Глава 4
Они сидели на шезлонгах, капли воды высыхали на коже под жарким солнцем.
Тишина была громкой.
Айлин косилась на Рустама, не зная, что сказать.
Он смотрел в даль, челюсть напряжена, будто готовился к чему-то важному.
— Рустам... — начала она.
— Я люблю тебя.
Она замерла.
— ...Что?
— Два года. — Он повернулся к ней, глаза горящие, серьёзные, как никогда. — Два года я люблю тебя. Вот почему я всегда дразнил тебя. Вот почему защищал, хотя ты меня ненавидела.
Айлин не дышала.
— Ты... врёшь.
— Нет.
— Но ты... ты же смеялся со всеми!
— Потому что не мог признаться.
Она вспомнила все эти годы — его колкости, его насмешки, его взгляды, которые она не понимала.
— Я... ненавидела тебя, — прошептала она.
— Знаю.
— Но теперь...
— Теперь?
Она посмотрела на него — настоящего, без масок, без шуток — и поняла.
— Теперь я тоже люблю тебя.
Он притянул её к себе, губы встретились в поцелуе, который ждал слишком долго.
Горячий. Солёный. Настоящий.
Айлин обняла его за шею, пальцы вплелись в мокрые волосы.
— Дурак, — прошептала она между поцелуями.
— Твой, — ответил он.
Айлин вернулась с бассейна, мокрая и уставшая, но счастливая.
— Надо переодеться, — пробормотала она, стягивая купальник.
Дверь в её комнату была приоткрыта, но она не волновалась — Рустам вроде ушёл на кухню.
Ошибка.
Дверь распахнулась без стука.
— Айлин, ты не видела… — Рустам замолчал на полуслове.
Она стояла перед ним в одних трусиках, купальник в руке, грудь обнажённая, кожа розовая от воды.
Тишина.
Глаза Рустама расширились, губы приоткрылись, а ниже…
Ой.
— ВЫЙДИ!!! — Айлин закрылась руками, краснея до кончиков ушей.
— Нет.
— ЧТО ЗНАЧИТ "НЕТ"?!
— Значит, — он переступил порог, закрывая дверь за собой, — я не уйду.
Его джинсы стали чуть теснее.
— Ты псих?! — она схватила подушку, чтобы прикрыться.
— Айлин. — Он шагнул ближе, голос низкий, хриплый. — Мы только что признались друг другу в любви.
— И ЧТО?!
— И я хочу на тебя смотреть.
Она замерла.
Его глаза горели так, что у неё перехватило дыхание.
— Ну… — она сжала подушку крепче. — Только не приближайся.
— Обещаю.
Он ухмыльнулся, но остался на месте, разглядывая её с головы до ног.
Айлин чувствовала, как горит под его взглядом.
Айлин швырнула в него подушкой, прижимая вторую к груди.
— Я СЕРЬЁЗНО, ВЫШЕЛ!
Но Рустам не двигался с места, только прищурился, смотря на её сжатые кулаки и алое лицо.
— Ты стесняешься.
— НЕТ! — солгала она, отворачиваясь.
— Айлин.
— Просто… уйди.
Он нарушил договорённость.
Один шаг.
Второй.
— Ты же обещал… — её голос дрогнул.
— Знаю.
Третий шаг — и он уже перед ней, осторожно прикасаясь к её рукам, сжимающим подушку.
— Пусти.
— Нет.
Она зажмурилась, чувствуя, как его пальцы разжимают её хватку.
Подушка упала на пол.
— Смотри на меня.
— Не хочу.
— Айлин.
Она открыла глаза — и увидела его взгляд, без насмешки, без похоти, просто… тёплый.
— Мне нравится твоя грудь. — Он усмехнулся, видя, как она краснеет. — Но если бы она была другой — мне бы всё равно нравилась ты.
Тишина.
— …Правда?
— Да.
Она вдохнула глубже, позволяя ему увидеть себя, не прикрываясь.
Он не стал говорить больше.
Просто притянул её к себе и поцеловал — медленно, чтобы она поняла:
Ей нечего стесняться.
