Pt 25
- Дженни, можно тебя на минутку? - Ну, что вам сказать? Была себе обычная перемена, Дженни как обычно сидела в телефоне и думала о чём-то своём, а учительница Ли пришла и вдруг ни с того ни с сего заговорила с ней. Она даже не преподаёт у неё ни одного предмета, поэтому Дженни немного удивилась. Что могло случиться?
Шатенка кивнула и вышла следом за учительницей. Любопытство брало верх и Дженни еле здерживалась чтобы не задать кучу вопросов сразу.
Саджан вздохнула, будто хотела сказать что-то важное и собиралась с мыслями. Затем непокорно улыбнулась.
- Послушай, Дженни, - Ученица заметно напряглась. - в школе не безопасно. Особенно, для тебя.
- Я понимаю... но, разве всё не разрешилось?
- Да, но ты должна быть на чику. Я переживаю за тебя! - С некой дрожью в голосе говорила она, будто боялась чего-то.
- Не знаю, что и сказать, - Такая забота, конечно, вызвала непонимание девушки. Но ей точно было приятно.
- У тебя есть кто-то, кто мог бы помочь в трудную минуту?
- Я не... не понимаю, что вы имеете ввиду. - Дженни начала волноваться так, будто это вопрос жизни и смерти. С чего вдруг такая реакция? Она и сама не понимала. Почему-то, голос учительницы что-то напоминал ей. Какие-то воспоминания... вот только ничего не клеится. Ничто и ни с чем. И вы точно не поняли о чём это я.
- Мне важно знать, что с тобой всё будет хорошо! Понимаешь?
- Да, но... можно мне сказать вам кое-о-чём? - Вдруг задала вопрос Ким. Ли кивнула и была лишь несказанно рада будущей информации, которой с ней поделиться её же жертва. Как бы дико это не звучало. - Тот случай на крыше, после которого я попала в больницу... тогда мне написали записку с угрозой, вроде там было сказано, что у меня осталось три часа, иначе один из моих одноклассников пострадает. Но этого не произошло. Что-то пошло не так, когда я упала в обморок. Тогда неизвестно что случилось бы, если бы не Юнги. - Почти шёпотом говорила Дженни, надеясь на то, что Саджан можно доверять. Как же она ошибается. - Вы знаете Мин Юнги? У него сестра... - Запнулась шатенка, невольно вздрогнув. - её убили.
- Да, я знаю его, - Ответила Ли, поджав губы. - мне так жаль.
Когда они хотели было прощаться, Дженни почему-то воскликнула:
- И ещё, - Учительница обернулась. - не говорите никому об этом, - Ли приподняла брови в ожидании и даже интриги. Дженни сглотнула. Волновалась, почему-то. - просто, я знаю как тяжело ему сейчас. Подвергать опасности его самого... так эгоистично и ужасно! Поэтому, я не хочу чтобы он поддерживал меня, ведь сам-то в каком состоянии. Ему и без того нелегко.
Саджан смотрела на ученицу с лёгким непониманием. Что она только что сказала? Вот единственный вопрос,который крутился в голову у неё на протяжении всего дня. Даже ночью девушка не могла уснуть из-за мыслей о её словах. Да что в них такого? Обычные себе предложения, жалость, скорбь... что это? Ли Саджан так и не поняла, что в её словах звучала на жалость, не забота, не фигня какая-нибудь, а нечто другое - любовь. Это чувство неописуемо, и его очень тяжело описать словами. Даже больше - невозможно.
А Ли так и не заметила той искры в глазах шатенки, когда та говорила ей это, можно сказать, что доверила секрет. Такой особенный, значимый, смысл которого, казалось Дженни, учительница поймёт. Но нет, куда уж там. Ведь её чувства уже давно окутала тёмная пелена, имя которой - бездна. Пускай где-то в её бескрайней глубине таится эта заветная любовь, теплота и счастье, но они уже давно померкли и обрели тусклый прозрачный отголосок, а яркие краски прекрасного просто исчезли. Ли чувствовала себя как в коконе всё это время. Но за столь недолгое время привыкла называть себя тем самым убийцей, не осознавая что создаёт столько боли другим. Скольких жизни она рушит. Всё это уже не имеет значения, ведь слишком поздно что-либо менять.
