Реакция на смерть Т/И
Салли:
Был прекрасный весенний день. Солнце приятно грело, повсюду росли многочисленные ароматные цветы, птицы пели свою радостную песню и все люди пребывали в отличнейшем расположении духа.
В парке царила атмосфера счастья, уюта, любви. Везде ходили улыбающиеся люди, кое-где на траве располагались семьи или молодые пары, собравшиеся устроить пикник в этот чудесный день. Все были рады теплу, обществу любимых людей, цветам, хорошей погоде, растущей зелени.
Все, кроме одного парня.
Салли Фишер расстелил на траве плед, расставил две тарелки и столовые приборы на двоих, разложил еду и напитки. Он явно ожидал прихода дорогого ему человека, ведь даже издалека видно, как он нервничает. Точнее, было видно.
Первые двадцать минут ожидания он был очень весёлым и слегка волновался. Потом он заскучал. Но когда ты не пришла через час, он забеспокоился. Сал звонил тебе, без преувеличений, больше ста раз, но твой телефон был выключен. Парень уже звонил твоим родителям, но те говорили, что ты вышла на встречу с ним и домой не возвращалась.
Фишера уже десяток раз подкалывали люди, сидевшие неподалеку от него, а-ля "Что, бросила тебя твоя ненаглядная?", "Неужто ты такой наивный? Не придёт никто" и тому подобное.
Прождав ещё пятнадцать минут, Салли совсем загрустил и стал собирать вещи. "Не пришла так не пришла," — подумал он, закладывая плед в рюкзак и вставая. Парень медленно сошёл с небольшого холмика, словно ожидал, что сейчас ты выглянешь где-то из-за кустов, рассмеёшься обожаемым Фишером смехом и скажешь, что "немного припозднилась".
Но Сал уже прошёл половину пути до выхода из парка, а тебе всё не было. Горько вздохнув, парень откинул последнюю надежду и угрюмо поплёлся из парка.
Он почти ничего не видел перед собой, уйдя в свои мысли. Где ты? Почему ты не пришла? Из-за чего не предупредила Фишера, что не явишься? Всё ли с тобой в порядке?
Но когда Фишер проходил мимо какого-то здания, он услышал за углом звуки сирен и шум толпы. Любопытство и желание отвлечься от неприятных мыслей сыграло своё, и парень повернул в сторону звуков.
За углом здания, метрах в трёхстах, стояла большая толпа, которая что-то бурно обсуждала. Люди окружили карету скорой помощи и... полицейскую машину? Подходя ближе и вливаясь в толпу, Фишер услышал обрывки чьего-то разговора:
—...да, жалко девочку, совсем ещё юной была...
— Это всё чёртовы собаки! Говорили же, счастья эти бездомные шавки не принесут.
Салли подошёл к высокому худощавому мужчине и спросил:
— Простите, что здесь произошло?
Тот мрачно ответил:
— Девочку-подростка загрызла какая-то бездомная собака. Бедняжка, видимо, несла с собой в рюкзаке еду, животное почуяло и набросилось на неё.
От услышанного у Сала скрутило живот. Ничего не соображая, он нагло прорвался вперёд сквозь кучу людей и...
Над улицей раздался душераздирающий крик боли. На асфальте, залитом свежей кровью, лежала с окровавленным, разодранным горлом и лицом, ты.
(Сал не мог поверить в это. Он буквально растолкал врачей и полицейских и прорвался к твоему бездыханному телу. Взял твоё остывающее, наполовину изодранное и покусанное собакой, но такое любимое, дорогое ему лицо в свои ладони и в последний раз посмотрел на единственного в мире человека, делавшего его счастливым.)
Ларри:
"Ты сможешь, Ларри. Просто подойдёшь к ней и скажешь, что чувствуешь. Просто подойдёшь и признаешься, что любишь её всей душой и сердцем" — твердил себе Джонсон, стоя перед зеркалом и собираясь идти в школу.
