Глава 31
Встретиться ребята договорились на небольшой площади, расположенной недалеко от дома Марии. Девушка, пришла во время, как и полагается очень пунктуальному человеку. Светлый сарафанчик трепал легкий ветерок. Маша недовольно огляделась и уже собиралась пойти домой, но в тот момент перед ней остановилась карета, запряженная в четверку. Конечно же, Станина и не подозревала, что Макс на такое способен, поэтому продолжала строчить парню гневную смску.
Дверь кареты распахнулась, и мужчина в странной одежде и высоком белом парике пригласил девушку прокатиться до места, где ее ожидают. Находясь в легком шоке, Маша все же села. Девушка с удобством расположилась на мягком золотистом сидении и огляделась. Вся карета была выполнена из светлых материалов и красиво поблескивали. Колеса поскрипывали и везли в неизвестном направлении.
Цокот лошадиных копыт по вымощенной брусчаткой дороге — успокаивал. Чем дальше они удалялись от центра города, тем сильнее нервничала Маша. Девушка сделала себе мысленную пометочку — убить Макса. У нее просто в голове никак не укладывалось, как такой испорченный женским вниманием парень, может быть таким романтичным.
Долгое путешествие закончилось в старой части города, где власти просто не осмелились поднять руку на памятники архитектуры.
Перед девушкой распахнулась дверца, и она поспешила покинуть уютную, но уже поднадоевшую карету. Перед ее взором раскинулся больной старинный особняк, который во время заката становился золотым. Завороженная такой красотой Мария поднесла ладони к чуть приоткрытым от удивления губам. В груди начало твориться что-то непонятное, но затем сердце начало выстукивать барабанную дробь.
Куда надо двигаться девушка поняла сразу — Максим оставил путеводитель в виде дорожки из роз. Маша шла быстрой походкой. Ее разбирало любопытство, что ее ждет впереди. Дойдя до огромных деревянных дверей, Станина несколько раз глубоко вздохнула и вошла в поместье, которое встретило ее блаженной тишиной. Все тот же путеводитель довел ее до широкой лестницы. Везде шарик мрак, только многочисленные свечи давали девушке понять, что бояться не стоит. Легкий стук небольших каблучков разносился по пустующему залу и пролетал в другие комнаты.
Лестница просто завораживала. Посередине была, сделала небольшая дорожка в виде маленький ароматизированных свечей и посыпанная лепестками роз. Это зрелище заставило сердце девушки застучать еще быстрее, хотя казалось, что быстрее уже не куда. Маша очень опасалась за сохранность своих ребер. Быстро поднявшись наверх, девушка замерла около нужной двери. А что дверь именно та, она поняла по мужчине, который был одет в белые обтягивающие штаны и синий кафтан, на его голове находился белый парик, почему-то Маша подумала, что он, парик, очень похож на те, что носят судьи. Эта мысль заставила Марию нервно рассмеяться.
Мужчина галантно поклонился и открыл перед Станиной тяжелую дверь. С замиранием сердца девушка шагнула вовнутрь, и увидела Максима, который сильно нервничал и сжимал в руках огромный букет из большеголовых бордовых роз. В центре зала расположился небольшой столик, покрытый бордовой скатертью, с различными вкусностями. Стены были украшены сотнями цветов и атласных лент. На импровизированной сцене находился скрипач, который играл просто великолепную мелодию.
— Ты пришла, — восторженно прошептал Максим, протягивая девушке букет.
— Приехала, — нервно отозвалась Маша, находящаяся под впечатлением. Она уткнулась носом в букет и прошептала:- Спасибо.
Парень отодвинул стул, предлагая светловолосой красавице присесть. Маша присела и вздохнула аромат цветов, которые находились не только у нее в руках, но и во всей комнате. Смешивание различных ароматов заполняло легкие и наполняло остальные органы счастьем. Малинин очень старался.
— Ты прекрасно выглядишь, — сделал Маше комплемент Максим.
— Спасибо, ты тоже, — уже успокоившись, произнесла Мария. А ведь Максим действительно сегодня выглядел изумительно: черные джинсы, белая рубашка и легкий пиджак.
