-1-
— Пак ЧеЁн, к доске, — устало проговорил седой учитель, присаживаясь на стул. Желтоватое длинное лицо, немного искривлённые зубы и щетина делали его явно старше своих пятидесяти семи, потому юница с особой осторожностью и лёгкой брезгливостью приняла мел из рук. ЧонГук — парень с третьей парты, только усмехнулся: «Как можно быть такой брюзгой?» Лишний раз уверился, что эта недоамериканка — стерва ещё та, и было бы хорошо, если бы кто-нибудь да проучил противную блондинку.
Иностранка училась с Чоном ещё с третьего класса средней школы, и сначала они даже общались немного, но неожиданная популярность за кукольное личико, несколько лет жизни в Новой Зеландии и крашенные белые волосы сделали из неё на редкость высокомерную девицу: никогда не показывает эмоций, смотрит холодным и презрительным взглядом, говорит односложно и постоянно всем дерзит. Только вот управы на неё нет никакой: для учителей — лучшая ученица, а для учеников — президент старшей школы. Хотя Чон понимал: сами виноваты, никто не хотел занимать эту «скучную» должность, поэтому и сплавили её новенькой, зато теперь именно она в курсе всех новых контрольных и даже некоторых заданий, лучших конкурсов, последних отметок. По этой причине, чуть ли не все, не считая хулиганов и прогульщиков, зависимы от неё, а в таких случаях и появляются всякие группы элит. У ЧеЁн приспешников мало — скромная тройка: ТэХён, ДжиСу и Дженни. Пак же не дура, чтобы окружать себя сомнительной толпой, но в этих ребятах она уверена.
ДжиСу — приятная брюнетка с красивой улыбкой и ярко-чёрными блестящими глазами. В отличие от своей вредной подружки, Ким являлась душой любой компании, и она поддерживала дружеские связи со всеми. ЧонГук даже задавался пару раз вопросом, как такая милая девушка может дружить с этой наглой девицей или второй Ким, но не находя ответов, останавливался на том, что ей просто выгодно.
Вторая Ким — Дженни Ким, копия иностранки, только ниже её на пол головы. С маленьким носиком, достаточно тонкими губами и бровями-«домиком», пожалуй, единственным, что помогало ей не выглядеть слишком пугающей, ведь большую часть времени она проводила с каменным, в какой-то мере угрюмым выражением лица. С ДжиСу её только фамилия и цвет волос объединял. Она приехала из Австралии в первый класс старшей школы и сразу всем показала свой характер. Видимо, ЧеЁн испугалась конкуренции и сразу приняла её с распростертыми объятьями. Во всяком случае, так думал Гук.
А Ким ТэХён — это отдельная история. Саркастичный говнюк, которому Чон уже ни раз хотел вмазать по смазливому личику. Главный ловелас и придурок всея старшей школы раздражал настолько же, насколько и его подружка, потому брюнет старался даже лишний раз не вспоминать о них.
— Чон ЧонГук, Вы с нами? — послышался голос преподавателя, а парень аж вздрогнул от удивления. Он похлопал глазами пару раз и шмыгнул носом, переводя неуверенный взгляд на математика.
— Да, учитель Чхве, я слушаю Вас.
— Это определённо радует, — он кивнул головой. — Проверьте пример, всё ли правильно написала ЧеЁн-щи? — брюнет перевёл взгляд на доску, где аккуратным, девичьим почерком были выведены цифры, составляющие сложное уравнение. Зелёная поверхность исписана сверху донизу, но в самом конце остался нерешённый пример с десятичными дробями.
— Ну, надо пример дорешать, и всё получится, — пожал плечами Гук, нервно крутя в руках карандаш. Он, в отличие от отличницы, в математике и прочих точных науках был слаб; еле добирал баллы, чтобы не плестись в самом конце списка, что можно говорить о моментальном нахождении ошибки?!
— Не угадали, ЧонГук-щи. Ещё раз увижу, что витаете в облаках, оставлю на дополнительные занятия, — Чхве СонСок погрозил кручковатым пальцем и тут же перевёл взгляд на НамДжуна — президента класса, который сидел за первой партой, старательно переписывая конспект.
У него была необычная, слишком мужественная для простого старшеклассника внешность: пухлые губы, широкие брови, крепкое телосложение и массивная челюсть. Несмотря на распространённое мнение о том, что мэр класса должен отличаться особой суровостью или надменностью, Джун был «своим парнем», может поэтому и он не мог поладить с президентом школы. Пареньку порой даже доставалось больше других, ведь когда у блондинки было плохое настроение или банальная лень, все свои обязанности она перекидывала на одноклассника, не заботясь о том, что у него могут быть личные дела. А он, попробуй не сделай, получил бы от учителей, только ему лишние проблемы не нужны. Даже сейчас юноша был готов к ответу, хотя со стороны и казалось, что всю постороннюю речь он пропускал мимо ушей.
— Она поставила запятую перед вторым нулём, а нужно было перед третьим.
