Беспричудная

Встреча продлилась чуть дольше планированного Аизавой Мизуки, почему она и немного задержалась. Правда, по просьбе Тодороки Шото, её всё же дождались. Никто не заходил в специально отведённую палату, где, к куче оборудования, был прикован Тодороки Тойя. Когда же девушка оказалась среди семьи Тодороки, врач провёл их внутрь.

— Он способен разговаривать, но не более пары минут в день, — пояснил специалист. — Он медленно умирает... такое нынешнее состояние Тодороки Тойи.

— Ого, ну и толпа... — проговорил, тихо и с лёгким кряхтением, Даби. — Ха-ха... Вы ж в курсе, что я не какая-то вам достопримечательность... Ох... И Мизуки тоже тут... Ну, привет...

— Зуки, — Тодороки-младшая посмотрела на подругу, — ты говорила, что можешь ему помочь...

— Да, — Sofd кивнула. — Могу. Но с одним условием.

— Я ведь уже всё тебе тогда сказал... — заметил недовольно парень. — Мне не нужна твоя помощь...

— Знаю, — героиня смотрела на друга. — Однако я всё равно тебе помогу. Поверь, такая помощь тебе понравится. Как и второй шанс на жизнь, который я тебе собираюсь преподнести.

— О каком условии ты говорила? — поинтересовался Старатель.

Аизава-младшая сделала глубокий вдох, медленно выдохнула, после чего повернулась к семье Тодороки и, не стесняясь и не боясь присутствия врача, уверенно и достаточно громко, чтобы её слышал и Дабы, проговорила:

— Тойя отправится в ад и с сегодняшнего дня будет жить там. Джирокё за ним присмотрит. Там ему будет лучше. Особенно после всего, что произошло.

— Но как же?.. — Тодороки-младшая не верила своим ушам.

— Мизуки... — мать семейства тяжело вздохнула, покачав головой. — Ты ведь не оставишь его одного, верно?

— Конечно, нет. Не беспокойтесь, тётушка, Тойя будет в надёжных руках.

— Ад, да? — переспросил Нацуо. — Даже не знаю, как реагировать на твоё условие...

— Значит, братик Тойя станет демоном? — уточнила Юки.

— Только после смерти, — пояснила Sofd.

— А не опасно ли ему будет находиться в аду в человеческом обличии? — спросил Шото.

— Нет, — девушка посмотрела на отца семейства. — Дядя Энджи, что думаете Вы?

— Я доверяю тебе, Мизуки. Если ты считаешь, что так будет лучше, пускай. Главное, чтобы Тойя был жив.

— Кто вам сказал... что Я хочу этого?! — чуть громче заговорил Даби. — Меня вы спросить не забыли?!

Sofd вновь посмотрела на друга, слегка сощурив глаза.

— Ты там будешь не один. Поверь мне, тебе понравится. И скучно уж точно не будет, — проговорила она так, словно на что-то намекая. Это понял каждый, однако, что обозначал намёк, понятно было лишь Тодороки Тойи.

— Ты-ы... чертовка!..

— Не сравнивай меня с этими низшими созданиями, — девушка покачала головой. — Ну, так и? Всё ещё попытаешь отвертеться от моего подарка?

Даби не ответил. Из его уст донёсся кашель, наполненный болью, причём физической. Этого было достаточно, чтобы Аизава-младшая попросилась внутрь, куда её пропустили. Девушку не волновало, какие взгляды на неё были обращены — удивлённые, непонимающие, с лёгкой примесью страха... Sofd знала, чего она хотела, знала, что от неё требовалось. Всё остальное не касалось её. По крайней мере, до того момента, пока героиня не закончит задуманное. А там уже... можно подумать и о взглядах, направленных на её спину.

— Не знаю, что ты будешь чувствовать во время так называемой процедуры. Боль — то ли физическую, то ли моральную, — воспоминания или какие-либо другие отрицательные эмоции... Ничего по этому поводу сказать не могу.

— И что ты... собираешься делать?..

— Перенастроить твоё адское пламя, — она поводила взглядом по обожжённым участкам тела друга (которых было в разы больше, чем неповреждённых), после чего вновь посмотрела в бирюзовые глаза. — Это если, конечно, говорить максимально грубо. Придумывать и подставлять подходящие медицинские и научные термины мне не очень хочется. Да и момент далеко не тот.

— Хах... а съязвить — ты мастак... — заметил парень.

— Может быть. Короче говоря, сейчас ты вновь ощутишь моё адское пламя на себе, только не снаружи, а внутри, — её губы исказились в лёгкой усмешке. — Будь готов, Тойя, моё адское пламя невероятно горячее.

