Из грязи в князи

Мы подъехали к невысокому двухэтажному зданию. Из-за тонированных стекол машины были видны вспышки фотоаппаратов.

- Это пресса, - шепнул Джереми. - Не смей сама открывать дверь. Её нам откроют.

Через пару секунд после его слов, дверь машины открылась. Одна из вспышек камеры сразу ослепила меня, поэтому я не сразу поняла, где нахожусь. Я вышла из машины, и просто стояла, в растерянности оглядываясь по сторонам. Такого количества прессы я видела впервые в жизни. За мной вышел Джереми. Он обхватил меня за талию, посмотрел на одну из камер и улыбнулся.

- Улыбайся, - услышала я его шепот.

Я натянуто улыбнулась и посмотрела на одну из камер. Впереди меня шагали остальные незнакомые люди. Среди них я узнала Регину и Жаклин. Они шли мимо камер, и мило всем улыбались. Я медленно подходила к дверям здания. Просто повсюду были журналисты с камерами, диктофонами и блокнотами! Я медленно подошла к Регине. Увидев меня, она мне улыбнулась.

- Как тебе сие торжество? - спросила она.

- Немного шокирует... - произнесла я.

- Регина, Тоня, - к нам подошли Жаклин и Моника со своими кавалерами.

- Как вы? - спросила Моника.

- Волнуюсь, - ответила Регина.

- А вам не привыкать? - усмехнувшись, спросила я.

- Да, было немало раз... - так же усмехнулась Жаклин.

Я обернулась, и увидела знакомый роллс-ройс. Из него вышел папа. Он улыбнулся в очередную камеру и подошел к своему приятелю. Я пристально за ним наблюдала, пока он меня не заметил. Я пошла к нему на встречу.

- Все в порядке? - спросил он.

- Да, я в норме.

- Можно вас? - окликнул нас фотограф.

Папа обнял меня и улыбнулся на камеру.

- Не понимаю, зачем их зовут сюда, - сказал папа, когда фотограф отошел.

- Почему мы тут стоим?

- Скоро зайдем, потерпи. Все заходят не спеша. Здесь никто никуда не торопится.

- Но в душе самим не терпится зайти,- перебила я папу.

- Терпи, на что ты рассчитывала?

- На то, что тут будет пара журналистов, на то, что мы зайдем, потанцуем и выйдем.

В ответ я услышала смех.

- Нет, дорогая моя! Мы зайдем, там внутри нас еще будут фотографировать, потом будет речь моего друга, вот потом уже всех оставят в покое и будешь танцевать.

Понятно... Еще часа два я не смогу спокойно отдохнуть. К папе подошел еще один его друг. Я отошла от них. Пока я разговаривала с папой, собрались все друзья. Они тоже выглядели недовольными. Мы проторчали на улице еще полчаса и наконец-то нам позволили зайти. Вовнутрь меня вела красная дорожка. Я оказалась в светлом помещении. Пол был мраморным с красивыми узорами. Вдоль прохода стояли мраморные колоны. С двух разных сторон спускались лестницы с узорчатыми перилами. Они вели к стене, где были плакаты с фотографиями детей, и соответствующими фразами. Посреди этих вывесок просто висела золотистая занавесь, под которой просто была белая стена, возможно с именами спонсоров торжества. Знаете, на фоне которых обычно фотографируются голливудские знаменитости, перед церемонией вручения Оскара. Вот тут была такая. Джереми подвел меня к ней, и нас сфотографировали. Я заранее попросила Регину отдельно сфотографировать меня с ним на мой телефон. Затем меня перехватил папа. Я вновь оказалась под занавеской. На этот раз журналисты обратили большее внимание. Некоторые задавали самые нелепые вопросы.

- Это ваша девушка? - был самым нелепым среди всех.

От этого у меня глаза стали квадратными. Неужели я выгляжу как папина избранница?!

- Все в порядке! Это моя дочь! - не сдержался папа, и отвел меня подальше.

Мы с папой поднялись на второй этаж.

- Сейчас я познакомлю тебя с твоей бабушкой. - предупредил меня папа.

Когда мы поднялись на балкон, он подвел меня к одному из столиков с шампанским и подвел меня к пожилой женщине.

- Мама, я хочу представить тебе твою внучку - Антонину. Тоня, знакомься твоя бабушка - Маргарет.

Я посмотрела на «бабушку». Она выглядела очень хорошо, не смотря на возраст. У нее были серые глаза, и тонкие губы. Нос был как у папы: греческий и прямой. Волосы были золотистого цвета и уложены в строгую, высокую прическу. На ней было бежевое, силуэтное платье, а сверху легкая, шифоновая накидка. Она тоже с любопытством меня оглядывала. Спустя пару минут она выдала:

- Хм, я даже не знаю что сказать! Дочка у тебя удалась, Одрик! - усмехнулась она.