— Зачем ты все это сделал? — поинтересовалась девушка, показывая на все это волшебство рукой.
— Маш, ты мне очень нравишься, и мне хотелось сделать тебе приятное, — сказал молодой человек, наполняя бокал своей спутницы рубиновым напитком.
— Мне приятно! — уголки губ девушки приподнялись. — Только тебе каждая вторая нравится.
— Мария, Маша, — нервно сцепил руки в замок Малинин. — У меня уже давно не было серьезных отношений. Хотя даже отношения с Валерией не были серьезными. Так стоп! Давай сначала.
Маша наблюдала за Максом. Он вел себя как мальчишка, а где же обычный развязный и наглый Малинин Макс? Молодой человек сделал глоток вина и продолжил.
— Маш, у меня не было серьезных отношений, все те девушки они волоска твоего не стоят. Я ведь считал тебя своей второй сестрой, а после, — парень глубоко вздохнул, — того поцелуя, я понял, что ты никакая мне не сестра. Ты самая необыкновенная девушка в мире.
— Максим, — попыталась Маша остановить словесный фонтан, но у нее не получилось.
— Я хочу серьезных отношений. С тобой! Подари мне такой шанс, пожалуйста!
— Я попробую, — улыбнулась Станина, в груди которой был пожар. Неужели она влюбилась? Нет, не может быть! Тогда почему от его слов на душе стало спокойно и легко? Почему хочется дотронуться да парня?
— А я постараюсь не обмануть твоих надежд, — максим взял девушку за руку. — Потанцуем?
Уже через несколько мгновений пара медленно двигалась по залу. Приятная мелодия и красивый молодой человек, в которого она, кажется, влюблена, делали Машу счастливой. А губы Максима на ее губах сделали ее не просто счастливой, а безумно счастливой.
Ужин прошел великолепно. Ребята оживленно беседовали и смеялись. Малинин вел себя на удивление странно, он робко брал за руку свою спутницу, словно ему было четырнадцать лет. Маше было очень смешно, ведь увидеть Макса в таком состоянии наверно уже не получится.
Сам же Максим пытался подарить девушке всю свою нерастраченную нежность, а ее накопилось достаточно давно.
После легкого ужина молодые люди снова потанцевали и отправились кататься на карете. Четверка везла своих пассажиров сначала по старой части города, а затем по новой. На большой центральной площади карета остановилась, выпуская влюбленных голубков на волю.
С неба на них смотрела улыбающаяся луна и мерцающие звезды. В такие прекрасные моменты казалось, что ничего не может испортить настроение, напрасно казалось. Бесцельно гуляя по зеленой аллее, трогательно взявшись за руки, Маша и Максим наткнулись на Диму, бывшего Маши.
— Что вы тут делаете? — ненавидящим взглядом Дима смотрел на руки ребят. Зарубин понял, что до сих пор ревнует Машу. И даже не смотря на то, что сам Дима был здесь не один, не мешало парню возмущаться. Спутница Дмитрия была очень миниатюрная рыжая девушка, красивой ее мог назвать только слепой идиот.
— Тебе-то какая разница? — грубо спросил Максим, которому не улыбалось отвечать на наезды Зарубина. Он свое счастье упустил, а вот Максим его сможет удержать.
— Маша, у вас с ним что-то есть? — возмутился Димка, будто жену с любовником застал.
— Есть, — Маша нежно погладила Максима по щеке, а потом свой плоский живот и устремила туда взгляд полный любви.
— Ты что беременна от него? — заорал на все всю площадь Дима. Лицо его радовало различными оттенками. Больше всего Станиной понравился фиолетовый, а Максу — красный.
— Да, беременна, — подключился к игре Малинин. Зарубин сжал кулаки. Девушка, на которую уже никто не обращал внимания — пискнула, но так и осталась незамеченной. — Мы ждем маленького Малинина. Правда, детка? Вот и свадьба скоро.