— Думаешь, горячее меня?..

— Ещё как.

— Чёрт... вот же я попал...

Они вместе посмеялись. Совсем чуть-чуть и тихо, однако их всё равно услышали. Девушка прекрасно это понимала, вот только не поговорить с другом перед началом процедуры она не могла. Всё-таки... это может быть последний их разговор.

Нет. Аизава-младшая покачала головой из стороны в сторону. Тодороки Тойя ещё ведь даже с родными не поговорил. Это не мог быть последний разговор — ничей. Ни их, ни с его семьёй. Нет. Она этого просто не допустит. Sofd обязательно справится и добьётся своего. А для этого нужны холодная голова и спокойное состояние. Именно поэтому девушка сделала глубокий вдох, медленно выдохнула, только после чего подошла ближе к койке и положила две ладони на грудь парня. Через несколько секунд из её ладоней вспыхнуло адское пламя, что почти тут же потухло. По крайней мере, так казалось со стороны. На деле же оно направилось внутрь «пациента» Аизавы-младшей, распространяясь по всему его телу.

Мизуки, как и, собственно, сам Тойя, прекрасно ощущала, что сейчас происходило в организме парня. Все эти вспышки во время столкновения двух адских пламеней, их противостояние, боль её друга, все его эмоции... всё её это отдавалось в душе девушки. И ничего с этим она поделать не могла. Да и не хотела. Sofd желала разделить эту боль с другом и помочь ему, чего бы это ей ни стоило.

Героиня прикрыла глаза, делая размеренные (по возможности) глубокие вдохи и медленно выдыхая. На висках и лбу скопились блестящие капельки пота, брови сдвинулись к переносице, периодически из уст вылетали тяжёлые вздохи.

Сколько прошло времени — никто не знал. Даже врач, с удивлением и не пониманием наблюдающий за всей этой ситуацией. Да и, признаться, за этим самым временем никто и не следил. В том-то и дело, что взгляд каждого был направлен на девушку, держащую свои ладони на груди парня и источающую из них (ладоней) адское пламя, которое, к неожиданности всех, кроме самой демонессы, в какой-то момент вновь вспыхнуло, да посильнее предыдущего раза, при этом направившись не вверх, а расстелившись по телу Тодороки Тойи. Его семья подорвалась с места, словно что-то могла сделать, — остановить этот огонь и не дать ему сжечь их любого члена семьи. Однако были те, кто остановил подорвавшихся. Ими оказались Шото и Юки, всем сердцем доверяющие своей подруге, несмотря ни на что. Они перекрыли собой вход в специально отведённую для их старшего брата палату, не давая туда никому пройти.

— Не мешайте! — громко и уверенно сказал Тодороки-младший.

— Верьте в Зуки до последнего! — со слезами на глазах проговорила Тодороки-младшая. — Она ни за что не причинит своим друзья боль! А братик Тойя — её друг! Причём тот, который понимает его и принимает таким, каким он есть! Просто... просто...

— Дайте им время, — продолжил её брат, смотря в глаза матери. — Просто давайте подождём. Мизуки справится. Я верю в неё.

— И я... — девушка кивнула. — И я в неё верю! Всем сердцем!

Все эти крики не доносились до слуха Аизавы-младшей, поскольку всё её внимание было обращено лишь на тело Даби. К тому же, в её ушах звучал лишь голос самого Тойи, а если быть более точным, то его душа, кричащая и разрывающая своим криком ушные перепонки девушки. По крайней мере, ощущения были именно такие. А может, и не только ощущения, поскольку из ушек демонессы всё-таки потекла крови, которую та совсем не замечала.

Когда адское пламя исчезло, все вновь смогли лицезреть тело Тодороки Тойи. Только теперь без ужасных ожогов, портящих его внешность. Парень осторожно принял сидячее положение, тут же вынимая из себя все трубки и иглы, к которым только был подключён. Он посмотрел на подругу, что, в свою очередь, продолжала стоять с закрытыми глазами и тяжело дышать.

— Ты в норме?

Аизава-младшая медленно раскрыла веки.

— Да... — она кивнула. — Вполне, — после чего посмотрела на семью Тодороки. — Тебе придётся говорить с ними отсюда.

— Думаешь, это стекло сможет меня удержать здесь?

— А ты хочешь устроить очередной балаган? — девушка недовольно хмыкнула.

— Балаган? — Даби же усмехнулся. — Обижаешь. Всего лишь очередной танец — не более.

— Давай в этот раз без этого, ладно? — Sofd вздохнула. — Натанцеваться и в аду успеешь.

