24
Я проснулась от того ,что лучи солнца щекотали кожу. Открыв глаза ,я посмотрела вокруг. Я была в комнате Джея. А его самого не было. Лишь смятые простыни напоминали о нем.Я встала с кровати, замоталась в простынь и огляделась.Серые стены с черно-белыми фотографии окружали меня. Вчера я не заметила их, но на них была я. И на некоторых мы были вместе. На одном в нашем доме Питера Пэна сидели на траве, держась за руки. А на одном я спала в своей кровати. Волосы растрепанны, футболка смята и сползла открывая часть спины, а на другой я уже беззаботно смеялась. Когда он успел сделать эти фотографии? Я проходила возле них,прикасаясь пальцами. Ощущая прилив теплоты в сердце,но все же ощущая холод стекла.
- Джей?- прокричала я, но мне никто не ответил. Я огляделась вокруг и только что увидела конверт. Голосок в моей голове закричал «Нет,он не мог уехать и не попрощаться. Не после этой ночи» Я осторожна подошла к конверт и взяла его в руки. На нем красивым буквами было выведено «Лиз». Я села на постель и подтянула простыни,потому что сердце моё висело на волоске и грозясь вывалиться из груди. Рывком я вскрыла конверт и вытащила письмо.
Моя дорогая, Лиз.
Я так люблю тебя. И мне так стыдно и больно, что я оставляю тебя. Я знаю, что когда ты проснешся, я буду за тысячу километров от тебя и не смогу сказать тебе самых важных слов. Я сожалею, что не могу сказать тебе спасибо за эту ночь. Ты стала моим островом одиночества. Ты самое прекрасное, случившееся за последние четыре года. Я не заслужил тебя,но видимо Бог решил дать мне возвожность на счастье,но счастье длиться недолго. Я знаю,что ты все понимаешь. Я знаю ,что тебе так же больно,как и мне. Та картина,она действительно показывала твои чувства,но я узнал в ней и своё сердце. У нас одно сердце на двоих. Ты мой маленький ангел. Ты стала моим ангелом,моим хранителеем,голосом разума. У демонов не бывает ангелов-хранителей, потому что у демонов нет души и сердца. А ты... ты стала моим ангелом,ты провела меня к свету. Я буду вечно тебя любить и если я разберусь с Русской Мафией я вернусь за тобой. Я буду следить за тобой всегда. Я буду охранять тебя. Я стану твоей тенью. Моя маленькая Вэнди я прошу тебя не взрослеть пока. Это эгоистично,но я обещаю Питер Пэн вырастет и заберет тебя на остров. Я хочу что бы ты была счастлива, что бы творила, что бы жила.
Я знаю твой день рождения через три дня,и мне невыносима мысль о том что я не могу поздравить тебя с ним. Твоё рождение это величайший праздник и я не могу тебя поздравить с ним,но на кухне я оставил подарок.
Я люблю тебя, Элизабет Скотт. P.S. Теперь я могу называть тебя Лиз.
Читая это письмо из глаз капли слёзы. Не просто капали,это был Ниагарский водопад. Мои плечи сотрясали рыдания, а живот скрутило. Вдруг зазвонил мобильник. Это был папа. Я сбросила вызов и кинула телефон на кровать.
Я быстро оделась и спустилась на кухню , сердце моё билось так редко,что казалось сейчас остановиться. Взгляд мой прошёлся по кухне,где ещё вчера мы целовались,болтали, смеялись и ели суп. Новая волна боли накатила на меня и живот снова скрутило так , что я придала руки к нему. На столе действительно лежала коробка, а на ней роза. Красная как кров, с острыми шипами и сладким запахом. На коробке тоже лежала карточка.
Любовь моя,
Я не знал,что именно тебе подарить поэтому взял все.
Роза- в первый день нашего знакомства, я подумал,что ты похожа на неё. Ты была так же прекрасна , но не доступна и колюча. А когда я накричал на тебя, ты спряталась. Как роза прекрасна и неприкасаема,но стоит подать холодным ветром,ты умираешь.
Я открыла коробку и увидела остальные предметы.
Книга о Питере Пэне
- Ну я думаю,ты сама знаешь,что это значит. Не забывай я вернусь.
Краски.- я люблю,когда ты рисуешь. У тебя талант,моя девочка. Я прошу тебя, поступить в Академию,ради меня.
Плеер- твой я забрал с собой. Но не волнуйся вся твоя музыка здесь. И я добавил свой плей-лист. Теперь тебе открыта ещё одна часть моей души. Ты всегда говорила,что не глаза -зеркала души,а музыка. Я полностью с тобой согласен.