Маша кивала головой в подтверждение слов парня и старалась не рассмеяться, а то нехорошо как-то получится.
— Маша, а я? — начал лепетать Дима, ошарашенный происшедшим. Ведь парень надеялся, что сможет вернуть девушку.
— А, что ты, парень? — широко улыбнулся Малинин. — Приходи на нашу свадьбу.
Такого Зарубин вынести не смог и схватил свою спутницу за руку и быстро ретировался. Только минут через пять Мария позволила себе рассмеяться очень громко, но посмотрев на своего серьезного спутника, быстро утихла.
— Ты чего смеешься? — нахмурился Макс.
— Ты представляешь, что будет, если Дима начнет трепаться о свадьбе, а свадьбы никакой и не будет.
— Маш, а может… — и Максим замолчал.
— Чего может? — посмотрела на парня Станина.
— Может, ты согласишься? — темные глаза изучали девушку.
— На что? — офигела Маша, по-другому не скажешь.
— На свадьбу, — пояснил Макс и тише добавил. — Я люблю тебя.
Девушка впала в ступор. Она не могла понять смысла сказанных слов, зато сердце начало биться о ребра в тщетной попытке вырваться наружу. Этот орган видимо услышал и понял. Маша смотрела на молодого человека, пытаясь найти хоть какой-то признак того, что он пошутил, но она не находила.
— Максим…
— Ты не обязана отвечать сейчас, — взял Машину руки в свои. — Ты можешь подумать. Я подожду. Сейчас я отчетливо понимаю, что хочу быть с тобой всю свою жизнь — долгую или короткую.
Станина так и не ответила, но обещала подумать. Они погуляли еще немного, а потом на карете отправились домой.
* * *
— Маш, он тебе предложение сделал? — я не знала, что делать. Мой брат готов жениться — никогда бы не подумала, что он на такое способен. Моя подруга замуж выходит! Вот это да!
— Не радуйся так, — спокойно отозвалась Мария. — Я еще не ответила.
— Но я уверена, что ты не сможешь отказать! Машка, это же здорово! Надо срочно отметить! — и с этими словами я накинулась на подругу с объятиями.
— Что отметить? — раздался за нашими спинами голос, на который мы моментально обернулись.
Легкой походкой к нам направлялись два представителя сильного пола: Стас и Максим.
— Такой прекрасный вечер, — быстро выкрутилась я, не желая сдавать Машку.
— Да? — с сомнением поинтересовался Максим. — Я заберу свою даму? Взамен я Стаса привел.
Хороша замена! Мои руки сразу потянулись обнять моего парня. От него пахло костром и шоколадом.
— Что вы обсуждали? — поцеловал меня в макушку Барский.
— Да так, — я потянулась за настоящим поцелуем, который мне с большим удовольствием дали.
В лагерь возвращаться совершенно не хотелось. Да и зачем? Нам было хорошо, мы вместе, что еще нужно для счастья? 'Уйти от прошлого' услужливо подсказала какая-то злая мыслишка. Как хорошо, что мне в этот прекрасный момент об этом напомнили.
Бесцельно гуляя по песчаному пляжу, мы любовались красивым закатом. Солнце клонилось к горизонту, отбрасывая на воду разноцветные блики. Нежно-розовые облака куда-то спешили по своим важным делам.
— Мне хорошо с тобой, — прошептал Стас, зарываясь лицом в мои волосы.
— И мне с тобой, — улыбнулась я. — Хорошо, как никогда.
— Мил, ты что-нибудь решила?
— Да, — о чем спрашивал Станислав, я догадалась быстро. Сейчас в наших отношениях одна проблема. Если точнее сказать это моя личная заноза.
— И? — испытующе прошептал молодой человек. В его глазах я видела страх. Чего же ты боишься, милый? Что я уйду? Променяю тебя на него?
— Хочешь знать правду? — я встала с большого камня, на котором мы сидели, и устремила свои глаза в небо. В вышине парила птица. Мне бы тоже хотелось парить…
— Если ты готова.
— Я готова.
