Глава 1.
Утро. Время пол-седьмого. Я приоткрыла глаза, взирая на это исчадие ада, противно повторяющее „Россия, священная наша держава! Россия, великая наша страна!…”
Я отключила будильник и встала с кровати. Расчесав тот шухер, что творился у меня на голове, я пошла в ванную. Там я привела себя в более-менее божеский вид и пошла на кухню, доесть тот оливье, что остался вчера с ужина.
Быстро покончив с ним, я пошла на улицу, с братом-Казахстаном повидаться. Тот стоял где-то на перекрестке между моим поселком и Красной площадью. Если что, я живу в г. Суздале, и там тоже есть Красная площадь.
— Привет, братишка! — воскликнула я подойдя к нему. Ответом мне послужило его крепкое объятие и „Привет!”.
— как там твои доходы поживают? — задала я вопрос. Казахстан лучезарно улыбнулся и проговорил:
— Как никогда лучше! Казна пополняется каждый день, а людям теперь зарплаты повышают! А у тебя как?
Я поникла и грустно сказала:
— Куда уж хуже? Меня просто ВСЕ ненавидят! Мне постоянно плюют в лицо, а я ничего с этим поделать не могу! Цены завышаются, а зарплаты - нет! Даже Китай, блин, и тот теперь издевается! Даже убить хочется!
Казахстан погладил меня по плечу.
— Твои братья и сестры тебя очень любят! И я в том числе!
— Любят?! Это не про Украину! Она меня по-моему загрызет при первой же нашей встрече! — иронично изогнула я бровь.
— Гспд, не обращай внимания на ее выходки! Она просто хочет признание от других стран, но она и не думала вредить тебе! Она просто…
Но его прервали:
— Использует меня?! Это даже хуже!
— Ни х… фига не хуже! Просто поговори с ней.
— Не собираюсь я с ней разговаривать! Пусть там подавится своим салом! — мои глаза из голубых стали красными.
— Так, Россия, не заводись! — братец сжал мое плечо, приводя меня в чувства. Я глубоко вздохнула, и сказала:
— Эээх, Казик, что бы я без тебя делала? Ладно, бывай, я пошла с Украиной поговорю! — и я убежала к дому сестрицы.
Ее дом был небольшим, но излучающим уют. Я постучалась в резную дубовую дверь и сразу услышала легкие шаги Украины. Она открыла дверь и ее лицо сразу же исказилось гримасой отвращения.
— Че приперлась, Рашка-дурашка? Опять свои войска на мою территорию послать хочешь?! Если да, то пошла вон отсюда! — она уже дернула дверь, но я ногой задержала ее:
— Украина, это очень важно! Позволь мне войти, поговорить надо!
Кое-как, но я все же уговорила ее впустить меня. И сейчас мы сидим за столом в гостиной и ругаемся.
— После распада СССР ты бросила меня на верную гибель! То, что я сейчас тут, полностью заслуга США! Если бы не она, Украина прекратила свое существование! И я ей благодарна. — крикнула мне в лицо Украина.
На мои глаза навернулись слезы. Я отчетливо помню всю эту кровь, боль, слезы, выстрелы, голод, смерть, крики, утраты родных и близких… я не знаю, что мной двигало, но я не могла ничего поделать… будто что-то мной управляло, и это что-то обладало жгучей жаждой крови и убийств.
— Я… я… — мямлила я.
— Что – ты?! — вскрикнула Украина.
— …прошу прощения… — прошептала я, и слеза упала на мои серые брюки.
Украина опешила, она не ожидала такого проявления чувств от черствой меня.
— Я теперь понимаю, почему меня ненавидят. Я вправду монстр, не заслуживающий прощения. Прощай, Украина. За газ можешь не платить. — я встала и пошла к выходу. Когда я уже почти взялась за ручку двери, Украина схватила меня за руку, развернула к себе и обняла так крепко, что я чуть легкие не выплюнула.
— Сестрица, прости! Я… я не хотела! Я всегда тебя любила! Да и сейчас люблю! И за газ заплачу с процентами! — кричала она, как в бреду.
Я обняла ее в ответ и она замолчала, продолжая надрывно плакать мне в плечо. Я вдруг с удивлением заметила, как одинокая слеза скатилась по моей щеке и упала на ее голову. Украина словно бы не заметила этого, все так же отчаянно ревя.
И стояли мы, две обнявшиеся сестры – одна плачет, а другая с пустым взглядом обнимает ее в ответ.
***
Мы с Украиной снова дружны. Осталось только соединиться, для полного счастья. Но этого не произойдет.
Казахстану я посоветовала построить в некоторых местах русские кафешки/рестораны, где мои люди будут жарить пельмени, варить борщ, печь блинчики и оладушки, и так далее. И самое главное – я буду получать 50% прибыли с каждого ресторана. Это было выгодно обеим сторонам. Казахстану – газ подешевле, мне – денежки. В казну стала капать прибыль, и за несколько лет сумма стала огромной. Я разорвала связи с другими странами, кроме братьев/сестер, и стала полностью самостоятельной. Моя армия тоже потерпела качественные изменения, то бишь стала технически прогрессивной. Как я это сделала? Просто послала одного из Казахстанцев сп*здить чертежи лучшей техники США. Немного изменив их, я получила "полностью" свои чертежи. Самые лучшие заводы за полгода собрали крупную партию огнестрельного оружила, и я отдала их некоторым военкоматам. Заказав еще одну партию, побольше, я устроила себе отдых. Мне как раз Казахстан отдал ежемесячную часть прибыли. Сумма составила пол-миллиона рублей. Достаточно хорошая сумма, думала я.
