глава 7.потому что ты мне нравишься
Он прижал меня к стене, его дыхание обжигало шею. Обвив руками, прошептал у самого уха:
— Я не трону тебя, пока ты не разрешишь, — его голос звучал хрипло и низко.
Я замерла, не понимая собственных реакций. Страх смешивался с чем-то непонятным, незнакомым.
— Т-тимур, давай не сейчас, — пролепетала я, пытаясь отстраниться.
— Когда, моя принцесса? — его губы почти касались моей кожи.
Собрав остатки самообладания, я выдавила:
— Давай сегодня после школы поговорим об этом.
В его глазах промелькнуло удовлетворение. Он медленно отстранился, но руку с моего плеча не убрал.
— Договорились, — произнёс он с ухмылкой. — Я буду ждать.
Я кивнула, чувствуя, как дрожат колени. Что я наделала? Почему согласилась на эту встречу? Вопросы роились в голове, но ответов не было. Только одно я знала точно — этот разговор может стать роковой ошибкой.
День, казалось, шёл своим чередом. Уроки закончились, и я, попрощавшись с подругами, осталась ждать Тимура у школы. Моё сердце билось неровно, в голове крутились мысли о предстоящей встрече.
Но внезапно из-за угла появилась Алина в сопровождении своей компании — их было четверо. Они приближались медленно, словно хищники, окружившие добычу.
— О, какие люди! — протянула Алина с фальшивой улыбкой. — Что, ждёшь своего нового дружка?
Остальные девушки переглянулись, их взгляды были полны злорадства.
— Нам нужно поговорить, — продолжила Алина, становясь передо мной. — Ты думаешь, что можешь просто так влезть в наши отношения?
Я отступила на шаг, чувствуя, как паника начинает подниматься внутри.
— У нас с Тимуром ничего нет, — попыталась объяснить я, но она лишь рассмеялась.
— Не ври. Я всё вижу. И я не позволю тебе его увести.
Одна из девушек из её компании шагнула вперёд:
— Может, стоит объяснить ей по-другому?
Я замерла, понимая, что ситуация может выйти из-под контроля. Их было четверо против одной, и они явно были настроены агрессивно.
В этот момент я пожалела, что осталась одна. Где же Тимур, когда он так нужен? Но я знала, что его помощь может обернуться ещё большими проблемами.
Алина стремительно приблизилась ко мне и, не церемонясь, схватила за подбородок, заставляя смотреть ей в глаза. Её нарощенные ногти больно впились в кожу.
— Слушай меня внимательно, — прошипела она, наклоняясь ближе. — Тимур — мой парень, и я не позволю какой-то выскочке вроде тебя лезть в наши отношения.
Её дыхание было тяжёлым, а глаза горели злобой. Остальные девушки из её компании окружили меня полукругом, отрезая пути к отступлению.
— Если ты ещё раз подойдёшь к нему, — продолжала Алина, — я сделаю твою жизнь здесь невыносимой. Поняла?
Я попыталась вырваться, но её хватка была железной. В горле пересохло от страха, а в голове билась единственная мысль — как выбраться из этой ситуации.
— Отпусти её! — внезапно раздался голос за спиной Алины.
Все обернулись. Тимур стоял в нескольких шагах от нас, его лицо выражало явное недовольство.
Алина мгновенно отпустила мой подбородок, но её взгляд стал ещё более ядовитым.
— Тимур, — проворковала она, — я просто разговаривала с твоей… подругой.
— Не лезь не в своё дело, — отрезал он. — Она моя. И только моя.
Эти слова должны были меня обрадовать, но вместо этого по спине пробежал холодок. Теперь я оказалась между двух огней, и ни один из них не сулил ничего хорошего.
— Что? Ты бросаешь меня ради этой девочки? Тимур, милый, прости меня! — воскликнула Алина, её голос дрожал от обиды и злости.
— Алина, хватит. Я давно это говорил — я не люблю тебя. Твои поступки омерзительны, — холодно произнёс Тимур, его взгляд был твёрд и непреклонен.
Эти слова повисли в воздухе, словно тяжёлые камни. Девушки из компании Алины переглянулись, не веря своим ушам. Алина побледнела, её губы задрожали.
Тимур шагнул ко мне и неожиданно обнял. В его объятиях я почувствовала странное, незнакомое ощущение — будто нахожусь под защитой, в тепле, дома…
Но эта иллюзия безопасности быстро рассеялась. Я замерла, не зная, как реагировать. Его близость больше не казалась утешением — она пугала.
— Пойдём, — тихо сказал он, не отпуская меня. — Нам нужно поговорить.
Алина, не в силах сдержать ярость, развернулась и бросилась прочь, её подруги последовали за ней. Но я знала — это ещё не конец. Совсем не конец.
В его объятиях я чувствовала себя одновременно защищённой и пойманной в ловушку. Что-то подсказывало мне — его «защита» может оказаться опаснее, чем я могу себе представить.
Мы шли по улице, словно обычная влюблённая парочка. Тимур держал меня за руку, и постепенно я начала успокаиваться. Его прикосновения больше не вызывали прежнего страха, а присутствие казалось даже… успокаивающим.
Дойдя до остановки, мы сели в автобус. Тимур оплатил проезд за нас обоих, помог мне устроиться на сиденье. Я была настолько измотана стрессом последних часов, что не заметила, как моя голова склонилась к его плечу.
Сначала я пыталась держать глаза открытыми, но усталость и нервное напряжение взяли своё. Постепенно моё дыхание стало ровным, и я погрузилась в сон.
Тимур не разбудил меня. Я чувствовала, как его рука осторожно приобнимает меня, удерживая от падения. Его тепло окутывало меня, создавая странное ощущение безопасности.