Айлин пошатнулась, споткнулась о край кровати и упала на спину.
Рустам не успел её поймать — только резко наклонился, руки по бокам от её головы, тело нависло над ней.
Дыхание перехватило.
Расстояние между ними — сантиметры.
Его глаза потемнели, рука опустилась к её талии, губы приоткрылись...
Но Айлин прижала ладонь к его груди, останавливая.
— Стоп.
— …Что? — он не понимал, почему она прерывает это.
— Во-первых, — голос дрогнул, — это мой первый раз.
Рустам замер, будто его облили ледяной водой.
— А во-вторых, — она отвернулась, краснея, — презервативов-то нет.
Он резко отстранился, провёл рукой по лицу, пытаясь прийти в себя.
— Чёрт… Ты права.
Айлин села, поправляя футболку, не смотря на него.
— Прости.
— Не извиняйся, — он резко встал, отходя к окну. — Это я должен был остановиться.
Тишина.
Потом Айлин тихо:
— Я просто не хочу, чтобы всё было как-то наспех.
— Я знаю.
— И… мне страшно.
Рустам развернулся, подошёл, сел рядом и обнял её.
— Значит, подождём.
Она прижалась к нему, чувствуя, как его сердце стучит так же часто, как у неё.
---
Айлин натянула свою фиолетовую ночнушку — ту самую, с милыми котиками и потёртым воротником, — и вздохнула, стараясь не думать о том, как его ладони почти коснулись её бедра.
«Зачем я стояла как вкопанная…»
Она прошлась по комнате, пытаясь успокоиться, но мысли сбивались.
«Он ведь мог… но не стал.»
Рустам швырнул футболку на стул и рухнул на кровать. Грудь вздымалась, в ушах пульс.
«Придурок. Ты чуть не облажался.»
Он закрыл глаза, вспоминая её лицо, когда она сказала "стоп".
— Она доверяет мне, идиот. А ты… чуть не напугал.
Он ударил кулаком по подушке. Потом провёл рукой по волосам и пробормотал:
— Но я всё равно её хочу. Так сильно.
Стенка тонкая.
Айлин переворачивалась с боку на бок, шепча себе:
— Нет, я не хотела. Или хотела?.. Нет! Ну, может быть. Немного. Боже, я с ума схожу.
Рустам тоже не мог уснуть, слушая, как она шуршит одеялом.
«Если бы я остался ещё на секунду…»
«Если бы она не остановила…»
Они не знали, но оба лежали, уставившись в потолок, и думали друг о друге.
На кухне — молчание. Только шум холодильника и ложка, стучащая о чашку.
Айлин хмурилась, будто что-то взвешивала.
Потом, не глядя:
— Ты купишь презервативы?
Рустам подавился соком.
— П-прости, ЧТО?!
— Ну, типа… вдруг когда-нибудь. Лучше быть готовыми, чем потом… — её щёки вспыхнули, но она не опустила взгляд.
Он медленно моргнул, потом рассмеялся, потирая лоб:
— Ты вообще с какой планеты, а?
— С той, где девочки думают наперёд.
Он поднял брови, улыбаясь:
— Это был комплимент.
— Тогда спасибо.
---
Айлин стояла у входа в аптеку, ковыряя лак на ногтях, пока Рустам исчез внутри.
Через пять минут он вышел с плотным пакетом, который подозрительно не шелестел.
— Много взял? — подняла бровь Айлин.
— Надо же проверить, какие лучше, — отшутился он, запихивая пакет в рюкзак.
Она фыркнула, но щеки предательски заполыхали.
— Так… значит, вечером? — спросила она, когда они отошли от аптеки.
Рустам резко кашлянул:
— Вообще-то, я подумал… может, не сегодня?
— …А когда?
— Когда ты точно будешь готова.
Айлин остановилась, развернулась к нему и уставилась:
— Ты сейчас отказываешься?
— Нет! — он взял её за руки, сжимая пальцы. — Просто не хочу, чтобы ты решала на нервах.
Пауза.
— Ладно, — она кивнула, чуть успокоившись. — Тогда идём на море.
Пляж был пустым — слишком ранний вечер для туристов.
