глава 1
Всё начинается с того, что однажды, в самый обычный, ничего не предвещающий осенний день ко мне в комнату врывается Туён, почти снося дверь моей комнаты с петель.
– Сестрёнка, срочные новости! - кричит он, держась за ручку двери. – У нас новый сосед!
– Сколько раз я просила тебя стучать, прежде чем входить? - ворчу я, поджимая колени ближе к груди, поправляя на них скатившуюся вниз книгу. – И перестань звать меня сестрёнкой. Я старше тебя на четыре года.
– На три года и десять месяцев, - деловито исправляет он меня, вытянув указательный палец вперед.
– Не суть. - я опустила взгляд, пальцем пытаясь найти строчку, на которой остановилась. – Будь любезен - закрой дверь с той стороны.
– Тебе совсем не интересно посмотреть на нашего нового соседа? - с ноткой упрёка спрашивает он, хмуря светлые брови.
– Совсем. - отрезала я, облегченно выдыхая. Нашла.
– Он смахивает на твоего ровесника. - несмотря на моё недовольство продолжил он, руками упираясь в мой туалетный столик. – А ещё я видел, как он нёс невероятных размеров картонную коробку с книгами.
Я выпрямилась, отрывая взгляд от страницы. Туён коварно улыбнулся, понимая, что ему удалось зацепить меня.
– Можешь поглазеть на него, пока он всё ещё разгружает своё барахло. С кухонного окна это сделать лучше всего.
Я прячу ноги в домашних тапочках и спешу на кухню. Запрыгиваю на столешницу и руками прижимаюсь к стеклу, поправляя скатившиеся вниз на переносице очки. Стекло начинает потеть от моего спертого дыхания, потому что то, что мне удаётся разглядеть перехватывает моё дыхание и заставляет сердце забиться чаще.
С высоты четвёртого этажа, через толстое оконное стекло и не самым лучшим зрением я вижу его, одетого в чёрную, идеально выглаженную рубашку, заправленную в идеально выглаженные классические брюки. Рукава рубашки закатаны до локтей, а холодный осенний ветер играет с его чёрными волосами. Черты его лица размыты из-за большого расстояния между нами, но мне отчётливо видно, как хорошо построено его тело и что он, скорее всего, довольно высокий.
– В твоём вкусе, да?
Я бросаю последний взгляд на нового соседа, прежде чем спрыгнуть на пол и снова поправить очки.
– Его толком не видно с такого расстояния. - я прохожу мимо Туёна, плюхаясь обратно на свою постель. – Прекрати ходить за мной и переоденься. Твоя еда лежит в микроволновке.
– Мы ведь пойдём гулять сегодня?
– Я подумаю над этим, если ты оставишь меня в покое на ближайшие два часа. - я беру в руки книгу, снова пытаясь найти нужную строчку.
– Договорились, сес... - я бросаю грозный взгляд в его сторону и он поспешно исправляется. – Нуна. Приятного чтения. - он закрывает за собой дверь, а я усаживаюсь поудобней, вновь устраивая «Книжного вора» на своих коленях.
Спустя два часа опять появляется Туён, и на этот раз он не забывает постучать в дверь. После нескольких попыток уговорить меня, ему, в конце концов удаётся вытащить меня на улицу в домашних клетчатых штанах и с небрежным пучком на голове.
– Я замёрзла. Пошли домой, - я скрещиваю руки на груди, а глаза начинают слезиться от сильного ветра.
– Но мы ведь только вышли на улицу, - возразил он в ответ, сдвигая брови к переносице. Туён всегда хмурится, когда чем-то недоволен или расстроен.
– Давай договоримся, - я останавливаюсь, следом останавливается и он. – Я даю тебе деньги, ты идёшь в магазин и покупаешь себе всё, что душе угодно, а я жду тебя в подъезде. Идёт?
Туён с минуту раздумывает над моим предложением, а после быстро кивает и протягивает ладонь вперёд.
– Будь осторожен.
Он снова кивает, и помахав мне на прощание убегает вниз, вдоль по улице к ближнему магазину. Я провожаю его взглядом, а когда понимаю, что я буквально не чувствую своих рук, быстрым шагом одолеваю несколько метров, что разделяют меня от многоэтажного, старого здания.
Я вхожу в плохо освещённый подъезд и наконец имею возможность спрятаться от беспощадного ветра. Пару минут я неподвижно стою, протирая толстые линзы очков от пара, осевшего на них, а после бреду в сторону почтовых ящиков. Медленно шагаю к своему, разглядывая номера ящиков соседей.
Четыреста тринадцать, четыреста двенадцать, четыреста одиннадцать...
Делаю ещё два шага вперёд.
Четыреста десять, четыреста девять...
Останавливаюсь, заправляя прядь волос за ухо.
Четыреста восемь.
Я тянусь к карману куртки, пытаясь нащупать ключи от почты, когда краем глаза замечаю руку, что тянется к номеру четыреста шесть.
Нас разделяет ячейка с номером четыреста семь.
Взглядом я скольжу вверх: начиная от длинных пальцев и тонкого запястья и заканчивая на сосредоточенном, с невероятно правильными чертами лице. Его тёмные брови немного сдвинуты к переносице, пухлые губы слегка поджаты, озадаченный взгляд прикован к письму в руках, а на кончике его аккуратного носа я замечаю небольшую родинку.
Когда он поворачивается ко мне лицом, мне удаётся понять, какого цвета у него глаза. Темно-карие, напоминающие цвет крепкого кофе без сахара, что обычно пил мой отец по утрам. Только кофе, что пил отец был горячим, а взгляд его темно-карих глаз почему-то холодный.
– Я могу Вам чем-то помочь? - он вопросительно изогнул одну из бровей, а в его взгляде проскользнуло что-то похожее на... подозрение?
Мой взгляд опускается ниже, на немного мятую черную рубашку и на классические чёрные брюки.
Вот чёрт. Это он, тот самый новый сосед и всё это время я пялилась на него.
Чёрт.
– Нет-нет, всё в порядке. – я криво улыбаюсь ему и осторожно отворачиваюсь, продолжив поиски ключа. Смущенно закусываю нижнюю губу, жмурясь до пляшущих точках в глазах.
Вблизи он ещё красивей, чем я себе представляла.
Я начинаю поиски в карманах своих домашних клетчатых штанов, а после я стараюсь не думать о том, как я сейчас выгляжу. Должно быть, ужасно: выцветшие штаны, что больше моего настоящего размера раза в два, неряшливый пучок на голове и очки, что занимают почти половину моего лица. И то, как я открыто пялилась на него лишь усугубляет ситуацию.
Всё очень, очень плохо.
Наконец я нахожу ключ, дрожащей от нервов рукой пытаюсь сунуть его в скважину, и уже собираюсь расплакаться, когда рука опускается мне на плечо и я вздрагиваю от неожиданности.
– Я взял нам твоего любимого печенья. Посмотрим «Бэтмена»?
Я судорожно выдыхаю, прикрывая глаза. Это всего лишь Туён.
– Да... да, конечно. - я сглатываю, и прячу ключ в кармане куртки. Бросаю последний взгляд на номер четыреста шесть, и следую за Туёном к лифту.
Почта может подождать и до завтра.