Глава 41 (Письмо для кудряшки)
Герман сидел за столом, как каменный. Пальцы тряслись, будто он только что с мороза. Писал что-то, но каждое слово давалось с трудом, как будто гвоздь в крышку гроба забивал. В комнате тишина, хоть мух слышно, а у него внутри – шторм. Это не просто записка – крик души, понимаешь? Последний шанс выплеснуть то, что годами копилось.
Привет, кудряшка... – начал он, и тут же ком в горле встал.
Минут пять, наверное, просто смотрел на эти два слова, а слезы градом покатились. В голове прокручивались воспоминания: вот она хохочет как безумная, глаза горят. Помнил, как они в парке гуляли, как она смеялась над его тупыми шутками, как руки случайно касались... Все казалось таким важным, настоящим... А сейчас осталась только дикая боль.
Даже не знаю, с чего начать... – пишет, и каждое слово – как будто кусок себя вырывает. Понимает, что ничего не вернуть. Любил ее всегда. Она была для него как звезда в темноте, и за все счастливые моменты он ей благодарен навек.
Но... жизнь – фиг поймешь, что будет дальше. Между ними такая пропасть выросла, что не перепрыгнуть. Не может дать ей того, чего она достойна. Когда она о планах на будущее говорит, у нее глаза загораются... А он... чувствует себя лишним.
Ты достойна большего... – выводит он. Достойна такого счастья, какое он дать не сможет. Видит, как она растет, как становится сильнее. Ей нужен кто-то особенный, кто сделает ее счастливой, кто всегда будет рядом и сможет поддержать. Он просто хочет, чтобы она была счастлива, даже не с ним.
От каждой мысли о ней тоска рвет сердце на куски, жить не хочется. Хотел бы, чтобы у них получилось, чтобы он был тем самым, кто ее осчастливит. Но внутри – страхи, сомнения... черти какие-то душу грызут. Понимает, что так больше нельзя. Нельзя ее обманывать, себя обманывать.
Прости меня... – пишет коряво. Прости, что не смогу быть с тобой. Надеюсь, когда-нибудь поймешь, почему я должен уйти. Не хочу быть обузой, мешать тебе жить. Ты заслуживаешь всего самого лучшего.
Закрывает глаза и представляет ее лицо – теплую улыбку, звонкий смех. И горько, и сладко одновременно. Вспомнил тот вечер, когда они на траве лежали и на звезды смотрели, мечтами делились. Она тогда сказала: Мы всегда будем вместе. А он крепко держал ее ладонь и чувствовал тепло. Как давно это было...
Ты навсегда останешься в моем сердце... – пишет он. Ты – моя первая любовь, и никто твое место не займет. Я всегда тебя буду помнить.
Слезы льются рекой. Понимает, что это прощание – единственный способ сохранить ее образ светлым. Аккуратно складывает письмо и кладет в конверт. Каждое движение – боль в сердце. Знает, что после этого письма все закончится.
Собравшись с духом, Герман встает и выходит на улицу. Ветер обжигает лицо, но в душе еще теплятся воспоминания о ней. Смотрит на небо и шепчет: Будь счастлива...
И идет к почтовому ящику. Внутри все кричит от боли, от потери, от любви, которую не сберег. Но где-то глубоко внутри чувствует, что так будет правильно.
Бросает письмо в ящик и бредет домой. Сердце стучит в такт шагам – ритм прощания, ритм уходящей любви.
Заходит в дом, садится на кровать, обнимает колени и прячет лицо. В комнате тишина, а вокруг – эхо их моментов: смех, разговоры до утра, мечты... Теперь этого не будет.
Закрывает глаза и представляет ее – улыбающуюся, счастливую, с другим человеком. С тем, кто сможет ее осчастливить, кто сможет дать ей то, чего не смог он. И боль пронзает сердце, как нож.
Почему так сложно отпустить? – спрашивает себя снова и снова. И тут же сам себе отвечает: Потому что любовь – это часть тебя. И когда эта часть уходит, от тебя кусок отрывают....