Глава 7.
Минни уснула у себя в кровати. Я накрыла ее одеялом и провела рукой по пшеничным волосам. Она была безумно красива, когда спала. Я послушалась и не стала трогать ее раны. Убрала беспорядок в ванной и прошлась по дому.
Почти везде были именно ее фото с разных показов, со сцен. Я подумала, что Минни модель. Это объясняло ее поведение и худобу.
Сгущались тучи. Я надеялась, чтобы это был не дождь. Я закуталась в свою куртку и поцеловала Минни в лоб.
Дождь все-таки пошел. Я, стоя на крыльце дома Минни, хмурилась. До дома, конечно, недалеко, но все-таки быть мокрой совсем не хотелось.
— Цветочек, — позвал голос Рана с левой стороны. Я закрыла глаза и досчитала до десяти. — Цветочек. Иди сюда, у меня зонт.
— Мне не нужен твой зонтик.
— Нужен. Иди сюда, я кое-что тебе скажу.
И я, словно зачарованная, пошла к нему. Разглядывала его улыбку, капли, стекающие с волос. Он открыл зонтик, и я переняла его.
— Спасибо.
— Я провожу тебя до дома.
— Зачем ты это делаешь?
— Что именно? — он прищурился, и улыбка пропала с его лица.
— Зачем… ты сначала такой милый и заботливый, а потом отталкиваешь. Говоришь не доверять тебе, но сам делаешь все, чтобы я доверяла. Чтобы мне было больнее, да? Но что я тебе сделала?
Он несколько секунд непрерывно смотрел мне в глаза. Я видела в его зрачках свое собственное отражение.
— Извини, цветочек. Так нужно.
— Раз ты не можешь уйти от Неизвестного из-за брата, то почему преследуешь меня?
— Неизвестный… очень интересный человек. И я не могу пока что перечить ему. Но скажу одно: он не приказывал следить за тобой или давать тебе зонт в плохую погоду.
— И что это значит?
— Это я сам.
— Зачем? — я сделала несколько шагов.
— Потому что ты мне нравишься.
Сердце отбило ровно три раза и замерло. Звук дождя, капающий с крыш, вдруг прекратился.
— Что ты сказал?
— Я сказал, что ты очень интересная, цветочек. Я хочу узнать тебя ближе.
— Нет.
— Из-за бара?
— Стой. По твоим словам, тебе нельзя доверять, я должна держаться от тебя подальше, но при этом раскрыться тебе? А губозакаточную машинку тебе не надо?
Тонкие губы Рана тронула улыбка.
— Можно и без неё. Я обещаю, что уйду от Неизвестного. Дай мне… быть рядом. Защищать.
— Ты уже защищал меня от Мио. Спасибо, дальше я сама.
— Твоя бабушка снова уехала. Пойдем к тебе в гости?
— Как в тот раз? Нет уж, больше я перед тобой в одном полотенце скакать не буду.
— Ну давай. На улице холодно, нальёшь мне чаю.
— Ты безумно раздражаешь меня, Ран Хайтани, — я пошла вперед.
Он первым протиснулся в прихожую и стянул кроссовки.
— Может, я у тебя спать останусь?
— Может, закроешь рот? — ответила я и прошла в свою комнату.
Ран остался в кухне.
Я сменила форму на легкое домашнее платье в цветочек. На ногах были розовые тапочки. Я заплела волосы в высокий пучок.
Ран переплел волосы в хвост. Я улыбнулась, глядя, как он катает конфету по столу. Долго-долго катал, а потом стиснул ее между пальцев, раздавив ее.
— Тебе чаю? — наконец нарушила молчание я.
— Чай, — он закинул конфету в рот и постучал пальцами по столу.
— Ну как тебе наша школа?
— Ты же уже не учишься.
— Не учусь, но учился же. Мио больше не доставляет проблем?
— Вроде нет.
— А та блондинка, — он указал на свои волосы, — Как она? Ты же у неё дома была?
— Да. Это Минни. Она… волшебная, — я улыбнулась, вспоминая сладкий сон Минни.
— Понятно. Возможно, ты познакомишься с Риндо.
— Почему я никогда его не видела?
— Потому что ты смотришь не туда, цветочек.
— Может быть. Но что это значит?
— Ты много не замечаешь. Не умеешь определять плохих и хороших людей. Ты наивная. Слишком… — он сделал глоток, — Слишком добрая.
— И каких это плохих людей я не замечаю? Например, ты?
— Например, я. Я очень плохой, Хана. До безумия плохой.
— Я доверяю тебе.
Он как-то грустно улыбнулся.
— Я сам себе иногда не доверяю. Я… должен следовать плану, я должен подчиняться. Но пришла ты. Махнула своими ресницами, улыбнулась, показывая ямочки… И я уже не хочу быть с Неизвестным, даже ради брата.
— Ты серьезно сейчас?
— Ты не видишь, что делаешь со мной?
— Не вижу. Ты такой же, какой был несколько дней назад.
— Как я и говорил, наивная и слишком добрая.
— А ты очень странный.
— Я знаю.