Глава 13
Дни проходили хорошо и легко. Мое небольшое отсутствие не сказалось на успеваемости. Ребята не нависали расспросами, только иногда бросали изучающие взгляды, если я поникала в свои мысли. В компании никто не поднимал мое положение, но я все равно чувствовала поддержку. Даже Уилл однажды подошел уже на парковке в конце дня и аккуратно спросил о маме, о том, как я справляюсь и нужна ли помощь.
Такое участие парня мне было приятно до глубины души. Я чувствовала, что мы начинаем сближаться и возможно снова станем теми же лучшими друзьям, какими были до старшей школы. Я искренне его поблагодарила и в двух словах упомянула о том, как обстоят дела.
На самом деле, ей не ставало легче. Почти каждый день я старалась ее навещать после уроков, и с каждым разом ее слабость была заметнее. Бледность больше не покидала лицо, а в руке появился катетер, ведь питалась она очень плохо. Врач успокаивал и говорил, что пока что причин для беспокойства нет. Реабилитация после таких случаев проходит по разному и в точности нельзя предугадать ежедневное состояние, но в долгосрочной перспективе все должно быть хорошо.
Такие слова я однажды подслушала во время разговора доктора с Эвелин.
Более подробными переживаниями я делилась с Эмили. Она только внимательно слушала, с грустью смотрела мне в глаза и крепко обнимала, когда я совсем раскисала. Но всегда была благодарна, что я нахожу в себе силы поделиться этим, а я была благодарна ей, что всегда меня выслушивает. Так в одни выходные, она предложила вытянуть меня в наше кафе и пригласить девочек. Я не сильно была рада, потому что накопилось очень много заданий, но Эмили настояла и я не смогла отказать.
В кафе на меня нахлынули воспоминания, ведь последний раз я была здесь с Сэмом, когда он помогал мне писать эссе. Я невольно улыбнулась, а Эмили штурхнула меня ногой под столом. Заметив ее пронзительный взгляд, я засмущалась и махнула на нее рукой, а она засмеялась. Снова она читает мои мысли...
День был снежный, поэтому Сара и Бет немного задержались в дороге.
- Ну неужели мы снова только вчетвером и никаких парней! - с восклицанием и облегчением сказала Сара снимая с себя пушистый оранжевый шарф.
- А я бы не отказалась провести с ними время. Конечно, мы девочками можем обсудить какие-то свои секреты, но с ними ведь значительно веселее, - заявила раздумывая Бет, на что Эмили активно закивала головой.
- Ну и что веселого, спорят что-то постоянно между собой и ведут себя как дети, - продолжала бурчать Сара.
- Да ладно тебе, ты ведь раньше только с парнями и дружила, - с вопросительным взглядом бросила Эмили.
- Ну ведь это было раньше, я то сама была еще ребенком. И вот я выросла, а они похоже не спешат.
Мы с девочками рассмеялись, и официант как раз принёс наш заказ. Плотно пообедав дома я все равно не смогла устоять перед здешними вафлями с соленой карамелью и маленьким шариком натурального кокосового мороженого. А латте с корицей и шоколадом согревал саму душу.
- Бет, а как ты будешь праздновать день рождения? - внезапно вспомнила я о наступающем празднике.
Девушка удивленно вскинула брови, словно сама забыла о своём же дне.
- Ну никакой вечеринки не предвещается, дома родители и сестренка еще совсем малышка.
- Так говоришь, словно вечеринка на твой день рождения всегда была обязательной, - с улыбкой заметила Сара.
Бет слишком стеснительная для того, чтобы устраивать вечеринку у себя. Дом - это её уютное гнездышко, зона комфорта и безопасности. Поэтому пустить туда пару десятков пьяных подростков не в ее духе. В чем я с ней была полностью солидарна.
- Я думала, может только вы придете ко мне на ночевку. Правда не на сам день рождения, мы уедем с родителями загород. Но вот с вами я бы встретилась «до». Устроим девчачьи посиделки, - задумчиво спросила Бет и все радостно закивали головой.
Я искренне обрадовалась такой новости, потому что не смогла бы найти силы для полноценной вечеринки. А выделить один вечер для подруги вполне смогу.
- Только без парней! - подняла в воздух вилку с кусочком вафли Сара.
Все рассмеялись и единогласно подняли свои: «Без парней!».
