлоя? — сказала я, нарушив гробовую тишину, стоявшую в доме.
— Я думала, ты скучаешь, или хотя бы сожалеешь, но видимо нет, — ответила она, скрывая истинные эмоции.
— О чём я должна сожалеть, Хлоя? Не я всё разрушила, — как можно твёрже сказала я, но в душе поселилось неприятное предчувствие.
— Да что ты говоришь! Мы прошли с тобой через многое, а ты при первой возможности ушла от меня, — было видно, что Хлоя в бешенстве, и этот разговор только подогревает её агрессию.
— Я не ушла! Я с тобой пыталась помириться, но ты меня не слушаешь! Ты несёшь полный абсурд, послушай себя! — начала кричать я.
— Тебя сюда не звали, убирайся! — рявкнул Адам, от чего я вздрогнула.
— Ох, дорогой Джонс, ты потом пожалеешь, что говоришь мне такие слова, — приторно сладко начала Хлоя, — Поверь мне, скоро ты будешь умолять меня остаться, — подмигнула она ему. Эта ситуация начала меня выводить из себя, из-за чего сама того не ожидая от себя, я резко взяла локоть Хлои и потащила к выходу.
—Ты не посмеешь испортить мне вечер! Ты ничто! Я думала, что разбираюсь в людях, что ты лучшая, из тех, кого я встречала, но похоже я сильно ошибалась, — выплюнула я.
— Ох, Франкфурт, я давно вожу тебя за нос, приятно было смотреть, как ты загибаешься после смерти своих родителей, — повернувшись, сказала она мне в лицо, — Такая беззащитная, такая одинокая, — закончила она, смахнув невидимую слезу. Это было точкой моего невозврата.
Я повалила Хлою на пол, начав бить её по лицу. Перед моими глазами встала пелена гнева, я никак не могла придти в себя. Мы катались по полу, нанося удары в разные части тела. Казалось, это никогда не закончится.
Но Хлоя всё закончила.
Она встала, отпихнув меня от себя, взяла в руки ножницы с тумбы и с размаху воткнула мне в руку. Шок спустил наконец пелену с моих глаз, и я стояла до тех пор, пока не вынула ножницы. Тьма поглотила меня, но просочиться в каждую мою клеточку я ей не дала. Схватив паршивку за волосы, открыла дверь и вытолкнула её из дома. Я не чувствовала ни боли, ни крови, которая текла из руки не переставая.
— Куда вы смотрели! Вы должны были ещё с первого удара их разнять! — завопила Линда, когда подошла ко мне, — Лиса, родная, тебе нужно перебинтовать руку, чтобы кровь прекратила идти и вызвать скорую, — с беспокойством сказала она.
Я лишь кивнула. Спустя какие-то секунды, когда мы почти дошли до кухни, меня резко начало дурманить, и я упала в обморок.
Последнее, что я слышала, это то, что Адам закричал.
— Нет, малыш! — завопил он, хватая меня.
Адам
Я сидел уже около часа в больнице. Оказалось, что Хлоя попала Лисе в вену, от чего она начала терять много крови. Я обезумил, когда увидел, что Лиса падает, закрыв глаза. В ту минуту я будто потерял часть себя.
Не спрашивайте, или не осуждайте меня за то, что я их не остановил. Я сам не знаю почему, но когда они начали драться, меня словно вживили в пол. Я не мог пошевелиться. Когда Хлоя ударяла Лису по лицу всё моё тело заполнялось болью от этого. Лишь когда я увидел Лису с кровью повсюду, только тогда ко мне вернулось моё тело. Я подбежал, взял её на руки и начал говорить ей, что всё будет хорошо. Всю дорогу в больницу врачи пытались сделать так, чтобы Лиса очнулась, но всё было тщетно. Врач выходил лишь один раз, сказал, что ей попали в вену, что она очнулась, но ей очень плохо. Я боялся смотреть ей в глаза, увидеть в них разочарование, боялся, что она меня к себе не подпустит, ведь я не остановил всё то, что творилось в доме. Триса, Трэвис и Томас сидели на соседних стульях. Мы все чувствовали вину за то, что не остановили их.
— Мы зашили ей рану, — сообщил врач, выходя из палаты.
— Можно к ней? — сразу спросил я.
— Да, но осторожно, она потеряла много крови, но недостаточно для переливания, плюс анестетик не до конца вывелся, — сказал он и пошёл дальше по коридору.
Я трусил заходить в палату, но набрав в лёгкие воздуха, зашёл.
Лиса лежала на кровати вся бледная, подняв свои глаза к потолку.
— Малыш, — позвал я её.
Она подняла на меня свои небесные глаза. Посмотрев в них, я испугался. Глаза Лисы не выражали ничего. Может, это всё из-за потери крови?
— Знаешь, Адам, я думала мы проведём этот вечер отлично, в тёплом кругу родных мне людей, — начала она отрешённо.
— Лиса... — хотел сказать я, но она продолжила.
— Я не хотела её бить, но обида за родителей и себя была выше моих принципов, — всё также говорила она, — Но ты там был, ты мог это предвидеть, ты мог остановить, но ничего не сделал. Вы все стояли там и всё видели. Осознание того, что вы просто стояли и смотрели меня убивает. Я не виню вас, возможно у вас был шок, но подумав, я решила, что это никак не причина вот так меня оставлять, — гробовым голосом закончила Лиса.
— Лиса, я хотел всё прекратить... Правда хотел, но.. Но я не смог, прости меня, — горько попросил я её.
— Мне не нужны твои извинения, мне нужна была твоя поддержка тогда, когда всё это происходило, — сказала она, а по её щеке побежала слеза, — Адам, будь добр, закрой дверь с той стороны, я хотела бы немного поспать и придти в норму, — смахнув слезу, сообщила Лиса.
— Но... — начал был я.
— Просто уйди, я о большем тебя не прошу, — сказала она, отвернувшись от меня.
— Я... Прости меня, — прошептал я, выходя из палаты.
Бредя вдоль коридора, Линда и Триса пытались остановить меня, но убрав их руки, я пошёл дальше. Я знаю, что я был виноват, но надеялся, что она поймёт. Потерять её было труднее и больнее всего. Кажется, подружка Лисы добилась своего, у неё всё получилось. От гнева я начал бить первую попавшуюся стену. Из костяшек побежала кровь, но я не остановился.
Я должен был помешать, но ничего не сделал, я всё запорол.