Дэниэл

Девчонка виделась ему следующие недели две, но теперь никогда милой. Она являлась всегда старой, таковой не являясь.

Она всегда мучила его, а он не мог проснуться, выбраться из ее лап.

Ему стало по настоящему страшно.

Он ходил усталым и с синяками под глазами, что даже его родные успели заметить.

Его стало чаще тошнить, что бесило его, но он ничего не мог поделать.

Эбби сидела с ним и гладила его во время снов. Она гладила его своей сморщенной рукой, которая никогда не дрожала.

Дэниэл устал, он больше не мог и открыл глаза.

От неожиданности он осмотрелся и ему в голову пришла мысль.

Ему двадцать шесть, и в метре от него сидела его гавкающая собака Джордж.