Dark soul

★☆★

Чтобы переосмыслить слова Фрэнка и понять, что он не шутит, Лайни понадобилось около пяти минут.

Юноша все это время смотрел в окно и не шевелился. По взгляду его можно было без труда определить, что думает он о своей жизни. Жизни, которая с одной наградила его огромным состоянием, а с другой лишила его матери еще в детстве, а теперь отняла и отца. И не смотря ни на что, он не мог нарушить свой железный принцип ― и заплакать, чего так хотелось. Он всегда считал, что мужчина не должен плакать не при каких обстоятельствах и сейчас старательно придерживался своих убеждений.

Единственным здраво мыслящим человеком из здесь присутствующих оставался Кайл. Он знал, что сейчас Лайни зальется слезами, а там не выдержит и Фрэнк. Но, к его удивлению, ничего такого не произошло. Ли бросила сумку на диван и подошла к парню. Предварительно заглянув в его глаза, она крепко-крепко обняла его и сказала:

― Все наладится. Все будет хорошо. Ты не один.

Кай удивился еще больше. Голос ее даже не дрогнул, не оборвался. Она была спокойна, как человек, поведавший немало подобных ситуаций. И это его маленькая сестренка! Она, действительно, сильно изменилась.

На самом деле, в душе Лайни все оборвалось, ведь ее отец для нее тоже умер. Судьба родителей Кайла и Лайни не известна до сих пор, но девушка настроила себя на то, что их просто нет. Ведь глупо обманывать себя.

Фрэнк позволил себе расслабиться. Он обнял Лайни и его лицо скрылось за ее плечом. Юноша тяжело вздохнул и с удивлением отметил, что ему действительно стало легче. Будто бы тяжелая ноша его легла на эту хрупкую девочку.

Вот он ― один и единственный родной человек для Фрэнка. Он думал, что остался один. Думал, что теперь ему одному придется справляться с этой огромной ответственностью, что легла на него со смертью отца.

И еще кое-что, что он не мог поведать никому, даже самым близким людям. У каждого есть свои тайны, раскрыть которые ― равносильно смерти.

*

― Мы не были близки. ― тихо сказал юноша. ― Никогда не были.

Кайл и Лайни сидели напротив Фрэнка и внимательно вслушивались в каждое сказанное им слово. Девушка была здесь в роли психолога и слушателя, а Кайлу нужно было знать подробности дела. Он, безусловно, хотел поддержать друга, но что хуже всего у него получалось ― так это утешать. В этом плане он напоминал младенца: в глазах его читалась буря эмоций и чувств, но он не мог выразить это словами.

―... Но потерять его ― все равно, безумно тяжело. Я не знаю, как теперь мне быть. ― парень покрутил в руках кружку с чаем, к которому даже не прикоснулся.

― Да, Фрэнк, это тяжело. И будет так еще некоторое время. Но мы ведь с тобой.

Юноша вздохнул и кивнул несколько раз.

― Я знаю.

― Как он умер? ― подал голос Кай.

Лайни ущипнула брата за руку.

― Он сейчас не в состоянии об этом говорить!

Парень виновато взглянул на друга и рассеянно произнес:

― Прости.

― Нет, все нормально. ― спокойно ответил парень, хотя было ясно, что все вовсе не так. ― Мне сказали, что это самоубийство.

― Тебе сказали? ― Лайни разглядела намек.

Фрэнк посмотрел на Кайла и задержал на нем взгляд. Их немой долог заставил Ли напрячься.

― Лайни, тебе лучше подняться к себе.

Рот девушки приоткрылся и с ее губ чуть было не сорвалось удивленно и обиженно: "Что?!", но она прикусила язык, перехватив строгий взгляд брата. Но так просто она сдаваться не собиралась.

Поднявшись к комнате, Лайни демонстративно хлопнула дверью, и на носочках подошла к лестнице. Притаившись, она начала слушать:

― Так ты думаешь, что тебе солгали?

― Конечно. Он не мог убить себя, ему это делать было не за чем. Скорее всего, ему помогли.

Девушка поразилась, насколько хорошо у Фрэнка получается прятать чувства. Это ведь целое искусство, которым иногда так важно владеть.

― Убийство?

― Однозначно.

― И кто это мог быть?

― Кайл, он миллионер. У него врагов больше, чем людей на этой планете. ― парень задумался.

― Конкуренты?

― Я тоже так думаю.

Тишина наступила довольно резко, что насторожило Лайни. Она стала вслушиваться и услышала, как кто-то из парней встал и, видимо, направился к ней. Нужно было срочно что-то делать и Лайни резво скользнула в свою комнату, чтобы никто ничего не заподозрил.

*

― Ты, черт возьми, сделала тату?!

― Что в этом такого?

Лайни возмущенно всплеснула руками.

― Алекс, во-первых: тебе шестнадцать. Во-вторых: что с тобой произошло? Ты же ненавидела татуировки!

Собеседница вздохнула и опустив глаза, тихо сказала:

― Ему нравится.

Ли прислонилась лбом к железному шкафчику и потерла рукой затылок. Один из самых близких ей людей делает одну ошибку за другой, что в конечном итоге может обернуться катастрофой, а она не может ничего сделать.

― Беспомощная, жалкая, слабая! ― шепотом ругала сама себя Ли.

― Что?

― Алекс, ты все делаешь, что ему нравится?

― Т-ты о чем?

― О том, что год назад его поймали за приемом наркотиков. Айзек кололся, а может и сейчас колится.

― Нет, он не такой! Ты его не знаешь! ― девушка вновь встала на защиту возлюбленного.

Лайни посмотрела на подругу, как на самого наивного человека в мире.

