глава 42
Следующий час мы провели на полу в гостиной, наткнувшись на вторую часть «Один дома». Хомяков мы договорились держать на столике на кухне, потому что в этой части дома попадает больше солнечного света, чем где-либо еще в квартире а ещё потому, что чаще всего мы проводим время именно на кухне.
– Кто-нибудь хочет воды?
Туён, что сидел на полу, облокотившись спиной на диван приложил указательный палец ко рту, тем самым прося меня быть тише.
– Хён, кажется, уснул. - прошептал он, бросая взгляд полулежащего Юнги, чьи руки были скрещены на груди, а голова откинута назад.
Я встала с кресла, чтобы убедиться в словах Туёна. Когда я наклонилась чуть ближе, то увидела, как его ресницы слегка дрожат во сне.
– Да, - так же тихо сказала я. – Он спит.
– Пусть он сегодня переночует у нас, - предложил Туён, вставая с места. – Уже поздно.
Я кинула взгляд на настенные часы. Стрелки часов показывали половину одиннадцатого ночи.
– Так уж и быть, - согласилась я, отходя назад. – Он может переночевать на диване.
Туён кивнул, взял в руки пульт и выключил телевизор. Мы, стараясь вести себя как можно тише, выбрались на кухню.
– Я тоже пойду спать, - заявил Туён, сонно протирая глаза.
– Хорошо, - я кивнула, сев на один из стульев.
Перед тем, как он успел выйти в коридор, я его остановила:
– Туён, - тихо позвала я, на что он вопросительно взглянул на меня через плечо. – Прости, что и это Рождество ничем не отличается от предыдущего.
Туён слабо мне улыбнулся, качая головой. – Именно так я и хотел его справить. Спасибо, сестрёнка.
Непонятно почему, но его слова заставили моё сердце несильно сжаться в груди.
– Не за что, Туён. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи.
Я остаюсь одна. Пальцем лениво вожу по узорам скатерти. Мой взгляд останавливается на бутылке шампанского, что принёс Юнги. Мы так и не открыли её, так что она всё ещё запечатана. Я долго рассматриваю её, взвешивая все «за» и «против», сомневаясь, стоит ли распечатывать её и пробовать, какое оно на вкус.
Я подхожу к первому выдвижному шкафу, находя там штопор. Не помню, чтобы вообще пользовалась им. Мне удаётся разобраться с пробкой спустя долгие пять минут - тогда она с характерным ей звуком вынимается, а немного шампанского проливается прямо на ковёр. Я успеваю добежать до раковины, проливая и туда ещё немного содержимого бутылки.
– Чёрт.
Я включаю кран, смываю липкость с рук и намочив полотенце я наклоняюсь, чтобы хоть как-то исправить ситуацию. Я старательно тру пятно зная наверняка, что оно никуда не денется и останется там до того момента, пока я не решусь воспользоваться услугами химчистки. Бросив затею избавиться от него, я возвращаюсь к шампанскому, наливая себе чуть больше половины в фужер из маминого сервиса. Как только я подношу его к губам, я слышу, как скрипят пружины в гостиной. Я застываю. Закрываю глаза, судорожно пытаясь придумать оправдание и прислушиваясь к каждому шороху, стараясь определить передвижения Юнги, но я ничего не слышу. Когда я наконец решаюсь обернуться, то вижу всю ту же картину: спящего на диване Юнги, правда, изменившего свою позу на более удобную.
Я облегченно выдыхаю.
Кладу стакан на стол, направляясь к себе в комнату. Достаю вязаный плед из своего шкафа с верхней полки и возвращаюсь обратно в гостиную, чтобы укрыть Юнги. Я слышу его тихое сопение, когда наклоняюсь ближе, чтобы поправить одеяло на его груди. Внезапно он поворачивает голову ко мне. Его глаза закрыты, но я застываю, всё ещё нависая над ним. Я прикусываю нижнюю губу, молясь, чтобы он не проснулся. Он пару раз чмокает губами, снова отворачиваясь. Я гулко сглатываю, медленно, стараясь не издавать лишнего шуму отодвигаюсь от него. Я прохожу на цыпочках в кухню, а когда дохожу до двери судорожно выдыхаю, держась правой рукой за сердце.
Боже. Теперь я нуждаюсь в бокале шампанского.
Я подношу бокал к губам, делая первый, маленький глоток. На языке остаётся сладковатый привкус и я делаю ещё один, на этот раз более уверенный, в сравнении с первым. Я облизываю губы. Наливаю себе ещё стакан, затем ещё один и ещё немного.