Я продолжаю свой путь к самой могущественной армии мира. Преимущество войск США – технический прогресс. А мой – сила людей, а потом и техника. Секрет нашей силы – водочка, именно она помогает отсрочить ощущение сильной боли, делает более смелым.
Я буду мощнейшей нацией мира, и мне не важно как я этого добьюсь. Главное – я защищу своих братьев и сестер. Любой ценой…
***
Получив свой заказ, я разослала партии остальным военкоматам. Пускай обучаются обращаться с таким оружием.
На моем лице расплылась полу-безумная улыбка матерого убийцы, увидевшего перед собой десяток жертв на выбор, связанных и беззащитных. Кто увидит – пить бросит.
Так же я увеличила зарплату для людей. Как же они были удивлены когда по новостям они услышали про это. Где-то неделю они отмечали это событие.
Жизнь налаживается.
Но мой мед подпортило только одно: США что-то прикопался со своими санкциями. Буквально ко всем лезет.
Идя по парку в обычный летний день, я наткнулась на этого придурка. Точнее не я на него, а он на меня.
— О! Совочек пришел! Знаешь, ты меня не радуешь в последнее время, еще санкций захотела?!
~Ой, напугаааал~ пронеслась мысль в моей голове.
— Слышь, уебок, ты от меня отъебешься или нет?! — огрызнулась я в ответ.
Тот только усмехнулся и подошел ближе.
— Налога на воздух еще не придумала? Нет? Удивиииительно! — он пару раз свел ладони, имитируя аплодисменты.
~Россия, въеби ему!~ эту мысль я не могу игнорить. Я вмазала США вертушкой Соболева, от чего тот отлетел на несколько метров назад и плюхнулся на куст. На меня устремились десятки пар удивленных и восхищенных глаз. Я подошла к США и проговорила максимально четко и внятно:
— Да мне похуй на твои санкции. — и я ушла в магазин за недостающими продуктами.
В итоге моя спина ломится от тяжести четырех больший пакетов, а из-за их ручек мои руки посинели. А вы представьте, мне еще переться 2 км домой.
— Гспд, Россия! — услышала я позади себя двухголосый хор. Я повернулась и увидела Казахстан и Болгарию, бегущих ко мне.
Они забрали у меня пакеты и проводили до дома. Я им вручила по 100 руб, на мороженку. В итоге они ушли довольные-довольные, что прям завидно глядеть! Такие мужики, а душе детишки малые. Вся суть этих моих братишек.
Я пришла домой и сразу же разложила продукты. Я решила себя побаловать и купила много вкусняшек, посмотреть фильм. Я позвонила самым своим любимым братьям и сестрам. Первой пришла Украина, потом подтянулась Беларусь, а затем прикатились Казахстан и Болгария. Самым последним пришел Польша.
Мнения всех сошлись на том, что мы будем смотреть фильм „Оно”. Довольно годный фильмец. Чувствительная Беларусь дрожала и прижималась к нам на страшных моментах. А когда Пеннивайз отгрыз мальчишке руку, так вообще обняла меня. Я ее кое-как успокоила, просто засунула ей клубничную зефирку в рот, и сказала:
— Что ж ты пугливая-то какая?
Беларусь надулась и продолжила смотреть дальше, но вскоре ей это надоело и она расслабилась.
Фильм всем понравился, даже Беларуси. Так как время позднее, все остались у меня с ночевкой. Я-то против не была, но некоторым пришлось спать по-двое. Как мне, например. Спасибо хоть, что с Украиной. Она решила спать со мной на одной кровати, благо она двухспальная.
Мы немного поболтали, а потом уснули.
Среди ночи меня разбудило активное движение на моей половине кровати. Я открыла глаза и узрела Беларусь, взбирающаяся на мою кровать со своей подушкой к нам в серединку.
— Беларусь, ты чего? — задала я вопрос.
— Мне приснился кошмар. Можно я с вами посплю? — и она состроила щенячьи глазки. Я угукнула и легла спать дальше.
Утром я просыпаюсь от тяжести чьей-то туши. Я открыла зеньки и увидела Польшу, нагло устроившуюся на мне. А на Беларуси спал Болгария. Я сбросила с себя Польшу, и он упал на мое место. Вообще в моей комнате спали все, кто вчера пришел. Казахстан спал поперек кровати у всех в ногах, Болгария спит на Беларуси, а Украина с Польшей теперь рядышком. Я придвинула три одноместные кровати вплотную к моей и сдвинула Казахстан, Польшу и Болгарию на каждую из кроватей и укрыла всех одеялом.
