Егор
Tokio Hotel – Cotton Candy Sky
Егор.
– Ладно, я понял. Ты не любишь грибы, – я иду рядом с Соней, пока мы разговариваем о всякой ерунде.
Я показываю девушке город и самые нормальные места, где можно погулять или просто развлечься. У нас не так много достопримечательностей, но, кажется, Розину это ничуть не расстраивает. Даже наоборот. Чем больше мы с ней проводим времени вместе, тем атмосфера между нами становится непринуждённее. Неловкость пропадает, и разговаривать становится гораздо проще.
– Да, – она улыбается. – В детстве я думала, что это тараканы.
Соня смущённо фыркает, а потом зарывается носом в шарф, чтобы спрятаться от мороза. Холодно, но никто из нас не заикается о том, чтобы разбежаться по домам. Да и, признаться, мне лично этого совсем не хочется.
– Тараканы, – издеваюсь я. – Как грибы могут быть похожими на тараканов?
Девушка смотрит себе под ноги, а потом косится на меня, словно я сказал самую ужасную глупость на свете.
– Ну, да, – пожимает плечом. – Могут быть.
– Ты просто никогда не ела жареную картошку с грибами, которую готовит моя мама, – заявляю я.
– Может быть, – Розина фыркает. – Но факт того, что я не особо люблю грибы всё равно остаётся. Все могут что-то не любить из еды, это нормально.
Я прикусываю губу, секунду думая, а потом покорно вздыхаю.
– Да, не спорю. Но картошка мамы безумно вкусная. Ты как-нибудь должна заглянуть к нам на ужин и попробовать её. И отказы не принимаются!
Соня смеётся – я смотрю на её раскрасневшиеся то ли от мороза, то ли от смущения щёки, и немного улыбаюсь. Сейчас она выглядит до безумия милой.
– Я думаю, что ещё рано знакомиться с твоими родителями, – она поворачивается ко мне, а потом смущённо опускает голову.
Мы сворачиваем к перекрёстку и останавливаемся на светофоре – я скольжу взглядом по проносящимся мимо машинам, цепляюсь им за прохожих, которые, укутанные в шубы или в зимние пуховики, мелькают мимо нас, словно опаздывая на какие-то важные встречи. Вижу знакомых на другой стороне дороги, но ребята уже заворачивают за угол и исчезают.
– Ну, пока что, – тяну я, почти забывая, о чём мы вообще говорим.
Светофор загорается зелёным, и поток людей подхватывает нас, заставляя перейти на другую сторону улицы.
– Пока что, – передразнивает меня Соня.
Я фыркаю и глубже прячу руки в карманах.
– Не вижу ничего такого в том, если ты придёшь к нам на ужин, – непонимающе бросаю я. – Это же не событие, которое изменит всю твою жизнь за секунду. Тем более мои предки крутые, они только обрадуются.
Девушка ничего не отвечает, и я понимаю, что действительно слегка перешёл границу: на первом свидании уже планировать знакомство с родителями, но с другой стороны, что в этом такого? Не понимаю. Они же не убьют её и не будут строго критиковать за внешность или поведение.
– Да не парься, я тебя силком не потащу, – пытаюсь разрядить атмосферу.
– Я и не парилась, – Розина шмыгает носом. – Но к себе на ужин я тебя точно не поведу никогда в жизни!
– Почему? – возмущаюсь я. – Я такой ужасный, что недостоин есть за одним столом с твоей семьёй?
Она качает головой и секунду молчит.
– Мои родители весьма специфичны. И я не хотела бы вообще с ними кого-то знакомить, даже друзей, – признаётся Соня. – Отец не любит посторонних дома, да и вряд ли он вообще обрадуется, что я буду гулять с парнем.
Я улыбаюсь себе под нос, и несколько минут мы идём молча. Уже давно стемнело, и яркие огни города освещают нам путь, словно указатели. Шум главных улиц постепенно начинает отдаляться, а когда мы заворачиваем в сторону переулка, где находится дом Сони, и вовсе исчезает. Я кошусь в сторону подъезда, из которого только что вышли какие-то шумные ребята, и прикусываю губу. Соня не обращает на них внимания – мы добираемся до её дома и останавливаемся возле дверей. Розина неловко топчется на месте, а затем оборачивается ко мне. Мы стоим напротив друг друга, и между нами меньше метра. Стоит сделать всего один шаг, как я сокращу дистанцию до минимального.
– Спасибо за вечер, – говорит она.
Я немного улыбаюсь – взгляд невольно скользит к её распухшим от покусывания губам, и я борюсь с навязчивыми мыслями о поцелуе. Стоит ли? Или подождать ещё немного?
Она красива. Длинные ресницы, обрамляющие зелёные глаза, подрагивают, выбившаяся прядь волос неровно торчит из-под шапки, пар вырывается изо рта при каждом выдохе.
Я проигрываю в своей внутренней борьбе и делаю шаг вперёд, уже готовый нагнуться и поцеловать Розину, но её проворная рука взлетает вверх и упирается мне в губы. Варежкой. И я замираю, вскидывая бровь.
– В следующий раз, – улыбается Соня, а потом отступает на шаг назад. – Увидимся в школе, Егор.
Я фыркаю и опускаю голову.
– Да. Завтра на тренировке, – напоминаю я.
– Ага.
Девушка бросает мне последнюю улыбку и разворачивается, поспешно скрываясь в подъезде. Она меня продинамила! Взяла и продинамила! Она мне нравится всё больше и больше!