Айлин шлёпала босиком по мокрому песку, краем глаза поглядывая на Рустама, который упорно не смотрел в её сторону.
— Ты чего молчишь? — не выдержала она.
— Думаю.
— О чём?
— О том, как не облажаться.
Она засмеялась, подняла горсть воды и плеснула в него:
— Слишком поздно.
Они сели у воды, ноги касались друг друга.
— Слушай, — Айлин ковыряла песок пальцами, — а что будет, если я передумаю?
— Ничего, — он пожал плечами. — Будем ждать.
— Даже если я передумаю через год?
— Даже если через пять.
Она посмотрела на него, глаза слегка блестели:
— Ты правда такой терпеливый?
— Нет, — он ухмыльнулся, — просто твой Стич уже научил меня ждать.
Айлин рассмеялась, оперлась на него плечом, и они молча смотрели, как солнце садится в море.
1:00 ночи.
Тишина в доме была оглушительной, только часы где-то тикали, напоминая, сколько времени они просидели на пляже.
Рустам пошёл в свою комнату, думая, что Айлин — в свою.
Ошибся.
Дверь скрипнула, и она стояла на пороге, кусая губу.
— Чего? — он обернулся, сбрасывая кроссовки.
— Презервативы у тебя, — пробормотала она, не входя до конца.
— И…?
— И… я решила.
Айлин огляделась — комната была чище, чем она ожидала:
Постеры с играми на стенах.
Ноутбук на столе, полузакрытый.
Кровать средних размеров, не заправленная.
— У тебя опыт был, да? — спросила она, садясь на край кровати.
— Один раз, — он пожал плечами, садясь рядом. — И то "по приколу".
— …Что?
— Ну, типа не из-за чувств, — он скривился, вспоминая. — Глупость.
Айлин сжала край матраса:
— А сейчас не "по приколу"?
— Нет.
— Я… не знаю, как это делать, — призналась она, глядя в пол.
— Я тоже не эксперт, — он взял её за руку, — но мы разберёмся.
— Обещаешь не смеяться, если я что-то накосячу?
— Обещаю.
— И… не торопиться?
— Конечно нет.
Она вдохнула, посмотрела ему в глаза — и кивнула.
— Тогда… ладно.
Рустам не двигался, давая ей время передумать.
Но Айлин сама притянула его к себе, и их губы встретились в поцелуе, который больше не оставлял сомнений.
---
— Пальцы или язык? — спросил он прямо, глядя ей в глаза.
Айлин моргнула, не понимая:
— Ч-что?
— Чтобы тебе было… легче.
Она покраснела до корней волос, но кивнула:
— Язык…
Он не торопился.
Сначала снял с неё футболку, целуя ключицы, потом спустил трусики, оставляя поцелуи на бёдрах.
Айлин дышала часто, руки вцепились в простыню.
«Боже, он сейчас УВИДИТ меня ВСЮ…»
Рустам сбросил и свои шорты, но не давал ей разглядывать себя — сразу прижался губами к её животу, продвигаясь ниже.
Первое прикосновение языка к клитору заставило её вздрогнуть.
— А-а-ах!
Он не останавливался, водя кончиком вокруг, пока она не закусила губу, чтобы не кричать.
«Это… это вообще законно?!»
Потом глубже — язык вошёл в неё, медленно, будто изучая.
Айлин выгнулась, схватившись за его волосы:
— Рустам, я…
Но слова растворились в очередном визге.
«Почему он так ХОРОШО это делает?»
«Он же говорил, что у него был только один раз… ЛГАЛ?»
«Нет, стоп, он же сказал — «по приколу»… Может, там была какая-то… о, БОЖЕ, ОН СНОВА ТАМ—»
Её тело напряглось, потом резко расслабилось, лёгкая дрожь пробежала по коже.
Рустам поднял голову, губы блестели:
— Ну что, готовься к продолжению.
Айлин всё ещё дрожала, когда поняла — он прекратил именно в тот момент, когда она была на пределе.(Если что они полностью голые)
— Ты… ты же не дал мне дойти? — прошептала она, расплываясь на кровати, рука легла на лоб.