Я сделала легкий реверанс.

- Мне очень приятно познакомиться с вами... мадемуазель... - произнесла я. -

- Что ж, можно обойтись без таких форм общения. Я твоя бабушка, в конце концов, не смотря на то, что вижу тебя впервые, - улыбнулась она.

Тут снизу донеслись фанфары. Я подошла к краю балкона. На том месте, где все фотографировались, стоял отец Джереми с бокалом и микрофоном в руках.

- Что ж, друзья мои, я рад приветствовать вас здесь. - начал он - Этот бал устроен в честь того, что еще семьсот детей обрели крышу над головой, что теперь могут, как и все ходить в школу, общаться с друзьями, развивать себя! Дети это маленькие цветы и ростки в нашем большом саду. Для меня большая радость видеть их улыбки, слышать смех, и понимать, что все это я и мои коллеги делаем не зря! Их улыбки для меня награда! Я уверен, среди вас есть неравнодушные к их судьбам. Пожалуйста, кто хочет помочь им, обращайтесь в наш благотворительный фон «Поможем детям!». Сейчас я хочу поднять этот бокал за них - за детей!

Речь была эпичной. Ко мне подошел официант с подносом шампанского. Я взяла бокал, подошла к папе, чокнулась с его бокалом и сделала пару глотков. Бал был открытым. Внизу заиграла музыка, и все пошли танцевать.

- Простите, я вынуждена вас покинуть. Мне нужно найти своих друзей,- улыбнулась я папе и бабушке, и спустилась на первый этаж. Я начала взглядом искать Джереми, и остальных. Вокруг были незнакомые мне люди.

-Можно вас пригласить? - услышала я.

Обернувшись, я увидела незнакомого парня. Он стоял с протянутой рукой, и ждал моего ответа.

- Извини, приятель, она танцует со мной, - услышала я голос Джереми.

Он взял меня под руку и повел в зал, где все танцевали. Затем он резко остановился, обхватил за талию, и начал танцевать. Поблизости я увидела Эмму с Эмилем. А совсем рядом танцевала Регина с Домиником. Она выглядела счастливой. Я положила руку на плечо Джереми и ближе прислонилась к нему.

- Долго бал будет длиться? - спросила я.

- Не могу сказать. Нас здесь никто не держит. Когда людей станет совсем мало, тогда его закроют.

Танец закончился, и включили зажигательный джаз. Народ веселился и отплясывал, кто как мог. Я держалась с Региной за руки и просто танцевала. Было безумно весело. У меня болели ноги, но бокал белого вина заглушал всю боль. Я стояла около одного из столиков. Ко мне подошла Регина. Она выглядела усталой, но счастливой.

- Чертовы каблуки! - застонала она, беря бокал с шампанским. - Хочу уже уйти отсюда и где-нибудь в другом месте продолжить веселиться.

- Я не против, - улыбнулась я. - Только кто нам пустит?

- О чем щебечете? - спросил Рауль, подходя к нам под руку с Жаклин.

- О том, как было бы здорово уехать от сюда по дальше, и продолжить веселиться только с вами! - продолжала ныть Регина.

- Хм, я не против, - улыбаясь, ответила Жаклин.

- Я тоже за! - сказал Рауль.

- Может, у нас выйдет отпроситься? - спросила я. - Давайте попробуем! Разойдемся, спросим у родителей, и если удастся, свалим!

- Договорились, только надо и остальных предупредить. - предупредила Регина.

Я и Регина направились к моему папе, беседовавшему с очередным другом.

- На пару слов, - сказала я, оттаскивая его.

- Что случилось?

- Можно мы уйдем?

- Не понял.

- Уйдем с бала. Нам тут скучно, и это как бы взрослое мероприятие. А если нам всем пустят уйти, то мы продолжим веселиться, просто гуляя по городу. Пожалуйста, папа! - мокрым взглядом посмотрела я на него.

Поколебавшись несколько минут, он отпустил нас, не без наставлений. Мы вернулись к тому месту, где стояли. Все были в сборе, кроме Джереми. Вот и он.

- Прикиньте, мне папа еще и пустил машину взять! - сообщил Эмиль.

- Нам тоже! - сказали близнецы.

- Могу и я попросить. Подождите. - сказал Джереми и опять ушел.

Он вернулся счастливый и держал в руках ключи.

- Три машины на четырнадцать человек хватит, ведь!

- Еще и свободное место останется! - обнадежил меня Эмиль.

- Тогда поехали! - подозвали нас Дезире и Валентин.

Веселой компанией мы высыпали на улицу.

a