— Мы встречались с Пашей три года. Это была любовь с первого взгляда, стоило мне посмотреть на него, и я поняла, что пропала. Все было идеально. Мы не ругались. У нас была полная идиллия. И мне было страшно, что это сон, и я скоро проснусь. Ведь такие отношения, такая любовь может быть только в сказке. Пашка меня на руках носил. Счастливее человека, чем я найти было сложно. — Я посмотрела на парня, и весь его вид выдавал недовольство. — Знаешь, Стас, я ведь думала, что мы будем вместе всю жизнь, что мы две половинки одного целого. Но оказалось, что в нашей ситуации любви оказалось недостаточно.
Барский продолжал молчать и напряженно смотреть на закат.
— Это сейчас я поняла, что была далеко не права, — продолжала я, стараясь не обращать внимания на Барского. А то трудно сосредоточится. — Но тогда… я просто любила его. И мне казалось, что наша любовь может перебороть все трудности. А оказалось, что казалось.
— Аверьянов старше меня на пять лет, но никогда он не пытался затащить меня в постель. Поцелуи, прикосновения и ничего больше.
— Я не о чем не догадывалась, когда он позвал меня на романтический ужин к себе домой. Мы часто проводили у него время, — сказала я, внимательно слушавшему Стасу. Его глаза как то загадочно блестели, и я предпочла отвернуться, что бы ни утонуть в них.
* * *
— Мила, я тебя люблю! — проговорил Паша после ужина, подходя близко ко мне.
— И я тебя люблю! — сказала, улыбаясь, я. — Больше собственной жизни! — И он поцеловал меня сильно, напористо.
Я действительно любила его больше жизни. Я бы бросила все и ушла бы за ним на край света, если бы он попросил. Я была уверена, что сильнее любить невозможно, а если бы кто сказал, что все- таки можно, я бы научилась.
Я не поняла, как мы добрались до кровати, как снял с меня платье. Но когда Паша решил снять белье в голове что-то щелкнуло.
— Что ты делаешь, Паша? — спросила я и мой голос задрожал.
— Я люблю тебя! Я хочу тебя, — попытался продолжить парень.
— Подожди! — как-то истерично сказала я. — Я не могу, я еще не готова!
— Что? — немного обалдел парень. — Мил, мы три года встречаемся, а ты еще не готова?
— Прости, Паш, — тихо-тихо сказала я. — Но я правда пока не готова, дай мне немного время.
— Это ты меня прости, любимая! Я подожду, когда ты будешь готова. Ты же знаешь, моя хорошая, я ради тебя готов на все.
Может это кому-то действительно покажется глупым, но в тот момент мне стало страшно. Почему я не понимала. Встречаться столько времени, но делить постель. Я казалось, что еще рано. Может я просто не вошла в тот возраст? Я знаю, что есть девушки, которые в моем возрасте уже рожают, или меняют партнеров с завидной регулярностью, но я просто не могла. Да и мама мне часто говорила ''тот, кто любит — подождет''. Так, что здесь наверно сыграло мое воспитание.
Прошло несколько месяцев, и Пашка ни разу не пытался затащить меня в постель, даже не упоминал об этом. Сначала мне показалось это странным, а потом подумала и решила, что он ждет моей готовности. Какая же я дура была.
В этот вечер мы хотели встретиться. Хоть я была не совсем готова перейти на новый уровень, но я хотела попробовать. Я целый день пыталась убрать свои страхи подальше. Что может быть лучше, когда любимый человек рядом? Я мечтала, что он у меня будет первым мужчиной и единственным.
Но он был еще на работе, и до встречи оставалось два часа. В гостиной работал телевизор — показывали новости. У нас в семье редко кто их смотрит, но недавно закончился фильм, который смотрел Максим. Потом ему кто-то позвонил, и он отошел подальше, так и оставив телевизор включенным. В это время отец выходил из кабинета, ослабляя туго завязанный галстук.
Громким и хорошо поставленным голосом высокий темноволосый диктор вещал, что сегодня произошла авиакатастрофа.
