23.
Чонгуку казалось, что галстук его душит.
Он шумно вдыхал воздух через ноздри и чувствовал, что зубы уже болят под натиском челюстей. Его ужасно раздражала стоящая рядом с ним одноклассница, которая крепко вцепилась в его расслабленно висящую вдоль тела руку. Чон вовсе не хотел приглашать её на танцы, но на этом балу обязательно нужно было быть с парой.
А единственная девушка, с которой Чонгук хотел бы пойти на это мероприятие, которую он хотел бы сжимать в объятиях во время вальса, которой хотел бы шептать пошлости на ушко, кружа в простом медленном танце, сейчас стояла в паре с другим парнем.
Бал, посвящённый первому дню весны, был ежегодным и традиционным в школе, в которой учились ребята. Это было торжественное мероприятие, на которое приглашались родители, ученики приходили в смокингах и вечерних платьях. К слову, длилось оно совсем недолго, потому что рассчитывалось только на старшие классы: ребята танцевали несколько несложных танцев, которые помнили ещё с прошлого года, потому практически не нуждались в репетициях.
И Чонгук был чертовски рад, что это отвратительное мероприятие подходило к концу. Оставалось лишь выслушать речь директрисы и станцевать последний медленный танец. Ему больше не придётся искать Лису глазами через весь зал, наблюдать за тем, как её трогает Тэхён, а она смеётся и сама прижимается к нему.
Чонгук пригласил её. Он обещал дать ей время, но всё же решил попытать счастья и позвать её на танцы, но Манобан отказала. Она не делала этого назло, как оказалось: её пригласил Тэхён, руководствующийся своими целями. Блондинка спокойно объяснила Чонгуку, что у его одноклассника небольшие проблемы с девушкой, и она будет присутствовать на этом балу, хотя танцует с другим. И Тэхёну, конечно, захотелось отплатить своей возлюбленной той же монетой, потому он и попросил о помощи Лисы, тем более она ему была должна за тот поцелуй на глазах Чона.
Как и обещал, юноша спокойно отреагировал на объяснение Лисы и позвал на танцы свою одноклассницу, с которой даже умудрился переспать в прошлом году. Она была на седьмом небе от счастья, потому просто не отпускала рукав пиджака Чона, вызывая в нём стойкое желание тряхнуть рукой, чтобы сбросить с себя навязчивую букашку.
Чонгук встретился взглядом с мамой. Она волновалась, потому что Чонгук честно признался ей, что у них с Лисой всё сложно, а женщина была просто без ума от светловолосого чуда, с которым встречался её сын. И сейчас, наблюдая за тем, как Чонгук не отрывает глаз от Лисы, понимала, что сын действительно влюбился. И становилось ужасно тошно. Мать предполагала, что вина их разлада лежит на Чонгуке, и отчего-то чувствовала стыд перед Манобан за собственного сына, потому что воспитала его слишком своенравным и чёрствым.
– Что-то у тебя лицо зелёное, Чонгук, – ехидно протянула Чеён, которая стояла по левую руку от Чона, жмущаяся к Паку. – У тебя всё в порядке? Надеюсь, нет.
Парень раздражённо закатил глаза, встречаясь взглядом со своим другом.
– Чимин, ты не мог бы заткнуть свою фурию, я не в самом лучшем настроении, боюсь сорваться на этой мерзкой коротышке, – сквозь зубы прорычал парень.
– Оба успокойтесь, – спокойно ответил шатен, сжимая талию Пак. – Чонгук, не нужно оскорблять мою девушку. Чеён, не цепляйся к моему другу.
Чимин чувствовал себя папашей, примиряющим своих вечно воюющих детей.
– А мне-то что рот затыкаешь? – недовольно пробурчала Чеён. – Дай мне хоть минутку порадоваться за то, что Лиса в очередной раз продинамила этого членоносца. Ему полезно.
Чонгук снова крепко сжал челюсти и отыскал глазами блондинку. Она стояла рядом с Тэхёном и смотрела куда-то в пол, грустно перебирая подол своего нежно-голубого платья. Красивая, с нежной россыпью блондинистых кудрей на плечах.
Ему так отчаянно хотелось подойти к Лисе и прижать её к себе, потому что стоять так далеко от неё было просто невыносимо. Когда он смотрел на неё, раздражение отступало, и ему было уже почти плевать, что там вякала девчонка Чимина.
Чонгук краем глаза заметил, что Чимин раздражённо схватил Чеён и поставил с левой стороны от себя, таким образом встав рядом с другом.
– Не обращай внимания, Чонгук, она просто поехавшая у меня немного, – с виноватой улыбкой произнёс Чимин и перевёл внимание на вещающую у микрофона директрису, одновременно пытаясь утихомирить пыл своей девушки, которая раздражённо вырывалась из его объятий.
– Мне плевать на неё, не волнуйся за это, – сухо ответил Чон, всё же не удержавшись и тряхнув рукой. Его одноклассница удивлённо захлопала глазами, и Чонгук перевёл на неё раздражённый взгляд. – Ты мне уже синяков наставила. Ты не можешь стоять спокойно?
Он снова перевёл взгляд на толпу школьников.
Лиса смотрела на него, и Чона просто прошибло изнутри.
Как только был объявлен медленный танец, Чонгук отошёл от своей партнёрши и направился в сторону светловолосого чуда, которую в центр зала вёл за руку Тэхён.