«Или так и надо? Может, это часть процесса?»
Рустам приподнялся, опёрся на локоть, глаза были тёмными, голос хриплым:
— Нет, просто…
«Просто что, идиот? Боялся, что я испугаюсь? Или сам не уверен, как правильно?»
— Ты… не передумала? — спросил он вместо ответа.
«Передумала бы давно, если бы хотела», — подумала Айлин, но вслух сказала:
— Нет.
— Тогда просто хотел не торопиться.
«Врёшь», — мелькнуло в её голове, ведь его взгляд избегал её, а пальцы сжимали простыню.
«Сам боишься.»
Вдруг Айлин приподнялась, схватила его за плечи и притянула к себе:
— Если я сказала "да", значит — ДА.
Рустам застыл, потом коротко и резко рассмеялся:
— Чёрт, ты меня всё-таки перехитрила.
— Значит, продолжаем?
— Да.
Но на этот раз он не остановился.
Рустам медленно вводил себя, сжимая зубы от напряжения.
— Дыши, — прошептал он, чувствуя, как её тело напрягается в ответ.
Айлин вцепилась в подушку, лицо исказилось от непривычного ощущения.
— Больно…
Он замер, не продвигаясь глубже.
«Чёрт, так нельзя…»
— Смотри на меня, — тихо сказал он, отпуская её бёдра и перемещая руки выше.
Его пальцы скользнули по её груди, лёгкие круговые движения вокруг сосков.
Айлин вздохнула, спина выгнулась навстречу.
— Так… лучше?
— М-м…
Он наклонился, захватывая один сосок губами, язык водил по нему, пока она не застонала.
Постепенно её тело поддалось, мускулы разжались, и он смог продвинуться чуть глубже.
— Всё ещё больно?
— Меньше…
Он продолжал ласкать её грудь, то ртом, то пальцами, пока ритмичные движения не стали плавнее.
Айлин впервые расслабилась, руки обняли его за плечи, ногти слегка впились в спину.
— Теперь… нормально?
— Да…
Теперь он двигался увереннее, но всё ещё следил за её реакцией.
— Ты… хорошо?
— Да… Ты?
— Очень.
Она рассмеялась, и этот смех разрядил напряжение.
— Можешь… ускориться? — прошептала Айлин, крепче впиваясь пальцами в его спину.
Рустам задохнулся, но послушался — ритм стал чаще, глубже, и она закинула голову, стон застрял в горле.
«Боже, она… она вообще понимает, что делает?»
Он кончил первый, сжав зубы, чтобы не закричать, тело напряглось, потом обмякло на ней.
Айлин тяжело дышала, глаза блестели от возбуждения и… недоумения.
— Всё?
— Пока да, — он попытался отстраниться, но она не отпускала.
— Может… ещё? — она сделала глаза "как у котёнка", губы в бантик.
— Ты… серьёзно?
— Ну пожааалуйста…
«Чёрт, это же читерство», — промелькнуло у него в голове, но тело уже отреагировало, несмотря на усталость.
— Ладно… Но только потому что ты так смотришь.
Рустам даже не успел понять, как оказался на спине – Айлин резко перекатилась на него, прижав его плечи к кровати.
— Теперь мой ход, — прошептала она, глаза горят вызовом,губы в дерзкой ухмылке.
«Чёрт… Когда она успела так осмелеть?»
Она медленно опустилась на него, контролируя каждый сантиметр, пока он не вошёл в неё полностью.
— Быстро — сказала она, уже хватаясь за его плечи.
— Ты уверена?
— Я не просила совета.
И началось – она поднималась и опускалась резко, грудь прыгала в такт, волосы
распустились по плечам.
«Боже, она… она сводит меня с ума», — подумал он, впиваясь взглядом в её тело.
— Тебе нравится, как я на тебе скачу? — её голос был хриплым, смешанным с тяжелым дыханием.
— Айлин…
— Говори.
— Да, чёрт возьми.
Она засмеялась, ещё сильнее ускоряясь, ногти впились в его грудь.
— А теперь кончай, пока я не передумала.