Вот уже который месяц Ларри замечает за собой, что довольно часто засматривается на тебя, обнимает тебя дольше обычного, что от твоей улыбки у него ёкает сердце, а от твоего смеха дрожат коленки. Он и раньше питал к тебе симпатию, но не до такой степени, что одно твоё присутствие рядом заставляло краснеть.
И вот, наконец, он решился. Ларри чётко знал, что и когда тебе скажет. Он был намерен подойти к тебе после третьего урока, отвести подальше от лишних глаз и признаться, рассказать всё, что чувствует.
Но как только он зашёл в класс и сел на своё место, сердце его упало после слов друга-соседа Фишера:
— Т/И сегодня нет в школе.
Весь день Ларри ходил мрачный и погружённый в свои мысли. Его план чуть было не рухнул, но потом он решил зайти к тебе после школы и рассказать всё у тебя дома. После этого решения Джонсону крайне полегчало, пока не прозвенел звонок с последнего урока.
Когда шатен выходил из класса, у него засосало под ложечкой. Он стал сильно нервничать и уже подумывал не приходить к тебе вообще. Но потом он плюнул на все предрассудки и пошёл к тебе.
Зайдя в нужный подъезд, на нужный этаж, к нужной квартире, Ларри постучался. Дверь никто не открыл. Спустя десять секунд парень опять постучал. Безрезультатно. Тогда Джонсон слегка дёрнул ручку, и дверь оказалась открытой.
Удивившись, парень на секунду замялся и неуверенно позвал тебя по имени. Никто не ответил.
Окликнув тебя ещё пару раз и не получив ответа, Ларри шагнул в дом. Было абсолютно тихо. Шатен прошёлся по всем комнатам, кроме твоей спальни.
Подойдя в двери, парень постучался и приоткрыл дверь. Через образовавшее небольшое отверстие Джонсон увидел твою руку, лежащую на полу. Жутко испугавшись, Ларри рывком открыл дверь и тотчас упал на колени.
Посреди комнаты, на ковре около табуретки, лежала ты. Твои запястья были в глубоких порезах, из которых до сих пор немного, совсем чуть-чуть, сочилась кровь. Парень подполз к тебе на коленях, не в силах подняться, и в надежде пощупал пульс, но сердцебиения уже не было.
(Сколько уже раз Ларри винил себя в произошедшем. Сколько раз он сам чуть было не накладывал на себя руки. Сколько раз он посещал психолога, пытаясь избавиться от депрессии. Сколько раз он вспоминал твою улыбку, твои объятья, нежные руки, мягкие щёки, пушистые волосы. Но было уже поздно. Тебя было не вернуть, как и не вернуть прежнего Ларри.)
Эшли:
Адреналин переполнял тебя, от свиста ветра в ушах ничего не было слышно, а от скорости у тебя заслезились глаза. Вы с Эшли очень любили собраться вот так вдвоём и просто погонять на мотоциклах. И тебе, и Эш безумно это нравилось, ведь это помогало развеяться лучше всяких сигарет.
Вот в очередной день вы собрались вместе и выбрали маршрут, по которому ещё никогда не ездили. Перспектива опробовать новую трассу довольно сильно тебе приглянулась и ты, не слушая предупреждений подруги, погнала на высокой скорости.
Кэмпбелл, видя твой настрой, улыбнулась и отправилась следом. Но что-то её всё равно тревожило. Как будто она забыла о чём-то очень важном, невероятно нужном. Тщетно пытаясь вспомнить, Эшли откинула попытки и прибавила скорости.
Дорога оказалась очень извилистой. Постоянные резкие повороты заставляли вас немного нервничать, но в то же время доставляли большой заряд адреналина.
Вот вы уже мчитесь с Эшли на одной линии, улыбаясь друг другу, как вдруг впереди показался небольшой перекрёсток. С боковой стороны дороги как раз ехала большая грузовая фура.