Сама же я пошла жрать готовить. Захотелось мне оладьев испечь.
Когда я все закончила, я пошла посмотреть на этих сонь, чтодо сих пор спят: Украина с Беларуссией на моей, А Казахстан, Польше и Болгария на отдельных кроватях.
Я ждала примерно полчаса, перед тем как услышала долгожданные зевки.
— Хххх-аааааааааххх. — первой очухалась Украина. — Как же давно я так не спала хорошо!
— Я в доле. — сказал Казахстан. — как говориться... — он вылез из-под одеяла — Я родился!
— Заметно, орешь как новорожденный! — подключилась Беларусь. — Оооо, меня не спихнули с кровати!
— Добрутр. — простонал Польша. — Сколько времени?
— Хоть кто-то нормальный вопрос задал. — сказала я и посмотрела на часы. — Сейчас десять утра. Завтрак готов.
— Кто-то сказал Завтрак? — проснулся Болгария. — я тоже хочу.
Они все по-очереди пошли в ванную. То бишь "Кто первый!". К счастью, я не участвовала в этой заварушке, так как встала на 3 часа раньше.
Через двадцать минут они уже сидели и ели оладушки, радуясь тому, что им больше не нужно идти в кафешки. Я же им и чай/кофе сделала, и варенье с медом подала. Эти пятеро сидели и радовались такой заботе.
Мы решили пойти погулять по Суздалю. Посмотреть достопримечательности. Думаете, я зря этот город выбирала? Ан-нет! Этот город очень тихий, нет высоких зданий (больше трех этажей запрещено строить), сохранилось очень много памятников культуры с XII века. Вообще, красивый город, незагрязненный.
Всем городок понравился, а я довольно смотрела на их восхищенные лица. Но у Казахстана появилсь какие-то дела, и он свалил, а потом и остальные. Я теперь одна осталась, и иду домой. Уже недалеко от дома я встретила Германию, который ждал кого-то. Я подошла к нему, просто поболтать, все равно делать нечего.
— Привет, Германия, как поживаешь? — сразу задала я вопрос. Германия посмотрел на меня и сказал:
— Я? Нормально. Вот пытаюсь делать хорошие дела, чтобы восстановить репутацию, которую я разрушил войной с тобой. Ужасные были времена.
— Да. Но, во-первых: поцапались не мы с тобой, а СССР и Фашисткая Германия. Во-вторых: у тебя итак нормальная репутация, просто Польша боится тебя. — отрезала я строгим тоном. Германия немного улыбнулся и сказал:
— Ты даже без объятий и ласкового тона утешать можешь. Именно поэтому я жалуюсь только тебе. Может пива с рыбкой? — предложил Германия, указывая на бар неподалеку. — Я плачу.
Я недовольно глянула на него и проговорила:
— Нет, Я плачу! — и побежала в бар. Германия меня догнал и мы начали спорить, кто платит. Подошедшая Франция предложила платить пополам.
— ДА ТЫ Ж ГЕНИЙ! — воскликнули мы с Германией хором, и побежали дальше.
Заказали мы любимого Баварского и кальмаровых колец. Вот пьем пиво с рыбкой, общаемся. Я ему предложила Жатецкого Гуся отведать. Он согласился и мы его заказали.
Германии понравилось пивко, а особенно он хохотал он моих "усов". Его смех был заразительным, и я тоже подключилась.
***
Разбежались мы примерно через полчаса. Я пошла в свой "питомник" хомяка Путина проверить. Но вместо него там лежал его хладный трупик. По моей щеке побежала слеза.
Я, не став впадать в депрессию, пошла в зоомагазин и купила себе черную кошку и назвала ее Рита, а по фамилии Кабанова. Да, знаю, фамилия не очень, но Кабан – это символ упертости, терпения, мужественности и силы. А выбрала я черную потому, что черный – это таинственный цвет, хитрый. Теперь это мой новый питомец.
Конечно, я знала, что ее советуется выгуливать, поэтому купила ей шлейку, но она ей, видимо, не требуется: кошка оказалась умной, ни на шаг от меня не отходила.
В награду я ей дала кусок сырой курицы, когда готовила себе ужин.
Рита оказалась хищницей в полном смысле этого слова: бывало, как-то встаю я утром, а около меня задушенный трупик мыши. Я впервые разы пугалась, но потом привыкла.
Настю я за это не ругала. Просто хмыкала и выбрасывала мышь.
Рита иногда будила меня по утрам своим муканьем и облизыванием моего лица. Такой способ подъема мне очень нравился, так как заряжал хорошим настроением на весь день.
Все замечали то как я изменилась: я стала выше, более подтянутой, волосы отросли на двадцать сантиметров, и самое главное: я стала богаче.
США вообще впал в ступор, когда увидел меня через пол-года после нашей последней встречи. Он, конечно, пытался язвить дальше, но я его обламывала.
— Налогов не прибавилось?
— Прикинь, убавилось? — воскликнула я, притворно удивляясь.
— Все также уменьшаешься? — нервно хихикнул США.
— Выросла на пятнадцать с половилой сантиметров.
И я красиво ушла, эффектно взмахнув длинными волосами.