Он не сдержался – руки вцепились в её бёдра, тело напряглось, и он кончил, сжав зубы, чтобы не застонать слишком громко.
Айлин не останавливалась, продолжая двигаться, пока её собственное тело не затряслось в оргазме.
Потом рухнула на него, грудь прижалась к его потной груди, дыхание смешалось.
— Ну что… доволен? — прошептала она в его шею.
— Не то слово.
Когда она приподнялась, на простыне осталось несколько капель крови.
Рустам замер, глаза расширились.
— Ты…
— Что? — Айлин обернулась, увидела и сморщила нос. — Ой.
«Значит, правда первый раз…»
Он спрыгнул с кровати, сдернул простыню и быстро заменил её на свежую.
— Не переживай, это нормально, — пробормотал, стараясь не смущать её ещё больше.
Айлин уже исчезла в ванной, шум воды заглушал её движения.
Она вернулась в чистой футболке, волосы собраны в растрёпанный хвост, щеки розовые.
— Всё в порядке? — спросил он, отводя взгляд.
— Да… просто не думала, что будет кровь.
— Бывает.
Пауза.
— Спать?
— Спать.
Они легли, но на этот раз она прижалась к нему, головой на грудь.
— Рустам?
— М?
— Спасибо.
Он не ответил, просто обнял её крепче.
Айлин заворочалась, не в силах удобно улечься на груди Рустама.
— Что-то не так? — спросил он, полусонный, разжимая объятия.
— Не могу уснуть так, — пробормотала она, переворачиваясь на бок.
Рустам не заставил себя ждать — придвинулся вплотную сзади, обвив рукой её талию, а ногой зацепив её ноги, чтобы они переплелись.
— Так лучше? — прошептал он ей в шею, дыхание горячее на коже.
— М-м… — Айлин кивнула, чуть прижимаясь задом к нему, и он замер, чувствуя, как её тело расслабляется.
«Какого чёрта она так идеально вписывается в мои объятия?» — подумал Рустам, нос уткнув в её волосы.
«Чёрт… а он твёрдый. Опять», — сообразила Айлин, но решила не комментировать, чтобы не смущать его.
Вместо этого она прикрыла его руку своей и закрыла глаза.
Когда солнце пробилось сквозь шторы, они всё ещё лежали так же — переплетённые, как две части одного целого.
Рустам проснулся в 7:00, как обычно — тело настроено на ранние подъёмы из-за футбольных тренировок.
Но сегодня — не шевельнулся.
Не пошевелил руку, лежащую на её талии.
Не сдвинул ногу, переплетённую с её ногами.
«Если пошевелюсь — она проснётся. А если проснётся — сбежит».
Айлин спала крепко, щёка прижата к подушке, губы слегка приоткрыты.
Рустам считал её вдохи, стараясь дышать так же медленно, чтобы не нарушить тишину.
«Боже, она спит, как убитая… Как вообще можно спать до 12?»
Но это значит, что у него ещё целых пять часов, чтобы просто лежать и смотреть на неё.
«Вчера всё было по-настоящему. Она не сбежала. Не пожалела».
«И теперь… она здесь. В моей кровати. Спит, как будто так и надо».
Его пальцы едва дрогнули, желая провести по её руке, но он сдержался.
«Нет. Пусть спит».
В 8:30 Айлин наконец пошевелилась — глухо застонала, потянулась и прижалась спиной к нему ещё сильнее.
Рустам затаил дыхание.
— М-м… Ты проснулся? — прохрипела она, глаза всё ещё закрыты.
— Нет, — солгал он, прижимаясь губами к её плечу.
Она хмыкнула, но не отстранилась.
Его враньё ("Нет") сработало лучше, чем любое снотворное — Айлин даже не попыталась открыть глаза, просто вздохнула и провалилась обратно в сон за считанные секунды.
Рустам приподнял бровь, изумлённый.
«Серьёзно? Только что говорила, и уже спит? Это какой-то сверхнавык.»
Он осторожно приподнялся на локте, изучая её:
Дыхание — сразу ровное, глубокое.
Ресницы — не дрогнули ни разу.
Губы — расслабленные, чуть приоткрытые.
