Глава 7: Запах клубники.
Точка зрения Дэймона
Компания была в плохом состоянии, потому что мы не могли найти идеального актера-омегу для новой драмы, которую наша компания Gold Era собиралась продюсировать. Из-за этого мое настроение было на пределе.
Сегодня я прослушал более 200 омег, но ни одна из них не подходил для этой роли.
Вдобавок ко всему, вечером Ориан сказал мне, что хочет спать со мной, поэтому мне пришлось быстро вернуться домой. Я так разозлился, что наказал его, сказав, что сегодня он будет спать один.
Закончив всю свою работу, когда я приехал сюда, как предо мной появился этот парень. Честно говоря, сначала я подумал, что это Ориан.
Но как только я взглянул на его лицо, я понял, что это не Ориан, на самом деле он выглядел даже лучше, чем Ориан.
Его светлые волосы сияли под светом, а его голубые глаза создавали ощущение бесконечного океана. Он был одет в коричневую рубашку и черные брюки. Его стройная фигура доказывала, что он был омегой.
Когда он поклонился мне, чтобы извиниться, я заметил, что на нем не было тапочек. Как он мог стоять на улице босиком в такую погоду?
Он подходил идеально для моей роли, поэтому я попробовал накричать на него, гадая, как он отреагирует в этой ситуации. И, действительно, он меня впечатлил.
Правда в том, что он был как раз как в роли — неуклюжий. В конце концов, кто спотыкается о собственные ноги и падает?
От падения у него была царапина на щеке, и из нее сочилось немного крови, но он, вероятно, еще этого не заметил.
Поэтому, когда он собирался снова упасть, я схватил его за руку, чтобы не дать ему снова пораниться.
Но как только я прикоснулась к нему, в воздухе внезапно раздался аромат клубники, поразивший мои чувства.
Я сразу же начал вдыхать запах этих феромонов.
«Это омега-феромоны?» Как только я это произнес, он оттолкнул меня и уставился на меня убийственным взглядом, как будто собирался убить меня прямо здесь и сейчас.
«Если ты посмеешь снова меня тронуть, я сломаю тебе руку», — его тон ясно давал понять, что он крайне зол.
«Успокойся, а эти клубничные феромоны твои?» Я просто хотел убедиться, но, спросив его и увидев его реакцию, я понял, что он собирается разозлиться.
«Какое вам дело, мои феромоны, даже если они пахнут клубникой?» Он орал так громко даже среди ночи?
«Хоть не кричи, ты время видел? Что с тобой случилось?» Мне пришлось его успокаивать, потому что сам он явно не собирался снижать тон.
Повязка на его голове покраснела, вероятно, потому, что из-за крика рана снова открылась.
«У тебя кровь течет. Дай-ка я перевяжу твою рану», — сказал я, но едва открыв рот, в мой нос снова ударил запах клубники.
По телу пробежало странное ощущение, будто током ударило. Я не мог поверить, что могу чувствовать этот клубничный запах, потому что с самого детства никто из нас, четверых братьев, не мог чувствовать никаких феромонов омеги.
По словам оракула, у нас четверых будет только один мужчина-омега в качестве нашего предназначенного партнера, и мы сможем чувствовать только феромоны нашей предназначенной Омеги.
Я до сих пор отчетливо помню ту ночь. Я ходил на ярмарку с мамой и папой, и впервые уловил запах клубничных феромонов.
После этого я увидел Ориана, стоящего в одиночестве и плачущего. Мы искали родителей Ориана везде, но не смогли их найти.
Он был слишком мал, чтобы что-то нам рассказать. Мама сказала, что он наш роковой партнер, поэтому мы могли почувствовать его феромоны.
Но правда была в том, что после той ночи никто из нас больше не мог чувствовать феромоны Ориана. Мы никогда не упоминали об этом, потому что это расстроило бы маму.
И по какой-то причине в течение последних нескольких месяцев мама приводила к нам домой всех светловолосых и голубоглазых омег, которых ей удавалось найти, и держала их под стражей.
По словам врача, она пытается найти нам партнеров. Она не хочет, чтобы все четверо остались с одним партнером.
Она хочет, чтобы у каждого из нас был кто-то другой, и, возможно, именно поэтому эта омега оказалась в нашем особняке.
«Извините, если мое поведение расстроило вас, но не могли бы вы сказать мне, как вас зовут и к какой стае вы принадлежите?» В тот момент, когда я спросил, гнев, казалось, исчез с его лица, сменившись нервным выражением.
Пот выступил у него на лбу, он избегал моего взгляда, оглядываясь по сторонам вместо того, чтобы ответить на мой вопрос.
«Эмм... меня зовут Сайлас, и я... и я одиночка», — тихо сказал он. На мгновение мой мозг замолчал, пытаясь обработать то, что он только что сказал. Но через несколько секунд я, наконец, уловил его слова.
«Значит, Сайлас, ты одиночка. Где же ты тогда живешь?» — спросил я его, но как только слова слетели с моих губ, я услышал голос папы.
Я обернулся и увидел машину папы. Внутри на заднем сиденье сидели Каэль и Ориан с мамой.
«Что случилось с мамой, папа?» — тут же спросил я, положив руку на окно машины.
«У твоей мамы случилась паническая атака, поэтому мы везем ее в больницу. Ты должна поехать с нами», — сказал папа и уехал на машине. Тревога на его лице была явно видна, за маму.
Я пошёл к двери машины, и вот тут я заметил Сайласа. Его голова была в крови, но он, казалось, собирался улизнуть оттуда.
«Сайлас, куда ты? Садись ко мне в машину», — позвал я его и сел в машину. Но он не садился, поэтому я начал громко сигналить.
Через две минуты он сердито открыл дверцу машины, захлопнул ее и сел рядом со мной.