«Сначала, потом»
Так и случилось.
Съёмная квартира с панорамными окнами наполнялась мягким светом московских вечеров, и Даша, укутавшись в плед, иногда позволяла себе вспоминать.
Как прощалась с родителями на вокзале — мама сжала её так крепко, будто боялась, что дочь растворится в этом огромном городе. Руслан стоял чуть поодаль, с гордостью и грустью в глазах.
Как обнимала подружек и одногруппниц — смех, обещания "обязательно приезжать, дурацкие шутки сквозь слёзы.
И даже Вику. Да, та приехала. С Яриком, конечно. Но всё равно приехала.
Бросилась обнимать так, что у Даши перехватило дыхание.
Эти воспоминания грели. Но не теплом — скорее, как пепел, медленно сгорающий где-то глубоко в груди.
Но Москва не давала застыть в прошлом.
Новый город шумел за окном, звал за собой. Новые знакомые, университет, театральный — с первых же пар её захватило с головой. Она ловила каждое слово преподавателей, впитывала, старалась, и это старание заряжало её так, что по вечерам ноги гудели от усталости, а в голове крутились новые идеи.
Сокурсники быстро приняли её в свою компанию. За две недели они обошли пол-Москвы: от шумного Арбата до тихих переулков Замоскворечья, от помпезных сталинских высоток до уютных двориков с граффити.
И Даша вдруг увидела город по-другому — не чужой, не пугающий, а живой, готовый раскрываться перед ней, как книга с бесконечными сюжетами.
После очередной репетиции задержались в аудитории, чтобы доработать сложную сцену из водевиля.
— Главное — падать красиво, — наставляла преподаватель, размахивая веером из конспекта. — Как лебеди. Трагично.
— И не забывайте, что у вас под платьями кринолины, — добавил Саша, ответственный за реквизит. — То есть падать надо аккуратно.
—Какие кринолины в двадцать первом веке? — засмеялась Даша и тут же, для драматизма, плюхнулась на пол, закатив глаза.
Одногруппники захлопали, но аплодисменты резко оборвались, когда раздался громкий хруст.
— Что это было? — испуганно прошептала Кристина.
Даша приподнялась и побледнела: под ней лежали очки преподавателя сценического движения. Стекло — треснутое пополам.
— Мы мертвы — констатировал Вадим. — Петрович эти очки любит больше, чем свою кошку.
Кажется, с этого дня, начались проблемы с Петровичем. Но даже они поддавались решению и были интереснее, чем эмоциональное состояние девушки.
Конечно, было страшно, одинико. Но когда она стояла на сцене учебного театра, сценарий в руках, а свет софитов слепил глаза, казалось, что всё — и боль, и сомнения — осталось где-то там, в прошлой жизни.
Первый месяц учебы пролетел в бесконечных вопросах, которые звенели, когда девушку настигали бытовые трудности
—С Ростиком увидишься?
—Ростик поможет?
—Может, позвонить Ростиславу?
Сначала она вздрагивала при каждом упоминании его имени. Потом научилась отвечать односложно, без эмоций.
Но постепенно и родные, и подруги поняли — Дашуля справляется. Сама влилась в новую жизнь. Вопросы исчезли, растворившись в повседневных разговорах о лекциях, новых друзьях.
Разбирая новую сценку, Даша в который раз почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Оглянулась — и снова *он*. Тот самый парень, который всегда сидел в сторонке, не участвовал в обсуждениях, но наблюдал. Вчера — на репетиции, сегодня — на защите компетенций.
Конечно, среди множества молодых студентов, такое было не редко. Дашуля стала частенько отсылать куда подальше странных типов, расставляя личные границы.
Одна из её новых знакомых - Кристина, часто говорила
—Актрисам, всегда много внимания
Слова этой приятной девушки льстили. Но могли ли радовать?
Когда все начали расходиться, Даша решилась.
— Вадим! — окликнула она второкурсника, который уже собирался выскользнуть за дверь.
Тот обернулся, оценивающе оглядел её с ног до головы, потом вдруг широко улыбнулся, будто вспомнил что-то забавное.
— Ты тоже приходи. Вечером, в семь.
Ей, этот парень показался странным. Может, даже забавным.
— А, ой, — он рассмеялся, почесав затылок. — Я подумал, ты про вечеринку спросить хотела... Ну, в общем, не важно.
— Да нет, — махнула рукой Даша. — Ты не знаешь парней, сидевших в жюри на защите?
— Знаю, конечно, — Вадим задумался, перечисляя пальцами. — Самый крайний Серёжа, потом Эдик, Саня и Даня.
— Мгм... Эдик... — Даша отвела взгляд, будто разглядывая что-то на стене. — Расскажи что-нибудь про него.
Вадим засмеялся, но не зло, а как будто предвкушая её реакцию.
— Ну, пошли, по дороге расскажу. Меня такси ждёт.
Они вышли из здания, и Вадим, закуривая, начал свой рассказ
—С третьего курса чел. Из тех, кто появляется редко, но если уж появляется — все сразу понимают, что он здесь. Необщительный, да. Но если расколоть — расскажет такое, что потом неделю переваривать будешь.
Он сделал паузу, выпуская дым в холодный воздух.
— Говорят, в прошлом году он сыграл Гамлета на студенческом конкурсе так, что половина зала рыдала. А потом просто... исчез. На месяц. Никто не знал, где он. Потом вернулся, как ни в чём не бывало.
Вадим хитро прищурился.
—Ты приковала его внимание. И это... мм... редкость.
—Почему? — интерес пробирался глубже
Но парень не ответил на вопрос. Просто проигнорировал.
Такси подъехало, и он, бросив окурок, добавил уже на ходу
— С Эдиком никогда не знаешь, играет он или говорит всерьёз.
Дверца захлопнулась, машина тронулась, а Даша осталась стоять, обдумывая его слова.
Где-то в глубине души зашевелилось любопытство.
—Хм, интересна... — метнула головой, отгоняя мысли.
Неподалёку, показался он с какими то парнями.
Кажется, пора уходить.