Сквозь сон я слышала, как он что-то тихо бормотал, но смысл слов ускользал от меня. Автобус плавно качался, убаюкивая, а его присутствие действовало как колыбельная.
Сколько я проспала — не знаю. Но когда открыла глаза, мы уже были на месте. Тимур осторожно разбудил меня:
— Просыпайся, принцесса. Мы приехали.
Его голос звучал непривычно мягко, и на мгновение я позволила себе поверить в искренность его заботы.
Я открыла глаза и первое, что увидела — обеспокоенное лицо Тимура. Он смотрел на меня с какой-то странной нежностью, от которой у меня перехватило дыхание.
— Проснулась? — тихо спросил он.
Не успела я ничего ответить, как он неожиданно подхватил меня на руки. От неожиданности я замерла, но он лишь крепче прижал меня к себе.
— Тише, не бойся, — прошептал он, выходя из автобуса.
Несколько бабушек, сидевших у остановки, начали охать и ахать, бросая на нас восхищённые взгляды.
— Вот это мужчина! — донёсся до меня чей-то голос. — Такую заботу проявляет!
Тимур сделал вид, что не слышит их комментариев, но в уголках его губ промелькнула довольная улыбка. Он шёл уверенно, словно нести меня на руках было для него самым естественным делом.
Я чувствовала себя одновременно смущённой и защищённой. Его руки были сильными, а объятия — тёплыми. Но где-то глубоко внутри всё равно теплился огонёк тревоги. Слишком всё это было… неестественно.
— Поставь меня, — тихо попросила я, когда мы отошли от остановки.
Он подчинился, но его взгляд оставался пристальным, изучающим.
— Куда теперь? — спросил он, словно мы были обычной парой, планирующей совместный досуг.
Я огляделась по сторонам, пытаясь собраться с мыслями. Что-то подсказывало мне — я ввязалась во что-то гораздо более сложное, чем могла себе представить.
— К тебе я точно не пойду, — твёрдо сказала я, стараясь не показывать своих противоречивых чувств.
— Твоя сестра дома? — спросил Тимур, внимательно глядя на меня.
— Нет, она говорила, что будет только к пятнице. Ладно… пошли ко мне, — неожиданно для самой себя согласилась я.
Что со мной происходит? Откуда это странное желание нежности и защиты от человека, который ещё недавно вызывал только страх? Но сейчас, после того как он оттолкнул Алину и защитил меня, во мне что-то изменилось. Словно какая-то часть меня отчаянно нуждалась в этой фальшивой заботе, в ощущении защищённости, пусть даже оно исходило от него.
Мы пошли к моему дому, и я чувствовала, как колотится сердце. Что я делаю? Позволяю ему зайти в святая святых — моё личное пространство. Но странное чувство доверия, пусть и наигранного, взяло верх над разумом.
Тимур шёл рядом, и его присутствие больше не вызывало прежней паники. Он словно почувствовал мою неуверенность и немного отстал, давая мне возможность передумать. Но я уже приняла решение.
Когда мы подошли к дому, я на мгновение замерла перед дверью, собираясь с духом. Затем достала ключи и открыла дверь, приглашая его войти.
Войдя в дом, я показала Тимуру, где оставить куртку и обувь. В прихожей нас встретила моя любимая кошка Инь — её мягкая серая шерстка переливалась в тусклом свете лампы.
Инь, как обычно, сначала потёрлась об мои ноги, мурлыча от радости встречи. Затем, к моему удивлению, она направилась к Тимуру. Я напряглась, ожидая, что она, как обычно с чужими, начнёт шипеть или даже царапаться. Но произошло нечто невероятное — Инь просто потёрлась о его ногу и негромко мяукнула, словно говоря: «Проходи, гость».
Я не могла скрыть своего изумления. Кошка была очень избирательной в общении с людьми, и её реакция на Тимура стала для меня неожиданностью. Может быть, животные чувствуют что-то такое, чего не замечают люди?
— Твоя кошка одобряет мой визит, — с лёгкой улыбкой заметил Тимур, наблюдая за Инь.
— Обычно она не так дружелюбна с незнакомцами, — призналась я, всё ещё находясь под впечатлением от поведения любимицы.
Я провела его в гостиную, стараясь не показывать своего волнения. В конце концов, это мой дом, и я должна чувствовать себя здесь в безопасности. Но присутствие Тимура всё равно заставляло моё сердце биться чаще, хотя сейчас это было уже не только от страха.
Он удобно устроился на диване, и, к моему ещё большему удивлению, Инь запрыгнула к нему на колени, начав тереться о его руки. Тимур осторожно погладил её, и кошка довольно замурлыкала.
Пока он сидел с моей любимицей, я на скорую руку заварила чай с чабрецом, надеясь, что его аромат поможет мне успокоиться. Вернувшись в гостиную, я поставила две кружки на столик перед ним.
— С чего начнём разговор? — спросил Тимур, не отрывая от меня пристального взгляда. Его глаза словно пытались проникнуть в самую глубину моей души.
Я замерла на мгновение, не зная, как начать этот важный разговор. Столько вопросов крутилось в голове, но я не была уверена, что готова услышать ответы.
— Может, для начала объяснишь, что всё это значит? — наконец произнесла я, указывая на кошку, устроившуюся у него на коленях. — И почему ты вдруг решил стать моим защитником?
В комнате повисла напряжённая тишина. Тимур отхлебнул чай и медленно поставил кружку на столик. Его взгляд стал серьёзным, почти изучающим.
— Потому что ты мне нравишься, — просто ответил он, и эти слова прозвучали как гром среди ясного неба.