И еще. Через три месяца я еду в Новый- Орлеан. Если ты все еще хочешь меня увидеть, приезжай.И последния, это мои крылья. Пусть они охраняют и тебя.
Я заглянула в конец коробки и там лежала обычная чёрная рамка. В рамке была фотография мускулистой спины Джея. Главным образом выделялось тело, с краев фото было затемнено.
Я осторожно провела пальцами, пытаясь ощутить гладкую кожу,которую целовала вчера,но ничего,лишь холодное стекло. Я прижала фото к груди сползла по стене,захлебываясь собственными слезами. Грудь болела, голова не соображала,руки дрожали , а глаза вечно слезились. Я молча сидела в этом доме. Впитывала запах,вкус и вслушивалась в тишину. Потом все было как в тумане. Похоже я ничего не съела и потеряла сознание. Кэт меня нашла и отвезла домой. Она долго извинялась перед отцом,но мне было все равно. Мама чем-то покормила меня и уложмла спать. Они о чем то долго спорили. Я уснула. Потом мне снился кошмар который я не помню, два дня лежала и слушала его плей-лист и прижималала его подарки. Ещё я нашла его футболку в которой спала. «Три месяца» - крутилось в голове. Я пробовала ему звонить, но он выбросил его скорее всего, так что я оставила эту идею. Я вообще оставила жизнь. Мне даже рисовать не хотелось. Я ничего не чувствовала кроме боли.
«Джей»
Мы остановились в Мотеле на ночовку. Я рассказал все своей матери и попросил отдельный номер.
Как только дверь закрылась, я сбросил сумки, достал её плеер и бутылку бурбона. Мне нужно в ванну.« Вода исцеляет»- так говорил мой отец.
Я быстро скинул одежду , наполнил ванну и залез в неё. Я даже не обратил внимания на температуру воды. А ладно! Мне все равно очень холодно. Я вставил наушни и включил её песни. Открыв бутылку, я сделал большой глоток и обжигающая жидкость потекла мне в горло согревая внутренности. Я слушал её музыку. Некоторые песни были веселыми, предназначающиеся для особых ярких моментов, а некоторые чувственные и соблазнительная,но была категория боли. Это были песни наполненные невыносимыми страданиями. Я не буду стесняться своих слез, поэтому я плакал над каждой из них. Но особенной была Реквием Моцарта. Это не просто музыка это крик души. Соленые слёзы катились и смешивались с потом ,с бурбоном и капли в ванну. Я не смел их вытирать это были её слёзы. Я плакал молча, я же мужчина. Я быстро глотал бурбон и через пол-часа прикончил всю бутылку. Я не вылезал из ванны пока вода не остыла и я окончательно замерз. Я медленно вылез из ванной и оделся. Где-то в недрах комнаты зазвонил телефон.
- Джей?-У Джессики у единственной был мой номер.
- Да. Это я.
- Джей. Я её уже два дня не видела. Она не выходит на улицу, она даже в гостинную не спускается. Она заперлась в своей комнате и лежит там в твоей футболке. Она не ест,Джей...- голос Джесс был возбужденным и пропитан сожалением. Мое сердце сжалось при упоминание о Лиз. Она тонул в своей боли , как и я. Но мне приходилось что-то делать, а ее родители понимали,что у Лиз дипрессия. Джесс и мама знали, что произошло два дня назад. Я попросил Джесс посмотреть за Лиз,но так что бы она этого не знала. Она все сделала отлично, но я получил ещё один удар в поддых. Я не мог не думать, что причиняю ей боль.
- Я знаю. Но так лучше. Зато она в безопасности.- твёрдо сказал я и прошёл к кровати.
-Джей, она умрёт от недоедания. Она два дня ничего не ест. Ее мама на взводе, а отец в ярости. Они говорят о том, что в ее восемнадцатилетие отвезут ее куда-то. Я не понимаю о чем они. Когда ,кстати , день рождения Лиз.
- Завтра.- произнес я и упал на кровать, ощущая мягкие и холодные простыни.-Джесс, ты прослушку поставила в доме Лиз?
- Да. И ей очень плохо. Она вообще не говорит. За два дня она сказала всего лишь три слова, причём одинаковых. Это « Я не голодна » . Боже! Джей я ненавижу тебя.- голос Джесс сорвался.
- Джесс, прости я столько причинил боли всем, поэтому это правильно,что ты ненавидишь меня. Я бы хотел,что бы и Лиз меня ненавидила.
При этих словах моё сердце содрогнулось. Я знал, что это был бы лучший выход, но все равно мне была ненавистна эта мысль.