― Да. Да, конечно, не такой. ― сказала она, без всякого сарказма. ― Как скажешь, Алекс. Только пообещай мне, пожалуйста, что не будешь портить себе жизнь. Ты ведь понимаешь, о чем я? ― девушка взяла руку подруги в свои ладони.

― Я не собираюсь становится наркоманкой, Лайни! Ты невыносима! ― девушка отдернула руку. ― Нам пора.

Они вышли из женской раздевалки и направилась в сторону спортивного зала. Школьную физкультуру девушки посещали редко, но оценка все-таки была нужна.

У входа в зал их поджидал Айзек. Естественно, не один, а в сопровождении свиты. Приобняв Александру за талию, он скрылся за массивной железной дверью. Лайни решила, что будет безопаснее, если она пропустит всех его "друзей", а потом войдет сама. Но один из молодых людей ― парень, лет пятнадцати ― подошел к Ли и сказал:

― Грэган ждет тебя в мужской раздевалке.

Девушка еле заметно кивнула. Отлично! Теперь можно поговорить с ним, не опасаясь за свою жизнь. Намного лучше, чем разговор на улице. Девушка нерешительно взглянула в сторону темного коридора, ведущего в мужскую раздевалку. Надо, надо поговорить.

Заглянув туда, Ли никого не обнаружила.

― Грэган?

―Я здесь. ― хриплый голос доносился из-за ровного строя железных шкафчиков.

Девушка прошла чуть дальше. Помещение явно не проветривалось, потому как воздух здесь тошнотворный и прелый. Ох, поскорее бы выйти.

На скамье сидел Грэг и теребил в руках ключи от машины. Он поднял голову, когда Ли подошла, осмотрел ее с головы до ног и вновь перевел взгляд на ключи. Девушка благоразумно села подольше от парня, внимательно его рассматривая.

― Привет. ― выдавил он.

Лайни в течение минуты ожидала продолжения, решив, что здороваться ей вовсе не обязательно.

― И?

― Что ты хочешь узнать?

― Почему ты это сделал?

― Потому, что ты вывела меня из себя. ― он пожал плечами.

―Кайл тоже иногда выводит меня из себя... ― буркнула она, намекая на то, что это вовсе не нормально.

Парень усмехнулся. Лайни продолжила:

― Что ты имел в виду, когда говорил про срывы?

― Имел в виду то, что злить меня ― было самой нелепой попыткой покончить с собой. Больше так не делай. ― Грэган еле сдерживал смех.

― Не шути со мной! ― возмущенно воскликнула Ли. ― Часто это происходит?

― Нет.

― Это... болезнь?

― С жуткими последствиями...для меня.

― Это происходит только тогда, когда ты злишься?

Тишина заполнила помещение. Лайни недоумевала, почему Грэган не отвечает, но в конце концов он сказал:

― Да.

― Сколько их тут? ― наконец - то Лайни перешла к главному.
Парень нахмурился.

― Не понимаю, о чем ты.

Лайни вздохнула. Либо он сам тупица, либо считает тупицей ее.

― Филлип мне сказал, что ты здесь. Он назвал твое имя.

Грэган еле улыбнулся, стараясь не рассмеяться. Сообразительная маленькая сучка!

― Я мог просто подозвать его, сказать свое имя и дать поручение.

― Ты сам себя выдаешь. ― Ли закатила глаза. ― Тем более, в последнее время Филлип стал хвостиком Айзека.

― При чем тут Айзек? ― резко спросил Грэг.

Лайни и не заметила, как начала заплетать косичку из кончика своего хвоста. Она поспешно расплела ее и расчесала пальцами.

― Все сходится. Он ведь с тобой, да?

Грэган расхохотался. Его смех эхом разлился по помещению. Душа Лайни ушла в пятки и не спешила оттуда возвращаться.

"Еще один раз ― и я умру от инфаркта".

― Полиция всего города не может раскрыть нас годами, а какая-то девчонка сделала это за несколько дней! ― последовал новый раскат смеха.

― Итак? ― продолжила Ли. ― Сколько их тут?

― В школе? Почти все, кто ходит с Айзеком. ― пояснил парень, успокоившись.

Половина школы, черт возьми! Половина!

― Мне пора! ― бросила девушка, быстро покидая свое место.

― Стой! Куда ты? ― Грэган поспешил за ней.

― На урок.

Грэг схватил Ли за руку и слегка потянул на себя, останавливая.

―А что на счет того, чтобы простить меня? ―сказал он так, будто это святая обязаность Лайни.

― Грэган, я не...

Ли прервали ее собственные мысли. А что, если использовать положение в своих "корыстных" целях? Нужно попробовать.

―...возможно. Только у меня есть условие.

Парень отпустил ее и закатил глаза. Лицо у него было такое, будто максимум, что он может сделать для нее ― купить ей чупа-чупс.

― Айзек должен перестать общаться с Алекс.

Брови Грэгана поднялись.

― Что? Кто такая Алекс? ― небольшая пауза. ―Ах да, твоя подружка!

― Так что?

― Это его личная жизнь, почему я должен вмешиваться?

― Потому что это мое условие!

Парень постепенно закипал. Его выводило то, что какая-то девчонка-подросток так невыносимо долго ломается. Черт бы ее побрал!

― Почему ты думаешь, что много значишь для меня? Что вообще что-то значишь? ― спросил он, наклоняясь к Ли.

― Если ты прошел извиняться второй раз, значит, за чем-то ты все это делаешь. Только вот не пойму, зачем.

― И не надо. Разве это не очевидно? ― он обворожительно улыбнулся.

― Ты только что сказал, что я ничего не значу для тебя!

―Я этого не говорил.

― Говорил!

Парень выпрямился.

―Жизнь сложна. А спорить с женщиной ― еще сложнее. ― Грэган направился к выходу. ― Увидимся, детка.

______________