Тот лишь закатил глаза, однако кивнул в знак согласия и тоже посмотрел на свою «Адскую» семейку. Действительно, иначе её и не назовёшь. Самое место в аду — не иначе. Вот только... желает Тодороки Тойя того или нет, хочет ли он той же участи для всех остальных или нет, в ад отправится только он. А может, оно и к лучшему? Никто не будет доставать и — уж тем более — мозолить глаза.

«Да, — подумал парень, горько усмехнувшись. — Так будет куда лучше».

— Ну, что, семейка, — проговорил он, смотря прямо в глаза отцу, — зачем прибыли-то?

— Мы пришли сюда, чтобы рассказать тебе о том, что произойдёт дальше, Тойя, — ответ на вопрос парня дал глава семьи Тодороки. — Я ухожу со своей геройской работы. Такой был мой изначальный план ещё до завершения той битвы. Но теперь я даже самостоятельно встать не могу, — мужчина сделал глубокий вдох, выдохнул, после чего продолжил: — Я видел ваш бой с Мизуки по записям. Твоё пламя, Тойя... несмотря на способности Мизуки, оказалось самым сильным из всех. Встреться мы с тобой в битве тет-а-тет, я бы точно не смог выбраться живым.

— Вот как, — усмехнулся Даби. — Мои соболезнования. Не пытайся прилизываться ко мне после того, как всё уже закончилось... — и, хмыкнув, добавила: — Трус.

— Ты прав, — Старатель кивнул, не отводя взгляд от глаз старшего сына. — Ты очень хорошо меня знаешь, Тойя... В конце концов, ты всегда смотрел на меня. Ты всегда мечтал лишь о том, чтобы я смотрел на тебя... но я никогда этого не делал... Сейчас же, когда мой взгляд наконец пал на тебя, сегодняшний день — последний, когда я тебя вижу. Думаю, оно к лучшему. Однако... если ты ненавидишь меня... так и скажи. Выскажи мне всё. Вывали на меня абсолютно всё!..

— Братик Тойя, я тоже!.. — выкрикнула Фуюми.

— Мне нужно о многом поговорить с тобой, — чётко проговорила мать семейства.

— Только не молчи, братик Тойя, пожалуйста, — попросила Юки.

Даби прикрыл глаза, после чего посмотрел на подругу. В её чёрных, обрамлённых алой радужкой, безднах читалось лишь одно: «это твой последний шанс». И парень решил воспользоваться им и поговорить по душам. Он ответил на каждый заданный вопрос и от части (не так много) высказал своё мнение и своё отношение к членам семьи. Немногословно, не так красочно, как того хотели его родственники, но хотя бы так... хотя бы немного...

— Нам пора, — сказала Аизава-младшая, когда в помещение повисла тишина. — Тойя.

— Ага, — он кивнул, поднимаясь с койки. — Всем пакеда.

— Подождите! — вдруг выкрикнул Тодороки-младший. — У меня... остался последний вопрос.

— Спрашивай.

— Братик Тойя... какая у тебя любимая еда?

Бывший злодей прищурился, после чего повернулся к семье спиной и ответил:

— Соба.

Шото кивнул, улыбнувшись уголками губ.

— У меня тоже.

После этого семья Тодороки покинула больницу. Даби, продолжавший стоять на месте и дожидающийся отправления, не мог сдержать слёзы, что небольшими дорожками текли по его щекам.

— Я ведь говорила, — с тёплой улыбкой на устах заметила девушка, — тебе нужно было с ними поговорить.

— Оставлю твоё замечание без комментариев.

— Как скажешь, горячий парень, — Sofd хмыкнула. — Нам нужно залететь в ещё одно место, прежде чем мы отправимся в ад.

— Это в какое же? — он посмотрел в глаза подруги.

— Ты же ведь хочешь увидеться с ней, не так ли?

— Я подобного не говорил.

— Зато твоё пламя отлично кричало об этом, — девушка повернулась в сторону выхода. — Идём.

— Ты что, мои мысли умудрилась прочитать?!

— Не мысли, дурень. И я их не читала. Твоя душа кричала, и крик передавался через адское пламя. Чёрт знает, как это работает и как более правильно тебе это объяснить. Как почувствовала, так и говорю, — она тяжело вздохнула. — Забей ты уже на это.

— Знаешь, не приятно ли, когда лезут в твою голову...

— Душу, — поправила его Аизава-младшая.

— Те же яйца, только в профиль.

— И не поспоришь, — Sofd усмехнулась.