«Как человек может так мгновенно отключаться? Может, она вампир? Или робот? Надо будет спросить… когда проснётся. То есть часов в пять вечера», — саркастично подумал он, лёг обратно и притянул её к себе.
Так как двигаться было нельзя, Рустам решал кроссворд в уме:
«7 букв: "то, что я чувствую к этой спящей красавице". Лю-бовь? Слишком банально. Бес-сонница? Ближе к правде.»
Айлин вдруг крякнула во сне и засунула руку ему под футболку, прижав ладонь к животу.
«…Или "пленник". Тоже 7 букв», — решил он, закрывая глаза.
Тишину разорвало громкое урчание — такое громкое, что Рустам на секунду подумал, будто под кроватью прячется недовольный барсук.
Но нет.
Это был её желудок.
«Ага, понятно. Вечером "я не голодна", зато утром организм мстит за пытку голодом», — прокомментировал он про себя, смотря, как Айлин во сне прижимает руку к животу, но так и не просыпается.
«Спорт — это "не её", но издеваться над метаболизмом — это запросто. Логика? Ну конечно, нет».
Он осторожно приподнялся, решив не будить её (в конце концов, голодный бунт желудка — её личная проблема), но тут же передумал.
«Если она не поест сейчас, то потом будет злая, как голодный тигр. А мне это надо?»
Ответ был очевиден.
Рустам аккуратно высвободился из объятий, накрыл её одеялом построже (а то ещё простудится) и на цыпочках поплёлся на кухню.
Мысли по дороге:
— Яичница или блины? («Блины дольше, но она их обожает… Ладно, пусть будет яичница, мне лень»).
— А если она проснётся раньше? («Учует запах и приползёт, как зомби»).
— Почему я вообще это делаю? («…Потому что влюблён, как идиот»).
Рустам тихо прикрыл дверь, но не учёл одного — Айлин спала как убитая, но её нос работал на отлично.
Первый аромат кофе донёсся до спальни, и она сразу зашевелилась в постели.
Айлин проснулась, потянулась и тут же поняла — её личная грелка в виде Рустама куда-то пропала.
— Рустам? — крикнула она, но ответа не было.
Разозлённая, она сорвалась с кровати, натянула его футболку, которая была в два раза больше её, и поплелась на кухню.
На кухне её ждал настоящий праздник обжорства:
Яичница с беконом.
Блины — всё-таки сделал.
Шоколадный сироп — её слабость.
— Ты что, решил меня раскормить? — фыркнула она, но глаза уже бегали между тарелками.
— Нет, — он ухмыльнулся, пододвигая стул. — Просто знаю, что ты голодная.
— Я не голодна!
Её желудок громко возразил этому.
Она сдалась, устроилась за столом и тут же закинула в рот кусок блина.
— Блин, это вкусно... — простонала она, закатывая глаза.
— Я знаю, — он сел напротив, глядя, как она ест. — Кстати, мы так и не поговорили...
— О чём? — она насторожилась, откладывая вилку.
— О том, что теперь мы официально вместе.
Тишина.
— ...А разве мы уже не вместе? — спросила она, краснея.
— Ну, официально никто не объявлял.
— Ладно, — она взяла ещё один блин. — Тогда считай, что я только что объявила.
Рустам прислонился к дверному косяку, наблюдая, как Айлин ёрзает на стуле, морщась при каждом движении.
— Ну что, как ты? — спросил он, пытаясь скрыть ухмылку.
— Отлично! — бодро брякнула она, хватаясь за кофе. — Вообще ничего не болит.
Её желудок только что был накормлен, так что боль от вчерашнего пришла с опозданием.
Она потянулась за вторым блином — и тут же вскрикнула.
— А-а-ай!
— Что? — он приподнял бровь.
— Спина… ноги… ВСЁ! — она скривилась, медленно меняя позу. — Блин, это из-за вчерашнего?
— Ну, ты же не просто лежала, — он не удержался от комментария. — Ты там скакала, как на родео.
— ЗАТКНИСЬ! — Айлин швырнула в него салфеткой, но это только усилило боль в плече.