- Все равно целую ночь будем только их обсуждать, - тихонько наклонилась и прошептала мне на ухо Эмили, я хихикнула себе под нос и незаметно кивнула головой.
____________________
После встречи с близкими подругами самочувствие явно лучше. Такие выходы в социум помогают справляться с внутренней тревогой хотя бы на время, и снова можно почувствовать себя человеком.
Жалко только на время. Такое короткое время.
Вернувшись домой, я нигде не обнаружила Эвелин, но на столешнице красовался еще теплый яблочный пирог. Значит, она уехала только недавно. Может быть она навещает маму в больнице? Я решила, что возьму кое-какие вещи в комнате и отправлюсь туда же, как вдруг послышался звонок телефона. На экране всплыло имя тетушки.
В груди возникло не очень приятное чувство. Эвелин очень редко звонит, но в этом же нет ничего плохого? Просто так быстрее связаться, что-то сообщить.
Я с опаской поднимаю трубку и слышу немного обеспокоенный, но все еще ласковый голос тетушки: «Солнышко, не волнуйся. Все хорошо, просто приезжай в больницу как сможешь.»
Я, долго не думая, выбегаю из комнаты и спускаюсь по лестнице. Про вещи, которые хотела взять, я уже давно забыла, в руках только телефон и ключи от машины. Завожу двигатель и, стараясь не превышать скорость, глубоко дышу, чтобы успокоиться. Возможно в таком состоянии не стоило бы садиться за руль, но боюсь, что поездка на автобусе может меня добить.
Как на зло, по дороге все светофоры красные, я нервно стучу пальцами по рулю. Поездка выдалась изнурительно долгой, но я все-таки доехала до клиники без приключений. Захожу в двери и передвигаюсь коридорами уже по памяти. Практически лечу по лестничным пролетам и, заметно запыхавшись, наконец дохожу до палаты в которой лежала мама.
Эвелин сидит в кресле возле дверей.
- Тетушка Эвелин? - обеспокоенно подхожу к ней и опускаюсь на колени. - Что произошло?
- Все хорошо, - она аккуратно встает и обнимает меня за плечи.
Я в недоумении, с бешеным сердцебиением выбираюсь из объятий и устремляю взгляд прямо на нее:
- Что случилось? - практически по слогам произношу вопрос. Стараюсь звучать уверенно и спокойно, но с трудом получается. Голос дрожит.
Эвелин глубоко вздыхает и берет мою руку в свою, осторожно садится назад в кресло и указывает второй рукой на соседнее сиденье.
- Сегодня ей стало хуже, как раз тогда, когда я собиралась уходить, - тетушка осторожно поглядывает на меня, поглаживая руку, - она практически была без сознания. Я позвала медсестру, она доктора, он еще кого-то, а потом меня попросили выйти из палаты. Они там уже пол часа.
Меня словно облили ведром холодной воды, я ничего не могу сказать, поворушиться тоже. Словно оцепенение. В голове - тишина, нет ни одной мысли. Ни тревожной, ни грустной. Казалось, время остановилось.
Я не заметила сколько времени прошло, прежде чем двери палаты открылись и в проеме появился лечащий врач. Заприметив нас он уверенно вышел в коридор и закрыл за собой дверь, отойдя к окну он подозвал к себе Эвелин, а я так и осталась сидеть, не имея возможности сдвинуться с места.
Врач вручил Эвелин небольшую бумажку, а сам развернулся и исчез в конце коридора. Тетушка вернулась ко мне, забрала сумку с кресла, на котором сидела, и взяла меня за руку. Я встала и пошла за ней к выходу из отделения.
Только на улице Эвелин со мной заговорила.
- Её состояние очень тяжелое. Она пока без сознания и может пробыть так какое-то время. Возможно будет кома, а может станет лучше - никому не известно. Сердце слабое и само не справляется, ей подключили какие-то аппараты. Сказали купить лекарства, вот здесь все написано, - она показала мне листочек, на котором непонятными закарлючками в перемешку с цифрами написано пару строк.
Я посмотрела на Эвелин и в глазах появилась пелена из-за которой я плохо видела вокруг, но я не дала себе расплакаться.
Как держится тетушка, как всегда поддерживает меня, даже сейчас крепко держит за руку и не отпускает. Я буду такой же сильной, как она.
Я должна ради себя, и ради нее, и ради мамы.