Глава 43. Расшитаться после осеннего урожая
Ли Жун ненадолго вышел из офиса, и вернулся с двумя порциями риса в руках. Положив одну из них на стол Лин Хо, Ли Жун с весельем посмотрел на парня, который продолжал игнорировать его с тех пор, как он вошел в дверь. Он постучал по его столу:
- Обед готов.
Лин Хо лежал, облокотившись на стол и отвернув голову так, что Ли Жуну был виден только его затылок.
Ли Жун лишь только улыбнулся.
- Не хочешь есть, тогда ладно. Давай поговорим о том, что ты дал свой номер телефона Чжан Фачаю, и скрыл это от меня. – в его тоне звучала угроза*
{*досл. расчитаться после осеннего урожая; образ. дождаться удобного момента, чтобы свести счеты; подождать до поры до времени, чтобы отомстить}Лин Хо в раздражении резко сел прямо и, наконец, посмотрел на Ли Жуна:
- Нет, что с тобой? Я даю свой номер кому хочу. Какое тебе дело?
Ли Жун поперхнулся. Действительно, кажется он переборщил с этим вопросом. Ли Жун хотел что-то сказать, однако Лин Хо прервал его:
- Да, Чжан Фачай – твой друг, а я твой соперник. Это нормально, если ты не хочешь, чтобы мы общались. Но единственная причина. почему ему нужен мой телефон – это Ян Ян. Тебе не кажется, что ты просто ужасный брат, раз не можешь смириться с таким маленьким делом?
Лин Хо с неприязнью посмотрел на Ли Жуна. Злодей не захотел сотрудничать с ним и действительно собирался уволить Бай Йиран. Лин Хо был на срыве и Ли Жун, естественно, попал под удар.
Стоя рядом с ним, Ли Жун испытывал редкое угрызения совести, вместо привычного недовольства. Он тоже понял, что сам напросился на неприятности.
- Ладно, не будем об этом. Давай поедим, - тон Ли Жуна немного смягчился, а его попытка уступить Лин Хо, было похоже на попытку успокоить капризного любовника.
Ли Жун не заметил, с его поведением что-то не так. Лин Хо был в гневе и также не чувствовал ничего плохого. Он не умерил пыл, услышав его слова, и продолжил дальше показывать свой нрав.
- Какой есть? Я хочу написать заявление об уходе и уйти с Йиран после поле обеда.
С этими словами Лин Хо открыл документ и прямо перед Ли Жуном начал писать «Заявление об увольнении».
Поскольку Лин Хо в прошлой жизни был офисным работником и несколько раз менял работу, и заявление писалось без колебаний. В мгновение ока он напечатал уже три четыре строчки.
Лицо Ли Жуна вытянулось. Прежде чем его мозг начал думать, его рука уже потянулась и выдернула шнур из розетки. Экран перед Лин Хо потемнел. Когда он уже собирался рассердиться, он услышал скрипящий зубами голос над головой:
- Я не приму заявление Бай Йиран. Просто ешь уже.
Лин Хо на мгновение замер. Наконец, придя в себя, он счастливо поднял голову:
- Правда не примешь заявление?
Ли Жун был зол ещё с того момента, когда Лин Хо сказал, что собирается уйти с Бай Йиран, а от этих слов Лин Хо, у него аж заболела печень*. Но поскольку он боялся, что кто-то снова вознамерится уволиться, ему пришлось ответить с мрачным лицом:
[*ярость; «от ярости заболела печень»]- Не приму, – однако его тон звучал крайне неохотно.
...
После обеда Бай Йиран действительно принесла заявление, однако, оно было отклонено. Хотя она была немного раздражена, подумав, она решила, что это было вполне нормально и ожидаемо. В конце концов, Ли Жун преследовал её. И, несмотря на то, в компании он относился к ней строго, для него было нормальной реакцией отказать ей в таких вещах, как отставка.
Бай Йиран не знала, что Ли Жун с самого начала хотел, чтобы она ушла. И если бы не устроенная Лин Хо сцена*, то она уже собирала бы свои вещи и готовилась к отъезду.
[в ориг.: сперва - в плач, потом скандалить, а затем - вешаться; в знач.: устраивать сцены; закатывать истерику ]Бай Йиран немного подумала и решила, что будет нормально вернуться к отцу и рассказать ему об этом, а потом пусть он поговорит с Ли Жуном. Она не верила, что после этого у Ли Жуна всё ещё будет хватать наглости не отпустит ее.
Однако некоторые вещи не так просты, как она думала. К тому же она была слишком молода, только только соприкоснулась с миром богатых людей, и еще толком не видела его темной стороны.
Пощёчина.
Бай Йиран шлёпнулась на землю, закрыв горящее лицо, и с неверием посмотрела на Сун Чжэньпина. Из ее глаз потекли слёзы:
-Папа.
- Не называй меня папой.
Сун Чжэньпин был в ярости. Он подошел к Бай Йиран и присел на корточки; смотря на нее потемневшим лицом, он отчеканил каждое слово:
- Ты говоришь, что хочешь уволиться.
Бай Ила впервые видела Сун Чжэньпина в таком состоянии. Она испуганно отпрянула назад, но, подумав, что Лин Хуо все еще ждет от нее новостей, она могла только стиснуть зубы, жестко кивнуть головой, и сказать:
- Да.
- Причина?
Сун Чжэньпин уже успокоился, встал и опустил голову, глядя на лежащую на полу Бай Йиран холодными глазами.