Рустам вздохнул, подошёл сзади и начал разминать ей плечи.
— Расслабься.
— Не трогай, больно!
— Сейчас будет ещё больнее, но потом отпустит.
Она заскулила, но поддалась его рукам. Через пару минут мышцы действительно начали отпускать.
— Ты вот это всегда делаешь после... ну, того? — спросила она, краснея.
— Нет, — он хмыкнул. — Обычно девушки не устраивают марафон в постели в первый раз.
— Ну извини, что я энтузиаст!
— Значит, так, — Айлин потянулась и снова скривилась. — Сегодня мы ничего не делаем.
— Ничего?
— Абсолютно. Только диван, фильмы и еда.
— А массаж? — он ухмыльнулся.
— Только массаж. И никаких намёков на вчерашнее!
— Обещаю. (Не обещаю.)
Телефон Айлин завибрировал на столе, заставив её вздрогнуть.
— Мама… — прошептала она, глядя на экран с ужасом.
Рустам замер с чашкой кофе в руке — он уже понял, что ничего хорошего этот звонок не сулит.
— Привет, мам… Да, всё хорошо… Что?!
Её глаза расширились.
— Вы… вы СЕЙЧАС?.. Ну… ладно… Да, мы тут…
Она бросила телефон на стол, лицо бледное.
— Они приезжают. Через час. Все.
Рустам поставил чашку, быстро оценивая ситуацию:
Постель в его комнате — разобрана, но если мать Айлин увидит её пижаму у него — это конец.
Презервативы — спрятаны, но вдруг кто-то полезет в тумбочку?
Сама Айлин — ходит, как раненная антилопа, и это точно вызовет вопросы.
— Значит, так, — он схватил её за плечи. — Ни слова о том, что мы теперь вместе. И тем более о вчерашнем.
— Ой, ну а как я им объясню, почему не могу нормально сидеть?!
— Скажешь, что упала в бассейн.
— В ОДЕЖДЕ?!
— Скажешь, что занималась йогой.
— Я?! ЙОГОЙ?!
Родители вошли в дом с улыбками, но тут же заметили странное поведение детей:
Айлин сидела на диване, как на иголках, лицо — красное.
Рустам стоял на кухне, слишком усердно разливая чай.
Тишина между ними была громче криков.
— Вы… хорошо проводите время? — спросила мама Айлин, глядя то на одного, то на другого.
— ОТЛИЧНО! — они ответили хором, что только усилило подозрения.
Отец Рустама поднял с пола фиолетовую заколку Айлин.
— Это чьё?
— МОЁ! — она вырвала её из его рук. — Я… занималась в этой комнате. Йогой.
— Йогой? — мама подняла бровь. — Ты жёстко занималась, раз так хромаешь.
— Да! Очень жёстко!
Рустам подавился чаем.
Мама Айлин пристально смотрела на неё, скрестив руки на груди.
— Так объясни мне ещё раз, почему ты хромаешь?
Айлин вздохнула, сделала большие глаза и завела пластинку:
— Мы… играли в догонялки. Я бежала, споткнулась о ступеньку у бассейна и упала. Всё болит, потому что ударилась копчиком.
Она даже не моргнула.
— И… ты упала спиной? — уточнила мама, уже меньше подозревая подвох.
— Да! — Айлин потерла поясницу, изображая страдание. — Еле сижу.
Рустам, который до этого момента думал, что она сейчас всё провалит, застыл с открытым ртом.
«Чёрт… она гениальна. Это же почти правда!»
Мама Айлин повернулась к Рустаму:
— Ты хотя бы помог ей после падения?
— Э-э… — он заколебался, но Айлин его спасла.
— Конечно! Он даже лёд принёс.
— Ну… хорошо, — мама наконец расслабилась. — Тогда осторожнее будьте.
Как только машины скрылись из вида, Айлин рухнула на диван со стоном:
— Блин… я сама поверила в эту ложь.
Рустам упал рядом, смеясь:
— Ты гений. Я даже испугался, что ты правда упала.
— Ну… технически, я и правда "падала". Только не на ступеньки.
Он фыркнул, накрыв глаза рукой:
— Заткнись.