— Рейс номер 156, направление Рим — Москва в 16:00 по московскому времени потерпел крушение, — мужчина говорил еще что-то, но я практически ничего не слышала. Именно на этом рейсе и должна была вернуться мама.
Я услышала одну единственную фразу ''выживших нет''.
Мне показалось, что время остановилось, что моя вселенная разрушилась, что мир, в котором я жила больше нет. Я не понимала где я, и что произошло, слезы брызнули из глаз, а в горле застрял вздох. Ну не может этого быть! Мама просто не могла погибнуть. Она не могла оставить нас одних, это ведь так на нее похоже.
Мы стояли в гостиной, каждый в своем углу и молчали. Тишина была до боли в висках напряженной.
Как такое могла случиться? Ну как? Отец закрылся в своем кабинете, Макс ушел в комнату, даже Ирина не выходила из кухни. А я все не могла успокоиться. Как теперь жить в таком мире? Мама же обещала, что всегда будет с нами! А теперь ее нет, ее просто нет! В головы уже тысячный раз звучала фраза ''ее нет''. Я не знаю зачем, но я побежала к Пашке. Хотя прекрасно знала, что с работы он придет только через несколько часов.
Я бежала, так быстро, как никогда. Хотелось спрятаться на его руках, уткнуться в его грудь. Просто хотелось быть рядом, зная, что он мне поможет, что он никогда меня не оставит. Боги, какая же я дура!
Когда я открыла дверь и послышались голоса, и жутко обрадовалась, что Пашка дома. Но когда прошла в комнату, пожалела, что не умерла вместе с мамой, ведь она предлагала лететь с ней.
Первым что я увидела, была моя лучшая подруга- Валерия. Она лежала на кровати, обернутая простыней и победно улыбалась. И тогда мне стало понятно, почему она всегда на него загадочно смотрела, и почему Паша больше не просил секса. А он стоял около шкафа в одних боксерах, обеспокоенно глядя на меня. Мой мир просто перевернулся. Я не могла понять, где пол, а где потолок. И только стены давали о себе знать тем, что медленно сжимались, видимо хотели меня раздавить. Как? Как такое могло произойти? Я только что потеряла маму, а теперь смотрела на любимого человека и лучшую подругу, и я прекрасно понимала, что они не в карты играли. Почему? Почему это случилось со мной? Я поверить своим глазам не могла. Может я все-таки умерла? А сейчас нахожусь в аду? Только за что? Я ведь ничего плохого не делала.
— Милая, что случилось? — заметил он мой потерянный взгляд. У него всегда хорошо получалось разбираться в моих эмоциях. И у этого козла еще совести хватает меня ласково называть? Как же я ненавижу! Я свою жизнь ненавижу! Я всех ненавижу!
— Не подходи! — резко отступила я назад и сама себе удивилась. Слезы больше не лились, а голос звучал очень уверенно. — Надеюсь, вам будет хорошо вместе! — Я развернулась и убежала. По-моему, он побежал за мной. Паша что-то кричал на ходу, но я его не слышала. В голове поселился рой из мыслей, и каждая из них жалила еще больнее, чем предыдущая.
На улице началась настоящая метель. Ветер трепал мои волосы, задувал в распахнутую куртку. Снег бил в лицо, а я все бежала и бежала, не разбирая дороги. Я не знала, сколько времени прошло, сумку я потеряла по дороге. Сама не зная как я оказалась на утесе, обычно там еще холоднее, но я не чувствовала холода, мне казалось, что внутри все замерзло.
Вообще-то я любила это место. Сюда приходила, что бы думать и решать свои еще детские проблемы. Иногда просто любовалась красотами города, ведь отсюда можно увидеть город, как на ладони.