Когда друзья оказались на улице, героиня обхватила парня за талию и, выпустив крылья, взлетела в небо, направляясь в сторону общежития, где, приземлившись на нужный балкон, постучала в стекло. Им открыла Кемури Куро, уронив книгу в то же мгновение, как только её глаза встретились с глазами парня.

— Т-тойя...

— Привет, — проговорил Тодороки. — Впустишь?

— Я подожду снаружи. Даю вам час, — проговорила демонесса. — Будь добр, не натвори ничего.

— За кого ты меня принимаешь?.. — обиженно протянул парень.

— За того, кто может в любой момент вытворить такую ересь, о которой даже не подумаешь.

— Как и ты, — заметил «горячий парень».

— Не так часто.

— Не поспоришь.

— Всё, вали, — Аизава-младшая затолкнула друга внутрь комнаты, сама же упёрлась локтями на перила и подняла взгляд к вечернему небу. — Надеюсь, они обмолвятся хотя бы парами фразу за эти шестьдесят минут...

А в это время Тодороки и Кемури стояли друг напротив друга, при этом расстояние между ними буквально чуть больше метра. И первые минут десять они действительно молчали. Казалось, даже не дышали. После парень заговорил первым.

— Мизуки рассказывала, что со мной будет?

— Нет, — честно ответила девушка.

— Вот как... В общем и целом, сегодня я отправляюсь в ад, — и он объяснил всё то же самое, что совсем недавно объясняла и Sofd его семье. — Так что... это мои последние минут сорок в мире людей.

— Значит, мы больше не увидимся?..

— Думаю, об этом знать может только сама Мизуки. Она ответственна за меня, — Тодороки пожал плечами. — Может, всё будет зависеть от моего поведения? — и парень задорно усмехнулся. — Ад не такая уж плохая альтернатив, если честно. Там и повеселиться вдоволь можно...

— Тойя... — чуть тише позвала его девушка. — Я... знаешь... раз у нас так мало времени... — в этот момент бывший злодей вновь посмотрел ей в глаза. — Я бы хотела сказать тебе кое-что... что хочу сказать уже давно... точнее, хотела... поскольку думала... — она покачала головой. — Это уже неважно. Просто хочу, чтобы ты знал... хотя... ты и так это уже знаешь, наверняка же прочитал те письма, которые Мизуки попросила написать тебе... Но я всё равно скажу, — её щёки покрылись ярким румянцем. — Я люблю тебя, Тодороки Тойя. И я бы... очень сильно хотела... чтобы мы были вместе, но... навряд ли это будет возможно... поэтому...

Кемури не смогла договорить своей мысли. Ей просто не дали этого сделать. И нет, помешала девушке не Sofd, оставшаяся на балконе, а сам Тодороки Тойя, всё это время стоявший напротив юной героини и внимательно её слушающий. Действительно внимательно. Однако парню так надоели эти лишние длинные слова, что он решил сделать собственный шаг. И сделал его. Причём сначала в прямом смысле этого слова, затем — в моральном понятии, наклонившись и поцеловав в губы ту, которую любил с самого детства и к которой таил эти чувства так долго.

Признаться, Кемури Куро такого не ожидала. Да что уж там говорить? Кто б увидел, ни за что не подумал, что подобное может произойти. Наверное, даже сам Тодороки Тойя не ожидал от себя подобного.

С другой стороны, есть ли ещё причины на рассуждения для этого действия? Главное, что это произошло. И было это действие выполнено с искренней и чистой любовью. Хоть и продлился поцелуй не так долго.

Даби чуть отстранился, при этом вновь смотря в красные глаза девушки из-под полуоткрытых век. Дыхание его было спокойно, в отличие от дыхания Кемури.

— Так забавно... — он тепло, с лёгкой усмешкой, улыбнулся. — Ещё никогда я не видел вечно серьёзную всезнайку Кемури Куро в таком неуверенном состоянии...

— Я... не всезнайка... — возразила девушка. — Этот год многому научил каждого из нас... в том числе и меня...

— И ты обиделась только на это? Ха-ха-ха! — парень слегка наклонил голову набок. — Куро... не надо всех этих длинных и ненужных слов, окей?

— Хорошо...

— Ты сказала всё, что хотела?

— Да...

— Отлично, — Тодороки кивнул.

Он сделал глубокий вдох, медленно выдохнул, после чего немного почесал заднюю сторону шеи и, не отводя взгляд от красных глаз, прошептал:

— Куро... я люблю тебя.

_____

тг - https://t.me/bookworms112501

чатик в тг!! - https://t.me/+YPt0nog-BbhmNThi

вк - https://vk.com/public140974045