Когда меня начинает клонить в сон я слышу стук в дверь. Сначала я думаю, что мне показалось: из-за выпитого алкоголя у меня начало стучать в голове и висках, но когда в дверь стучат ещё раз, я настораживаюсь. Прислушиваюсь к негромкому стуку, как если бы человек, что пришёл не хотел разбудить спящих.
Я встаю и в глазах сразу мутнеет. Я сглатываю вязкую слюну, медленно плетясь в коридор. Прежде чем открыть дверь я приставляю правое ухо к ее гладкой поверхности. Когда я убедилась, что не слышно ничего подозрительного, я открыла дверь.
– Привет.
– Тэхён.
Кажется, я улыбнулась шире, чем на то способен мой рот, потому что у меня начали пульсировать щёки. На лице Тэхёна промелькнула искра удивления, на она быстро сменилась на его привычную расслабленную улыбку.
– Ты выпила, звезда? - спокойно спросил он, все ещё стоя на пороге.
– Совсем чуть-чуть, - я оставила небольшое расстояние между большим и указательным пальцами, второй рукой держась за дверной проем. Затем я поспешно отошла в сторону, давая Тэхёну место, чтобы пройти. – Проходите в дом. Тут холодно.
Он прошёл мимо меня, а в нос ударил аромат его парфюма, смешанный с запахом мятной жвачки. От этого я почувствовала себя лучше, как если бы наконец-то вернулась домой.
Мы прошли на кухню. Тэхён сел на один из стульев, я села напротив него.
– Вы уже ужинали? - я махнула рукой себе за спину. – У нас осталось немного курицы, правда, она немного подгорела, и...
– Всё в порядке, - он оборвал меня на половине предложения, смотря на меня из под чёлки. Он смотрел на меня так, будто я сказала что-то забавное. – Я уже ужинал.
– Вот как, - я опустила руку, прочищая горло.
– Прости.
Я подняла на него взгляд, ожидая продолжения.
– Мне жаль, что я не смог поужинать с тобой.
Каждый раз, когда он говорит такие вещи, смотря на меня таким взглядом, моя кожа буквально воспламеняется, а внутренности скручиваются.
– Я всё понимаю, - отзываюсь я, чувствуя, как тяжелеют веки. – Не стоит извиняться.
Он мягко мне улыбается, и я ненавижу стол, что разделяет нас.
– Я сделаю нам чай, - предлагаю я, вставая, и тут же падая обратно на место.
– Ты в порядке? - в следующую секунду я чувствую, как тёплые руки Тэхёна легли мне на плечи. Я вспоминаю вечер в ресторане и бесконечное беспокойство в его глазах.
– Немного закружилась голова, но я в порядке. Наверное, это потому, я что резко встала, - я схватилась за голову, опуская её и стараясь не думать о его руках.
– Я сделаю чай, а ты отдохни. - он пару раз осторожно похлопал меня по плечам, прежде чем отойти от меня и начать делать чай.
Я изо всех сил стараюсь скрыть разочарование, когда перестаю чувствовать его руки на себе.
***
Следующее, что я знаю - это то, что я лежу в своей постели, всё ещё одетая в платье. Голова тяжёлая, а веки словно залиты свинцом. В горле пересохло и мне жарко, но я настолько обессилена, что не в состоянии скинуть с себя даже одеяло. Затем я чувствую, как меня гладят голове - так бережно, что я едва ощущаю прикосновение. Прядь волос убирают мне за ухо, а большой палец нежно гладит мою левую щеку. Собрав все оставшиеся силы в кулак, мне удалось приоткрыть глаза. Всего на крошечный миллиметр, но я успела уловить силуэт чёрного костюма, белой рубашки и чёрных, вьющихся волос.
– С Рождеством, звезда.
Не уверена, что алкоголь способен вызывать галлюцинации, но то, что происходит в следующее мгновенье не может быть правдой.
Я остро чувствую запах мяты, смешанный с дорогим парфюмом. Его большой палец все ещё лежит на моей щеке, когда его губы касаются моего лба. Мягкие и тёплые. Его губы не задерживаются на моей коже дольше, чем мне того хотелось бы. Затем он отстраняется, забирая с собой всё тепло. Когда он уходит, выключив свет в моей комнате, я все ещё чувствую его губы и пальцы на своём лице.