Завтра у неё была цель убить двух, последних в коллекции, учеников школы. То есть, Дженни и Юнги. И мы можем только догадываться закончиться эта история хорошо или нет. Какая судьба будет у Саджан? Что ожидает остальных учеников? И умрут ли те двое, которые скрывают чувства друг ко другу не смотря на свои душевные раны, боль, слёзы? Вся эта путаница сводит с ума не только меня, но и вас тоже, да? Я права?
Ой, Боже, кажется началось самое ужасное! Утро! Это утро! Возможно, последнее в чьей-то жизни.
- Как спалось, доча? - В комнату Джису зашла мама с полотенцем в руках. Та потянулась и зевнула с улыбкой на лице.
- Хорошо, мам.
- Завтрак на столе.
Джису уселась на кровати и взяла в руки росчёску, дабы привести в порядок волосы. Настроение было выше крыши. Особенно после прочитанной смс-ки от Чимина. Как всегда желает хорошего дня, спрашивает как дела, готова ли к учёбе. Такой милый. Прекрасная пара, не так ли?
А вот Лалиса проснулась в пустой комнате, которая как и у Саджан поблекла, точно так же как и чувства. Лиса ничего не чувствует. Безэмоциональность встретили её с объятиями и не покидает несколько дней. Окна задвинуты шторами, и даже солнечный свет и прекрасное пение птиц не может сделать эту обстановку хотя бы немного ярче. Всё как в старом кино - серое.
Парней в одной комнате живущим утро тоже особой радостью не улыбнулось. Но и чего-то грустного не было. Просто все проснулись в суете. Кто звонил кому-то, кто спал. А Чонгук был погружён в свои мысли и даже посторонний шум казался плёнкой, закрывающей что-то настоящее. Весь этот шум и разговоры доносились мутно и неразборчиво. Будто он в каком-то трансе. Перед глазами лишь моменты близости с Лисой, которая с плачем, горем или стыдом убегала от него. Было ли ему жаль? Определённо. Жизнь стала прежней без неё и без её улыбки. Такой же бессмысленной как и раньше. Но он всего лишь хотел чтобы она была счастлива. Сделал себе самому больно. Столько раз... а всё только хуже и хуже.
Сколько раз брюнет думал над словами Чеён, но не мог перебороть свой страх прийти и просто сказать всё как есть. И быть с Манобан счастливым. Просто боялся, что она не примет. Боится, что сделает только хуже.
Юнги... этот парень даже и не думал никуда идти сегодня. Сон - это всё чего он желал сейчас и ни о чём не думал, валяясь в кровати. Та боль, что была раньше не ушла но и не росла. Потихоньку отдалялась, тускнела, но не исчезала.
Почему же шрамы не накрываются яркой тканью? Почему всё хорошее может уходить, не оставляя ни следа? Почему не наоборот?
Но, кажется, сейчас не время философии.
Юнги бы так и не встал, накрываясь одеялом с головой если бы не звонок Тэхёна.
- Алло, - Потёр глаза парень и перевернулся на спину. Надеясь на обычное "ты где был? Прогуливать не время, скоро экзамены!".
- Срочно иди в школу! - Едва не кричал Тэ на том конце трубки, и, кажется, куда-то спешил.
- Да я уже три урока проспал, - Даже не обратив внимание на взволнованость друга, пояснял Мин.
- Дженни вот-вот упадёт с окна! Она в школе на третьем этаже, слышишь?! Тот псих держит её в одном из классов и никто не может туда зайти! У него пистолет! Юнги! Ты слышишь?! Юнги?
В то время как Тэ орал в трубку, стоя под дверью за которой и находиться Тик-так и звал Юнги за помощью, объясняя ситуацию, парень с первой фразы бросил телефон на кровать и в пижаме, не обувшись и не одевшись выбежал на улицу, несясь так быстро как только мог и сбивая всех прохожих, не извиняясь и слыша за собой "вот сумасшедший!" от старых бабушек. Но ничто не могло остановить его.
Он дал слово её отцу оберегать её. Дал слово самому себе, что защитит. Дал слово, что спасёт. Что не оставит и всегда поддержит. Чтобы не случилось. Потому что не сможет без неё. Даже если самому будет больно, страшно, грустно - ничего. Он готов терпеть ради неё. Готов отдать всё, лишь бы с ней было всё в порядке. Лишь бы она была счастлива.