Эш заметила его и, рассчитав вашу скорость и этой машины, решила остановиться, предварительно сказав об этом тебе. Но как громко она ни кричала, ты не слышала.
Большая машина неумолимо приближалась, как и вы. Тебе в голову пришла идея прибавить скорости и проскочить перед фурой.
Через секунду после этого решения послышался визг тормозов и крик Кэмпбелл, заглушаемый звуком удара машины и двух мотоциклов.
Эшли очнулась только в больнице. По всей видимости, у неё было сломано пару рёбер, правая рука и нога.
Над ней стояли друзья: Салли, Ларри, Тодд и Нил, невероятно грустные.
— Она умерла. Скончалась на месте, — прошептал Салли.
(После этого рокового дня Кэмпбелл возненавидела сразу три вещи: катание на мотоциклах, езду на дорогах в принципе и себя. Её утешали, говоря, что в твоей смерти никто не виноват, но она не верила. Ведь если бы Эшли вообще не говорила тебе про эту трассу, ты сейчас сидела бы рядом с ней, рассказывала очередную смешную историю и всё так же любила жизнь.)
Трэвис:
Вы с Трэвисом шли после вечернего сеанса кино, держась за руки и мило болтая о всяком. Фелпс любовно смотрел на тебя и нежно поглаживал твои пальцы, а ты клала свою голову ему на плечо и вдыхала запах его одеколона.
Всё было прекрасно.
Вы с Трэвисом любили друг друга и почти не расставались. Парень постоянно оказывал тебе знаки внимания: букет цветов, любимые вкусняшки, милые подарки. Но в то же время он ужасно ревновал тебя ко всем твоим знакомым, друзьям и даже просто прохожим на улице.
И вот, вы шли вдвоём, наслаждаясь обществом друг друга, как вдруг шедший вам навстречу парень ускорил шаг и радостно вскричал, раскидывая руки для объятий:
— Т/И! Сколько лет, сколько зим не виделись!
Ты узнала в весёлом пареньке своего школьного друга, с которым давно не общалась. Ты подняла свою голову, улыбнулась и обняла подошедшего парня, чувствуя, как Трэвис прожигает тебя взглядом.
— Прости, мне правда надо идти. Я очень рада, что мы встретились, — сказала ты, поспешно отходя от друга обратно к Фелпсу.
— Ну ладно. Тогда, может, увидимся на выходных? — в надежде спросил парень, всё так же лучезарно улыбаясь.
— Нет, — не выдержав, завершил ваш недолгий разговор Трэвис, хватая тебя за руку и ведя дальше.
Ты попыталась высвободить руку, но всё было тщетно.
— Фелпс, отпусти! — вскрикнула ты, когда тот сжал тебя еще сильнее.
— Что, хочешь убежать к тому олуху? — грубо спросил он.
— Да что ты несёшь? Он мой просто мой друг со школы! — недовольно сказала ты.
Фелпс резко остановился и повернулся к тебе. В его голубых глазах полыхала ярость в перемешку с ревностью, а лицо не выражало никаких добрых чувств.
— Ах, вот как? И многие "просто друзья" уже успели позвать тебя на свидание? — закричал Трэвис.
— Трэвис, успокойся! Хватит ревновать, мы с ним не общались уже почти три года, — закричала ты в ответ.
Лицо Фелпса на секунду исказилось лютой ненавистью, и он вдруг толкнул тебя прямо на дорогу. Совсем не замечая, что в это время туда неслась машина.
(После этого случая, Трэвис окончательно замкнулся в себе. Он тебя очень любил, но его ревность погубила вашу любовь. Никто больше не видел, чтобы Фелпс улыбался. Его сказанные за день слова можно было пересчитать по пальцам. А вот выпитые бутылки алкоголя — едва ли.)
Простите, что нет Тодда, с ним не получилось как-то.
За тему и идеи для самих реакций величайшее спасибо Azarasi 💖
Предложка, увы, всё ещё закрыта.