Дружба
Убедившись, что Вика и Соня, кажется, нашли общий язык, Артур, словно с плеч свалилась гора, почувствовал необходимость выдохнуть и заодно разобраться с еще одним участником этого цирка – Ромкой. Оставив девушек щебетать на кухне, он под предлогом «срочного дела» выскользнул из квартиры и направился к другу.
Дорога выдалась короткой, но Артуру казалось, что он едет целую вечность. В голове крутились обрывки вчерашних событий, слова Вики, пьяный ор в трубку... В общем, полный пиздец.
Подъехав к дому Ромки, Артур с трудом сдержал желание выломать дверь ногой. Но всё же, собрав остатки самообладания, просто позвонил.
Ромка открыл дверь, и лицо его сразу расплылось в широченной ухмылке.
— О, явился, не запылился! — воскликнул он, отступая в сторону. — Ну что, мачо, как оно, жить на два фронта?
Артур молча вошел в квартиру и бросил на диван ключи.
— Ты хоть понимаешь, какой пиздец ты вчера устроил? — процедил он сквозь зубы, сверля Ромку взглядом.
Ромка не испугался. Он лишь расхохотался еще громче.
— Да ладно тебе, не кипятись! — выдавил он сквозь смех, утирая слезы с глаз. — Это же комедия! Я давно так не ржал! Представляю, как Вика тебе вчера мозг выносила!
— Она не мозг выносила, а была в истерике! — огрызнулся Артур. — И всё благодаря тебе! Ты какого хера её у себя держал?
— А что я должен был делать? — пожал плечами Ромка. — Выкинуть её на улицу? Она бы там, пьяная, дров наломала. Да и, признаться честно, было интересно посмотреть, как ты выкручиваться будешь!
Артур сжал кулаки. Хотелось ему врезать Ромке прямо в эту самодовольную рожу.
— Тебе весело, а я тут, блядь, расхлёбываю последствия! — прошипел он. — Вика чуть не ушла от меня из-за этого долбаного недоразумения!
Ромка, наконец, немного успокоился и посерьёзнел.
— Ладно, ладно, прости, — сказал он. — Я не хотел, чтобы так получилось. Я просто... немного перегнул палку.
Артур вздохнул. Злиться на Ромку было бесполезно. Он всегда был таким – любил пошутить, подколоть, иногда даже перегибая палку.
— И что теперь? — спросил Ромка, глядя на Артура с любопытством. — Вы помирились?
— Да, помирились, — ответил Артур. — Сейчас она у меня дома, с Соней. Пьют чай, обсуждают, какой я мудак.
Ромка снова расхохотался.
— Вот это поворот! — воскликнул он. — Да ты, братан, просто бабский угодник! И как, они хоть подружились?
— Пока не знаю, — ответил Артур. — Но надеюсь, что да. Хватит с меня этих разборок.
— Ну, удачи тебе, — сказал Ромка, похлопывая Артура по плечу. — Держись, казак! А если что, обращайся. Я всегда готов помочь... поржать над тобой!
Закутавшись в полумрак ромкиной кухни, Артур чувствовал, как напряжение, скопившееся за последние сутки, медленно покидает его тело. Благоухающий дым самокрутки приятно обжигал легкие, рассеивая сумбур в голове. День выдался, мягко говоря, пиздецовым, и сейчас, в компании друга, ему просто хотелось выдохнуть и хоть на время забыть обо всем.
— Ну что, кобелина, — ухмыльнулся Ромка, выпуская дым в потолок. — Как оно, жить в гареме? Обе твои бабы хоть не подрались там из-за тебя?
Артур скривился.
— Да ладно тебе, — огрызнулся он, беря со стола пепельницу. — Все нормально, вроде бы. Вика немного оттаяла, Соня тоже перестала смотреть на меня, как на предателя.
Ромка усмехнулся.
— Ну, поздравляю, — сказал он. — Ты выкрутился, как черт из табакерки. Но долго так продолжаться не может, ты же понимаешь?
— Понимаю, — вздохнул Артур. — Что-нибудь придумаю. Главное, сейчас хоть немного отдохнуть.
Они замолчали, погрузившись в свои мысли. Трава делала свое дело, размягчая углы и придавая окружающему миру немного психоделический оттенок.
— Так, и что дальше-то? — спросил Ромка, выпуская дымное кольцо. — Вика теперь с твоей сестрой подружки навек? Или все еще косится на нее как на ебаную разлучницу?
Артур скривился.
— Вроде, мир, — буркнул он. — Чай пьют, секретами делятся... Но я как вспомню этот вчерашний цирк, меня аж в пот бросает.
— Да ладно тебе, — усмехнулся Ромка. — Мужик должен уметь разруливать бабские закидоны. Ты же не тряпка какая-нибудь.
— Да легко тебе говорить, — огрызнулся Артур. — Это ж не тебе вчера Вика в трубку орала, что все волосы вырвет и вообще, жизнь моя — дерьмо.
Ромка хмыкнул.
— Ну, признаю, перегнул я немного, — сказал он. — Но ты же сам понимаешь, надо было ее хоть как-то успокоить. Ты вон пропал, ни слуху ни духу, а девка в слезах, на взводе... Что я должен был делать? Выгнать ее на улицу?
Артур вздохнул. Логика в словах Ромки была, хоть и прикрытая его фирменным похуизмом.
— Ладно, проехали, — сказал он. — Спасибо хоть, что приютил.
Они помолчали, вдыхая и выдыхая дым. Трава начала действовать, немного притупляя остроту эмоций и позволяя смотреть на ситуацию более отстраненно.
— Слушай, а чего ты так с ней носился-то? — спросил вдруг Артур.
Ромка пожал плечами.
— Да просто... Жалко ее стало, — пробормотал он. — Ты ж знаешь, я всегда за справедливость. А тут девка, вроде, ни в чем не виновата, а тут на нее такая хрень навалилась...
Артур прищурился, глядя на Ромку.
— Ты мне тут лапшу на уши не вешай, — сказал он. — Что-то ты сегодня слишком заботливый. Обычно тебе вообще похеру на чужие проблемы.
Ромка отвернулся, избегая взгляда Артура.
— Да ничего, — огрызнулся он. — Просто... решил немного добрее стать. Может, в карму что-то вернется.
Артур нахмурился. Ромка явно что-то недоговаривал.
— Знаешь, — сказал Артур, — что-то ты какой-то подозрительный сегодня. Сначала Вику чуть ли не в попу целовал, теперь вот в карму вдруг поверил. Что происходит, Ром?
Ромка вздохнул.
— Да ничего не происходит, — сказал он. — Просто... не хочу, чтобы ты потом сказал, что я тебе как друг не помог.
— Ладно, — сказал Артур. — Как хочешь. Только если вдруг что, ты мне сразу говори. Договорились?
Ромка кивнул, не глядя на Артура.
Они замолчали, продолжая курить и смотреть в окно. В голове у Артура крутилось множество мыслей. Что Ромка скрывает? Почему он так изменился в последнее время? И что вообще происходит в этом е*аном мире?
Но ответы на эти вопросы он, наверное, получит не сегодня. Сейчас ему просто хотелось немного расслабиться и забыть обо всех проблемах. Хотя бы на время. Потому что завтра его ждал новый день, а значит, и новые испытания.