Но перед глазами упрямо стояла картина, которую я увидела в Пашиной квартире, ноги подкосились и я упала. Я начала чувствовать снег под собой и как он пробирает до костей. На меня навалилось горе, ведь я в полной мере осознала, что мамы больше нет. Той, которая всегда помогала и любила. Что нет у меня любимого человека. Нет его и все! А я ведь замуж за него собиралась. И подруги у меня теперь нет. Нет той, которую я знала с пеленок, той, которую я наивно считала своей сестрой. Никого их теперь нет! Есть только одиночество и холодный ветер, который медленно, но верно забирал жизненные силы…
Когда я почти окоченела, то услышала голос, который кричал мое имя, но мне не хотелось отвечать. Мне было почти хорошо. Даже боль как-то заморозилась. Наверно, именно с тех пор я люблю зиму. Потому, что лучше чувствовать ужасный холод, чем нестерпимую боль.
Я почувствовала, как меня подняли на руки, глаза я так и не открыла, но по запаху узнала брата. Максим убирал с моего лица налипший снег и волосы, которые были похожи на сосульки.
— Милка, слава Богу, я тебя нашел. Ты меня слышишь? — обеспокоился брат. — Звонил Пашка, сказал, что ты убежала. Что случилось? — Видимо Максим не знал про Пашу и Леру, между прочим, они встречались.
— Потерпи немного и мы скоро будем дома, — он позвонил отцу и сказал, что нашел меня. Посадил в машину, включил печку на полную мощность и накинул на меня свою куртку.
— Мила, дорогая, ответь мне, прошу тебя, — тряс меня брат. Мне не хотелось ничего говорить, я умереть хочу!
Александр Николаевич боялся давать несовершеннолетнему сыну ключи от машины, но он очень боялся за дочь. Мало ли может с ней случиться, тем более после гибели матери.
— Макс, — обратилась я к нему безжизненным голосом. — А ты Лерку очень любишь?
— Люблю, ты же знаешь. Почему ты спрашиваешь? И вообще что случилось? — продолжал допытываться брат. А он молодец! Сидит, крепится.
И я рассказала ему все.
* * *
Максим остановил машину и в немом шоке смотрел на сестру. Он не мог поверить ее словам, но врать бы она точно не стала. Да и зачем? Ведь Мила всегда относилась к Лерке как к сестре и одобряла их отношения.
Максим вышел из машины, вернулся с пачкой сигарет и зажигалкой. Так же молча, прикурил и отдал сестре, а себе прикурил новую. Домой добрались в тишине. Там ждала Маша, обеспокоенная случившимся в доме Малининых, в доме в котором ей всегда были рады.
* * *
— Это была моя первая сигарета, — вернулась я в настоящее. Стас сидел на камне, и мне казалось, что он пытается себя сдержать.
— Дальше, — подтолкнул меня Барский.
— Тогда в прострации я провела несколько дней, — продолжила я свой рассказ. — Я не ела, не пила, не разговаривала и почти не спала. Меня даже в больницу хотели положить. Когда мне об этом сообщили, я пришла в себя и устроила истерику, после которой пришлось делать ремонт в моей комнате. В больницу меня не отправили, но доктор прописал сильное снотворное и успокоительное. Именно про эти таблетки тогда говорила Ира.
Я посмотрела на Стаса, он был очень напряжен. А в глазах пылало пламя.
— Не надо было тебе рассказывать, — очень тихо сказала я.
— Я должен был знать, — он смотрел мне в глаза, и мне казалось, он хочет что-то спросить.
— Спрашивай.
— Он пытался помириться?
— Пытался, — вспомнила я, как этого козла с лестницы спустили. — Паша приходил к нам, но я тогда была не в адеквате. Да и брат его на порог не пускал, они бы подрались, если бы ни отец. Папа серьезно поговорил с Виктором Евгеньевичем, отцом Паши, и попросил оставить меня в покое, иначе он разорвет с его фирмой контракт. Пашку отправили за границу, я его больше не видела и Лерку кстати тоже. Если я не ошибаюсь, — потерла виски вспоминая. — Отец уволил ее отца, и они переехали, а потом ее родители развелись.
Барский, молча, подошел ко мне и обнял. Мне стоило больших трудов не разреветься во время рассказа, но сейчас я просто не сдержалась.
— Я так скучаю по маме, — всхлипнула я. — Мне ее не хватает.
— Малышка, моя, — тихо и успокаивающе говорил Стас, гладя по волосам.