— Спасибо, НамДжун-щи. ЧеЁн-щи, будьте внимательнее, — девушка снова повернулась к доске и подкатила глаза. Она терпеть не могла, когда её перед всеми поучали, ведь куда лучше просто мельком отметить ошибку, чем устраивать блиц-опрос классу. Закончив решение меньше, чем за минуту, она с небрежностью откинула мел на парту и с гордо поднятой головой вернулась на своё место — прямо перед Чоном. Было бы глупо утверждать, что где-то в глубине души Гук не был счастлив маленькой оплошности блондинки, но нет, он вовсе не язва и злюка, просто когда самовлюблённые дурочки получают удар по своей самооценке, это не может не радовать.
***
— Гук, почему ты такой невезучий? — откровенно смеялся, нет, ржал ЧиМин. Пак был отличным другом: рыжий паренёк с широкой улыбкой и отличным чувством юмора, но уж очень любящий издеваться над своими одноклассниками. Это не были издёвки в своём прямом значении, скорее просто стёб, но брюнет уже привык, поэтому спокойно отвечал:
— И это ты мне говоришь? Если уж ты такой везучий, то почему бы прямо сейчас тебе не пригласить Лису на Весенний бал? О, а вот и она... Лиса-я, иди сюда, — брюнет звал шатенку в свою сторону, пока его друг отчаянно колотил друга по груди, рукам и пытался закрыть ему рот.
— Ты чего творишь? Прекрати, опусти руки, — шипел рыжий, с ужасом понимая, что девушка его мечты направлялась прямо к ним.
Пак ЧиМин уже практически два года был влюблён в свою подругу Лалису Манобан, милую девушку из параллели, частенько помогающую организовывать различные внутришкольные праздники. Она была соседкой ЧонГука лет пять, и как только Пак заметил иностранку, приехавшую из Тайланда, его сердце пропустила два удара. Только вот он оставался стеснительным и крайне нерешительным школьникос, лишний раз не имеющим храбрости спокойно поговорить со своей первой любовью.
— Привет, ребята, — поздоровалась юная особа в своей привычной манере, откинув волосы назад и мило улыбнувшись. Её никто не видел грустной или раздражённой, всегда дежурная тёплая улыбка, а в левой руке стопка документов — каждый раз новых. — Ты что-то хотел, ЧонГук?
— Я — нет, а ЧиМин — да, — все внимательно посмотрели на красного, как помидор, парня, который больше всего на свете хотел провалиться сквозь землю.
— Ты не знаешь рецепт сёмги на пару? — выдал Пак первое, что пришло ему на ум. Лиса нахмурилась, спрашивая взглядом Гука: «Это шутка такая», — а тот лишь пожал плечами, стараясь сохранить спокойное лицо.
— Н-нет, прости, я не ем рыбу, — заторможенно ответила тайка.
— Правда? Ну ты это зря... в рыбе много полезных вещест: фосфор, кальций там... А ты знала, что если проткнуть мочевой пузырь рыбы, то тогда содержимое выльется и отравит её мясо? Но сёмга вкусная, будет жалко испортить её. Да, очень жалко... Ну я это, кхм-кхм, пойду пожалуй, может найду того, кто любит сыбу рёмгу, ой, рыбу сёмгу. ЧонСа, ЛиГук, пока, то есть, там наоборот, ЧонГук и Лиса. Короче, пока, — развернувшись, парень побежал в противоположную сторону от друзей, натыкаясь на других учеников. Манобан глянула на своего соседа вопросительно и раздосадовано, но так ничего и не сказав, просто ушла, позволив Чону умирать со смеху.
***
— Эй, Чон, ты ничего не перепутал, — этот звонкий голос с лёгким акцентом и хрипотцой он узнал бы из тысячи. Пришлось остановиться прямо посередине школьного коридора и развернуться в сторону источника звука.
— Чего тебе, Пак? — устало проговорил Гук, смотря на длинноногую блондинку, которая стремительно направлялась к нему.
— Неужели ты правда думал, что я не узнаю об этом?
— О чем именно? Ах, Пак, выражайся конкретнее.
— Хочешь конкретику? Ладно. Какого чёрта ты украл флешку учительницы Сон? — со всех сторон послышались шепотки и ахи, а парень воздухом подавился от такого нахальства.
— У тебя совсем крыша от учёбы поехала? Ты что такое несёшь?! — вспылил брюнет, подходя практически вплотную к девице. Её вечный сарказм и насмешку вытерпеть ещё было можно, но беспочвенные обвинения да ещё и в краже, пережить спокойно нельзя.
— Ну а что, все же знают, что у вас натянутые отношения с Сон СоЁн, а флешка с самостоятельной пропала как раз сегодня перед первым нашим уроком, пока её не было в кабинете. Ты приходишь в школу раньше всех и вполне логично предположить, что именно ты мог выкрасть ответы к задачам по химии. Учительница сказала, что у тебя на признание есть время до конца этого дня, а если же продолжишь уворачиваться от заслуженного наказания, весь класс будет оставлен на дополнительные часы, где уже сама госпожа Сон будет выяснять и доказывать твою вину, — ЧеЁн даже не стала слушать объяснений парня, обходя его стороной, а ученики недовольно загудели, закричали, сыпля оскорблениями и обвинениями: «Эй, Чон, ты че творишь?! Иди признавайся!» «Какого хрена, ЧонГук, иди быстро к учителю!» «Я не хочу оставаться здесь из-за тебя, придурок!» Все чувства смешались и бушевали внутри, но в голове Чона крутилась лишь одна мысль: «Тебе конец, Пак ЧеЁн».