- Коллеги вытесняют меня каждый день. Ли Жун постоянно ищет у меня ошибки, - Бай Йиран сделала паузу, не решаясь объяснить истинную причину: что Лин Хо уже знает, что она пришла в компанию Ли, чтобы выкрасть коммерческую информацию. Она добавила, - Более того, Ли Жун очень бдителен. За столько времени у меня не было ни единой возможности что-то узнать. Так что оставаться дольше было бы пустой тратой времени.
- Пустая трата времени, - Сун Чжэньпин, услышав это, в гневе рассмеялся. Он повернулся обратно и сел на свой стол, после чего кивнул, - Действительно, я потратил на тебя слишком много времени. А ты сейчас говоришь «нет» и просто так уходишь. Я потратил на тебя столько сил и времени. Как ты должна компенсировать мне эти потери?
- Я..., - Бай Йиран запаниковала, не ожидая, что ее всегда приветливый отец будет требовать что-то подобное. – Папа, я твоя дочь. Да, я была безрассудной и невежественной, но прости меня, хорошо?
Бай Йиран горько умоляла с жемчужными слезами, но в ответ получила лишь презрительную усмешку Сун Чжэньпина:
- Йиран, похоже, что ты все еще не понимаешь своего положения. У меня не одна дочь, как ты думаешь, насколько ты важна для меня? Если бы не тот факт, что ты случайно попалась на глаза Ли Жуну и все еще была в какой-то степени полезна для моих планов, могла бы ты сейчас называть меня "папой"?
Бай Илала замерла, глядя на Сун Чжэньпина с ошеломленными глазами.
Терпение Сун Чжэньпина истощилось от разочарований, которые он испытывал снова и снова в течение последних дней, и, увидев, как Бай Йиран смотрит на него, он с сарказмом сказал:
- Что, не можешь поверить в это, да?
Сун Чжэньпин потерял всякую надежду на Бай Йиран. Если бы он знал это, он мог бы позволить И Сюэ попробовать. После этой мысли отношение Сун Чжэньпина к Бай Йиран ещё больше охладилось, и он сказал:
- Не надо мне твоих слабых отговорок. Я не знаю, что сказал тебе этот мадьчик Лин Хо, что ты передумала и изменила стороне*. Если ты хочешь уйти в отставку, я проведу завтра пресс-конференцию, чтобы разорвать с тобой отношения "отец-дочь" и забрать все, что дала тебе семья Сун. А что касается Лин Хо... как ты думаешь, сможешь ли рассчитывать на семью Лин, без семьи Сун? Думаешь, что старик Лин Хунюань позволит незаконнорожденной дочери, которую выгнали из семьи Сун, стать будущей хозяйкой семьи Линг? Ты слишком наивна.
[*в ориг.: «вывернул локоть», поддерживать противоположную сторону (вместо того, чтобы помогать своим)]
Бай Йиран ошарашенно слушала эти слова, не понимая, почему все сложилось именно так.. Последнее её отступление было безжалостно отрезано Сун Чжэньпином. Какой смысл было делать все это, если в итоге она останется ни с чем??
Сун Чжэньпин холодно наблюдал за сломленной Бай Йиран, после чего решил подлить масла в огонь:
- Или ты думаешь, что Лин Хо, единственный наследник семьи Лин, будет бороться против своего дедушки, который воспитывал его с детства, из-за женщины, у которой ничего нет? Лучший его выбор – жениться на правильной женщине из правильной семьи, чтобы сохранить статус семьи Лин в городе. А ты, если ты ему так нравишься, в лучшем случае останешься его любовницей на стороне.
Бай Йиран заткнула уши, плача:
- Прекрати, умоляю тебя, прекрати.
Видя, что эффект достигнут, Сун Чжэньпин притворился усталым и махнул рукой:
- Хорошо, ты можешь уйти сегодня вечером. Тебе больше не нужно идти в компанию Ли, я обо всем позабочусь.
Бай Йиран была в полной панике. Она поспешила к Сун Чжэньпину, ползя на коленях, и с залитым слезами лицом, раскаялась:
- Папа, нет, я была неправа, я была невежественна. Не надо, папа, я буду послушной и не уйду. Я обещаю, что раздобуду коммерческие документы Ли. Папа, не сердись на меня, я больше не буду капризничать.
Лицо Сун Чжэньпин ни разу не дрогнуло:
- Почему я должен верить тебе?
- Через месяц, нет, через полмесяца, если я не смогу раздобыть информацию, то я оставлю семью Сун, абсолютно без никаких сцен.
Волосы Бай Йиран были растрепаны, макияж размазан. Она и представить себе не могла, что все так обернется.
Но больше она ничего не могла сделать, сейчас это был ее единственный рычаг воздействия. . В противном случае, как только её вышвырнут из семьи Су, Бай Йиран как бы ей не хотелось в это верить, знала, что в конце концов Лин Хо действительно не сможет на ней жениться.
И ее мечты о браке с Лин Хо, или даже с другой богатой семьей, её мечты о жизни, в которой ей больше не придется беспокоиться о том, как свести концы с концами, станут не более чем иллюзорной фантазией.
Сун Чжэньпин был доволен. Кажется, некоторых людей нужно лишь немного подтолкнуть, прежде чем они поймут, что значит быть разумными.
- Вставай, Йиран. То, что папа сейчас сказал, было не очень приятно, но это было для твоего же блага. Будет лучше, если ты будешь знать, что тебе следует делать, а что нет, в конце концов, это самое основное, что ты должна знать как дочь семьи Сонг
Бай Йиран опустила голову и согласилась. В этот момент последний след иллюзии, которую она питала к своему отцу, был полностью разрушен
- Папа прав, не волнуйся, в течение полумесяца Ийран обязательно передаст тебе план Ли по этому проекту
Бай Йиран опустила глаза. Никто в этот момент точно не знал, о чем же именно она думала.