Я уже не переживала, что с Пашей у нас ничего не вышло. Я совершенно забыла про Леру, но мысли о маме всегда заставляют меня впадать в уныние.
Постепенно я начала успокаиваться. Все-таки Барский на меня хорошо действует. Чувство тревоги покидало, давая место для моего маленького счастья. Сейчас я действительно чувствовала себя счастливой. Простоять бы вот так еще немного, но Стас отстранился и легко прислонился к моим губам. Ммм волшебно.
Мы побродили еще немного по пляжу. Здесь просто витает атмосфера романтики. Прекрасный закат, набегающие на берег небольшие волны и их рокот. Стас держал меня за руку, и в этот момент мне казалось, что я многое смогу пережить, главное, что бы Стас был рядом.
Когда мы решили вернуться в наш небольшой, но до жути уютный лагерь, то встретили какую-то влюбленную парочку, которая самозабвенно целовалась. Мы хотели пройти незаметными, но у нас не получилось. Целующимися оказался Королев и девушка по имени Оля. Денис молодец! Я посмотрела на девушку, и мне стало немного неловко — это я ведь ее тогда в актовом зале немного обхамила. Думаю надо извиниться, а то вдруг у них с Дэном все серьезно.
— Вы откуда? — поинтересовался Денис, делая вид, что не он только что целовался. И вообще он только, что сюда пришел и не знает в чем собственно дело.
— Решили погулять, — сказал Барский. — А вы что тут делаете?
— И мы, — парень посмотрел на Олю, — тоже гуляем.
— Мальчики, а вы не могли бы нас оставить, — ободряюще улыбнулась я Денису, мол, ничего я твоей девочке не сделаю.
— Могли бы, — переглянулись парни и прежде чем парни скрылись из вида, они успели оглянуться на нас раз пять.
Я села прямо на песок и устремила свой взгляд вдаль.
— Красиво здесь, — тихо сказала я.
— Очень, — Оля присела рядом со мной. — Ты поговорить хотела?
— Хотела, — улыбнулась я, доставая из кармана пачку сигарет. — У вас серьезно?
— Пока не знаю, — пожала плечиками девушка. — У нас все только начинается.
— Не обижай Дениса, он очень хороший.
— Я знаю, но… но мне кажется, что он тебя до сих пор любит, — низко опустила голову Оля.
— Откуда ты знаешь, что он любил меня? — поинтересовалась я.
— Об этом весь институт знает, — усмехнулась девушка, посмотрела на меня и добавила. — Кроме тебя, наверное. Знаешь, Мил, мне иногда кажется, что ты не от мира сего.
— Почему?
— Ты никогда не на что не обращаешь внимания, — пояснила Оля. — Ты вроде здесь, а вроде здесь тебя и нет. Я понимаю, почему Денис выбрал тебя.
— Ты ошибаешься, — мягко сказала я. — Королев меня уже давно не любит. Может, когда-то раньше любил, а сейчас нет. Эта просто привычка.
— Думаешь? — поинтересовалась девушка с надеждой.
— Уверена. Оль, прости меня за тот случай.
— Какой? — не поняла она.
— Ну, тогда в актовом зале, — трудно просить прощения, правда?
— Забудь, — девушка махнула рукой. — Тогда все так глупо получилось. Я не держу на тебя зла. Неизвестно как бы я отреагировала, увидев, как из подсобки вываливается брат с какой-то девицей.
Оля немного покраснела, видимо вспоминая тот случай. Как сказал мне Макс, у них там ничего особенно не произошло.
— Пойдем ко всем? — предложила я, вставая и отряхиваясь.
Девушка кивнула, и мы пошли в лагерь. На подходе к нашей полянке мы услышали раскаты смеха и чью-то игру на гитаре. Запах шашлыка манил. Сейчас поедим. Только не все с этим были согласны, не смотря на то, что меня не было довольно долго, никому и в голову не могло придти, что я есть хочу.
— Милана, сыграй нам, — протянул мне гитару Саша Ткачев.