– Дорогой друг, не хочешь поменяться партнёршами на финальный медленный танец? – вкрадчиво спросил Чон своего одноклассника, даже не глядя на взволнованную Лису.
– Если честно, то не очень, но, кажется, выбора у меня нет, – Тэхён в любой ситуации не терял позитивного настроя, потому стоял и улыбался.
Чонгук неожиданно для себя тоже усмехнулся.
– Наён стоит в той стороне, – парень кивнул в сторону той самой букашки. – Спасибо за понимание.
И больше он был не намерен тратить драгоценные секунды этого танца на кого бы то ни было, кроме Лисы.
Девчонка покорно обвила руками плечи Чонгука и прижалась щекой к его груди, словно боялась встретиться с ним взглядом.
Чон закрыл глаза, потому что ему было… хорошо. Всё словно встало на свои места, потому что он чувствовал тепло любимой девушки, чувствовал, как доверчиво она прижимается к нему, и просто не мог надышаться её запахом. Она не отталкивала, не отстранялась, лишь сжимала в кулачках ткань его пиджака.
Чонгук целовал её волосы и не мог остановиться. Они так приятно пахли каким-то сладким ароматом и были мягкими на ощупь – Чонгук не изменил себе в желании зарыться в них пальцами.
Лишь на секунду он поднял глаза перед собой и снова встретился взглядом с матерью. Он давно не видел на её губах такой широкой улыбки.
***
Чеён раздражённо смотрела на танцующих Чонгука и Лисы, позволяя Чимину вести в танце. Она совсем слабо держалась за его плечи, всё ещё злясь на то, что в конфликте Пак был на стороне Чона.
– Чеён, с тобой всё в порядке?
– Всё было прекрасно до того, как ты стал меня унижать перед своим другом, – Чеён не хотелось ругаться с Чимином, но ядовитые слова сами собой срывались с губ. Девушка ругала себя за вздорный характер, но ничего не могла поделать. – Мог бы меня поддержать, – уже тише добавила девушка, поднимая глаза на Пака.
Он явно был недоволен тем, что Чеён начинала скандалить, но старался сохранять спокойствие.
– Я всегда поддерживаю тебя, малышка. Но это ты начала оскорблять моего друга – ты сама виновата.
– Можно подумать, я сказала неправду.
– Если бы ты сказала это ещё месяц назад, Чонгук бы только посмеялся над твоими словами, а я бы согласно покивал. Но не сейчас, Чеён. Не когда мой друг смотрит на Лису так, словно это лучшее, что было в его жизни. Не трогай Чона, я серьёзно, ему сложно в последние дни. Похоже он в неё…
– Влюблён, я знаю. Но и ему полезно помучиться, чтобы не думал, что всё достаётся слишком легко, – Чимин покачал головой и бросил взгляд на танцующих друзей, улыбаясь. Чеён положила руку на его щёку, вынуждая снова посмотреть ей в глаза. – Я знаю, что Лиса будет счастлива только с ним, и буду рада, если у них всё действительно наладится, не думай, что я конченная сучка. Просто Чона я терпеть не могу, и у меня есть на это причины.
– Надеюсь, со временем вы найдёте общий язык.
– Сомневаюсь.
Чимие усмехнулся и с силой вжал тело брюнетки в своё тело. Он наклонился к её уху и чуть тронул губами чувствительное место под ним. Его руки медленно заскользили по швам её ярко-красного платья, которое делало брюнетку безумно сексуальной.
– Если ты будешь вредничать, я буду тебя наказывать, – тихо прошептал парень, посылая мурашки по телу Чеён. Она ещё сильнее сжала его плечи и улыбнулась, прикрыв глаза.
– Как же?
– Я не раскрываю секреты раньше времени.
Пока они сладко целовали друг друга, совершенно забыв о времени, музыке и людях вокруг, в другом конце зала за ними наблюдали три человека. Две женщины среднего возраста, уже успевшие познакомиться, обсуждали, какая же красивая пара вышла из их детей.
А Ким Намджун просто странно улыбался, потому что впервые за долгое время его озарило равнодушие к Пак Чеён. Чувство, когда эта болезненная влюблённость отпускает, было одним из лучших, что ему приходилось испытывать.
***
Песня закончилась, а Чонгук с Лисой всё ещё стояли в объятиях друг друга. Девчонка доверчиво потёрлась носиком о его рубашку, вдыхая запах его парфюма.
Чон поцеловал Лису в лоб и накрыл руками её ладони.
Все их движения были такими медленными и нежными: они терялись друг в друге и наслаждались этим чувством.
– Что будет дальше, Лис? – блондинка смотрела на него так внимательно, что на миг Чон растерял все слова. – Тебе нужно ещё время или… ты уже готова поговорить? – он боялся показаться ей нетерпеливым и навязчивым. Но такова была его сущность. Он больше не мог ждать, не хотел терпеть эту неопределённость.
Лиса была самым светлым пятном в его жизни, и потерять её было бы самой огромной ошибкой Чона. Он знал это. Он боялся этого.
– Пойдём, найдём какой-нибудь кабинет, хорошо? – тихо предложила Лиса и, дождавшись кивка Чонгука, улыбнулась. – Больше не вижу смысла оттягивать этот разговор. Кажется, я уже давно во всём разобралась.
Чон боялся этой грустной улыбки, которая вдруг появилась на губах Манобан. Парень нервно сглотнул и пошёл за Лисой прочь из зала.