— Можно еще и спеть, — раздался еще один голос.
Я тяжело вздохнула, кинула грустный взгляд на еду и взяла в руки гитару. Пальцы сами по себя начали перебирать струны, звуки начали складываться в тихую и приятную мелодию. На нашей полянке была тишина, всем хотелось послушать мелодию. Что же вам спеть, ребятки?
Я не вернусь
Так говорил когда-то
И туман глотал мои слова
И превращал их в воду
Я всё отдам за продолжение пути
Оставлю позади
Свою беспечную свободу
Не потерять бы в серебре
Её одну
Заветную
Небольшой проигрыш. Все глаза обращены ко мне. Хорошо пою? Засмотрелись, да? Рядышком сидел Стас и грел мой правый бок. Я улыбнулась ему и снова запела.
Не по себе
От этой тихой и чужой зимы
С которой я на ты
Нам не стерпеть друг друга
И до войны
Мне не добраться никогда
Моя безумная звезда
Ведет меня по кругу
Не потерять бы в серебре
Её одну
Заветную
Вы как хотите ребята, а я есть хочу вот сейчас допою и делайте, что хотите. И вообще мой иногда ненормальный братец тоже, между прочим, на гитаре играть умеет. Чего его никто не просит? Или они не знают? Вот сейчас последний куплет сбацаю, и всем сообщу, что Малинин тоже играть умеет.
А в облаках
Застыл луны неверный свет
И в нем перемешались города и я
Зову её несмело
Не потерять бы в серебре
Её одну
Заветную
Последний аккорд повис в воздухе. Настала блаженная тишина. Мои глаза уже бегали по импровизированному столу в надежду уцепить что-нибудь вкусненькое.
— Хорошо поешь, — сказал какой-то парень. Извини, друг, но я тебя не знаю. Он вроде с Максом учится.
— Спасибо.
— Сыграй еще, — попросил он.
— Макса попросите, а я есть хочу, — возмутилась я. И тут понеслось.
''Макс, ты умеешь играть?'' ''Ты нам значит врал?'' ''Так не честно!'' ''Сбацай нам, друже!''
— Спасибо тебе, сестренка! — взял брат в руки гитару и начал играть что-то задорное и веселое. Скажу вам по секрету — Максим никогда не играет нормальные мелодии на людях. В обществе он исполняет сплошную похабщину. Почему так? Я не знаю, но я лишь пару раз слышала, как Максим играет прекрасные мелодии и тихо подпевает музыке. И то это случилось случайно — я мимо комнаты брата проходила.
Вот и сейчас брат запел частушки. А мне в голову пришла мысль, что они с Машкой все-таки стоят друг друга. Помнится, подруга тоже мне один раз бесплатный концерт с частушками устроила. Может они вместе передачи такие интересные смотрят и оттуда берут такие интересные знания. Я ведь, честно говоря, вообще ни одной частушки не знаю. Ну, если не считать детских — про тараканов в стаканах.
Люди веселились, смеялись и пили. Мы со Стасом развалились на отдельном покрывале, которая запасливая я положила в свой рюкзак. Мы немного перекусили, а потом начали проводить время в удовольствие — начали целоваться.
Мягкие губы парня покрывали поцелуями каждый миллиметр моего лица, потом шей, верхней части груди. Мне кажется, что я сейчас растаю. Конечно, не прилично так на людях целоваться, но я просто остановиться не могу, когда до Барского дотрагиваюсь. Да, вообще-то нас и не видно — вечер уже давно наступил, а костер большого света не дает.
— Пойдем в палатку, — укусил меня за губу Стас.
— Ты, что с ума сошел? — спросила я, понимаю, что сил терпеть нет — я хочу его, но не сейчас и не здесь.
— Я хочу тебя, — сказал парень мне прямо в ухо и легко поцеловал за ним. Знает, гад, мое уязвимое место.
— Не здесь! — набралась я смелости и оттолкнула от себя Стаса. — Потерпи немного, завтра вернемся в город и можем поехать к тебе.
— Мне надо освежиться, — потряс головой Барский.